Магический ароморфоз

      День только начался, а Вару успел уже заколебать всех до смерти. Кроме Данте.       Вару пытался разбудить его в 5 утра и пойти вместе завтракать, потому что готовить бутеры самостоятельно — не царское это дело. Однако, разбудить Данте в 5 утра так же сложно, как достать до верхней полки без вспомогательных предметов, будучи полутораметровым Габриэлем. Короче, практически невозможно. Вару включал Rammstein на полную громкость, но потом решил, что это слишком хорошая музыка, поэтому включил Тиму Белорусских, но даже это не помогло разбудить соседа по комнате. Побрызгать холодной водой в лицо — он лишь укрылся с головой и продолжил дальше спать. Стащить одеяло? Но ничего не произошло. В ход идёт тяжёлая артиллерия. Эти 69 килограмм наглости и ни одного грамма совести запрыгнули на бубнового и начали его судорожно трясти. Затем Вару нагнулся над его ухом и нежно прошептал: — Эй, Ержан! Ержан! Вставай, заебал, на работу пора. Ты чё, ебанулся, спишь?       Только после этого Дан приоткрыл глаза и со спокойной улыбкой на лице ответил: — На будущее — когда снова захочешь на меня запрыгнуть, предупреждай. Такие вещи должны быть по обоюдному согласию, знаешь ли, хм-хм. — …Тест на гея провален, you gay, — Вару расплылся в ехидной улыбочке. — В любом случае! — он резко слез с него. — Я разбудил тебя, чтобы ты мне бутеры сделал. Я жрать хочу. — Конечно, малыш, — Дан медленно поднялся. — Малыш?! Фу, бля! Я тебе что, ребёнок маленький?! — пятый натурально скривился. — А разве нет? — не прекращая мягко улыбаться, Данте пожал плечами. — Если ты не можешь сам приготовить себе поесть, то тебе придётся признать, что ты дитя, которое хочет, чтобы о нём заботились. Если же ты пытаешься мне сейчас сказать, что ты взрослый, то я уверен, что ты справишься сам, — затем он потянулся и с наслаждением снова лёг, провалившись в дрёму секунды за 3. — Вот гнида! — сердито шикнул Вару, выйдя из комнаты и зло хлопнув дверью.       Голодный Вару — это нехорошо. Он и будучи сытым всех бесит, а голодный — так вообще атас. Будучи не в лучшем расположении духа, пятый решил отыграться на ком-нибудь. При чём, на том, кто и не виноват вовсе, потому что отыгрываться на Данте — всё равно что долбить в закрытую дверь, за которой никого нет. Поэтому Вару решил провернуть обычный общажный прикол, а именно пранк бульоном. Заключается эта задумка в следующем — засовываете кубик Maggie в переходник душа и закручиваете поплотнее. PROFIT! Конечно, очевидно, кто пойдёт в душ первым, но лёгкий эффект неожиданности тоже был. Никогда не знаешь, что может пойти не так.       Итак, довольный своей выходкой, Вару, проголодавшись ещё сильнее, решил пойти к еде для тролля. К Зонту то есть. Прикопаться к Зонту проще простого. Если продолжать аналогию с дверью, то издеваться над Зонтом — всё равно что взломать дверь, зайти внутрь и дать хозяину квартиры прямо по лицу. Но если отойти от метафор и вернуться в реальность, комната Габриэля и Зонта закрыта, поэтому пришлось постучаться. — Кто там? Сексуальный маньяк? — послышался голосок Габри за дверью. — Сексуальный? Ну да, я такой, — Вару поправил кудри. — Тогда я не открою. — Серьёзно? Это я, ёлки-палки, открывай! — Я слышу, что это ты, Вару, именно поэтому не открою.       Ого, удивительная сознательность со стороны Габриэля. Но пятому нужен был не он, потому что докапываться до Габри — всё равно что стучать в дверь, за которой ребёнок, который не откроет, потому что взрослых нет дома. — М? Вару? Ты что-то хотел? — наконец, и Зонтик откликнулся. — О, вот ты-то мне и нужен! Зонтик, солнце, выйди, пожалуйста, только ты можешь мне помочь! — щебечет валет пик наигранно. — Да? М-м-м, погоди, сейчас, — за дверью послышалось шебуршание.       Отлично, рыбка на крючке! Шестой неуверенно приоткрыл дверь. — Зонт, ну ты нормальный? Я просил выйти, а не поглядывать из-за двери на меня. Иди-иди, я не кусаюсь. А вот если ты мне поесть не приготовишь, то я начну! — Ах, так ты голоден! — трефовый нервно тряхнул головой, чтобы убрать непослушную прядь волос с лица. — О, ну… Я мог бы приготовить что-нибудь для тебя…       Может показаться, что он растерял всё своё самоуважение, раз согласился, но это не так. На самом деле из всех клонов у Зонта самый высокий уровень эмпатии, поэтому он понимает, что Вару ведёт себя как тварь нецеленаправленно. В некотором смысле он воспринимает Вару как того, кого просто в детстве недолюбили, поэтому он вырос в озлобленного капризного подростка. Такое восприятие вызывает у шестого максимум сострадания.       Зонтик неуверенно вышел из-за двери закрыл её за собой. На нём пастельно-голубая пижама, что не могло остаться без внимания пикового. — О, милая пижама! В цвет ориентации подбирал? — о, это же любимая тема для подколов Вару, тут особо не нужно напрягаться, чтобы придумать шутку. — Н-нет… — шестого эта шутка не обидела, потому что даже он понимал, что она дерьмовая, будем честными. — Пидора ответ! — неустаревающая классика. — Перестань меня обзывать, Вару, я… Я вообще-то тебе поесть собирался приготовить… — Зонт прошёл вперёд, по направлению в кухню. — Да-да, ладно. Значит так, я хочу бутеры! Пожалуй, их даже ты способен приготовить! — валет пик пошёл следом за ним. — А вот это было уже обидно…       Когда они пришли на кухню, приготовление бутербродов Зонтом не заняло много времени. И нет бы остановиться на этом, но Вару от власти совсем опьянел, поэтому решил вывести издевательства на новый уровень. Как только трефовый поднёс тарелку с бутерами, Вару, вальяжно покачиваясь на стуле, вытянул руку в останавливающем жесте и неожиданно заявил: — Стой-стой. Ты забыл сделать самое важное. — А? Что же? — шестой удивился, но совсем немного, словно ожидал услышать придирку. — Ты что, тупой? Конечно же нужно добавить главный ингредиент — любовь! Поэтому ты должен поцеловать каждый бутер с любовью! Да так, чтобы твоя мерзкая слюна не попала на них! Если попадёт, будешь переделывать!       Совсем обалдел, да? Да. Однако, стоит учитывать, что Вару не делает зло просто так. Издёвки приносят ему удовольствие, ведь он не умеет распознавать или воспринимать человеческие чувства. Он словно пинает мяч и даже не задумывается: «Каково мячу от того что его пинают»? Вару просто не привык действовать по-другому, вот не умеет он. Это его не оправдывает, но даёт понимание, почему он такой. — Я-я…! Я не смогу такого сделать! — у Зонта даже руки затряслись. — Сделаешь это сейчас — не придётся делать потом! — а пятый только наслаждается игрой с его нервами. — Э-это как-то неправильно… — Всем привет! — на кухню залетает Феликс, который, как обычно, находится в приподнятом расположении духа. — А-ах! И-извини! — напуганный таким внезапным появлением, Зонт ставит тарелку резким движением на стол и, огибая Феликса, убегает в свою комнату. — А? Что это с ним? Вару! Ты что, его обижал?! — ну, начинается. Феликс заступник ещё тот.       