Размер:
27 страниц, 4 части
Описание:
«снова повторюсь вы никчемные не ценители искусства – пицца с ананасами лучшее изобретение человечества».
Харли вернулся к диалогу.
Он негодовал.

/соулмейт!ау, в котором соулмейты ощущают физическую боль друг друга.
Посвящение:
Машенька, тебе! Спасибо за обсуждение фанфика и составление дурацких диалогов, которые я радостно своровала и добавила в свою работу:зз

Полиночка, облачко, подружка из тайного общества, этот фанфик тебе!! Спасибо за всю ту поддержку и вдохновение, которые я получаю от тебя!! Спасибо за твоё ожидание, обнимаю тысячу раз!

Я пишу благодаря вам, вот честно
Примечания автора:
это работа существует только для того, чтобы комфортить милых детей, правда.

пытаюсь в интересность, надеюсь, выходит. качаю писательский скилл, всё такое.

в переписках со стороны Питера НОЛЬ пунктуации!! потому что НАФИГ ЗНАКИ ПРЕПИНАНИЯ В ДИАЛОГАХ, ААААА
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
131 Нравится 18 Отзывы 36 В сборник Скачать

Часть 4

Настройки текста
— Где пропадал весь день? — Уэйд раскачивался на стуле, неподалеку расположился Мэтт, увлеченно переговаривающийся с кем-то по телефону. — Ты сегодня дольше, чем обычно, Старк задержал? — Нет. — Питер улыбнулся. — Я прогулялся с друг… Коллегой? — Ты меня, что ли, спрашиваешь, кто он тебе? — Уилсон фыркнул и приподнял маску, чтобы его ехидная улыбка была очевидна и заметна на все сто процентов. — Так и говори, что друг, если хочешь. Твои мысли, — мужчина потянулся, чтобы потрепать волосы Питера, — именно они мешают тебе жить нормально. Всё в порядке, чувак. Давно пора ожить, найти друзей. Возобновить старое общение. Закрылся в своей раковине, трешься со мной постоянно, думаешь, мне с этого какой прикол? Да никакого, Пит! Ну-ка, иди, поболтай по телефону, как типичный идиотский подросток, а потом познакомь дядюшку Уэйда со своей друколлегой, ладно? Мэтт улыбнулся и хитро покосился в сторону Питера. Ещё один. Но стоило признать. Харли и огнетушитель (ужас какой, упоминать его в своих мыслях самая идиотская вещь, которую только можно было придумать) и правда отвлекали его. Возвращали в реальность. Они несли какой-то скрытый смысл, суть которого Уэйд и Мэтт, кажется, понимали намного больше самого Питера. — Эй, малыш, — Мэтт неожиданно оказался совсем рядом. Его телефон включенным остался на диване, и всё внимание теперь было лишь на Паркере. — Я рад, что ты провёл это время с тем парнем. Я очень горжусь тобой. Мёрдок не стал пояснять своей мысли, лишь улыбнулся и снова вернулся к телефонным разговорам, но Питер и без того всё понял. Зашёл в комнату, выкинул фляжку с коньяком в окно и только потом открыл диалог переписки. Он готов. Солнце молча тонуло в бордовом небе, скомканный костюм Человека-паука покоился под кроватью. Питер дышал.

***

легомен [20:15]: привет прости что я так поздно

Ответное сообщение пришло мгновенно: огнетушитель15: ничего страшного как ты себя чувствуешь? точно готов разговаривать?

легомен: да в общем… всё началось когда я стал Пауком. Все пошло нормально: сражения всякие, мелкие преступники предотвращение ничего не значащих ограблений и избиений, погоня за уличными котами… я и бабушек через дорогу переводил всё, как и сейчас, но на данный момент я придерживаюсь линии подобных преступлений намеренно. Лишь изредка мечу куда-то выше, когда со мной Уэйд или Мэтт, я знаю, что они прикроют, а сам лезть на рожон не хочу. Не пойми неправильно, я считаю себя героем, но не считаю, что сейчас во мне достаточно сил для того, чтобы сражаться слишком серьезно, но речь не об этом

Питер зажмурился и прыгнул на кровать, прижимая к подбородку подушку и укрываясь пледом. Ему нужно обо всём рассказать. Необходимо. Это должно помочь. Должно спасти его.

