Личное дело

      Кайл напряжённо стоял в дверях гостиной, словно сталкер, наблюдая за Эш. Девушка тёрла и без того раскрасневшиеся глаза, вычитывая что-то на экране ноутбука.       «Это не должно быть очень сложно», — подумал про себя парень. — «Ну, и если я не справлюсь, Даниэль оторвёт мне башку, так что выбора особо нет».       Действительно, что может быть трудного в том, чтобы при необходимости отвлечь уставшую и несосредоточенную девушку? В конце концов, они почти два дня готовились к этому моменту. Они разработали целый план, вернее Даниэль разработала, но Кайл был рядом, так что мог по праву считать себя причастным к нему.       Вспоминая то, какой недовольной выглядела Янг позавчерашней ночью, когда они обговаривали все детали, Кайл был убеждён, что ей самой всё это не очень нравилось. Насколько он смог понять из того, что рассказала напарница, их куратор запросил личную встречу. Это вроде как было логично, потому что, во-первых, переписка не могла быть стопроцентной гарантией, что на связь вышел агент, а не люди, которые, к примеру, взяли его в заложники и под пытками заставили связаться со своими. А, во-вторых, правила ЦРУ строго запрещали любое общение, касающееся деталей операций, в переписке. Иными словами, весь диалог Янг и куратора выглядел примерно так:

Янг Сообщаем Вам о поступлении интересующей Вас книги. Экземпляр в хорошем состоянии. Осмотр и покупка возможны в нашем магазине города Рочестер, штат Нью-Йорк

Куратор Отличные новости, я давно разыскиваю эту книгу, спасибо, что сообщили. Я сам приеду, чтобы оценить состояние и подлинность экземпляра. Когда ваш курьер свободен для её доставки?

Янг Сейчас большая занятость, курьера найти проблематично

Куратор Уверен, вы что-нибудь придумаете. Книга нужна как можно скорее

Янг Послезавтра рано утром есть окно в расписании

Куратор Превосходно! Пусть подъезжает прямо в аэропорт Рочестера. Мой самолёт приземляется в 8 утра, буду ожидать курьера в кафе для пассажиров       Если честно, Кайл вообще не понимал, зачем нужна вся эта секретность в переписках между агентами. Вот почему нельзя было просто написать: «Привет, мы с Кайлом живы, но застряли с одной безумной блондинкой где-то в глуши под Рочестером. Пишу, чтобы ты знал, что всё хорошо, и чтобы помог выяснить, что этой курице от нас надо». Легко и понятно же.       Янг, конечно же, была недовольна не тем, что ей пришлось шифровать свои сообщения, для неё это было нормальным явлением, она же супер крутой агент и всё такое. Варсону иногда даже было неловко из-за того, что именно ей приказали возиться с ним. Женщина была настоящей профи, а из-за него была вынуждена выполнять работу инструктора и повторять всё по сто раз. Но, опять же, недовольна она была, на этот раз, не из-за Кайла. Насколько он мог судить, ей в принципе не нравился приказ о личной встрече. Она полностью доверяла их куратору, но не могла в переписке объяснить ему, что взять и уехать на пару часов, не вызывая у Эш подозрений, для неё проблематично, как и объяснить кто такая Эш. В то же время, начни она уклоняться от встречи или не явись на неё, и достоверность её личности будет поставлена под сомнение. То есть, автоматически может начать считаться, что на связь вышел не настоящий агент или агент, на которого оказывали давление. Чёртовы ЦРУшные протоколы.       Из этой ситуации было всего два выхода: сделать всё в открытую или попытаться скрыть встречу. Если идти по первому пути, то это наверняка заставит Эш отменить все свои планы на их счёт и, в конечном итоге, она может или сбежать или провернуть всё так, что против неё не будет никаких доказательств… в чём бы там она не была виновна. Таким образом, логичнее было пойти по второму пути. Но как? Как скрыть от человека, с которым двадцать четыре на семь находишься рядом, своё отсутствие?       