Хотя в качестве жертвы он тоже довольно подходящий, хоть и более опасный соперник. Издеваться над Феликсом — это всё равно что стучаться в открытую нараспашку дверь, когда хозяин квартиры может надавать тебе люлей в любой момент. — Скорее это он меня обидел. Я всего лишь попросил сделать эти бутеры с любовью, а он отказался! Почему он не хочет меня любить?! Я же такой классный! Это как-то оскорбительно даже, — не без сарказма ответил валет пик, откусывая кусок от своего «заслуженного» бутерброда. — С любовью? Уф! Ч-что…? Что ты просил его сделать?! — червовый метнулся к столу и бахнул по нему кулаком. — Ничего невыполнимого! Всего лишь лёгкий поцелуй для моих бутеров своим мерзким недостойным ртом! — Ох! Ты действительно сказал ему это?! — Эй, я не говорю ничего, кроме правды! Ты бы согласился поцеловать его в губы? Лично я нет, это отвратительно! — Да как ты смеешь?! — Что, заступаешься за своего любовничка?! — Ничего подобного! Я и Зонт просто друзья! — Ага, конечно! — Нгр-р-р-х! Ты говоришь, что тебя не хотят любить, так?! Это бы не было проблемой, если бы ты не вёл себя как задница! — У-у-у, наш хороший мальчик сказал грязное слово? — Я…! Я…! В смысле…! Нет! Я не это хотел сказать! — а вот это Феликса серьёзно задело; ещё бы немного, и он бы возможно даже расплакался, но неожиданно появился тот, кто немного остудил накалившуюся обстановку.       Ромео зашёл на кухню. Почему он так рано не спит? Как обычно, Феликс разбудил его вместе с солнышком. — Всё ты правильно сказал, Феликс, — седьмой улыбнулся и стал медленно «вальсировать» в направлении к холодильнику. — Слово-то цензурное. — О. Ещё и этот… Лингвист хренов вылез, — буркнул Вару. А он только разыгрался.       Стебать Феликса в присутствии его короля не получится, а стебать самого Ромео — это как стучать в дверь, а хозяин квартиры открывает тебе и приглашает тебя войти. — Да, я такой! — самодовольно кивнул Ромео и кратко усмехнулся. — Фу. Меня сейчас тошнить начнёт от вас обоих. Вы оба такие сахарные, аж жуть, — пятый, как и всегда, высказал своё непредвзятое мнение, на что получил весьма ожидаемый ответ. — Если я тебе не нравлюсь, застрелись — я не исправлюсь! — в шутку ляпнул он в ответ и начал нарезать себе фруктовый салатик, потому что он — фитоняшка.       Если есть паблик во ВКонтакте, который в полной мере может описать характер Ромы, так это «Это не нервы, я мужчина-стерва». Эх, какая хорошая реклама, жаль, что не заплатили. — Я, кстати, собираюсь в город выбраться. Кто со мной? — король червей обернулся и с дружелюбной улыбкой, не без невинного прищура, обратился к обоим. — Никак нет, братец! — Феликс гордо поставил руки буквой «Ф» и с воодушевлением продекламировал, — У меня уже есть планы! Но мы обязательно проведём с тобой время в следующий раз! — затем он потянулся за любимыми сахарными хлопьями, чтобы в последующем залить их молоком и насладиться просмотром любимых передач. — Ах, какая жалость! Ну что ж, удачи тебе тогда, — седьмой добро посмеялся; ребяческая натура его валета поистине забавляет. — А что насчёт тебя, Вару? — Меня? — пиковый сначала нахмурился и вздёрнул бровь, как будто не поверил, что это к нему обращаются не с просьбой свалить к чёртовой матери. — Пф, не. Чё мне там делать с тобой? Вместе баб клеить? — Ну да! — Ромео проигнорировал несколько грубую формулировку, но не потому что с ней согласен, а потому что поправлять Вару просто бесполезно. — …Ах ты сукин сын, я в деле! — кивнул пятый после недолгой паузы.       Феликс уже скрылся из кухни, но если бы он был всё ещё здесь, на оскорбление своего короля отреагировал бы так же, как и на обращённое к нему лично.       Вару и Ромео сразу после завтрака собрались тусить и веселиться и как только они подошли к входной двери, вот-вот готовые уйти, из ванной выходит Куромаку и разъярённо зовёт пятого, дабы разобраться с этим засранцем. Пранк бульоном удался, теперь Куро пахнет как варёная курица, а это значит, что пора текать. Вару выпихнул седьмого за дверь и скрылся следом за ним, прежде чем его заметили. — Вару, контрпродуктивно сейчас прятаться, потому что тяжесть твоего наказания прямо пропорциональна времени, за которое я тебя найду, и увеличивается в геометрической прогрессии с ускорением! — угрожающе объявил второй. — Вару! Где ты, делить тебя на ноль?!       Трефовый осмотрел гостиную. Как удачно: там как раз находился Пик (и Габриэль, но это не особо важно). — Пик! Ты не знаешь, где Вару? — спросил Куромаку, с усилием контролируя сбитое от раздражения дыхание. — А мне почём знать? Я не слежу за ним, — он даже не отвлёкся от просмотра какого-то сериала. — Это очень плохо, — второй встал прямо перед экраном. — Кто за ним будет следить, если не ты? — Чего ты ко мне прицепился? — цыкнул Пик. — Он здоровый пацан, а я ему не мамочка, чтобы за ним следить. — Ну, может и так, но ты его король. Валеты в подчинении у королей. Если же отойти от карточных мастей и прочего, то всё равно между вами есть связь. Как у старшего брата и младшего, я имею в виду. Конечно, это чисто символически, а не фактически. В конце концов, именно ты знаешь его лучше всего и, наверное, только ты можешь заставить его себя слушаться. В противном случае, без контроля это скопление энтропии будет портить жизнь всем окружающим. — …Хорошо, — вздохнул восьмой, на мгновение закатив глаза, и одним нажатием кнопки пульта выключил телевизор, а затем скрестил руки на груди и, смотря на трефового исподлобья, вопросил, — И что я должен сделать? — Ну, может, ты бы мог помочь мне его найти? Если его позовёшь ты, он вряд ли догадается, для чего. — Ты его недооцениваешь. Но попробовать стоит, — Пик набрал воздуха в лёгкие и громко позвал валета, — Вару! Сюда иди!       Ответа не последовало. — Спокойно, он может маскироваться под собственное отсутствие, — добавил король пик и снова окликнул пятого, — Вару, кстати, я гей!       Но никто так и не ответил. Пик уже хотел в третий раз позвать его, но его прервали. — Да нет его здесь, можешь не кричать, — как бы невзначай сказал Габри. — Если бы он тут был, я бы его точно уже услышал. — Правда? Может, он действительно сидит очень тихо, — предположил Куро, на что получил ответ, который ожидал меньше всего. — Прямо сейчас Феликс наверху в своей комнате слушает… М-м-м, как же зовут эту певицу… Арви… Ари… Ави… — так и не вспомнив имя, Габриэль начал тихо напевать мелодию без слов. — Аврил Лавин, что ли? — догадался Пик. — Да-да, Аврил Лавин! Наверное… — после сию минутного восторга бубнового валета сразу же последовала неуверенность. — В любом случае, Вару сейчас нет дома, — подытожил восьмой. — Так что, Куро, я рекомендую заняться тебе чем-то более полезным, вместо его поисков. Помыться, например. Пахнешь как свежезаваренный Доширак. — Эй! Я не виноват, что ты не следишь за своим валетом! — заметил Куро. — Как раз из-за него в душе вместо воды течёт крепкий бульон, запах от которого мне придётся вымывать на протяжении нескольких часов! Если ты настаиваешь на сознательности Вару, то я бы с этим определённо поспорил, так как сознательный человек не станет использовать кубик бульона для несмешного розыгрыша, а сделает себе какой-никакой завтрак сам, вместо того чтобы запрягать Зонта! — с презрением прищурившись, он наклонился к собеседнику и пассивно-агрессивно прошептал, — Держу в курсе. — Я не виноват, что эта гнида встаёт в 5 утра и решает, что сегодня у него плохое настроение, — шикнул тот в ответ. — Что ж мне теперь, из-за него подрываться ни свет, ни заря? — А мне что теперь, терпеть последствия его выходок?!       