Я вляпался. По полной попал. Обнаружил опасное оружие каких-то… пришельцев? Я плохо помню то дело. В памяти лишь самые яркие моменты. Как, например, тот, что преступник был отцом моей одноклассницы. Или тот, что он обрушил на меня здание и тогда я впервые понял, что могу поднимать невероятный вес. Еще помню вертолет Старка, снова оружие, какую-то схватку… Я тогда еле добрался до дома. Ничего не соображал, был избит так, что возможность двигаться была минимальна. Я хромал до дома, боялся, что сломал спину или руки и просто не замечаю этого. А когда зашел домой… А когда зашел домой понял, что Мою тетю Мэй убили Об этом до сих пор почти никто не знает…из моих друзей я…не общаюсь с ними Я сирота У меня убили дядю Я потерял последнего любимого человека, заменившего мне мать Это было больно Так отчаянно и неправильно!.. я чувствовал, как мое сердце разбивается. Чувствовал, что хочу умереть вслед за Мэй. Я бежал от службы опеки. Прятался по трущобам. Стал нищим, жил на свалке, боролся за последний кусок хлеба Меня как-то раз обнаружили, закинули в приют. Там меня пытались опустить головой в унитаз и избить во дворе, но я не желал с этим мириться. Ответил. Имел право Мне нашли приемную семью, где так называемый отец решил, что изнасиловать меня в гараже — самая лучшая идея Я…сорвался. Убил его Сбежал. Снова стал бродягой, обитающим в трущобах, снова спал на подстилке и питался объедками. Начал пить алкоголь, воровал у богатеев соседнего района. Они не замечали, а мне становилось легче. Хотя бы ненадолго Я забросил человека паука. Все силы ушли на то, чтобы воевать за кусок хлеба. Так унизительно думать об этом. Мне и тогда было безумно гадко осознавать, во что превратилась моя жизнь. Я думал, что хуже больше не будет. Ниже опускаться некуда. Я переспал за бутерброд с каким-то парнем. А после решил спрыгнуть с какого-то моста в реку И знаешь что? Меня вытащил Уэйд. Поймал меня, наорал и избил. Я до последнего вырывался. Он притащил меня домой, а я пытался украсть его кухонные ножи, чтобы вскрыть себе вены. Я был сломан. Пьян. Болен от всего, что случилось. Он привязал меня к батарее, а когда я выломал ее, понял, что я не обычный человек Вытребовал от меня правду И когда узнал, что я человек паук, вытащил из кладовки какие-то супер крепкие кандалы, заявил, мол: даже росомаху гребаного удержали, сопляк И следил за мной несколько суток. Кормил, выхаживал. Пытался вытравить из организма весь алкоголь. Рассказал обо мне Мэтту. Благодаря им я снова вернулся к патрулям. Познакомился с мистером Старком. Ну и вот. Живу теперь, видишь.))

огнетушитель15: напиши номер телефона, я хочу поговорить с тобой Питер принял звонок. Выслушал все чужие слова, и только потом узнал голос. Он схватился за сердце, ощущая, что оно подскочило к горлу и настойчиво бьется о стенки мышц, пытаясь выбраться наружу. Он сказал «обожеблятьпожалуйстанет». Он бросил трубку. Это был Харли. Он бросил трубку. Это был Харли.

