Личное солнышко одного особо умного рокера

Утро встретило меня приятной музыкой доносившейся откуда-то из вне, заставляя довольно мурлыкать под знакомый мотив, но глаза совершенно не хотели открываться. Ещё немного времени ушло на осознание что сплю-то я вовсе не на своей двух-спальной кроватке, а на диване из-за чего я мигом открыла глаза и села осмысливая где нахожусь, а мой не очень то на то готовый организм предательски запротестовал. Но мужественно перетерпев головокружение я с лёгкостью узнала знакомый мне уютный кабинет. — Чудеса чудесные и только. Фыркнула практически проснувшись, хотя если так подумать то до этого «практически» ещё очень и очень далеко. Но данная мысля ничуть меня не огорчала, ведь я была в предвкушении встречи с определёнными сусликами, с определёнными запросами в виде любимого кофе и аспирина, цитрамона, ибупрофена… Хотя бы чего-то, что способно превратить злую больную и сонную меня в… Ну хотя бы в упыря! В лучшем случае ещё и бутерброд, но это так, мечтульки… Приятной и негромкой музыкой оказалась известная группа «Imagine Dragons» по-моему сейчас играла песня «Roots», под которую в такт, сидя на первом этаже за барной стойкой, кивал высокий блондинистый мужчина тридцати лет отроду. И был этим мужчиной основной владелец клуба — Семён Дмитриевич Версацкий, и он определённо был неотъемлемой частью банды. — Жутрице, Сём! — слишком бодро отозвалась я подходя ближе и перекрикивая музыку, что бы уже через минуту оказаться у кофе-машины по ту сторону барной стойки. — Ой тьфу, и ты тут… И почему вам не сидится дома в утро четверга… Доброе утро, Чудище, доброе. — Я только фыркнула на такую постановку предложения этого мужчЫны и помахав на камеру указала на живот и голову, что розшифровывалось как: «Эй ты, я хочу кушац и у меня болит голова, разберись с этим.», владелец клуба понимающе усмехнулся прекрасно зная что у камер сейчас вероятно кто-то сидит из охраны. Я умостилась на соседний стул попутно препарируя как же я рада моему не известному прЫнцу и его доброте душевной, раз он такой весь прешикарный и благородный договорился с профессором и отнёс в его кабинет, да ещё и укрыл… Ну лепетала то я знатно, умудряясь отвечать на подстёбки миллионера и уминать уже принесённые два бутерброда. Ведь какого труда стоит уговорить Олега Геннадьевича пустить кого-то в собственный обитель. С Семёном мы познакомились не сразу, но это было незабываемо… Ворвавшись в клуб он сразу же залетел к Дим-Димычу с ярыми воплями, красиво и слишком цензурно описывая всё семейство его невесты и насколько бы он не был им благодарен он не выдержит их компании, ни за какие дары. Пусть его возненавидит Дария, её и его родители за расторжение ввыгодного договора, но нервишки у него определённо на первом месте. Его волосы были уложены назад, создавая причёску плэй-боя, на нём был дорогой голубой костюм и шикарные часы на руках… Он вообще выглядел идеально, причём всегда. Так вот тогда он залетел, выдал никому не понятную информацию длительным монологом и выдохнув через пару секунд выдал простое «ой». Такого оглушительного мужского, чистого гогота я ещё не слышала, но владелец «Юджу» галантно извинился перед единственно дамой (передо мной) и вышел осознавая что помешал уроку самообороны от всего «начальства» клуба. Картина была такой: я лежала на полу, а сверху нависал Дим-Димыч держа мои руки над моей же головой и что-то обьясняя. Ну короче знатная картина, если брать в учёт факт присутствия практически всей банды-работников клуба. И вот пока я вела больше монолог чем беседу с сидящей рядом персоной, тобиж предельно спокойной личностью, умело усмехающейся надомной, но делая это так обыденно и вежливо что