Габриэль, пока эти двое всё больше накалялись в жарком споре, взял пульт с дивана, включил телевизор и прибавил громкость побольше. — Стой, что он делает? — вскоре король треф заметил это специфичное поведение. — Он пытается вас заглушить, — Данте появился будто из ниоткуда. — Он не любит, когда ругаются.       Третий подошёл к своему валету, вежливо попросил у него пульт, а когда тот послушно его отдал, выключил телевизор, отложил пульт в сторону и взял Габри на руки. — Но мы… Не ругаемся, — спокойно заметил второй. — Ага, а что мы по-твоему делаем? — саркастично спросил Пик. — Я продолжаю настаивать на том, что это твоя вина, — трефовый снова начал накаляться. — Кто прав, кто виноват… Какое это имеет значение, когда дитя плачет? — король бубен присел на диване и стал гладить своего валета по спине. — Тише-тише… — Ты вообще не вмешивайся. Это не твоё дело, — заметил пиковый, на что встретил противоположную точку зрения. — Постой, возможно, он может дать толчок к тому, чтобы мы могли прийти к компромиссу, — Куромаку кивнул в сторону третьего. — Данте, может быть, ты бы мог нас рассудить. Я считаю, что Пику стоит применить меры по дисциплине своего валета, но он настаивает на том, что это не его дело. Кто из нас прав? — Двое дерутся — третий не лезь, — красный усмехнулся. — Но если хочешь знать моё личное мнение, я его выскажу. Я считаю, что вы оба правы и неправы одновременно. — Что? Что ты имеешь в виду? — Куро попытался уточнить. — Терпение, друг мой, — Данте мягко улыбнулся, а затем продолжил, — Чтобы выяснить характер связи между двумя людьми, нужно обратиться к самым истокам этой связи. Возможно, это лишь моя безумная гипотеза, но что если поведение ваших валетов напрямую зависит от вас? У того, кто сосредоточен на том, чтобы выстроить человека по линейке, будет закомлексованный подопечный со страхом общественного мнения. Отсутствие же всякого контроля приводит к хаосу, который становится совершенно невозможно контролировать, когда он разрастается. Если то, что я сказал, правда, то ваши валеты — это действительно ваша ответственность, ведь в таком случае то, какие они есть — результат вашего действия или бездействия. Но… Что если я не прав? Что если валеты получились такими просто потому что так должно было произойти? Тогда это ничья ответственность, да? Да. И нет. Однако, как часть одного целого, нам нужно как-то научиться уживаться друг с другом. Чья бы это ответственность ни была. — Хм. Интересно. И как ты предлагаешь это сделать? — фыркнул восьмой с недоверием. — О, вот как? Предпочитаешь искать готовые решения? Хм-хм… Не осуждаю, — бубновый загадочно сверкнул алыми глазами. — Я скажу вот что: Последствия воздействия на личность полностью отменить нельзя. На изменения потребуется время, и оно должно совершаться умелой рукой. Это нелегко, для этого нужно умение, терпение, время… Но оно того стоит, разве нет? — затем третий обратил внимание на то, что его валет слушает его с неподдельной заинтересованностью, поэтому среагировал, — Тебе интересно, о чём я говорю, да?       Габри кивнул дважды. — Ну-ну, идём, — Данте направился в свою комнату со своим подопечным на руках. Удивительно, как ему удаётся сохранять такую по-родительски плотную связь с ним.       Пик и Куромаку пытались как-то обработать в своей голове тот абстрактный поток сознания, который им выдал Данте. После минутного молчания в честь смерти здравого смысла, восьмой, наконец, выдал: — Знаешь, я, кажется, понял, что он пытался сказать. — Правда? — Куро удивился. — Да нет, конечно! — тот нервно усмехнулся.       Драматичная пауза. — Хах… Я, кажется, тоже, — трефовый едва заметно улыбнулся; это прекрасное явление длилось всего одну секунду. — У меня есть ощущение, что он пытался что-то сказать, но… — он пару раз покрутил рукой вокруг своей оси в районе запястья, — То ли мысль не смог понятно изложить, то ли намеренно не хотел давать готовых ответов. — Похоже на то. Хм… «Чья бы это ответственность не была»… Насчёт одного он прав. Нам нужно научиться уживаться друг с другом, как бы там ни было. Так что, я, наверное, попробую что-то с этим сделать, — пиковый задумчиво пригладил непослушные фиолетовые локоны, настойчиво уставившись в пол. — Отлично. Благодарю за твою сознательность, — второй кивнул и направился удалять последствия шалостей Вару.       Кстати о Вару…

***

— Пронесло! — с облегчением выдохнул пятый, стоило ему только скрыться за дверью.       Ещё бы. Если бы Вару попался под горячую руку Куро, ни на какую тусовку он бы не пошёл. Действовать Куромаку на нервы — это как долго стучать в дверь, за которой то ли строгий учитель по матану, то ли бомба замедленного действия. — Блин, жаль всё веселье пропустил! — валет пик разочарованно щёлкнул пальцами, а затем с силой ткнул Ромео пальцем в грудь, предъявив претензию. — Это всё из-за тебя, блядун!       Сначала червовый немного оскорбился, но спустя пару секунд, проанализировав этимологию слова, которым его обозвали, решил, что оно не очень-то далеко от истины. Только донельзя гиперболизированно. Конечно, всё ещё неприятно, но уже не так сильно. Однако, Ромео всё же за словом в карман не полезет, поэтому он ответил весьма достойно, как ему казалось. — Да, конечно, получить книгой по голове всяк веселее культурного времяпрепровождения с дамами, конечно, дружок-пирожок! — он рассмеялся, поправив волосы, собранные с помощью фиолетовой ленты, завязанной в бант. — Хм… Во-первых, ты прав. А во-вторых, пососи. Я же не смогу теперь поржать над тем, что Куролес пахнет как варёная курочка! Это ж, блядь, так иронично! Хе-хе-хе! — без капли сожаления о содеянном и сказанном, Вару улыбнулся, демонстрируя очаровательные в своей небрежности слегка неровные зубы. — Божечки! У тебя абсолютно никаких манер, — Ромео усмехнулся, прикрыв губы кончиками пальцев; для парня его ногти длинные, но они так ухожены, что многие девушки бы позавидовали. — Готов поспорить, дамы от тебя быстро разбегутся. — Ха! Щас прям! — он задорно тряхнул головой, словно хвастаясь своими кудрями. — Попробуй побыть на месте девушки. Кого бы ты выбрал: харизматичного плохого парня или результат неудачной оргии на гей-параде? — Э-э-э… — седьмой мог многое вынести, но это уже верх наглости. — Это вопрос, на который нет правильного ответа, не так ли? Как загадка про два стула, не так ли? Я, конечно, понимаю, что