***

Харли выбежал из дома. Перед этим он, правда, дозвонился до Старка, узнал точный адрес Паркера и вот сейчас отправился к нему. Идти было минут тридцать, Питер как раз успеет успокоиться и принять ситуацию. Сам Харли уже успел осознать, кем был его неожиданный твиттерский знакомый, и нисколько не переживал. Нет… он всё же переживал, но совершенно по другим причинам. Его изнутри разрывало той самой непонятной, искренней интонацией настоящей любви, от сладости которой сводило зубы. Виски ныли от боли, но лишь потому, что Харли пару раз, не сдержавшись, кричал от радости. Даже неважно, что Питер может не принять его. Главное, что Кинер получил возможность почувствовать это безумие. Осознать, почему о связи соулмейтов так много историй и легенд, почему ради них уничтожали планеты и создавали невероятные вещи. Даже будучи далеко от Питера, Харли был готов соорудить машину времени и выстроить прошлое Паркера иначе, защитить его спокойную жизнь. Но вместе с тем, жаждал поддержать его именно сейчас, создать лучшую форму будущего: такую, в которой Питер будет улыбаться каждый день. Искренне, не вымученно, правдиво.

огнетушитель15 [21:30]: эй питер питер питер питер выходи !!! пошли буду тушить твоё сердце

Харли казалось, что он скоро взлетит. От неуместной радости (не стоило забывать, что Питер полчаса назад открыл ему своё прошлое, рассказал о том, что является тем самым Человеком-пауком, да и вообще, стал куда ближе обычного, малознакомого парня; ему ведь наверняка некомфортно?) Кинеру хотелось кружиться на месте, но он позволил себе только слабо подпрыгивать на носках, пытаясь сдерживать улыбку. — Ты! — Питер выскочил в объятия улицы, невероятно растрепанный, раскрасневшийся и одетый как попало. Сердце Харли тронула непонятная нежность. Шнурки кед Паркера не были завязаны, на одной ноге не было носка, клетчатая рубашка была застегнута лишь снизу, открывая взгляд на острые ключицы и россыпь маленьких коричневых родинок. Звёзды перепутали Питера и небо, не иначе. — Ты! Как ты мог?! Почему не сказал?! Ты ведь всё знал, да? Я… Я просто как придурок рассказал тебе всё это дерьмо, а ты сейчас стоишь и… И? Почему ты улыбаешься? Харли и правда улыбался, но после слов Питера в очередной раз за сегодня придал лицу серьёзное выражение: — Во-первых, Пит, я узнал о том, кто ты, только после нашей сегодняшней дружеской посиделки в кафе. А во вторых… Ты до сих пор не понял? Паркер моргнул и через секунду перестал дышать. Губы Харли хитро дёрнулись вверх. — Ты…мой.? — Неверяще выдавил Питер, мигом превращаясь из разгневанного и недоуменного, в подавленного и виноватого. — Прости… — Паркер опустил голову, начав беспорядочно перебирать пальцами рукавами рубашки. — Если бы я знал, не стал бы так портить нашу встречу. Я вечно всё порчу, да? Ужасно, у меня слов не хватает. А ты ведь такой хороший. И улыбаешься мне и вообще, ты… Харли качнулся вперед, подтянув Питера к себе, и принявшись безмятежно застегивать пуговицы на его рубашке. После пригладил чужие волосы, наконец-то пропуская спутанные русые кудри через пальцы и довольно улыбнулся: — Ты бы знал, как я счастлив. Для меня эта первая встреча невероятна. Может, ты наденешь носки и мы пойдем… Или нет! — Харли подпрыгнул, не понимания, если честно, откуда в нём эта странная энергия, — снимай второй, будешь босиком, какая разница! Если что, свои отдам! Давай, давай, быстрее, Питти, ну давай! Питер непонимающе приподнял брови, но отчего-то расслабился, скинул с ноги кеду, стянул носок, обулся обратно и тоже пригладил свои волосы, но несколько более нервно, словно таким образом пытался успокоить себя окончательно: — Что ты задумал? — Успокаивать тебя, конечно. — Хмыкнул Харли. — Но так как я не особенно опытен в разборе ситуаций, хотя бы отдаленно похожих на твои… Опять же, я механик, а не психолог… В общем, в планах набрать какой-нибудь еды в супермаркете и забраться на идиотскую крышу, где ты миленько посидишь, по-ботански расскажешь мне о созвездиях, а утром прогуляешь школу и пойдешь со мной в мастерскую Старка, изобретать какую-нибудь чрезвычайно опасную штуку. Пойдёт? — Пойдёт. — Питер улыбнулся, той самой улыбкой, от которой сегодня днём в Харли перевернулись все его прошлые устои. Внутри предательски заныло счастье, и Кинер дотянулся-таки до ладони Паркера, переплетая пальцы, привязывая себя навсегда. — О боже, нет! Нет, нет, нет, Харли, у меня вечно потеют ладони, серьёзно тебе говорю, давай подержимся за рукава рубашки или наши локти… Харли!

