Да я гетеро, честно.

От лица Нанте.

— Сколько, ты сказал, тебе лет?       «Я вслух это произнёс?!» — ужаснулся я, молча смотря на Феликса. Так и не дождавшись от меня ответа, он привстал на локтях, чтобы сесть, но тут же тихо охнул, облокотившись об меня. — Ты чего? — взволнованно произнёс я, схватив его за локоть. — Ты кончил в меня, вот чего! — разозлился Феликс, и перекинув ногу через меня, сел мне на пах. Голышом!       Я покраснел от такого вида и отвернулся. — А как вдалбливать меня в диван — ты не краснеешь, да? — Я… Прости. Тебе не больно? — Нет. Немного неприятно, — произнёс Феликс и, заправив за ухо спутанные кудри, потянулся рукой к своим бедрам. — Ну помоги мне, блин! — А в чем дело-то? — Всё тебе объяснять нужно! Во мне теперь твоя сперма. И её нужно… Бля-я-я-ядь. Ну ты сам не догадываешься? — Немного… А зачем её доставать? — Потому что это неприятно, не тупи… Боже, — вздохнул Феликс. — Так, помоги или хотя бы отнеси меня тогда в ванную. — Конечно, сейчас помогу.       Феликс наклонился ко мне поближе, выгнувшись в спине, как кошка, и вцепился в меня, зажмурившись, когда мои пальцы скользнули в уже влажный анус. Парень громко дышал, щекоча кудряшками мне шею. — Ой. Больно, — лишь иногда вздрагивал Феликс, подняв на меня взгляд из полуопущенных ресниц. — Всё, все, хватит, дальше я сам. Больше не кончай в меня! — строго сказал он и встал с дивана. — Идём.       «Куда?» — хотелось спросить мне, но я молча пошёл за ним, не заметив стекающую по ноге уже остывшую сперму парня. Что-то мне подсказывало, что сейчас у нас будет разговор… О моем, черт возьми, возрасте! Ну кто меня за язык-то дёргал?! Вот я тупой!       Мы с Феликсом зашли в ванную. Он, не особо обращая внимания на меня, включил кран, который находился над ванной, потом другой кран, который был над раковиной, а затем ещё и душ. Ванна стала стремительно наполняться горячей водой.       Я молча стоял, исподлобья смотря на Феликса. Его кудри запутались, шею украшали новые засосы и укусы, на ягодицах появились следы от моих пальцев, по внутренней стороне бедра стекала вязкая сперма. Я посмотрел на свою ладонь. Она тоже была липкой, поэтому я опустил её в ванну, полоская в горячей воде. — Не слишком горячая? — спросил Феликс и перекинул ногу через борт ванной, залезая в неё. — Не очень, — произнёс я, выпрямившись, вытер ладонь полотенцем. — Залазь давай тоже, — пробурчал кудрявый, буквально без эмоций посмотрев на меня.       Я колебался. Вдвоём купаться? А не слишком ли это…? — Серьёзно? Ты со всех сил вдалбливал меня в диван, как он ещё не сломался, а сейчас стесняешься просто посидеть вместе? Мы просто поговорим. Лезь сюда.       Феликс расслабленно облокотился о борт ванны, задумчиво хлопая ладошкой по поверхности воды.       Я отбросил лишние мысли и залез в ванну, сев напротив парня. Горячая вода приятно обжигала кожу, я смог расслабиться, вдыхая тёплый пар. — Выключи воду, — произнёс Феликс, и я сделал так, как он хотел.       Парень поудобнее уселся прямо напротив моего лица, смотря мне в глаза, и решительно произнёс: — А теперь давай поговорим. — Эм… Ну, давай… — За каждую неправду я буду тебя бить.       Я в недоумении взглянул на него: — Бить? — Да. Соврешь — получишь по щеке. — Как ты поймёшь, что я вру? — Ты как открытая книга. По тебе можно предсказывать погоду — будет точнее, чем по телеку, — усмехнулся Феликс, но сразу же принял серьёзное выражение лица. — Всё. Я задаю вопрос, ты отвечаешь. Отвечаешь неправильно — я тебя бью. — И тебе меня не жалко? — А ты не ври.       Я грустно взглянул на него: — Ладно… — Итак. Сколько тебе лет? — Эээ. Недавно исполнилось восемнадцать, — с уверенностью произнёс я, не выдавая своё волнение. Так он не поймёт, что я вру.       Но нет.       В следующее мгновение по щеке стремительно прилетел шлепок. Довольно-таки болезненный. — Ауч… — Ещё раз. Сколько тебе лет? — Ну я ж сказал! — произнёс я, держась за щеку, но Феликс уже почти замахнулся. — Двести… Девятнадцать… — Вот сразу бы так. Не больно? — взволнованно спросил Феликс, ладошкой щупая мне щеку. — Больно, — соврал я. Нет, совсем не больно. Просто приятно, когда кудрявый заботится обо мне. — Не ври. Давай дальше.       Я недовольно вздохнул. — Как зовут твоего отца?       Ну это можно не скрывать, так что… — Джеральд. — А по профессии кто он?       Я задумался. Мне откуда знать такую информацию? — Хммммм… Бизнесмен?       Удар. — Ай! Нет? Тогда банкир.       Снова удар. — Ауууч. Не знаю, кто он там! Хоть стриптизер, мне это не известно!       Феликс снова замахнулся. Я опередил его, схватив за запястья и прижав ко дну ванны: — Ты бей хотя бы по другой щеке, она уже вся опухла. И не жалко тебе меня? — Просто скажи правду и все. Думаешь, мне в кайф бить тебя? Из тебя информацию можно вытянуть только таким способом, — спокойно произнёс парень, не вырываясь. — У меня щека саднит, — сказал я, отпустив руки парня. — Давай не придуривайся! — по щеке снова прилетел удар. По той же самой щеке! — А сейчас за что?! — За то, что не отвечаешь! — Да я реально не знаю, кем он работает! — Ты не знаешь, кем работает твой собственный отец? Тебе напомнить что ли? — А ты знаешь? — удивлённо посмотрел я на парня. — Не может быть. Я не знаю, а ты знаешь? — Са… — Са…? Сантехник? — Нет! — удар. — Ай… Са… Са. Са…? — Та… — Сата…? Сата… Сатана что ли? — в недоумении спросил я и тут же набросился на Феликса. — Это не профессия! Это титул, блядь! Ты меня бил ни за что! А я ведь правда не врал! — Ну прости-прости, какая разница, титул или профессия. — У меня щека теперь онемела! Я её не чувствую. Какой ты беспощадный и безжалостный. — Ну извини. Надо было с самого начала говорить правду. — То есть я остался виноват, да? — Да… — Феликс слегка улыбнулся, кончиками пальцев аккуратно коснулся моей пылающей щеки и легонько чмокнул её. — Надо будет кремом помазать.       Он так заботливо это сказал, что я забыл обо всем на свете и наклонился к нему, чтоб поцеловать, но тот отвернулся: — Твой отец Сатана. Тебя на самом деле зовут Люцифер. Так?       Я вздохнул: — Так. Тебя это не удивляет? — Нет. — Почему? — Когда я хотел спрыгнуть с моста… — задумчиво начал парень. — У меня перед глазами появился дедушка, который несколько лет назад совершил суицид. Он сказал, что если я найду Люцифера — парня с белыми волосами, которому 219 лет, — я смогу помочь ему, а он сделает меня счастливым. После этого я стал искать парня с белыми волосами. А это был ты… — Как… Звали твоего дедушку? — Себастьян.