могу нравиться не всем, но ты использовал уж очень поверхностное описание. К тому же, совершенно неверное. Это всё равно что про «Муму» Ивана Тургенева сказать, что книга про корову. — Да-да, извини меня, ты прав, — не переставая едко лыбиться, проговорил валет пик чуть тише обычного. — Но что ещё можно сказать про книгу, которая называется «Ромео», её открываешь, а там одна страница, да и та — с картинками из камасутры и дешёвыми способами пикапа? — Ах так! — червовый поджал губы на секунду. — Ты тоже хорош! Унижая других, выше не станешь, знаешь ли! Что можно сказать о книге по имени «Вару», в которой написаны лишь нецензурные слова, оскорбления и способы раздражать окружающих?! — Стрелки переводишь? Значит, я оказался прав, — Вару невинно пожал плечами. — Да, перевожу. Но в каком месте я сказал неправду? — Ромео скрестил руки на груди, гордо приподнял голову и вскинул бровь, поглядывая на оппонента свысока. Буквально. — Да как ты заебал, а… Ну сразу понятно — пидор, — он раздражённо вздохнул и на долю секунды закатил глаза. — А вообще… Хочешь поспорить, кто прав? Заебись! С кем-нибудь. До смерти. Ладно, если без шуток… То шутки тут не было. Я серьёзно. Предлагаю пари! Кто больше цыпочек выцепит за вечер, тот и победил! По рукам? — Серьёзно? Не то что бы это что-то для меня значило, я и так знаю, что я неотразим, но пари слишком интересное… Ай, Бог с тобой, по рукам! Будь я трус и подлец, если откажусь! Только давай определим по количеству номеров, которое мы соберём. А то с первым встречным никакая приличная девушка не согласится… Ну, за исключением только тех случаев, когда он так же хорош, как я! К тому же, письменное подтверждение — самое надёжное!       На том и порешили. Сошлись на том, что пойдут по очереди в два разных места вдвоём. Куда пойдут в первую очередь, определяли с помощью игры в «камень-ножницы-бумага». Победил Ромео, а значит победила и дружба, поэтому первое место, куда они направились — это библиотека. — Тьфу. А ещё отстойнее место нельзя было выбрать? — фыркнул Вару. — Здесь даже разговаривать толком нельзя! — Отлично, возможно, ты хотя бы здесь помолчишь и дашь дорогу маэстро! — червовый гордо и задорно хмыкнул и прошёл вперёд.       Жертва долго себя ждать не заставила. Брюнетка с короткими волосами, карими глазами и круглым личиком, несколько азиатской внешности, сидела в углу и читала какую-то тёмно-синюю книгу в жёстком переплёте. «Всё», — думает Ромео. — «Парочка встала в позу, сейчас будет грандиозный sex». — Ojōsan kon'nichiwa! — тихо прощебетал он, присев напротив девушки. — Что, простите? — на чистом русском вопросила она. — О? Хо-хо, какая удача! — обрадовался седьмой, поняв, что ему не придётся изгаляться на языке, с которым он знаком весьма поверхностно. — Кхм! Я говорю: «Здравствуйте, леди»! — Ах… Эм… Здравствуйте, — девушка бросила на него взгляд исподлобья и в ту же секунду снова уткнулась в книгу. — Как мне к Вам обращаться, прекрасное создание? — Александра, — она неловко отвела взгляд и закусила губу. — «Отлично, губу закусывает. Похоже, я ей нравлюсь!» — думает Ромео. — «Господи, поскорее бы он съебался, ненавижу общаться с людьми», — думает Александра. — Прекрасное имя! Благородное… Меня Роман зовут, — его ореховые глаза направили взгляд на книгу. — А что читаете? — «Блин, надо бы как-нибудь ему ответить, чтобы он отстал», — подумала та и выпалила, — Расчленёнку. — Что-что? — червовый озадаченно похлопал глазами.       Девушка подняла книгу, дабы спрятать взгляд за ней и больше не пересекаться им с приставучим незнакомцем. Видит Ромка — белым по синему написано: «С. И. Огнев. Зоология позвоночных». — А-а-а, ха-ха-ха! Понимаю! — расхохотался он. — Живые существа, значит. Очень интересная тема, да… А Вы в университете учитесь? — «Ух, сука, ты у меня щас отвалишься!» — про себя Сашенька уже скрипела сквозь зубы, но вслух спокойно сказала, — Да, в университете. Знаете, расчленять животных так весело! — Ох… Это… Интересная область науки! Хоть и непонятная для меня, — Рома пытался быть максимально понимающим в такой ситуации и всё не отставал. — Но я могу понять Ваш интерес к науке! Должно быть, биология — это очень весело! — «Заебёшь, зай. Я тут учиться пытаюсь, свали», — похоже, эта девушка слишком социально-неловкая, поэтому не может послать кавалера в открытую и шлёт его мысленно. — Да, вне всякого сомнения.       Неизвестно, сколько ещё бы мог продолжаться этот парад испанского стыда, если бы не подошла другая девушка: русоволосая, явно спортсменка, под метр 80 ростом. Саша внутренне ликует и, продолжая закрываться книгой, смотрит на неё жалобным взглядом и шепчет почти не слышно, но по губам легко можно прочитать: «Помоги мне». Новое действующее лицо сигнал улавливает, и голубые глаза испепеляюще смотрят на розоволосого парня, который невинно улыбается как дурак и даже не осознаёт, что происходит. — Кхм-кхм, — девушка подходит к ним и обращается к Ромео, — Здрасте, значит, молодой человек, Вам что-то подсказать? — Н-нет, я только смотрю… — он прямо опешил.       Глаза разбегаются. Конечно, плоскогрудая миниатюрная азиаточка с короткой стрижкой — это мило, но девушка атлетичного телосложения с третьим размером, широкими плечами и брутальным каре — тоже звучит заманчиво. — Не на что тут смотреть. Если тебе что-то нужно, спроси библиотекаря, Наталью Фёдоровну, — русоволосая большим пальцем показала на стол, за которым сидела седовласая полная женщина средних лет с ярко-красной помадой на губах и читала журнал про знаменитостей; завидев Ромео, Наталья Фёдоровна кокетливо похлопала ресницами и послала ему воздушный поцелуй.       Ромка нервно сглотнул. — Если тебе нечего спросить, — девушка-атлет взяла его за воротник пиджака и приподняла, оставив между их лицами всего пару сантиметров, — Уёбывай отсюда.       Вблизи лицо данной особы было ещё интереснее. Её скулы элегантно подчёркнуты, но не слишком сильно, поэтому лицо не кажется нездорово худым. Разглядывать ещё разные глаза для червового было своего рода удовольствие. Левый — голубой, правый — карий. Гетерохромия — редкое явление, но когда его встречаешь, практически невозможно оторвать взгляд. Природа — самый искусный художник! Или это линза? Не важно, смотрится всё равно красиво. Не в силах сдержать прекрасные порывы, Ромео прошептал: — Богиня… Как Ваше имя? — Эм… Лера меня зовут… — она даже растерялась от такой реакции и отпустила его из своих крепких рук. — Валерия… — он еле удержал равновесие. — Я запомню Ваше имя и Ваше прекрасное лицо… Я понимаю, что не смею просить Вас о таком, но… Могу ли я рассчитывать на то, что ещё Вас встречу? — Я надеюсь, что нет, — с усмешкой фыркнула она. — Вали, пока я тебя не пришибла. — Ох, прошу, простите меня, прелестное создание! Вы правы, я заслуживаю удар по лицу Вашей… — седьмой взглянул на руку Валерии: выглядит тяжеловато, — …Рукой. — Етитский ангидрид, всё ещё хуже, чем я думала, — Лера покосилась куда-то в сторону.       