Вырубить, запереть, связать и прочие подобные сценарии, предлагаемые Кайлом, были сразу же отметены. На самом деле, Даниэль вообще сомневалась, что был хоть какой-то стопроцентный вариант провернуть это дело, но выбора не было. То, что она придумала, включало в себя немало везения и много расчёта на физиологические потребности организма. У них в запасе было две ночи и один день, и почти всё это время они провели по очереди донимая Эш, чтобы не давать ей нормально спать и отдыхать. Янг делала это, вовлекая девушку в разговоры о том, как можно обойти безопасность АНБ или подкидывая другие идеи, вроде того, чтобы взломать систему полицейского управления штата, чтобы узнать, не объявлены ли они в розыск. Потом под этим же предлогом они шерстили данные ФБР. Эш, по большей части, делала это от скуки и с целью показать Янг насколько она крута в своих хакерских умениях.       Даже взлом сайта какого-нибудь интернет магазина, сделанного «на коленке», требует знаний, времени и напряжения. Что уж говорить о системах полиции и ФБР, которые обладали сложнейшими протоколами защиты информации. Так что повозиться блондинке пришлось не мало, но самодовольная улыбка, красующаяся на её лице после каждой удачи, говорила о том, что она не жалеет ни времени, ни сил.       Когда у Даниэль заканчивались предлоги для разговоров с Эш, в дело вступал Кайл. Ему, в общем-то, никогда не нужен предлог, чтобы завязать с кем-то разговор, даже если разговор больше похож на его монолог. Хотя, пару раз у них вышло вполне сносно и спокойно поговорить о путешествиях — оказалось, что они оба мечтают объездить весь мир, но пока побывали лишь в паре стран, впечатлениями о которых и делились, и о старых компьютерных играх, в которых Варсон был особо силён.       Сутки на дерьмовом кофе, мармеладных мишках и байках сговорившихся напарников не прошли для Эш бесследно. Даже Кайл чувствовал себя уставшим и сонным, хотя последние пять часов проспал, пока Даниэль торчала всю ночь в гостиной. Когда женщина вернулась в спальню, на улице едва светало. Они вместе выбрались в окно и толкали машину добрых пару сотен метров от дома, чтобы звук заводящегося мотора не привлёк внимание Эш. Окна гостиной выходили в сторону леса, так что увидеть отсутствие машины девушка не сможет, если только не выйдет на улицу, чего не должен был допустить Кайл. Опять же, он искренне надеялся, что блондинка скоро вырубится и проспит до вечера.       Стоя облокотившись плечом о дверной проём, Варсон не смог удержаться от того, чтобы внимательнее рассмотреть блондинку. Даже облачённая в любимые чёрные рваные джинсы и простую широкую футболку, она выглядела привлекательной. Будь её формы более округлыми, черты лица не такими острыми, а волосы длиннее, Кайл бы назвал её своим идеалом. Эта девушка была странной, она пугала и заставляла постоянно ожидать от неё очередной выпад, но, в тоже время, она безумно притягивала. Ни один человек на свете не может попрекать Варсона тем, что он думал о девушке в таком ключе. В конце концов, он был всего лишь двадцатидвухлетним парнем, застрявшим в глуши с двумя горячими дамами. Чёрт возьми, что это, если не отличный сюжет для порно? — На меня наслали какое-то цыганское проклятие или что? Ты и твоя подружка так и норовите потусоваться со мной, — погрузившись в свои развратные мысли, Кайл даже не заметил, что Эш оторвалась от своей работы и теперь изучающе смотрела прямо на него. — Даниэль только уснула, не хотел ей мешать, так что решил узнать, чем ты занимаешься, — быстро сориентировался парень, проходя к камину, чтобы подбросить ещё дров. — У тебя, наверное, тоже зудит между ягодичек от желания выбраться отсюда? — спросила блондинка, потягиваясь, чтобы размяться. — Ты о чём? — напрягся Варсон. Неужели она уже поняла, что Даниэль уехала. — С подружкой твоей всю ночь спорили о том, почему нам нужно оставаться здесь, — пояснила девушка. — Вот вроде умная баба, но такая тупая иногда. — Это да, — согласно усмехнулся Кайл. — Ты-то, малыш мой, понимаешь, как важно оставаться там, где безопасно, пока не появится больше информации? — Ну, типа, да, — безразлично пожал плечами Варсон. — Тут спокойно, мне нравится.       