высказанной уже не казалось банальным подколом, к нам подошел мой профессор и спокойно подметил… Да так спокойно и тихо что от неожиданности я подскочила на стуле чудом (по имени Олег) не упав с онного. — Мне бы хватило простого «спасибо» за мои старания. Звучало это слишком спокойно и слишком при этом выражая явное довольство происходящим, а на фоне уже приглушенной музыки всё тех же Imagine Dragons, но с песней I'm So Sorry — он вообще казался нереальным. Крики солиста группы и боевая музыка с множеством басов, музыка в которую вложены самые настоящие эмоции, где как мне казалось Дэн Рейнольдс и остальные участники группы заложили некий смысл о вечной борьбе, о том что нужно осмеливаться и делать первый шаг, о многом, и мягкий и не скрывающий насмешку голос моего профессора. Это было так контрастно и так… А что так я додумамать не успела, так как собственное помело действовало быстрее чем думал сонный мозг. — Чегой? Эт мне ещё тебя благодарить? — я выдавила привычную для себя реплику, не скрывая своих мечтаний о шикарном принце, а не о профессоре. — Я дико звиняюсь, но надеялась-то я на другое. К примеру красавчика на Ферарри допустим… Я б его росцеловала тут же. Я мечтательно сложила ручки в замочек развернувшись полу боком к совладельцам «Юджу». Должна признать что тридцатилетний Семён и двадцати семи летний Олег ни сколько не доставляли мне дискомфорта, не обращая внимания на мои всего-то двадцать два и на их статус. Но на мою предьяву с Ферарри оба так искренне рассмеялись что я на секунду усомнилась в их адекватности. Но разве что на секунду, да. Я на большее банально не успела! Отсмеявшись Олег оказался опасно близко ко мне, между лицами ну от силы пять сантиметров, может быть, и было. А потом он лукаво-лукаво на меня посмотрел и слегка понизив голос на ушко так… Сексуально? — Так чего же ты ждёшь? Целуй. Я мягко говоря опешила от такого… Не, ну что за подстава откуда не ждали? Я не успела ничего произнести и больше — придумать что сказать на такой нежданчик, как Семён решил спасать, надеюсь, ситуацию… И вообще, что-то я многое сегодня не успеваю, к примеру думать! Версацкий прокашлялся привлекая к себе внимание, хотя Олег не спешил отстраняться глядя через мои глаза, казалось бы прямо в душу, он на миг стал каким-то даже слишком серьёзным, что бы потом таки отстраниться когда наш собеседник уже вещал во всю. Наверное мне показалась та мгновенная смена настроения, потому что сейчас мой профессор уже во всю ехидствовал. Я не хотела особо вникать в их разговор, потому молча уплетала свой завтрак, поглядывая на часы что бы не опоздать. Припоминая что я так и не позвонила родителям моё сознание полностью потеряло связь с реальностью. Задумываясь о тех же родителях я подумала что это и вправду судьба, то как они встреттилис, то что они рассказывали мне и то, как мы счастливо жили. Ведьсчастливо же? Мои родители встретились в США, они вместе там учились, а уже в Корее они отыграли свадьбу, потом папе перепало наследство. Хотя он был не единственным и не родным ребёнком, основная компания ушла ему, что вызвало бурю возмущения «он же даже не похож на жителя Кореи, он иностранец…», было сложно, особенно с младенцем на руках. Мой папа говорил что он вроде бы из Германии, но сам он этого не помнит, его забрали из детского дома в очень юном возрасте и он оказался гражданином Кореи. Так много стечений обстоятельвств, так много борьбы за биснес, если задуматься — даже сишком… — Земля вызывает Анэль Арвньеву, внимание, Анэль Араньева! — вот убить мало же, профессор ещё, какого кактуса лысого он меня пугает всё утро, вопрос риторический. — Я вот думаю, может быть мне стоит применить приемы самооброны