Саша кивнула ей с досадой, тяжело вздохнув. — Полина, нам нужно подкрепление! — русоволосая взглянула на свою подругу.       На это имя откликнулась пышная круглощёкая румяная шатенка с косичкой. Поля оторвалась от книги, прикрыла её, подошла к Ромео и с добродушной улыбкой похлопала его по плечу. — Простите, — нежным голоском проговорила она. — Роман Вас зовут? — Да-да, это я, — червовый обернулся на неё, начав разглядывать сверху вниз; Венера во плоти! — Послушайте, Роман… Эм… Я так понимаю, Вы хотите с кем-то познакомиться, но… Видите ли, библиотека — это не совсем то место, где стоит это делать. Здесь люди пытаются учиться, а Вы их отвлекаете… Поэтому, пожалуйста, возьмите нужную Вам книгу и читайте молча или же покиньте библиотеку.       Треск! Вы слышали это? Это сердечко Ромео разбилось. — Что Вы, что Вы! П-простите! Я-я…! Больше не посмею Вам мешать! Я…! Я сейчас уйду! — седьмой направился к выходу, так сказать, с позором и без единого номера. — Классно ты его… — Валерия немного растерянно улыбнулась Поле. — Похоже, у тебя талант справляться со всякими долбоклюями. — Да ну, — возразила Саша. — Он был довольно милый. Вот если бы он не был таким навязчивым, было бы вообще незаменимо.       Тем временем, Вару повезло больше. Он даже не надеялся встретить здесь кого-то, кто его бы заинтересовал. Однако, он всё же заприметил невысокую блондинку с двумя короткими хвостиками в чёрной футболке с надписью «Meowtall» и явно тяжёлой грудью размера третьего точно. Это первое, что Вару в ней приметил. Взглянув, что она читает, он приятно удивился: «Как управлять Вселенной, не привлекая внимания санитаров». — «Охуеть… Если она будет смеяться над моими шутками, я женюсь на ней», — пронеслось в голове у Вару. — «Я её похоже где-то видел, хм…»       Он подсел к ней, облокотился на стол и включил всё обаяние, что у него было. — Здоро́во, корова! — пятый улыбнулся ей. — Девочка-сосочка, почему одна, щас будет два! — О, арифметику знаешь! Молодец! — она хихикнула. — «Блядь, я пошутил…! Это что мне, придётся так рано попасть в оковы брака?! Нет уж! Но упускать такую чику нельзя! Я обязан получить её номер»! — Я, кстати, где-то тебя видела… А, блин, ты же этот…! Ирин знакомый или типа того? — спросила девушка.       Ира — это та самая дочка полицейской, которая помогала клонам обустроиться в реальном мире. Дело в том, что её подруга, которая представилась как Свит, с клонами почти не пересекалась. Однако, образ миниатюрной пышки в смешной футболке кое-как отпечатался в памяти пикового валета. — «Свит, ну конечно! Я должен был запомнить! В смысле, по ней видно, что она sweet. Ты — это то, что ты ешь, да, как бы?» — он пошутил у себя в голове и сверкнул улыбкой. — Ага, я тоже тебя помню. Свит, да? — Пизда, — девушка уткнулась в книгу, чтобы заглушить свой смех. — «Твою мать! Она почти как я, только с сиськами! Клёво, хочу её!» — пиковый посмеялся над этой глуповатой шуткой, параллельно рассуждая про себя. — Приятно познакомиться, Пизда Батьковна! Я Хуй Иваныч, Вы мне очень подходите, пройдёмте на сеновал! — Что Вы! Я не такая, я жду трамвая. Я, знаете ли, фанатка Берлиоза, — Свит беззлобно улыбнулась, поглядывая на него искоса. — Что ты хотел-то? — Ах, да, тут такое дело… Дело в том, что я уже читаю эту книгу, а она тут одна такая. Прямо как ты! Поэтому… Как будем решать эту ситуацию? — Если ты хочешь, мы могли бы почитать её вместе, — она положила книгу на стол и подвинула к нему. — Мне несложно поделиться.       Вару аж вздрогнул, чуть подрумянившись, и кивнул. Он подвинулся поближе и уткнулся в текст. Их плечи соприкоснулись. — «Блин, надо ж работу, наверное, искать… На что я буду её на свидания водить? Стоп, какие нахуй свидания? Я чё, ебанулся?»       И тут до пикового доходит, что начало происходить. Никогда не гадали, глядя на человека, что там у него в голове? Вот сейчас мы посмотрим. Если объяснить максимально понятно, у Вару сейчас в голове сражаются эмоции и рационализм. Гормональный всплеск приносит кучу положительных эмоций. Как героин, только легально и бесплатно! С другой стороны, рациональная сторона перечисляет все минусы вступления в единичную половую связь с этой девушкой, потому что такие на дороге не валяются, просто один раз покувыркаться и разойтись было бы нелогично. Эмоциональная часть толкает на то, чтобы добиться постоянной связи с ней. Рациональная же включает режим эгоиста. Это ж какая ответственность взвалится на юные плечи! Придётся ещё деньги зарабатывать, чтобы половину тратить на неё. Жесть! К тому же… Серьёзные отношения — это как вообще? Что вообще такое любовь? Как себя вести, чтобы не спугнуть потенциальную спутницу жизни? На все эти вопросы у Вару не было ответа. Он понимал, что прямо сейчас к серьёзным отношениям не готов, но рассматривал такую возможность в дальнейшей перспективе, пусть и эта идея не выставлялась на пьедестал. — Здесь темно. Пойдём лучше к окну, — предложила Свит. — Кокну? — пятый прыснул. — Какну, какну! — подхватила та в ответ.       И всё. Пошла цепная реакция. От тихого «хе-хе» и «хи-хи» за минуту всё дошло до «ах-ха-ха-ха». Они смеялись в голос, потому что попытки сдержать смех были даже болезненными. — Так, а ну-ка! Что это вы тут устроили! — Наталья Фёдоровна возмутилась. — Шумите тут! Выйдите, проржитесь, а потом возвращайтесь! Вот молодёжь некультурная пошла!       Но это не помогло, ведь если бы они успокоились, через пару минут снова бы рассмеялись из-за какой-то ерунды. А это и произошло в итоге. Свит и Вару настолько надоели библиотекарю, что она их выгнала из читального зала, но их поток несмешных шуточек так и не прекратился.       Свит накинула джинсовую куртку, которая всё это время была в её большой спортивной сумке. Холодает, похоже. — Хе-хе-хе! А вот как тебя по-настоящему-то звать?! — спросил пиковый. — Таша, — она хихикнула, хитро прищурившись. — …Натаха? — Ага! — Прям как голубя?! — Да! Ладно, я напиздела, это не моё имя. — Ну ты Натаха и засрыха! — Хе-хе! Я Света! — А я Тёма, — он протягивает руку и вскоре получает своё первое рукопожатие. — А знаешь что, я тоже пизжу! — А как же тебя тогда зовут? — В…! — пятый закусил губу, чуть не представившись по привычке. — Вольдемар, вообще-то! — Владимир? — В точку! — Как Путин?! — Нет, ты неправильно поняла, это Владос Мирос! Надо знать таких великих личностей! — Хе-хе! Как скажешь! Я запомню твоё имя!       Большие часы на библиотеке только-только пробили полдень. — Вот зараза, мне ж к репетитору скоро, — Света обиженно надула губы и нахмурилась. — Ах он сука! — на автомате выпалил Вару, даже не задумываясь о том, что только что сказал. — И не говори! — она кивнула с грустным вздохом. — Что ж, мне пора! — девушка на секунду обняла его за плечи, хихикнула и вскоре убежала.       