Да я гетеро, честно.

От лица Люцифера.

      Я вернулся в Ад. Раны успели зажить в подземном мире, только вот это не касалось душевных ран. Сердце по прежнему болело и сжималось от воспоминаний о Феликсе. Я старался не думать о нём. Ведь я больше никогда не вернусь к нему, поэтому стоит забыть о нем. И никогда больше не вспоминать... Когда я пришёл к отцу, сообщил лишь то, что не навестил маму и сестёр, а после, отправился в центральный парк.       Он представлял собой огромный лес, состоящий из иссохших голых деревьев. Посреди находился небольшой оазис с лавой. Я сел на горячий камень, напротив лавы, и задумался. Я не мог понять, что произошло с отцом. За то время, что меня не было в Аду, он будто изменился. Но я не совсем понимаю его... Он до сих пор любит маму и за все 219 лет ни разу не навестил её. Ну не 219, а 18, но все равно. У нас проходит год, а на земле этот год равен примерно одному месяцу. Я не понимал, как дальше жить. Я даже не смог попрощаться нормально с Феликсом. Глаза стало щипать от подступающих слёз, но я закусил губу и громко вздохнул, закрыв глаза. — Чего вздыхаешь?       Я повернулся. За мной стояла Эрика — единственная девушка в Аду, с которой у нас нормальные дружеские отношения. Она улыбнулась и, немного подтолкнув меня, уселась рядом. — Да так... Думаю. — А есть чем? — Вроде было чем... — А о чем задумался? — Да о фигне всякой. — Ты мне-то не ври. По тебе видно, что ты лжешь. — А ещё по мне можно предсказывать погоду. Будет точнее, чем по телеку, — горько усмехнулся я, вспоминая слова Феликса. — Ничего не поняла. Давай, рассказывай, где ты был эти пол года? — Пятнадцать дней... — А? — Не пол года, а пятнадцать дней. Я был на Земле. Наверняка слышала же, что мой отец хочет найти наследника. — А, ну? Только не пойму, чем ты ему не угодил? — Не знаю. Скорее всего, потому что я не злой, хотя должен им быть. Это ведь Ад. Если он не будет таковым, равновесие в мире нарушится. И я только сейчас это понял. Какой же я все-таки тупой... — я схватился за голову, снова вспоминая своё поведение. Я ведь мог сказать тогда в ванной правду Феликсу, и всего этого бы не случилось. — Да че тупой сразу? Так, слегка глуповат... — усмехнулась Эрика, но я не разделял её веселья.       Моя голова была низко опущена так, чтобы девушка не могла увидеть выражения моего лица. Но это ей и не нужно было, она сразу все поняла. — Давай рассказывай, не молчи. А то сама начну выпытывать. Как я поняла, наследника ты не нашёл. — Да я не наследника искал, а жену.       Эрика подскочила с камня: — Жену!?       Я промолчал. Ничего кроме колкостей отвечать не хотелось, поэтому я благоразумно молчал. — А... И как? Не нашёл, да? — Как видишь.       Немного помолчав, Эрика решила спросить: — Почему? — Потому. Меня не интересуют девушки. — Что-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о? А.. В смысле... А как тогда... Ну... Нихера себе. И как на это отреагировал отец? — судя по членораздельной речи, Эрика была в шоке. — Никак. Да и мне не особо интересно.       Эрика молча смотрела на меня: — Так ты нашёл там парня? — Не совсем. Я просто влюбился в Феликса. — грустно вздохнул я. — А потом сдох. — Как сдох? Ты ж не можешь умереть. — Там могу. На Земле всем на моё бессмертие плевать. Я даже не попрощался с ним, как следует... Сначала поссорился, а потом он вообще подумал, что я глюк... Прогнал меня... Он.. Плакал и дрожал от страха... Будто я реально призрак... — Ну ты же умер. И внезапно появляешься перед ним. Разумеется, он подумал, что сошёл с ума. — Нет, насколько я понял, он и раньше меня видел после моей смерти. Похоже, у него и правда были галлюцинации. А мне больше нельзя на Землю. Вообще. Никогда. — Ты... Но есть же выход, че сразу грустить? — Какой? Никакого выхода нет, — устало произнёс я, потирая виски. Голова раскалывалась. — Как это нет? Если ты уже опустил руки, то недостаточно сильно его любишь. Ведь для любви нет преград! — Не неси бред! Выхода нет, и я давно это понял, — я повысил голос. Слова Эрики будто отрезвили меня. Я рано опустил руки. Но все равно ничего не получится, в этом я давно убедился. — Выход есть! Надо было немного подумать, и хоп! Всё придумается само по себе. — Да что вообще можно придумать в такой ситуации? — Ну слушай. Может, послушаешь умные мысли и сам поумнеешь.       Я недовольно закатил глаза. — У общем, ты в самый ближайший срок должен найти жену. Она рожает тебе ребёнка. Твой отец занимается его воспитанием, чтоб вырастить из него демона, достойного поста Сатаны. (Он сам так говорил, я слышала их разговор с моим отцом) В это время ты временно занимаешь этот пост. (Надо будет уговорить твоего отца) После этого ты отправляешь доверенное лицо, чтоб он тебя не спалил, на секретное задание. Это могу быть даже я. И я убиваю Феликса. — Ты сдурела!? — я резко подскочил с места и схватил девушку за плечи. — То есть остальное тебя устраивает? — Нет, я ничего не понял. Стать Сатаной на время? Как ты себе это представляешь? Хуйня полная, отец ни за что не согласится. Жену, ребенка… В короткий, твою мать, срок!? — Ты мать мою сюда не приплетай. По-моему, нормальный план. Все же лучше, чем ничего. Я убью Феликса, его отправят под суд. А там ты, как Сатана, уговоришь ангелов отдать его в ад. И та-дам! Вы вместе! — Ты башкой ебанулась… Отец меня за это в асфальт втопчет. — Да я не против. Можешь дальше тут сидеть и думать о своей ужасной жизни. А я бы ради своей любви и не на такое пошла.       Я закусил губу, сжав кулаки от злости. Если я пойду против отца – против меня потом весь Ад пойдет. Но она права, и я просто трус. Я боюсь отца. Боюсь осуждения со стороны демонов, если совершу такой опрометчивый поступок. — Я, между прочим, твою любовь спасать предлагала. Хотя, в чем-то ты все-таки прав. Этот план несовершенен. Может Феликс не любит тебя и не согласится умереть. И весь план коту в жопу. Это будет значить, он такое же сыкло, как и ты. — Феликс совсем не такой, как я. Ты наверное права… Он не согласится на вечность остаться в Аду. Да и вообще. Если он попадет сюда, он будет грешником, а значит, его придется бить… Лучше пусть живет. — Беру свои слова обратно, ты реально тупой. Пока не спросишь – никогда не узнаешь. — И как я спрошу!? Да не согласится он умирать из-за меня. — Ну, значит, и правда не любит. Тогда я ничем уже помочь не смогу. А если серьезно, я же не стану убивать его сразу. Сначала спрошу, готов ли он пожертвовать жизнью ради некого Люцифера. — Меня зовут Нанте. — Тем более. Уверена, если любит, то без проблем согласится.