Эш устало вздохнула, поняв, что о серьёзных вещах с Кайлом разговаривать смысла нет, да и сил тоже на это не было. С Янг у них вышел более чем обстоятельный спор о том, почему не стоит выходить на связь с внешним миром. Блондинка по полочкам раскладывала на сколько в процентном соотношении увеличивается вероятность того, что с ними что-то случится. Её логика было проста: ЦРУ приказало убить её — значит, она не могла доверять Управлению; АНБ приказало убить Янг — значит, та не могла доверять Агентству. При этом было условие, заставившее отряд Зачистки желать убить их всех. Слишком странный круговорот приказов на смерть. Пока нет ясности, доверять не стоит никому. — Выглядишь не очень, не хочешь отдохнуть? — заботливо поинтересовался Кайл, всё ещё сидя на корточках перед огнём, глядя на девушку через плечо. — Да, надо поспать, — потерев лицо, пробормотала Эш. Голова уже совсем не соображала. Ей удалось вздремнуть от силы пару часов прошлым вечером, прежде чем её разбудил грохот с кухни, издаваемый кем-то из вынужденных сожителей. — Пойду сначала немного прогуляюсь, чтобы размяться, — решила блондинка. Шея и спина ныли от долгого сидения в одной позе, и девушка понимала, что не сможет нормально заснуть в таком состоянии, учитывая, что неудобный диван нисколько не помогал её мышцам расслабиться во сне. — Не надо, — резко поднялся на ноги Варсон. — Там же холодрыга. Замёрзнешь. Заболеешь, — он судорожно соображал, что придумать, чтобы остановить девушку от похода на улицу. — Давай я помассирую твою шею, это поможет гораздо лучше, — предложил парень, уже подходя к дивану, всем видом показывая, что не примет отказа. — Ты серьёзно? — удивлению Эш не было предела. Она и глазом моргнуть не успела, как Варсон оказался рядом и чуть надавил на её плечи, побуждая сесть на диване боком. — Просто расслабься, — проговорил парень, устраиваясь за спиной блондинки. — Боже, сколько порно про массажистов ты пересмотрел, чтобы научиться этому, — простонала Эш.       Варсон не был профи в массажном деле, но напряжённым мышцам блондинки было достаточно и этого, чтобы они решили, что попали в рай. После особо точного нажатия, девушка не смогла подавить тихий блаженный стон, наконец чувствуя, как тело постепенно расслабляется. — Просто расслабься, — тихо повторил Варсон, перемещая свои руки с шеи на плечи и спину девушки и делая движения более мягкими. — Кайл? — понимая, что массаж превращается в какие-то интимные обжимания, шумно выдохнула Эш. — Тшш, просто расслабься, — шёпот Варсона раздался у самого уха, а после его горячие и влажные губы коснулись основания шеи, посылая мурашки по телу. — Просто позволь мне помочь тебе, — так же тихо проговорил парень, мягко разворачивая обескураженную происходящим девушку к себе. — Ты такая красивая…       Никогда прежде он не видел в её глазах столько растерянности. Эш замерла, оказавшись в ситуации, которую никак не могла предвидеть, а потому не знала как себя вести. Кайл же не стал медлить, мягко улыбнувшись, он осторожно коснулся её щеки, а затем потянулся для лёгкого поцелуя. Девушка не ответила на него, но и не отпрянула. Посчитав это хорошим знаком и ощущая, как возбуждение начинает срывать крышу, Варсон подался вперёд, углубляя поцелуй. Через пару мгновений Эш шумно выдохнула, Кайл почувствовал как тело девушки прижимается к его. В конце концов, она была всего лишь молодой девушкой, застрявшей в глуши рядом с симпатичным парнем, который мог подарить ей хотя бы немного тепла.

***

      Всю дорогу до города Даниэль жутко нервничала. Кайл весьма туманно описал правильный маршрут, так что она наверняка бы заблудилась в хитросплетении накатанных лесных дорог, не отмеченных ни на одной карте, если бы не встретила по пути милого старичка на пикапе, который любезно объяснил, как добраться до трассы.       Аэропорт Рочестера занимал огромную территорию. Лишь благодаря указателям Янг удалось отыскать нужную подъездную дорожку. В двухуровневом здании, помимо терминалов регистрации и двух залов ожидания, было кафе, несколько крупных магазинов для тех, кто желает скоротать время за шопингом, камеры хранения, и ещё куча мест, вывески которых Янг не запоминала. На территории аэропорта также было отдельно стоящее здание гостиницы и большая парковка, где можно взять машину напрокат.       Входя в аэропорт вслед за шумной семейной парой, Даниэль внутренне поёжилась, проходя под рамкой металлодетектора. У неё с собой не было никакого оружия или хоть чего-то подозрительного, но нервозность всё равно сказывалась. Возможно, именно поэтому она и привлекла внимание охранника, стоящего рядом и попросившего её задержаться для более тщательного осмотра ручным металлоискателем, несмотря на то, что через рамку она прошла без характерного писка.       