Вару понадобилось несколько секунд, чтобы осознать произошедшее, что дало Свит фору, которой она воспользовалась, чтобы смыться. — Стой! Ты так и не дала мне номер! — крикнул он ей вслед, а затем попытался догнать. — Стой, сука! Володя! Мы же тоже умеем бегать, Володя! — Остановись и посмотри назад! — издалека крикнула та в ответ и скрылась из виду.       Пятый поверил ей: остановился и обернулся. Но так и не понял, в чём прикол. Решив, что его обманули, пиковый с досадой сплюнул и в очередной раз громко и грязно ругнулся. — Так-так-так, что тут у нас… — элегантной походкой к нему подошёл Ромео; тон его явно выражал зависть. — Похоже, кому-то повезло больше, чем мне, да? — Ой, Ром, отвали, ещё тут мне твоих насмешек не хватало. — Похоже, кто-то посмеялся над тобой вместо меня, — он оторвал что-то от свитера Вару, а затем передал ему в руки: это был клейкий стикер. — Это было у тебя на спине.       Пиковый взял эту бумажку, а на ней крупными буквами написано «Пни меня», а внизу, мелким шрифтом: «Позвони мне, вот мой номер: +79*********». Пятый искренне улыбнулся, чуть-чуть показав зубы. Так вот что она имела в виду, когда сказала «посмотри назад»! Но эта милая искренняя радость длилась недолго и тут же сменилась злобными насмешками над Ромео. — Ха-ха, у меня есть номер, а у тебя нет, лох, пидор и умрёшь ты в одиночестве, ха-ха-ха-ха! — Вару гордо размахивал этим несчастным листочком перед лицом червового.       1:0 в пользу Вару.       Следующее место уже должен выбрать он. Что же Вару выберет? — Серьёзно? Магазин комиксов? — Ромео даже скривился. — Мы вроде девушку ищем. Разве это не место для одиноких и озлобленных парней? — Хе-хе! Okay, boomer! — тот взглянул на него искоса, еле сдерживая сардонический смешок. — Уж от кого, от кого, а от тебя я такого не ожидал. В смысле… С'mon, ты серьёзно считаешь, что девушки не могут быть задротами? Если даже я считаю, что это сексизм — повод задуматься, Ром! — Я просто считаю, что девушки выше того, чтобы читать детские книжки с картинками, — седьмой надменно улыбнулся. — Я не настолько инфантилен, как ты, знаешь ли. — Бла-бла-бла, старческий бубнёж, бла-бла-бла, — передразнил его пятый. — Блин, ты такой омерзительно старомодный. Может, у тебя всё ещё нет девушки, потому что тебе стоит мутить с пенсионерками?       Парни зашли в здание, и мир Ромео практически перевернулся с ног на голову. Всё как и сказал Вару: там действительно были девушки, при чём, самые разные. — Ого-о-о! Поверить не могу! — произнёс червовый на одном дыхании. — Я представлял себе это место иначе! — Хех! Дурак, дверь-то здесь стеклянная… — Вару осмотрелся, а его товарища и след простыл. — Эм… Ромео?       Стоило только на секунду отвлечься, а этот розовый придурок к какой-то бабе клеится. — Здравствуйте, прелестное создание! — обратился он к высокой худенькой девушке с красно-каштановыми волосами, в узких джинсах и кислотной спортивной куртке, под которой пряталась светло-синяя футболка со знаком супермэна. — Хорошо проводите время? — А? — она обернулась; действительно, девушка была симпатичной, но её внешность была немного необычной: бледная кожа, нос с аккуратной горбинкой и ямочка на подбородке. — Ха-ха, да, привет! Да, я тут мангу читаю. А ты типа косплеер или что-то вроде того?       Этот вопрос загнал Рому в тупик. Он ещё не знал, кто такой «косплеер». Но если обратить внимание на его внешний вид, Ромео действительно выглядит как аристократ 19-го века, с небольшой щипоткой современности. Типичный персонаж сёдзё-манги, которая, возможно, ещё и отомэ. Если Вы сейчас ничего не поняли, то поздравляем, тест на пенсионера успешно пройден. — Нет, мисс, к сожалению нет, — в смятении ответил он, накручивая прядь волос на указательный палец. — Понятно. А чего ж тогда разговариваешь, как чудик? — рыженькая девчушка негромко рассмеялась, от чего стало заметно щербинку меж её передних резцов.       Это сначала немного ранило чувства Ромы, поэтому он даже не придумал, что ответить. — Хотя, знаешь, это даже прикольно. Меня ещё никто не называл «мисс», — взгляд голубых глаз ринулся куда-то в сторону, а худые щёчки предательски покрылись румянцем.       Ну, всё. Роман поплыл, получается. Он умилился этой невинной скромности. Не теряя ни минуты, он ответил: — Если Вам так угодно, я буду называть Вас «мисс», пока Вам не надоест! — король червей завороженно улыбнулся ей. — Ха-ха-ха! Ты прикольный! — девушка мягко дружелюбно пихнула его в плечо. — Как тебя звать? — Роман… — он был приятно растерян: такой реакции на свои ухаживания он ещё не получал. — А Вас? — Роза, — та застенчиво поправила свои вьющиеся волосы, которые едва доставали до плеч. — Знаю, дебильное имя, но меня так зовут. — Вы что?! — Ромео изумился. — Прекрасное имя, просто очаровательное! Оно Вам очень подходит! Роза — очень красивый цветок, и Вы тоже ослепляете своей красотой. — Хе-хе! Спасибо. Ты тоже ничё такой, — Роза закрыла лицо волосами, улыбнувшись ему. — Хочешь посмотреть, чё я читаю? — С превеликим удовольствием!       И таким вот образом, наша «команда R» устроилась на уютном диванчике за прочтением романтической манги.       Вару пронаблюдал за ним и воодушевлённо произнёс про себя: «Чем я хуже»? Собственно, он подошёл к миниатюрной девушке с коротким русым каре и большим белым бантом на голове, на вид лет 16-17. — Здравствуй, дощечка, я твой паркет! — Вару не перестаёт удивлять оригинальностью в подкатах. — Э… Ты… Мне? — девчушка сразу прифигела (ещё б не прифигеть). — Кхе-хе-хе! Ну раз ты откликнулась, значит, тебе! Зовут тебя как? — Л-Лена… — робко проговорила она и несчастно поджала губы. — Х-х-хор-р-рош-ш-шо, Л-л-лена! — он передразнил её. «Гений». — Эт-то ос-скорбительно… — Леночка нервно сглотнула слюну и густо покраснела. — Тю-ю-ю… — пиковый валет разочарованно надул губы. — Ты пиздецки скучная. Ненавижу таких. Кто же тебя такую будет ебать, мисс унылые сиськи? Плоскую заику-задротку без чувства юмора! Неудивительно, что ты стоишь здесь в одиночестве, наедине с блевотным романтическим комиксом.       Девушка тихо пискнула, а её глаза налились слезами. Молодец, Вару. — В-вообще-то эт-то очень об-бидно! — проговорила она, закрывая лицо мангой, которую читала (пока этот придурок не пришёл и не испортил всё веселье). — Обидно? Что это значит?! — как и обычно, у него был весёлый задорный тон, по которому непонятно, издевается ли он или серьёзен.       Их разговор прервали. Вару не видел, как выглядел этот человек, но он точно услышал мужской голос прямо позади себя. — Извините, молодой человек, — это был бархатный спокойный лирический тенор с приятной хрипотцой; интонация явно выдавала жажду попасть на тот свет. — Чё за хрень, ёк макарёк? — пятый обернулся: ему даже материться расхотелось, когда он услышал этот голос, обладателю которого явно было лет 25.       