***

За несколько часов Харли вынес для себя несколько вещей: а) ладони Питера и правда потеют, отчего тот каждый раз краснеет, кажется, всем телом и пытается сбежать как можно дальше; б) у него очень тонкие лодыжки, постоянно оголяющиеся из-за отсутствия носков; в) он безумно сильный, о чём напоминает почти каждую минуту: внезапно переносит Харли через маленький заборчик, притягивает его к себе за руку, обнимает так, словно планирует вынуть и пересчитать все кости; г) ну и вершина — взлетать на крышу, в объятии тонких рук — это то, ради чего Харли всю жизнь терпел и поднимался по лестницам, вот серьёзно. — О чём задумался? — Питер, наверное, был очень тактильным до всего того ужаса, что на него обрушился, потому как сейчас всё никак не мог отлипнуть от Кинера: перебирал волосы, но уже в следующую секунду упал на чужие колени и взял ладони Харли в свои. — О тебе. — Кинер улыбнулся, в то время как Питер смущенно завизжал на одной ноте и отвернулся в сторону раскинувшегося ночного города. — Ты ведь не планируешь сбежать от меня? Я бы, конечно, сказал, что достану тебя даже из-под земли, но это не будет правдой. Ты Человек-паук. Улетишь на своей паутине, закидаешь дорогу булыжниками в несколько тонн и поминай, как звали, да? — Харли нервно усмехнулся, скрывая внезапно нахлынувшую неуверенность. Вот чёрт. Это ведь может произойти. Он знает слишком многое. Он переворошил всё неприятное прошлое Питера, он влез в его тяжелую жизнь; пользы от него — дырка от бублика, а вот неприятностей и удивлений… — С чего бы вдруг мне сбежать, если я хотел спросить у тебя тоже самое? — Питер запрокинул голову, внимательно высматривая что-то на лице Харли. — Ты крутой. — О, спасибо, — Кинер закатил глаза и ухмыльнулся, — ты тоже ничего такой. Питер раздраженно укусил его за палец, пока Харли по-идиотски громко хохотал, странно щуря глаза и выплевывая волосы, попавшие в рот. На удивление, это самое прекрасное, что Паркер видел в своей жизни. Прекраснее закатов, пиццы, объятий с Мэттом и полётов над ночным городом.