На ней была куртка Эш, которую она с любезной улыбкой распахнула, позволяя быстро поводить вокруг себя металлоискателем. Кроме ключей от машины с собой у неё не было ничего, даже телефон остался у Кайла, так что, дежурно пожелав женщине хорошего дня, охранник подозвал к себе уже другого посетителя аэропорта.       Было только начало восьмого утра, когда Даниэль шагала через терминал туда, где, судя по вывеске, находилось кафе, мысленно пытаясь проанализировать свой внутренний дискомфорт. Возможно, дело было в чёртовой куртке, которая была на полразмера меньше нужного и создавала болезненное давление на плечо. Во всяком случае, это было лучше, чем приехать сюда в пальто с дырками от пули и пропитанном засохшей кровью.       Впрочем, скорее всего, виной нервозности была уверенность в том, что весь её план — полное дерьмо. Нужно очень много везения, чтобы Эш не заметила её отсутствия. Даниэль даже представить не могла, чем таким действенным мог бы отвлечь её Варсон в случае чего. Не стриптиз же он ей там станцует, верно?       Если Эш поймёт, что Янг уехала, Кайл должен был вырубить её и удерживать до возвращения женщины. Другого выбора просто не было. И что тогда? Она, конечно, сможет с особым пристрастием допросить блондинку, прежде чем сдать Управлению, но в итоге всё равно придётся покидать эту игру, возвращаясь к рутинной работе. Может, в этом и было дело? Может, Янг нравилось происходящее, нравилось ощущать себя причастной к какому-то крупному шпионскому делу? На это женщина вряд ли смогла бы ответить даже самой себе. Да, и может ответ вообще был не нужен, потому что куратор скоро разложит ей всё по полочкам.       Несмотря на свой странный дискомфорт, Даниэль не смогла сдержать искреннюю улыбку, когда, войдя в кафе, увидела за одним из столиков статного брюнета со стильной причёской и ухоженной небольшой бородой. Глядя на него, Янг почувствовала как нервы успокаиваются. Чёрный костюм, галстук, начищенные ботинки, идеальная укладка, газета в руке — такой же тошнотворно идеальный, как и всегда. Лишь непривычная бледность и барабанящие по столу пальцы выбивались из общей картины. — Я думала, мне придётся тебя ждать, — проговорила Янг, подходя к столику и привлекая этим внимание мужчины. — Даниэль, — тут же выдохнул он, поднимаясь с места. — Пол, — широко улыбаясь, поддразнила Янг, в следующую секунду оказываясь в крепких объятьях. — С каких пор ты стал таким сентиментальным? — пробормотала женщина, хотя сама была рада ответить на объятья, чувствуя как рядом с ним ей становится легче дышать. — С тех пор, как думал, что ты мертва, — мужчина отстранился, напоследок хлопая Даниэль по плечу, тут же замечая, как она сморщилась от боли. — Ты ранена? — Царапина, — отмахнулась Янг.       Со стороны они, наверняка, были похожи на старых друзей или скромных возлюбленных, встретившихся после долгой разлуки, а никак не на двух агентов ЦРУ. Впрочем, они и были старыми друзьями и, в какой-то степени, скромными возлюбленными.       Пол Шелби был на пару лет старше Янг. В ЦРУ он попал сразу после службы в армии и прошёл большой путь от зелёного стажёра вроде Кайла, до куратора, контролирующего работу других агентов.       С Даниэль его связывала история, буквально длиною в жизнь. В детстве они жили на соседних улицах и ходили в одну школу. Нет, друзьями они не были, но иногда пересекались в общих компаниях. Спустя годы после окончания школы, они снова встретились, но уже на одном из совещаний ЦРУ. Даниэль только-только утрясала все проблемы своего перехода из полиции в Управление, а Пол сутками работал, чтобы получить повышение. Постепенно их общение становилось более тесным. Янг не из тех, кто любит подпускать людей к себе, но даже таким, как она, нужны те, кому можно доверять. У них был комфортный стиль общения, они пересекались не так часто, но это устраивало обоих.       