Видит Вару: и на вид этому додику лет 25. Ростом он конечно несильно удался, а точнее — он ростом с Вару, где-то метр 65. Лицо всё в веснушках, небольшие мешки под глазами, кудри цвета ржавчины торчат в разные стороны, брови такие же рыжие и густые, мужественное квадратное лицо с острым подбородком и лёгкой щетиной, а глаза зелёные, как крыжовник. Бейджик на его груди, прикреплённый к карману белоснежной рубашки гласил: «Эмиль, владелец магазина». — Пожалуйста, покиньте магазин. Вы клиентов пугаете, — всё также спокойно попросил он. — Скорее ты тут всех пугаешь своей рожей, — пробурчал Вару почти неслышно. — Молодой человек, если Вы немедленно не покинете магазин, мне придётся вызвать полицию, они Вас проводят, — Эмиль говорил до смешного монотонно, но весьма убедительно. — «Ещё не хватало мне в ментовку попасть», — подумал пятый и, раздражённо вздохнув, направился к выходу, приговаривая, — Понял-понял, папаша, необязательно тыщу раз повторять, слушать твой гейский голос противно. — Мой гейский голос? Папаша? Я что, такой старый? — он немного удивился, но не обиделся. — А хотя, какая разница… — затем владелец обратился к Лене. — Эй, ты в порядке? Хочешь поговорить у меня в комнате отдыха? У меня есть чай и печенье. — О-о-о, с-спасибо! В-вы так добры! — она обрадовалась. — К-конечно, если В-вам несложно. И-и Вы совсем не старый! Не с-слушайте этого г-грубияна!       Эмиль и Лена вместе удалились в комнату отдыха.       Ромео и Роза с интересом наблюдали за этой ситуацией. — Эмиль такой хороший парень, — девушка усмехнулась. — Добрая душа! — Да, согласен с тобой, — Рома кратко кивнул. — А кто этот зеленоволосый парень? Он с тобой?       Так, это что? Снова вопрос, на который нельзя дать правильный ответ, да? «Пизда», — хочется сказать. Потому что это слово максимально подробно описывает данную ситуацию. С одной стороны, да, Ромео и Вару пришли вместе, поэтому правдивый ответ — «да, он со мной». С другой стороны, видя, что вытворил Вару, хочется сказать «нет», что Ромео и сделал. — Не-е-ет, что ты, конечно же нет, — он нервно усмехнулся. — Пойдём отсюда, дорогая. Здесь нам не место.       Пока Вару двигал к выходу, он услышал это. Можете предположить, как он отреагировал. — «Ой, ну и пошёл ты нахер, предатель»! — ругнулся он про себя.       Пиковый валет направился домой по пустынным пасмурным улочкам. Всё ещё холодает, но теперь погодка максимально подходит под настроение пятого. Ветер неприятно щиплет за лицо, проводит своими незримыми руками по оголённой шее и игриво забирается под толстовку, играя завязками на ней. От холода в носу скопилось немного влаги, поэтому приходилось шмыгать каждые пять минут. Противно.       Проходя через трамвайные пути, Вару максимально сосредоточился на чувствах себя любимого. Стук колёс даже немного помогает сконцентрироваться на рефлексии. Ему ранее доводилось испытывать что-то подобное, но он никогда это не анализировал. Чувство, давящее на тебя со всех сторон. Раньше пиковый принимал это за простую злость. Но тогда обстоятельства были другие, поэтому рациональность преобладала над эмоциями. Теперь же, когда от рациональности нет никакого толку, остаётся только погрузиться в эмоции. Да, неприятно. Друзей на сиськи не меняют! Хотя, каких ещё друзей? Нет у Вару никаких друзей. Оно и понятно. Мало кто захочет быть другом с человеком, который вечно сыплет оскорблениями и неприятными шутками. Но Вару даже не думал об этом особо. У него было много вопросов, которые оставались без ответа. Собственно, и не было кого-то, кто бы подсказал ответ. Он осознавал, что у него есть потребность… В чём-то. А в чём — так до конца и неясно. Ни ему, ни окружающим.       Придя домой, пиковый зло хлопнул дверью за собой. — Надоели мне все… — пробормотал он раздражённо, и тут же отвлёкся от своих эмоций, так как услышал интересный разговор.       Это Пик и Феликс. Они находятся на кухне сейчас. — Если ты думаешь, что можно просто извиниться, и всё — мир, дружба, жвачка, то ты глубоко заблуждаешься, — проскрипел король пик сквозь зубы. — Пожалуйста! Ты же не можешь злиться на меня вечно! — четвёртый буквально умолял его. — Ты недооцениваешь мои возможности, — фыркнул он, мрачно усмехнувшись.       Голову Вару посетила очередная «гениальная» идея. — «Хм-м-м, а что если устроить им романтический вечер при свечах? Ну, просто. Для настроения», — пятый тихо хихикнул и направился в кладовку.       Это место тёмное, пыльное и всё в паутине, но ему не привыкать к таким пропащим местам, верно? Чуть пошаманив с удлинителем, Вару начал шоу и стал вставлять электрические вилки в розетки одну за другой. Не пытайтесь повторить это дома… Пришлось повозиться, но спустя несколько минут дом погрузился во тьму. Первое, что пятый услышал — почти девчачий визг. — Что происходит?! Почему нет света?! — ах, всё в порядке, это всего лишь Феликс. — В смысле нет света? Света тут, — вполголоса усмехнулся валет пик, достав из кармана листочек с номером телефона и на секунду прижав его к сердцу. — Хе-хе! Я так взволнован! Меня как будто током шандарахнуло! Погодите-ка… А может и шандарахнуло, хе-хе-хе! — он спрятал листочек и вышел на балкон, чтобы затаиться там. — Кажется, выбило пробки, — затем послышался голос Пика. — Если я прав, то я, блядь, догадываюсь, чьих это рук дело! — Что произошло? Перегрузка сети? — кажется, к ним подоспел и Куромаку. — Похоже на то… Твою мать, что это?! — вскрикнул червовый. — Эй! Слезь с меня! — шикнул восьмой.       Из темноты показались два жёлтых глаза. Именно они напугали Феликса. Но когда эти «глаза» подошли, оказалось, что это всего лишь Габриэль и Зонтик с маленькими фонариками. — Э-это всего лишь мы… — пробормотал валет треф. — Отлично, у нас есть небольшие источники света. Кто-то должен пойти и включить свет обратно, — скомандовал Куро. — Есть желающие? — Я пойду. Не нравится мне всё это, — вызвался Пик и, протянул руку, подойдя к Зонту. — Дай мне фонарик. Я разберусь с этим.       Тот слегка дёрнулся, но возражать не стал и аккуратно положил фонарик ему в руку. Восьмой пошёл к кладовке. По пути он заметил нечто странное. Словно что-то не на своих местах. Не придав этому особого значения, он зашёл в комнату.       Темно, хоть глаз выколи. Свет от фонарика тусклый. Хотя, лучше чем ничего. Пик быстро заметил, в чём проблема. Удлинитель под завязку набит розетками от разнообразных приборов. — Я знал, что тут будет какая-то лажа, — вздохнул восьмой вполголоса и, отключив удлинитель и нажав пару кнопок, он включил свет обратно. — Да будет свет! Ура! — воскликнул Феликс с первого этажа.       Пик вышел из кладовки и бросил мимолётный взгляд на балкон снова. На этот раз он понял, что его смутило. Он открыл дверь балкона и периферическим зрением заметил его. — Ах вот ты где, тварь! — восьмой схватил Вару за рукав и вытащил с балкона. — Признавайся. Твоих рук дело?! — Хе! Сам-то как думаешь? Хотя, я всё понимаю, такая груда мышц как ты вряд ли способна думать! — с усмешкой ответил тот. — В конце концов, ты выглядишь так, словно что-то компенсируешь! Хе-хе-хе! Ох, я вижу это красное лицо! Это потому что я тебе нравлюсь или потому что я прав?! Злишься на меня, да? Блин, какой же ты жалкий одинокий неудачник. Как был, так им и остался. Мне даже жаль тебя немного. Должно быть, так больно быть чужим среди своих, да? Если ты будешь медленно умирать в муках, никто не захочет тебя спасти. Это так… Забавно! Ты готов умереть ради других. А ради тебя не могут даже пальцем пошевельнуть. Интересно, может ли кто-то полюбить такую шваль, как ты? Хе… Я тоже думаю, что нет. Хочешь ты или нет, мы часть одного целого. И нас невозможно изменить или принять такими, какие мы есть. Нас всегда будут ненавидеть, даже если мы не сделали ничего плохого. Хе-хе! Какая ирония. Или ты хочешь сказать, что есть надежда? Скажи это. Я посмеюсь тебе в лицо, — он засунул руку в карман и с силой сжал листок бумаги, который в нём был. — Что у вас там происходит?! — послышался голос Куромаку. — Пока что ничего, но если этот мелкий говнюк не заткнётся, то произойдут открытые переломы! — бросил Пик в ответ, угрожающе сверля взглядом своего валета и предупреждающе похрустывая костяшками. — Блядь! Не стукай! Не стукай! — валет пик ловко проскользнул мимо своего короля, словно кусок сливочного масла и на утёк. — А ну стоять! — восьмой ринулся за ним.       Вару, кажется, потерял страх окончательно, потому что под горячую руку Пика никто не захотел бы попасть. Над Пиком издеваться — это всё равно что стучать в дверь и надеяться, что тебе не откроют, а если уже открыли, то после этого тебе уже стучать не хочется. — Стой, сука! — за счёт высокого роста Пику было достаточно просто быстро идти, чтобы догонять проворного Вару, но догнать — одно, а поймать — другое. — Сам стой, сука! — обернувшись на секунду, крикнул валет пик, но, не рассчитав свои возможности, запнулся о последнюю ступеньку и упал плашмя.       Все уже сосредоточились в гостиной. Подгадав выгодный момент, Пик схватил Вару и поднял на пару сантиметров над землёй. — Попался, гадёныш, — осиплым голосом проговорил восьмой, готовый из своего валета отбивную сделать. — Кх! Д-думаешь, м-мож-жешь р-решить все п-проблемы к-кулаками? — сдавленно проговорил валет пик. — Пик! Отпусти его немедленно! — приказал Куро. — Т-ты его задушишь! — Зонт тоже осмелился вступиться.       Что странно, Феликс растерялся, хотя должен был завопить громче всех. Похоже, его моральная дилемма заставила его засомневаться в том, что правильно, а что нет. Он оцепенел не по своей воле, не в силах что-то сказать или сделать.       Что ещё более странно, Габриэль, который обычно проявлял себя как самый безучастный, сейчас проявил себя наиболее отважно. — Стой! — на глазах младшего бубнового выступили крупицы слёз, которые увеличивались в количестве с каждой секундой, и он ринулся в самую гущу событий, а затем начал тянуть Пика за край свитера. — Не надо, пожалуйста! Ему больно! Детей нельзя бить!       Тянуть за свитер было довольно бесполезно, потому что Габри не мог бы разнять эту драку при всём своём желании, банально из-за большой разницы в размере. Несмотря на это, кажется, слова всех присутствующих (жалобный плач Габри был как вишенка на торте) как-то повлияли на Пика, поэтому он отпустил пятого, который пошатнулся назад и попытался отдышаться. — Да. Ты прав. Ты абсолютно прав, — мрачно ответил восьмой. — Я действительно перегнул. Мне стоит притормозить и применить более гуманные методы.       Лидер осмотрел всех присутствующих и, подождав с минуту, фыркнул: — Ну, чего вылупились? Расходимся. Не на что тут смотреть.       Зонтик, Габриэль и Феликс послушно разошлись по комнатам. Куромаку же остался в гостиной, но он попытался сделать вид, что ничего не произошло, присел на диван, поставил нэтбук на колени и начал что-то строчить на нём, однако, продолжал наблюдать за пиковыми, чтобы не случилось ничего из ряда вон.       Пик схватил своего валета за ухо потащил на кухню, чтобы провести с ним там воспитательную беседу, но при этом не смущать Маку. — Ауч, ай, ухо, ухо отпусти! — прошипел Вару, стиснув зубы. — Сел быстро, — отпустив его, восьмой указал на стул и отдал хладнокровный приказ.       Ой-ой. Кому-то сейчас будет очень плохо. Когда Пик орёт, это 90% злости, а если он не выдаёт и намёка на эмоции и просто отдаёт команды, то это все 100%, и его лучше послушаться, так как в противном случае он без всякой жалости переломает все кости. Фигурально выражаясь, конечно. Хотя последствия так или иначе будут неприятными, поэтому пиковый валет, тяжко и напряжённо вздохнув, покорно сел на стул, словно он был электрическим, а не деревянным. — Вару. Позволь задать тебе вопрос. Сколько тебе лет? — Пик скрестил руки на груди и чуть прищурился, словно пытаясь испепелить взглядом. — Ну, примерно. Я знаю, что время в карточном мире идёт по-другому, но вот как ты ощущаешь? — Э… Может, лет 19? — немного растерянно ответил он, не понимая, к чему этот вопрос вообще. — 19, значит… Хорошо. А ведёшь ты себя почему на 4-5? — это, похоже, был риторический вопрос. — Ты… — Не всем же быть тухлыми и унылыми как ты, — буркнул Вару вполголоса. — Рот закрой, я не договорил, — тон восьмого ничуть не изменился. — Ты взрослый парень и должен понимать, что ты не в лесу живёшь. Ты пока что даже не начал работу искать. Тебя тут обеспечивают, о тебе заботятся и тебя терпят, и ты ещё смеешь выёбываться? Я понимаю, что ты, возможно, такой, потому что тебя таким создали, но можно же взять хоть какую-то ответственность за своё поведение? Хотя бы сделать вид, что ты благодарен за то, что тебя ещё не выкинули на улицу, а продолжают терпеть твои идиотские выходки в ущерб себе. Я даже не прошу, чтобы ты помогал. Заработка от тебя будет вполне достаточно. Но если ты продолжишь вести себя по-скотски, то… — То что? Выкинешь меня отсюда? — пятый вскинул бровь, глядя на него исподлобья. Против обыкновения, его выражение лица было довольно мрачным. — …Нет, — выдержав паузу, на вздохе сказал Пик. — Но если я такое поведение ещё раз застану, то я сделаю всё, чтобы тебе самому не захотелось здесь жить. Если не хочешь, чтобы от тебя отвернулись, тебе придётся начать вести себя подобающе. Так, как бы ты хотел, чтобы к тебе относились. Тебе ясно? — …Ясно, — с досадой поджав губы, ответил тот. — Всё. Дуй отсюда. Не хочу тебя видеть.       Валет вяло встал и побрёл к себе в комнату.       Куро столкнулся с ним взглядом. — Ты как? — спросил он.       Вару ничего ему не ответил, лишь махнул рукой, и, спустя пару минут, скрылся за дверью его с Данте комнаты.       Король треф отложил нэтбук и пошёл на кухню. Воздух здесь тяжелый, атмосфера гнетущая. — Тебе не кажется, что ты был слишком резок с ним? — спросил второй, попутно приоткрывая окно. — Не знаю. Одно могу сказать точно: по хорошему он не понимает, потому что просто не воспринимает такое отношение. Понятия не имею, почему так, — восьмой медленно и устало то открывал глаза, то закрывал. — Понятно, — трефовый взял чайник и начал набирать в него воду. — Я собираюсь сделать себе кофе. Тебе сделать? — Хм. Да, неплохо было бы, — утомлённо пробормотал Пик в ответ.       Смеркалось…