Хроники Лунного города

      Бутину, как старейшему заседателю, дали право слова. Он зачитал доклад о положении дел в вверенном им городе. Доклад сопровождался демонстрацией видеоматериалов для наглядности.       - Увы, но я вынужден констатировать следующее: наш славный город оказался в ситуации, в какой не был со дня принятия Солнечной Правды. Более, возникла угроза распада нашего города на части, чего ранее даже в голову не могло прийти.       - Это произошло из-за привезенных гостями денег, будь они не ладны! – смело заявил Шмель. – Пока этих бумажек не было, не знали мы тревог и печали. Теперь вот свалились эти деньги на нашу голову.       - Проблема не только в бумажках. К сожалению, за последние время мы совершили немало ошибок, принимая неудачные решения, – возразил Бутин. – Из-за этого страдают горожане и горожанки, напомню, избравшие нас, вверив нам город. Увы, но все мы походу забыли об этом, малость зазнавшись.       - Бутин, какие еще "мы"? – звонко рассмеялась Гвоздика. – Разве не очевидно, что кашу заварил наш дорогой и любимый Калинин? Нам же теперь её расхлебывай!       - Кувшинка, ты на кого батон крошишь? – возмутился Шмель. – Как ты смеешь обвинять нашего всегородского старосту! Или ты того, из числа врагов?       - Друзья, оставьте свои разногласия на потом! – примирительным тоном объявил Бутин. – Не время для ссор и выяснения отношений! На нас смотрит город. С надеждой смотрит! Моё предложение таково: мы сегодня же должны экстренно собрать сессию Солнечного Совета,. И если Солнечный Совет сочтет необходимым, созвать всегородской съезд советов, да будет так. Уверен, только совместно, общими усилиями, можно найти ответы на все вопросы.       - Бутин, снова ты за своё! Зачем устраивать толковище, тем более прямо сегодня? – с насмешкой спросил Калинин. – Город в данный момент нуждается в сильном и решительном лидере, способным покончить с беспорядком в раз и навсегда! Для этого я предлагаю временно наделить председателя исполкома, т. е. меня, неограниченными полномочиями во имя мира и порядка.       Собравшиеся были озадачены подобным предложением. Для большинства коллегиальность в вопросах принятия решений была само собой разумеющимся и ни о каком единоличном лидере, никто, никогда даже не помышлял. Заседатели решили, что Калинин шутит, однако тот оказался совершенно серьёзен. Он даже подготовил декларацию о наделении его неограниченными полномочиями.       - Я не желал вас утомлять, и собственноручно этим утром составил эту декларацию, – объяснял Калинин, подав бумагу для ознакомления. – Вам только остается поставить свои подписи, после чего Крошкин скрепит их печатью. Сургуч уже готов.       - Калинин, ты перегрелся на солнышке? – поинтересовался Бутин, вслух прочитав декларацию. – Или это шутка такая? Какие неограниченные полномочия?       - Я абсолютно серьезен. На практике я единолично управляю всем и при этом вполне справляюсь, – заверял Калинин. – Так почему бы не закрепить и так сложившийся порядок? Особенно если этого требует сложившаяся ситуация.       - Подобную ситуацию Калинин, ты сам и создал! – резонно заметила Гвоздика. – Я и не подумаю ставить свою великолепную подпись на эту бумажку!       - Я тоже не вижу в потребности наделять тебя или кого-либо дополнительными и при этом неограниченными полномочиями, – заявил Бутин, выражая несогласие. – Закон есть закон и он един для всех и каждого! С тебя, Калинин, спрос должен быть втройне. Чем больше прав, тем больше обязанностей.       - Бутин, ты просто завидуешь мне! Смирись, что город меня любят больше, чем тебя! – рассмеялся Калинин. – Меня за день восхваляют так, как тебя за целые четыре года, не восхвалили.       - Я не нуждаюсь в восхвалении, – возразил Бутин. – Восхваляют же тебя профессиональные подхалимы и лизоблюды и при первой же опасности они кинут тебя, как котенка.       - Бутин, полегче! Разве забыл, с кем разговариваешь? – ответил Калинин. – Ты был председателем, но это не даёт тебе право оскорблять нынешнего председателя, т.е. меня! Раз пошла речь о коллегиальном управлении, так тобой ценящимся, мой неумелый предшественник, так предлагаю соблюсти коллегиальность и проголосовать за наделение меня расширенными полномочиями. Кто готов поддержать мою инициативу?       - Уважаемый Калинин дело говорит! Я готов его поддержать! – объявил Шмель. – Хватит с нас этой пустой болтовни! Время действовать!       Калинин первым поднял руку, имея право на поддержку собственной кандидатуры. Его поддержали незамедлительно Светличный и Шмель, а затем, немного колеблясь, Филин. Против решительно выступила Гвоздика, за ней Бутин, а затем присоединились Караулькин и Горбушкин. Голоса разделились поровну, что сильно раздосадовало Калинина.       - Не спеши себя хоронить, Калинин! – обратился Бутин. – Имбирь, я вижу, не выразил своего мнения. Его голос должен быть решающим.       Присутствующие молча посмотрели на Имбиря. Он редко появлялся на заседаниях, поэтому остальные не замечали его присутствия, хотя Имбирь и был одет не по форме, выделяясь на фоне шитых золотом мундиров.       - Имбирь, что ты решил? Или проблемы с суставами, если руку не поднял ни за один из вариантов? – поинтересовалась Шмель. – Если что, могу посоветовать одного неплохого врача.       - С суставами все в порядке, просто я воздерживаюсь от голосования, имея на то право! – отозвался Имбирь, не желая конфликтовать. – Не хочу кого-либо задевать своим решением. Впрочем, сомневаюсь я, что подобные решения можно принимать составом исполкома. Как минимум сессией совета, а ещё вернее съезда советов.       На этом заседание однако не закончилось. Эстафету, рассудительного и уравновешенного Бутина, взяла горячая Гвоздика. Малышка воспылала воинским духом и пошла в наступление на Калинина.       - Мое мнение, уважаемые и не очень уважаемые, коллеги, таково! – обратилась малышка к окружающим ее малышам. – Мы должны поднять вопрос не о наделении Калинина неограниченными полномочиями, а о лишении его нынешних обязанностей! Да, да, вы не ослышались! После того, как он жестоко ударил Коалу, он не имеет право быть первым среди равных. Он не имеет права быть даже равным.       - Ты что такое несешь, малышка! – воскликнул побагровевший от гнева Шмель. – Забыла, где находишься?       - Она сама виновата! Она ударила меня ногой! – прошипел Калинин, сверля взглядом Гвоздику. – Мои телохранители Песец и Котик подтвердят это, как подтвердит это и Имбирь. Подтверди, что ты видел, как меня ударила Коала.       - Да, я подтверждаю, что видел, как Коала ударила ногой нашего Калинина, – подтвердил Имбирь, вновь втягиваемый в конфликт. – Как видел и то, как Калинин перед этим ударил Коалу по голове кулаком и оскорблял членов Клуба любящих сердец. Но я не судья не тому не другому.       - Очень хорошо, что вы, Имбирь, напомнили нам об угрозах Калинина! – обрадовалась Гвоздика. – Ведь мы все знаем, каким преследованиям нынче подвергаются живущие в браке малыши и малышки! Недавно меня посетили Ватрушка и Ключик. Они утверждают что ты, Калинин запугивал их и угрожал.       - Никто им не угрожал и никто не запугивал! Я распорядился, чтобы их клуб прекратил свою деятельность, а сами они прекратили заниматься всякими гадостями, – возразил Калинин. – Я готов к диалогу с ними, а они нет. Да, я выразил свое презрение к ним, однако они заслуживают его.       - Презрения заслуживают разве живущие не по совести! – возразила малышка. – Кому ты угрожал, к ним не относятся, потому что они хорошие коротышки!       - Значит, тебя, Гвоздика вполне устраивает, что они живут словно животные? – презрительно фыркнул Калинин. – Лично меня нет! Живёшь в нашем городе, будь добр жить как все! Они же не только нарушают нормы приличия, но и окружающих призывают к этому. С подобным нельзя мирится!       - Мириться нельзя с вашим поведением, Калинин! – с жаром возразила Гвоздика. – Я поговорила с Огоньком. Она, как председательница товарищеского суда, готова уже сегодня рассмотреть твое поведение, Калинин, на соответствие занимаемой должности. Мы уверенны, что ты, Калинин, должен добровольно уйти в отставку, если не хочешь, чтобы тебя сняли.       - Я полностью разделяю мнение Гвоздики! – заявил Бутин. – Я настаиваю на том, чтобы исполком сегодня же созвал сессию Солнечного Совета, и перед ним Калинин объяснил своё поведение и понес ответственность. Итак, кто за незамедлительный созыв Солнечного Совета, поднимите руки!       Мнение заседателей вновь разделилось поровну. Бутин, Гвоздика, Свистулькин и примкнувший к ним Филин, были по одну сторону, а Калинин, Шмель, Светличный и примкнувший к ним Горбушкин, по другую. И снова Имбирь оказался меж двух огней. Собравшиеся вновь молча уставились на него.       - Имбирь, ты за нас, или против нас? – задал вопрос Шмель. – Решай, наконец! Чего расселся?       - Почему я должен решать, с кем я должен быть!? – с досадой воскликнул Имбирь. – Разве мы не единый совет работающий на благо города? Смешно на вас смотреть со стороны! Погрузились в мелкие склоки между собой! Тем временем, коротышки сидят в изоляторе, не видя солнца, и в городе заканчивается хлеб, а я из-за Калинина не могу найти супругу. Да вот вам!       Имбирь сорвал с пиджака значок депутата Солнечного Совета, и швырнул его на стол перед собравшимися, давая понять, что он не желает далее быть с ними.       За окнами был поздний вечер, когда Имбирь, находясь в своём кабинете и сидя за рабочим столом, копался в небольшом устройстве, размышляя над тем, как ему поступать впредь. Для себя он принял решение: он выходит из состава исполкома! Хватит с него этого кошмара! Не плохо было бы покинуть и город. Тем временем, дверь открылась и в кабинет вошёл секретарь Крошкин, нарушив покой.       - Оповещать надо, когда входишь! – строго обратился Имбирь к незваному и нежеланному гостю. – Или забыл о хороших манерах? Могу напомнить!       - Прошу прощения за вторжение, но тебя к себе вызывает глубокоуважаемый Калинин для серьезного и важного разговора, – сообщил секретарь. – Он вновь созвал исполком и желает, видеть тебя на нем.       - Какой еще исполком? Они все ещё по домам не разъехались? – проворчал Имбирь. – Что там Калинину вновь понадобилось? Туалет засорился? Я ясно дал понять, что покидаю вас.       - Кстати, а это что за штучка? – поинтересовался Крошкин, видя, как Имбирь копается в незнакомом ему устройстве. – Какой-то музыкальный проигрыватель?       - Да, музыкальный проигрыватель, но это тебя не касается! – сердито ответил Имбирь, вставив в устройство незаполненную инфокарту. – Ступай и сообщи Калинину, что я прибуду через пять минут.       "Очень странно, что так поздно Калинин задумал провести заседание исполкома, – рассуждал Имбирь, шагая по пустым коридорам здания, предварительно спрятав устройство под одеждой. – Это не в его характере. Чует сердце неладное".       Прибыв в зал заседаний, Имбирь застал там Калинина, Светличного, Горбушкина и Шмеля. Перед входом в карауле стояли Песец и Котик. Имбирь насторожился, заметив отсутствие доброй половины состава исполкома.       - Наверняка ты погорячился сегодня, бросаясь им, – обратился к прибывшему Калинин, протягивая значок. – Не думаю, что тебе стоит покидать нас. Ты сильно огорчил меня, не поддержав на заседании. Мы друзья и должны поддерживать друг друга.       - Я сам решу, покидать мне вас, или нет! – возразил Имбирь, взяв, но не приколов к одежде значок. – Я был не за тебя, но и против тебя не был. Просто я никого не желал обидеть. Разве это плохо?       - Я понимаю твою позицию, – ласковым тоном ответил Калинин, похлопав Имбиря по плечу. – Я всегда знал, что ты мой друг, пускай и не всегда совпадали во мнении. Впрочем, каждый имеет право на своё мнение, и ты в первую очередь.       - Я польщен, однако понять не могу, к чему это позднее заседание исполкома? – поинтересовался Имбирь, посмотрев на Песца и Котика, стоявших у входа и словно преграждавших путь к отступлению. – И где это пропадает половина состава исполкома? Не вижу Бутина.       - Имбирь, надеюсь проблем с арифметикой нет? Разве ты не видишь, что в зале собралось уже пятеро из девяти, т. е. более половины, – обратился Светличный. – Пятерых достаточно для принятия решения, а присутствия одновременно всех и сразу не обязательно. Уважаемый Калинин подтвердит это, если забыл.       - Твои коллеги абсолютно правы, Имбирь! Кворум в наличии, – подтвердил Калинин, едва заметно кивнув Светличному. – Лучше перейдём от слов к делу. Имбирь, я снова поднимаю вопрос о наделении меня неограниченными полномочиями на неопределенный срок. Я объявляю повторное голосование, пускай в не полном составе. Потребности в полном составе и нет. Пятерых достаточно. Светличный!       - От имени заседателей исполкома, и всех горожан и горожанок, я выступаю за наделение глубокоуважаемого председателя исполкома Калинина неограниченными полномочиями на неопределенный срок с правом единолично принимать любые решения! – торжественно объявил Светличный. – Кто из присутствующих поддерживает моё мнение!       Собравшиеся дружно подняли руки и здесь Имбирь понял, что все, что происходит сейчас, было обговорено заранее. Калинин специально дождался ухода Бутина и остальных, чтобы в их отсутствии организовать заседание исполкома. Вернее подобие заседания, подобия исполкома, где и будет принято необходимое Калинину решение. Он уже поднял руку, поддерживая собственную кандидатуру, пристально уставившись на него. Имбирь сразу понял, чего от него ожидает он. Вот зачем перед входом стояли Песец и Котик. Имбирь умел постоять за себя, однако прекрасно понимал, что расклад сил не в его пользу. Их семеро, да ещё и при оружии двое, а он один и безоружен. Как жаль, что рядом нет Клевера! Вдвоём они бы не сдались без боя.       - Слушайте, друзья! Быть может ваше решение поспешное и необдуманное? – обратился примирительным тоном Имбирь, не спеша поднимать руку и ища пути отхода. – Если так, быть может, лучше созвать Солнечный Совет...       - Мы не торопясь все давно обдумали! Зачем нам этот Совет? – суровым тоном возразил Светличный. – Ты только должен поддержать нас, подняв руку. Или это так сложно?       - Я поддерживаю ваше решение! – произнёс Имбирь, с неохотой поднимая руку. – Это… очень хорошее и своевременное решение.       Будь что будет. Лучше взять сторону победителей и быть одним из них, чем быть побежденным. Так рассудил Имбирь, решив не искать приключений на свою голову. Калинин и остальные заседатели пожали Имбирю руку, поздравляя его с принятием правильного решения, принятого благодаря ему. Незамедлительно на месте был оформлен указ о наделении Калинина неограниченных полномочий на неопределенный срок. Утверждалось, что только Солнечный Совет может освободить Калинина от обязанностей, но только Калинин вправе созывать сессию совета, и что-то Имбирю подсказывало, что получив неограниченные полномочия, Калинин не будет спешить созывать совет. По факту Калинин сам себя объявил царем и очевидно, что решение было принято заранее. Имбирю стало досадно от мысли, что система коллегиального управления городом, сама себя и уничтожила изнутри. Видимо, Калинин давно нашел лазейку и воспользовался ею. Он Имбирь, не силён в праве и заранее не предвидел подобного оборота событий, хотя казалось бы, все вокруг кричало о подобном исходе.       "Проклятье! Стоило засидеться на рабочем месте! – размышлял Имбирь, вовлеченный во все это безобразие. – Домой сразу надо было дуть, а не задерживаться в этом осином гнезде!"       Калинин наложил сургучную печать, поставив точку в существовании советской власти в этом городе. Отныне и впредь он единоличный правитель. Подобного не было даже на Малой Земле, где ранее миром правил большой бредлам, состоявший из множества членов. "Станция" "Малая Земля" была благополучно пройдена. Когда сургуч застыл, Калинин организовал небольшое застолье для заговорщиков.       - За нашу победу! Ура!!! – воскликнул Калинин, поднимая бокал.       - Ура!!! – хором воскликнули остальные, в т. ч. и Имбирь.       Калинин заверял, что в городе крепкой рукой будет наведен идеальный порядок, и он разберется со всеми, не желающими жить по закону. На победный пир тем временем пожаловал полковник Утес в сопровождении двух "сов". Песец и Котик приветствовали полковника по уставу.       - Добро пожаловать, дорогой Утесов! – приветствовал Калинин, пожимая офицеру руку и протягивая указ с печатью. – Вот указ, о котором я тебе рассказывал этим утром. Печать, подписи. Указ, как я и обещал, принят! Мой дорогой Утес, с этого вечера я единоличный глава города и ты непосредственно подчиняешься мне.       - Здание Солнечного Совета оцеплено взводом бойцов, как вы и велели. Велено никого не впускать, никого не выпускать!– отрапортовал полковник, подавая Калинину церемониальный меч, как символ преданности. – Надеюсь, вы навести в городе порядок, как того и обещали. Силы Обороны в полном вашем распоряжении. Какие будут указания?       Имбирь понял, что Утеса давно успели обработать. Теперь очевидно, зачем Калинин так много время уделял Силам Обороны, создав их. Имбирь и ранее об этом подозревал, но помалкивал о своих догадках, не имея твердых доказательств. Нынче же и доказательства были не нужды. Все было очевидно.       Калинин велел всем покинуть дворец и вернуться по домам, дожидаясь дальнейших указаний. Имбирь был рад: он этим же вечером покинет город, скроется и постарается позабыть о случившемся как о страшном сне.       - Имбирь, тебя я попрошу остаться, – услышал он Калинина, уже направляясь к выходу.       Имбирь подчинился указанию, составив компанию Калинину и Утесу. Калинин организовал нечто вроде обсуждения проведения операции. Втроем они устроились вокруг трехмерной электронной карты города, сиявшей синим цветом в темноте помещения. Перед ними была точная копия города в миниатюре: тысячи крошечных домиков и высокая башня в центре, все в точном масштабе. Имбирь без труда нашел свой дом на краю карты. Утес с помощью лазерной указки показывал размещение своих подчиненных по городу. Его бойцы в эти минуты занимали ключевые точки в городе: вокзалы, телеграф и почту. Были перекрыты все въезды и выезды из города.       - Отличная работа, полковник! Этой ночью, твои орлы будут задействованы в проведении задуманной мною операции, – сообщил Калинин, выслушав доклад полковника. – Наведение порядка я намереваюсь начать с зачистки города от сладких парочек. Это самая неблагонадежная группа горожан и горожанок, от которых избавиться необходимо в первую очередь самым решительным образом!       - Простите, что перебиваю вас, глава, но разве вы не утверждали, что ведёте переговоры с Ватрушкой и Ключиком, дабы решить вопрос мирным путём? – поинтересовался Утес.       - Так оно и есть, полковник, – подтвердил Калинин. – Я дал им три дня на раздумье, терпеливо дожидаясь ответа над моим предложением. Срок истек, но они даже не дали ответа. Не положительного, не отрицательного... Подобное нельзя так просто оставить. Поэтому впору наказать их, как следует! Поэтому, уважаемый полковник, ты отвечаешь за проведение операции по выявлению и поимке всех негодников, обитающих в этом городе!       - В чем заключается эта операция? – поинтересовался Имбирь.       - В обходе квартир, где обитают вредные малыши и малышки с последующим их задержанием и заключением под стражу, – объяснял Калинин, стоя над сияющей проекцией города. – Твоя помощь, Имбирь, в предоставлении мне имен и адресов проживания, пригодится, за что объявляю тебе свою благодарность. Впрочем, главное гнездо безобразие всем известно. Площадь Рассвета!       Калинин указал на крошечный домик на площади с фонтаном. Имбирю вновь стало досадно. Он предоставил данные, поверив словам Калинина, тем самым, сдал всех этих малышей и малышек с потрохами! Он мог бы их предупредить об приближающейся угрозе, но почему-то не делает этого.       - После задержания, я отдам распоряжение, чтобы этот дом снесли до основания и землю под ним солью пропитали, в назидание окружающим! – поделился планами Калинин. – После проверки указанных адресов, стоит приступить к тотальной проверке всех квартир в городе. Кто знает, сколько в нашем городе сладких парочек на самом деле? Заодно можно будет изловить и прочих негодников, вроде противников советской власти. Хорошо бы разыскать Тушина. Прячется ведь где-то...       - Тушин надёжно укрылся и даже я не могу понять, где, хотя казалось бы, хорошо его знаю, – задумчиво произнёс лейтенант-полковник. – Кто бы мог знать, что мы окажемся по разные стороны…       - Имбирь, ты отвечаешь за содействие проведению операции, – обратился Калинин к своему первому советнику. – Необходимо отключить телефонную связь и включить радиоглушители, чтобы никто этой ночью не мог связаться друг с другом и помешать проведению операции.       - Вы хорошо все продумали, глубокоуважаемый, – заметил полковник, но Имбирь уловил ноты иронии. – Но как называется операция? Для операции необходимо название.       - Клуб сладких парочек называется Клубом Любящих сердец, – напомнил Имбирь и предложил: – Операцию можно назвать "Ночь Разбитых сердец"       - Ночь Разбитых сердец? Нет! Слишком большая честь! – возразил Калинин. – Операция "Ураган"! Мы ураганом пронесемся по городу и сметем всех, кто не согласен жить по закону!       - Звучит уже не так красиво, – возразил Имбирь. – Как ты собираешься поступить с пойманными и задержанными? Я не припоминаю, чтобы когда-нибудь задерживалось такое число коротышек разом.       - Для начала они должны посидеть в изоляторе. Мест должно хватить. Далее неплохо их с позором провести по главной улице. Вы наверняка помните, как шайку коней провели по улице? Со сладкими парочками поступим так же! Пускай все знают этих негодников в лицо! Малышек можно провести в одном нижнем белье, желательно в кружевном и понаряднее! Так им будет втройне постыднее! – Калинина буквально распирало от удовольствия. – Затем отстегаем малышек плетьми на глазах малышей, а потом так же поступим и с малышами, выпоров их куда сильнее, после чего всех этих негодников отправим в зоопарк и рассадим в клетки, чтобы все желающие могли прийти и посмотреть на этих животных.       Имбирь и Утес переглянулись, размышляя, а нормальный ли Калинин, рассуждающий о подобном?       - Шучу, шучу! Они коротышки, а не животные, нельзя их сажать в клетку, хотя стоило бы. Позорного шествия и порки с них достаточно. Особенно я хотел бы посмотреть на шествие Огонька и Снежинки. Они любят расхаживать полуголыми, так пускай пройдутся ещё раз, но уже голыми! – делился планами Калинин. – Тушина, когда найдём, стоит извалять в дегте и осыпать перьями и таким провести вместе со всеми, но отдельно. Чудо в перьях, так его назовем! Посмотрим, как он будет кудахтать. Полковник, ты лично этим займешься, заодно доказывая преданность мне.       Калинин посмотрел на циферблат своих часов, сверив время с Имбирем и полковником.       - Думаю, мы обговорили детали операции, поэтому приступаем к ее исполнению! Время пошло!