***

Они валялись на диване, в гостиной дома Мёрдока. Питер, свесившись со спинки дивана почти полностью, держался лишь на силе мысли и упрямстве, наверное. Харли прижал его ноги коленями, но пользы от этого не будет, если Паркер всё-таки захочет внезапно навернуться и вывихнуть себе шею. — Покажи тело. — Неожиданно пробубнил Питер. Его голос прозвучал приглушенно и хрипло, лица не было видно, но Харли уверен, что оно приняло решительно и такое суровое-суровое, сосредоточенное выражение. — Чего? — Спокойно переспросил Кинер, отписываясь Старку об их с Питером невероятной занятости и невозможности прийти сегодня. — Раздевайся. Отказаться не выйдет никак, Паркер напряжён, не шутит. Чего хочет? Да на шрамы поглазеть, конечно же. Вот ведь… Помешанный на своей опасности для соулмейта идиот. Харли ведь уже объяснил, что ему всё равно, но ничего не сработало. — Ладно. Питер прыжком сел на спинку дивана, выдернув в полете ноги и впившись в Харли взглядом. — Вперёд. Или тебе помочь? — Можешь и помочь. А то как-то странно получается, молодой человек. У нас даже предварительных поцелуев не было, а вы меня уже оголяете! Куда пропали ваши хваленные моральные принципы и манеры? — Харли выразительно поморщился, стянув кофту через голову, чувствуя, что волосы моментально электризуются и превращаются в ещё большую, чем обычно, солому. — Должен признать от вас, Человек-паук, я не ожидал подобной наглости. Ужас какой, и с кем я связался? Варвар, — негромко выдавил Харли, когда Питер внезапно еле ощутимо провёл пальцами по длинному шраму от шеи до низа живота. — Вот чёрт, — прошептал Паркер и внезапно начал рыдать. Моргнул на тело Кинера и не смог успокоиться. — Я тебя всего… изранил… а у тебя нет регенерации, все шрамы… Боже, боже… У меня только немного, самую малость, потом покажу, а ты… Да почему, черт, ты должен видеть… да даже это… Даже не в бою ведь получил, а по глупости… — Питер коснулся локтя с шершавым ожогом. Перешёл на плечо, обвёл шею по кругу, добрался до спины. — Что же я наделал, Харли, что же я наделал… Почему ты молчишь? Харли подался вперёд и поцеловал поцеловал поцеловал Питера. Потянул его на себя, вцепился в волосы и не дал отстраниться. Ещё чего. Прикусил чужие губы и, наконец, выдохнул: — Давай мы просто не будем обсуждать наши раны, ладно? Я всю жизнь ждал тебя, нуждался в том, чтобы узнать причины шрамов, успокоить и поддержать. Я даже не думал тебя винить, понимаешь? И сейчас я предпочту делить на двоих поцелуи, слышишь меня, Питер? Проблем и без того хватает. Между нами их быть не должно. Мы — части друг друга. Лучшие части. Я ни о чём не жалею.

***

Знакомство с Мэттом прошло неожиданно, но, в целом, приятно. Он был искренне вежлив, потрёпан в какой-то драке и внимателен абсолютно ко всему, что делал Харли. Такое внимание могло бы устрашить или ввести в некомфортное состояние, но Кинер обнаружил в слепых глазах Мёрдока слишком много чувств, что раньше казалось невозможным. Пустой взгляд был невероятно живым и напряженным и цепко выискивал в Харли любой намёк на лицемерие или лживость. Мэтт был очевиден, но очевидность эта поразила в самое сердце. Харли тогда расслабленно улыбнулся и откинулся на спинку стула, сжимая в своей ладони пальцы Питера. Его любимый теперь в безопасности. Сорвиголова вытрясет душу из любого, кто посмеет ранить парня, ставшего ему сыном. Красный дьявол протащит тебя по Адской кухне и бросит на съедение цепным псам.

***

Человек-паук осторожно перешагнул через спящую собаку и хлопнул Дэдпула по плечу: — И куда ты запропастился? Уэйд криво усмехнулся, отодвинув от себя тарелку с пиццей, заляпанную жиром и еще какой-то непонятной дрянью: — Отдыхаю, дружочек, разве не понятно? Питер стянул маску и горестно вздохнул, слегка морщась из-за раненного бока. Ещё неприятнее стало, когда он вспомнил о том, что половина боли отходит Харли. Его Харли. Его невероятному… Осознание пронзило внезапной вспышкой, и Паркер рывком развернул Уэйда к себе, вглядываясь в его лицо: — О боже, прости меня, пожалуйста, прости… Я… Я даже не думал, что тебе так больно, Уэйд, прости меня. Хочешь, я не буду говорить про Харли? Нет, правда, мне не сложно! Я ведь раньше всегда молчал про соулмейтов, да и… — Питти, — Дэдпул сдавленно улыбнулся и аккуратно убрал чужие пальцы со своих плеч. — Всё в порядке, малыш. Да, немного взгрустнулось, но что поделать, если своего соулмейта я давно потерял? Сам же и виноват. А ты заслужил счастье больше всех вместе взятых. Так что говори ты о своем Харли, сколько влезет. А еще обезопась его. Слышишь? Он обычный человек. Пусть вон создаст себе костюм, как Консервная банка, снабдит ваш будущий гейский домик оружием и бомбами и только тогда продолжит с тобой обниматься. Я сам приду и проверю запасы оружия. Если вдруг с ним что-то случиться… В общем, Пит, я не хочу снова видеть тебя разбитым. Оказывается, тебе очень идёт улыбаться. Удивительно, да?