на практике? — щурясь и практически шипя, моя скромная персона протянула медленно поворачиваясь к Олегу. — Мне даже факт что я в узкой и не совсем длинной юбке преградой не будет! В ответ на это я получила многообещающую улыбку и была закинута на плечо… Ну вот вам и с добрым утром! Белая, если не ошибаюсь конечно, тайота рав фор хибрид, затормозила на универской парковке, на привычном для неё месте. Все смотрели на нас, но вопросов не вознило, помня о вчерашних событиях. Ужасное чувство неловкости меня преследовало всю дорогу… И все прошедшие пары! Меньше всего хотелось сплетен, хотя на них было всегда однофигственно. Отвлекаясь мыслями на поездку я забывала о профессоре и других негораздах. А стоило…

***

Бабье лето было в самом расцвете сил, всё вокруг даже намека на осень не подавало. Небо безоблачное, а солнце жутко парило, радовало что база отдыха находилась в тени старых деревьев, да и рядом была Десна. Нас встретили работники приветствуя на так называемой «Иволге» и проводя экскурсию меж больших двух-этажных домов, что выглядели ухожено и достаточно дорого снаружи и в нутри тоже. Таких домов было очень много, там показали где исскуственый пруд с рыбками, где бассейн, а где выход к речке, рассказали что есть столовая которая работает только летом, что недалеко от наших трёх домиков есть одна из самых больших беседок для барбекю. Рассказали краткую историю и пояснили что всё выполнено из тесанных вручную бревен, но помимо этого некой «изюминкой» стало отсутствие одного конкретного стиля, всё было выполнено вроде бы на манеру некого фахверка, но при этом казалось что ты гуляешь скандинавской улочкой. Пожалуй мне тут очень даже нравилось. Прогулочка данным местечком выззывала уют, покой. Не знаю вот уж когда моя душонка успела пропустить расселение, но предупредить меня явно забыли, а так как нас было не много не мало — целых две группы, по человек двадцать, я не имела особого права выбора когда узнала и сией трагедии… А как говорится — бедствия бывают двух видов: когда не везёт тебе и когда везёт другим, и тут походу не повезло всем. А конкретнее поясняю: жилплощадей было катастрофически мало и не хватило именно мне комнаты, ну то есть хватило, но не там где бы хотелось. Короче говоря поселили меня в домик с нашими любителями выпить и нашим куратором, который обязывался обламывать весь кайф тем самым бухарикам. Но я честно-честно была рада что не живу в доме с другими нашими сопровождающими, каковыми являлась та самая Алла Борисовна, психолог и медсестра. Ух и весёлая у них компашка! А если ещё учесть что первым мероприятием было барбекю в честь приезда где пить собирались все… Ну в общем-то я была в предвкушении грядущих приключений, да. И совесть моя, в меру отсутствия таковой в оприории, была чиста и ожидала бущий розборок веселья… А ещё неожиданные известия о том, что моя семья, мама, папа и сестра, собираются вернуться в Корею. Без меня. Ну я не то что бы расстроилась, но было очень уж неприятно. До поры довремени. Дело в том, что мои родители всегда ставили семью на первое место, а потом бизнес. Такое правило выработалось из-за понимания о том как плохо это влияет на детей, тем более они сами ощутили на себе все прелести богатой семьи. Ведь сущевствовало? А сейчас они плюют на безопасность младшей дочери и уезжают обратно, моего мнения, её мнения или кого-либо ещё не спрашивают. Для меня это шок. Просто шок. Мама открыто заявила что для меня гарантия безопасности это выйти замуж за какого-то бизнесмена или остаться официально никем для их семьи и забыть об этом всём вообще. Моей тушке естественно не верилось в это всё и я заваливала вопросами. Но кого это интересует, верно? — Мам, ты шутишь? Боюсь разочаровать, но апрель не скоро. — Не юли. Это лучшее, выгодное решения для нашей семьи! Если ты не хочешь замуж… Я уже всё озвучила. Не ожидала от родной дочери такой подставы, просто нож в спину нам с отцом. — Я не верю что вы можете такое говорить с папой… Не уж то скатилась до своей сестрицы? — Мы тебя поняли. Жаль что ты оказывается не знаешь про понятия семьи. Прощай. Холодный как лёд голос режущий уши, отвращение в голосе и в глазах смотрящих на меня с экрана… Я не думала что мамина рабочая привычка когда-то отобразится на мне, взгляд и манера оставлять последнее слово за собой. Не могу сказать что я ей поверила так просто, но было чертовски больно. Было сложно поверить в реальность происходящего, а как оказалось спросить мне не у кого. Я была заблокирована уже у всех. Неожиданно, перемены наступили так быстро, делают так больно. Если бы мне дали хоть какой-то намёк что это нереально, хоть что-то, но этого не было. Взамен всплывал воспоминания, ужасные, болючие, те которые приносили понимание происходящего. Это было не в первый раз. Больная усмешка появилась на лице, а желание забыться было не одалимым. Где я нашла бутылку бренди? Куда я вообще пришла в итоге? А не важно! — Чего ж ты такая глупышка, Анэль? Стоило ещё тогда снять розовые очки, но зачем же ты верила в счастье? Зачем? Собственный голос казался чужим. Резкий, хриплый, отвратительный. Поток слёз был как само собой имеющийся ход вещей, а чувство паники и незащищённости глушилось алкоголем и ненавистью. Тёмная и просторная комната была чуждой, пугающей. Кажется это комната отдыха в нашем домике, тут должны проводится игры если на улице непогода погоду, а так сюда никого не пускают. Но на кромешную тьму у меня была своя реакция — воспоминания. Воспоминания о ужасных сутках на цепи вызывающих только ужас и панику. Только теперь мне приходится бороться с этим одной, Захар не приедет, его тут нет, а это значит что я одна. Как и тогда. Я как маленькая девочка ждущая что мне помогут, покажут что под кроватью нет ужасного монстра, поцелуют в лобик и подождут пока усну. Но я в реальности, в жестокой реальности. Осознавая что всю жизнь обманывала себя, а сейас просто жалею сама себя. Истерика усиливается. За окном гроза. Логично — весь деньь парило. Я делаю глоток обжигающий горло, открываю балконную дверь и просто сажусь на пол. Холод от стены чувствуется даже через мою футболку, а я просто обнимаю себя за колени и смотрю на бушующую стихию. Насколько это жалко: реветь, пить, жалеть себя и быть не способным справится со страхом. Ненавидеть себя. Ещё глоток. — У-у-у, милая, да ты вышла на новый уровень. Поздравляю. И ещё глоток. Опять слёзы. Редкие всхлипы, тонущие с шумом дождя, громом. И отвращение ко всему в этом мире. Не забываемо жалко состояние беспомощности и боли обжигающее всё внутри. Глубокий, бархатный мужской голос заставляет вздрогнуть, но смотреть кто это нет смысла. — Анэль, ты так простудишься. Та хочется съязвить в ответ, сказать что данная забота греет мою корысливую тушку, а выходит почему-то совершенно иное. — Я жалко выгляжу, да? Прости. — болезненная усмешка сама вырисовывается на моём лице. Мой взгляд оказывается прикованным к стоящему на лестнице мужчине. Порядком отросшие волосы завязаны в хвостик, на ногах свободные спортивки цвета хаки, а наверх темно-серая футболка и свободная росстёгнутая кофта. Он не выглядит как профессор сейчас. Вмиг этот же «не профессор» оказывается у меня, укрыв своей кофтой и отобрав алкоголь. А потом просто берёт на руки. Почему я не хочу сопротивляться? Это ведь не правльно, он — профессор, я — студентка. Почему так много вопросов и так не хочется знать ответов.