С годами, к дружбе добавились привилегии. Они не встречались, не клялись друг другу в преданности и вечной любви. Это был просто периодический секс, который был удобен обоим. Янг к тому времени стала работать с заданиями особой важности и секретности, а Шелби дорос до курирования. Оба преуспевали, и всё было отлично, пока Янг крупно не влипла и не оказалась в Йемене. И тогда, внезапно, Пол оказался единственным человеком во всем мире, который был готов за неё бороться. Даже когда сама Даниэль отчаялась и решила, что на этом её жизнь и закончится, он не терял веры. Не ясно, кому Пол продал душу, чтобы вернуть Янг в США и назначить агентом в курируемое им звено. Доподлинно известно лишь то, что одной из частей платы за это было то, что женщина должна была работать в паре с Варсоном. И какие бы кошмары её не мучали ночами, как бы сильно её иногда не бесил Кайл, какими бы скучными не были их задания, по крайней мере, она была жива.       Так что, если и был на свете человек, которого Даниэль была рада видеть всегда, сейчас он стоял прямо перед ней. — Как насчёт того, чтобы пройти в мой гостиничный номер и спокойно там поговорить? — предложил Пол, уже поднимая своё пальто со спинки стула, немного нервно озираясь по сторонам. — Почему ты не назначил встречу сразу там? И вообще, как давно ты тут торчишь? — двигаясь за мужчиной, озадаченно нахмурилась Даниэль. — Такая любопытная, Янг, — в типичной для него манере, криво улыбнулся Шелби. — Меры предосторожности.       У Даниэль было ещё много вопросов, но она решила подождать, когда они окажутся в гостинице. Вокруг было слишком много людей, чтобы вести подобные разговоры.       Стараясь поспевать за Полом, Даниэль поймала себя на том, что стоило им выйти из здания аэропорта, как внутренний дискомфорт начал разрастаться с новой силой. Чтобы хоть немного успокоиться, она перевела взгляд на профиль Шелби, стараясь напитаться источаемой им уверенностью. При свете утреннего солнца на лице мужчины как-то слишком отчётливо проступили морщины на лбу, будто последние недели он только и делал, что хмурился. На бледном лице особенно контрастировали тёмные круги под глазами, которых Даниэль никогда прежде у него не видела. Весь он был натянут словно струна, лоб поблёскивал от выступившего пота. — Ты заболел? — выпалила Янг, потому что выглядел Пол так, будто его только недавно начала отпускать лихорадка. — Не выдумывай, — хмыкнул мужчина, кивая на выходе охраннику. — Просто немного устал.       Его слова эхом повторялись в голове Даниэль, а к ним добавлялось то, что не было сказано, но что она и так понимала. Он наверняка сутками не спал, разыскивая её. Поставил на уши всё Управление, или же большие боссы сами сделали это, напрягая его ещё больше своим контролем.       Янг настолько глубоко ушла в свои размышления, что не заметила случайного прохожего, и столкнулась с ним, едва сдерживая стон от боли в плече. Чужие руки удержали её в вертикальном положении, цепляясь за куртку, а через мгновение рядом уже оказался Пол. — Ты в порядке? — взглядом он уже прожёг дыру в неповинном прохожем, поспешившем скрыться. — Царапина, говоришь? — Глубокая царапина, — усмехнулась Даниэль, давая понять, что с ней всё хорошо.       Гостиница — трёхэтажное здание со свежевыкрашенным фасадом, встретила их пустынным холлом и тихой классической мелодией, разносящейся из системы внутреннего оповещения. Янг ожидала увидеть здесь людей с чемоданами и ручной кладью, нетерпеливо переминающихся около стойки регистрации в ожидании ключей от своего номера, или же наоборот тех, кто выселяется из гостиницы, спеша успеть на свой рейс. Но, видимо, Рочестер, несмотря на близкое расположение к живописным озёрам, не так уж популярен у туристов, или же дело в самой гостинице, которую все избегают. В любом случае, все кого они встретили по пути — мужчина в синей форме, перебирающий ключи за стойкой регистрации и не задумываясь развешивающий их не на свои места, и парень с девушкой, разместившиеся с газетами на небольшом диванчике, и не отвлёкшиеся от чтения, даже когда Янг проходила мимо них. Уже на втором этаже, в конце коридора, который вёл в номер Пола, Даниэль увидела горничную. Та была в измятом платье ужасающе розового цвета и крутилась у пожарной лестницы с выключенным пылесосом. «Персонал тут, конечно, специфический», — успела подумать Даниэль, прежде чем войти в номер вслед за Шелби.       Крохотная комнатка: кровать с помятым покрывалом, телевизор на тумбе, деревянный стул, затёртый грязно-бежевый ковролин, пара ламп на стенах, дверь в ванную с пожелтевшей плиткой — стандартный набор. Янг сбилась со счёта, сколько таких номеров в паршивых отелях повидала за то время, пока моталась по стране, выполняя приказы. — Я думала, ты прилетишь сегодня в восемь, — начинает Янг. — Не смог усидеть на месте, взял билет на ночной рейс, — по-детски виновато пожал плечами мужчина, переставляя стул от стены на середину комнаты. — Садись, думаю, нам есть что обсудить, — сам он уселся на край кровати, небрежно отбрасывая пальто назад. — Кайл в порядке? Что произошло? Куда вы пропали? — ясно, что у Пола вопросов едва ли не больше, чем у Даниэль. — Кайл, как всегда, без единой царапинки. Везучий сукин сын, — усмехнулась женщина. В номере не особо тепло, так что она заняла предложенное место не снимая куртки. Они сидят друг напротив друга, и, наверное, это должно ощущаться как допрос, но это всего лишь Шелби, а не какой-нибудь злобный агент внутренней безопасности, поэтому никакого напряжения от этого разговора нет. — Я сама не знаю что произошло, — честно вздыхает Янг. — Наша последняя цель — Жаклин Бродс, откуда ты получил приказ на неё? Уверен, что не могло произойти ошибки? — Никакой ошибки быть не может. Ты сама знаешь, что Управление не ошибается, — Шелби замялся, словно решая, стоит ли ему говорить дальнейшее. — Эта девчонка натворила что-то очень плохое, потому что по её душу нагрянули сразу несколько больших шишек ЦРУ. — Было общее совещание? — Нет, никаких совещаний и письменных приказов с их подписями, — усмехается мужчина. — Настолько секретно? — удивляется Янг, едва не присвистнув. Приказы без бумажного подкрепления — особый уровень секретности, их отдел такими не занимается, они же по сути простые чистильщики, чуть ли не низшее звено в иерархии ЦРУ. Для чего-то по-настоящему важного и секретного существуют другие отделы… когда-то она была одной из них. Или это какая-то её личная проверка, чтобы вернуть обратно? — Послушай, — Пол подаётся вперёд, вдруг переходя на торопливый шёпот, — Я не знаю почему, но в этом деле были замешаны очень серьёзные люди. Бродс требовалось убрать… — То есть, нет никаких сомнений, что приказ настоящий, — Даниэль мысленно вычёркивает из своего стройного плана пункт, согласно которому Эш сама всё подстроила. Выходит, её всё же вычислили, а потому приказали убить. Значит, вся история про то, что АНБ приказало убить саму Янг — липа. — Говорю же, приказ не просто настоящий, он не требовал никаких обсуждений, — пот на лбу мужчины выступает ещё больше, так что ему приходится неловко стереть его рукавом. Даниэль от этого жеста передёргивает — слишком не характерно для Пола. — Почему вы исчезли и так долго не выходили на связь? — Во-первых, я была ранена, — напоминает Даниэль. — Во-вторых, Бродс устроила целое шоу, чтобы запутать нас. Не знаю на кого она работает и чего добивается, может она вообще чокнутая… — Постой, Жаклин жива? — мужчина едва не вскакивает со своего места. Даниэль никогда прежде не видела столько паники в его взгляде. — Да, Кайл остался с ней и у него есть телефон для экстренной связи. Говорю тебе, девчонка лепит такие небылицы, я надеялась потянуть время и выведать у неё чего-нибудь интересного. Но, если есть прямой приказ на убийство, тогда я могу всё быстро закончить. — То есть, я могу связаться с Варсоном по тому номеру, с которого ты писала? — переспрашивает Пол, стягивая с себя галстук, и расстёгивая верхние пуговицы на рубашке. — Да, если в этом есть срочная необходимость, — Янг немного хмурится, никак не улавливая ход мыслей Шелби. Его нервозность сбивает её с толка. — Боже, Даниэль, во что ты опять вляпалась? — вдруг срывается на какой-то истерический полушёпот мужчина, и Янг совсем теряет ход их разговора. Мужчина встаёт с кровати, не в силах усидеть на месте, и она замечает, насколько сильно его трясёт. — Ты даже не представляешь, какие люди замешаны в этом. Деньги, влияние… Если даже АНБ так легко подставили своего агента. Эш и ты…       В голове Янг что-то громко лопается. «АНБ. Подставили. Эш». Выходит, она действительно агент? Но, что более важно, Пол изначально об этом знал, но не сообщил ей? — Ты знал? — выдыхает Янг, прибивая этим вопросом мужчину к месту. Он замирает, глядя на неё таким виноватым взглядом, что становится тошно. — Ты знал. Знал, что никакая она не Жаклин Бродс. Что ещё? Ты знал, что ей приказано убить меня? — Даниэль… — Пол вновь приходит в нервное движение. — Ты не понимаешь… Эти люди сотрут в порошок любого. Я ничего не мог сделать. Понимаешь? Вообще ничего! — Ты бы мог… — Даниэль не успевает договорить. Хаотичные блуждания Шелби, приводят его к ней за спину, и он вдруг в два движения накручивает свой галстук вокруг её шеи. Его трясет настолько сильно, что он едва может справиться со своими руками, а потому удавка затягивается не так быстро, как следовало бы. — Я ничего не мог. Я ничего не могу. Даниэль! Они не дадут мне даже выйти из этого номера, если я этого не сделаю. Они убьют моих родителей, сестру, даже соседей, просто потому что могут, — то ли в бреду, то ли в истерике, шепчет Пол, всё сильнее затягивая галстук. — Что же ты натворила! Что ты натворила?       Пока запас кислорода стремительно заканчивается, Янг с силой жмурится, надеясь, что вот-вот проснётся, и всё окажется новой версией её ночных кошмаров. Но она не просыпается. Реальность куда хуже любого из её снов. В этой реальности едва ли не самый близкий человек затягивает удавку на её шее, быстро подводя к воротам в Ад. И внезапно она понимает, насколько же она глупа. Хвалёный агент, которая не сопоставила дважды два. Всё обретает смысл. Дёрганность Пола теперь легко объясняется его внутренними терзаниями. Неказистый персонал, в разномастной форме, неумело выполняющий свои обязанности, и бодрые постояльцы, которые в начале восьмого утра неотрывно читают местную прессу, приобретают до боли узнаваемые черты обычных агентов, пытающихся слиться с окружающей обстановкой. Сколько их здесь? Если операция важная, должно быть не меньше десяти. Что ещё она упустила?       Лёгкие начинают гореть, голова идёт кругом. Она знает, что Пол сильнее, ей никак не вырваться. Она даже закричать не может, а даже если бы могла, что бы ей это дало? В гостинице, забитой агентами ЦРУ, едва ли найдётся тот, кто придёт ей на помощь. Шелби больше ничего не говорит, лишь пытается найти в себе силы завершить начатое. Всё вокруг кажется мертвецки тихим, лишь кровь шумит в ушах, а потом вдруг звучит это. Чёртовы Битлы раздражающе бодро поют своё: «Спасай свою жизнь, детка». Звук разносится из внутренней системы оповещения, попадая из колонок, висящих в коридоре, в номер, и для Янг это соизмеримо с глотком свежего воздуха. Нужно бороться, нужно выкарабкиваться.       Руки, до этого бессмысленно пытающиеся хоть немного ослабить удавку на шее, начали судорожно шарить по сторонам, стараясь уцепиться хоть за что-то, что угодно, любой шанс на спасение. Стул стоял посреди комнаты, так что ухватиться было просто не за что, кроме него самого. Выдернуть стул из-под себя и ударить им Шелби — слишком сложно реализуемый план, учитывая насколько крепко он держал её на месте, но другого выбора не было. Из-за нехватки кислорода мысли начинали путаться, паника накатывала всё больше. Стоп. Ключи. В её кармане должны быть ключи. Руки слепо шарят по куртке, натыкаясь на то, чего явно быть не должно, но сейчас не до раздумий. Она на автомате со щелчком раскрывает складной нож и делает несколько размашистых ударов над головой наугад.       Удавка на шее расслабляется так же быстро, как затягивалась. Шелби бросает галстук и, судя по всему, делает несколько неуклюжих шагов назад, врезаясь в тумбу с телевизором. Спасительный воздух обжигает лёгкие, Даниэль давится им, кашляя настолько сильно, что начинает казаться будто вот-вот выплюнет внутренности. Она валится вперёд на пол, хватаясь за горло, будто это может помочь, окровавленный нож валяется прямо перед ней. На задворках сознания, между приступами кашля и жадными вдохами вклинивается мысль о том, что никакого ножа в её карманах совершенно точно быть не должно, она бы просто не прошла с ним в аэропорт.       Где-то вдалеке слышится неясный шум и грохот, в коридоре Битлы всё ещё проповедуют свой рок-н-ролл, собственный кашель и шумное дыхание заглушают всё это, но один звук — хриплый и булькающий, всё равно врывается в затуманенное сознание.       Хватает одного взгляда в сторону, чтобы понять, что это за звук: Пол сидит у стены, слепо глядя вперёд и пытается зажать рану на шее. Из-под его рук обильно сочится кровь. Мужчина пытается дышать, но вместо вдохов выходят хрипы, а каждый выдох сопровождается порцией крови, выходящей из его рта.       Эта картина резко отрезвляет, сердце в груди сжимается до боли. Это же Пол. Её Пол. Тот, который ненавидит крепкий кофе, готовит самую вкусную пасту и знает о ней абсолютно всё. Тот, который одной из холодных январских ночей, после чертовски тяжёлого задания, сжал её в свои горячие объятья и прошептал на ухо: «Позволь себе отпустить всё. Я же рядом». Он её друг, постоянная переменная в её изменчивой жизни. Как всё могло дойти до того, что она всадила ему нож в шею, пока он пытался задушить её? — Не отпускай руки, — Даниэль не узнаёт собственный голос — хриплый и ломающийся.       Ей требуется время, чтобы оторвать себя от пола и доползти до Шелби. Собственное тело слушается с трудом. Мужчина смотрит на неё странным взглядом. В нём нет ни страха, ни упрёка. В нём благодарность. Или Янг так кажется.       Пол, как рыба, открывает рот, пытаясь что-то сказать, но выходят лишь кровавые брызги. Вопреки её просьбам он разжимает руки, отпуская свою шею, так что Даниэль сама тут же зажимает его рану. Нужно вызвать скорую. В аэропорту наверняка должны дежурить врачи. Ничего ещё не потеряно, его можно спасти… Даниэль сама понимает, что эти мысли бредовы, мужчине осталось жить от силы пару минут. Слишком быстро кровь покидает его тело, слишком точным оказался удар наугад. «Прости», — беззвучно шевелятся губы Пола, а в глазах целое море вины. — Почему? Чёрт бы тебя побрал, почему ты мне ничего не сказал? Мы бы что-нибудь придумали! — отчаянно шепчет Янг.       За дверью номера куча агентов, у которых приказ не выпускать её отсюда живой, а она не может заставить себя пошевелиться, забаррикадировать дверь, придумать план побега. Лишь зажимает рану на шее друга, глядя в его потухающие глаза. — Они… пойдут… на всё, — долго и упрямо, по буквам силится губами вывести Шелби. Он так хочет сказать что-то ещё, предупредить, попросить прощения, объяснить, что у него не было выбора, поблагодарить за то, что поменялась с ним ролями, но его время подошло к концу. Его взгляд окончательно замирает в одной точке, а тело обмякает в руках Даниэль.       Это какое-то безумие, плод её сломанного подсознания, сон — что угодно, но не реальность. Просто не может быть реальностью то, что она убила Пола. Даниэль даже примерно не может сказать, сколько людей ей пришлось убить за свою жизнь, должно быть, несколько десятков. Для неё это никогда не было проблемой, всего лишь часть работы, нечто не вызывающее никаких эмоций. Поэтому её и взяли в ЦРУ и поручали сложнейшие задания. Она никогда не цепенела, глядя на мертвое тело перед собой, никогда до этой минуты.       Звон в ушах забивает все внешние звуки, руки словно горят от чужой крови, а тело налилось такой нестерпимой тяжестью, что невозможно пошевелиться. Всё что она могла делать — сидеть и неотрывно смотреть в глаза своего друга. Пустота чужого взгляда будто вытягивала душу из неё самой.       Даниэль не слышит, как выламывается дверь в номер, не видит Кайла, который служил тараном, а после успешного устранения преграды неловко шлёпнулся на пол у входа, не замечает Эш, скользнувшую внутрь вслед за Варсоном. Она приходит в себя лишь когда её с силой хватают за шиворот и встряхивают. Чужие руки тянут её вверх, заставляя подняться на ноги. Блондинка прожигает её самым убийственным взглядом, который Янг видела за всю свою жизнь, от него по спине пробегает холод. — Разве я не предупреждала тебя, о том, что нельзя высовываться? — рычит Эш, хватая Даниэль за грудки одной рукой, пока во второй опасно поблёскивает пистолет. — Он был моим другом, — зачем-то бормочет Янг. — Ну, добро пожаловать в клуб. Теперь ты тоже знаешь, что никакой дружбы не бывает, — зло улыбается Эш, после чего грубо толкает женщину в сторону выхода.       В конце коридора лежит безжизненное тело в измятой розовой форме, рядом с пылесосом валяется оброненный пистолет, которым никто так и не успел воспользоваться. А Битлы, к явному удовольствию Эш, всё продолжают весело распевать свою песню.