***

огнетушитель15 [13:40]: солнце, подходи к пруду в парке нам нужно поговорить

***

Питер прибежал запыхавшийся и раскрасневшийся, улыбнулся и приземлился на траву рядом с Харли. — Что-то случилось? — Да. — М? — Питер нахмурился, пытаясь рассмотреть на лице Кинера спрятанные ответы. — Я случайно встретился с Уэйдом, представляешь. Хотя, зная его профессию, скорее, он подловил меня на выходе из башни Старка и предложил побеседовать. В общем, я ни в чем… Ни в чем тебя не обвиняю. — Харли повернулся к Питеру, ласково переплетая свои пальцы с чужими. — Я просто хочу, чтобы тебе было легко со мной. Чтобы ты перестал скрывать от меня что-то настолько серьезное, как адреналиновая зависимость, Пит. Питер дёрнулся, но это была скорее психологическая, нежели физическая реакция. Он никуда не уходил, так и оставался сидеть на месте, гипнотизируя взглядом парня напротив. Харли знал, что тот не может придумать реакцию, подходящую под ситуацию. Это стало заметным слишком давно: Питер часто путался в поведении, слишком быстро строил выводы и догадки. Ему нужно было многое объяснять, чтобы он не решил, что является надоедливым грузом и преградой для «нормальной» жизни. — Я псих. — Наконец решительно заявил Питер. — Я думал, что одного лишь того, что я Человек-паук, алкоголик и полнейший придурок, будет достаточно. Я не хотел, чтобы ты знал… — Знал о том, что ты продолжаешь стремиться к неприятностям, да, Пит? Солнце, Уэйд рассказал мне о том преступнике. Это не походило на твоё описание парня, не влипающего в неприятности, тебе не кажется? Хорошо, что я узнал об этом сейчас, а не позже. Ты можешь представить, какого мне было бы, увидь я тебя в новостях рядом с чрезвычайно опасным преступником? — Могу, — Питер скривился и закрыл глаза. В последнее время он старался сдерживаться и не демонстрировать своего расстройства. Очень зря, к слову. Харли обожает все его эмоции: от радости до боли и отчаяния. Он не может найти в Питере ни одного изъяна. Каждый его поступок становится невероятным, возвышенным. Сложно сказать о причине подобного восприятия, но Харли не имеет ничего против. — Я почитал о том, как преодолеть адреналиновую зависимость. — Улыбнул Кинер и лёг головой на колени Питера. — Она лечится. Как и алкоголизм твой дурацкий. Ты ведь уже давно не срываешься, милый, не заметил? Мы со всем разберёмся. Питер неловко и смазано поцеловал его в губы, прежде чем окончательно поверить, что всё будет хорошо. Какая-то сцена после титров. Харли возмущенно завопил и отпихнул от себя истерично смеющегося Питера: — Какого хрена, просто какого хрена ты заказал так много пиццы с ананасами? Я был согласен на одну! Черт возьми, на одну! А ты! Вкусовой извращенец, я с самого начала знал, что не стоит, блин, писать тебя в Твиттере! Какой адекватный человек будет так сильно восхвалять пиццу с ананасами? Всё! Мы расстаемся, слышишь? Нет, не целуй меня, что за провокации…

Ещё работа этого автора

Ещё по фэндому "Железный человек"

Ещё по фэндому "Сорвиголова"

Ещё по фэндому "Дэдпул"

Ещё по фэндому "Человек-паук: Возвращение домой, Вдали от дома"

© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты