Восставший из пепла

Когда Лилит пересекала большой зал фамильного дома своей семьи, в воздухе уже витал отчетливый холод, предвещавший конец осени. Она могла видеть, что декоративные французские двери широко распахнуты, позволяя ледяному ветру проникнуть внутрь вместе с красочными осенними листьями, падающими с деревьев. Комната была не пустой, там находилась ее бабушка — Гермиона. — Ба, слишком холодно, чтобы сидеть здесь, пойдем внутрь, — сказала Лилит, взявшись за ручки инвалидной коляски и затащила бабушку в дом. По щелчку ее палочки двери закрылись, а в очаге зажегся огонь, когда она поставила кресло рядом с горящим пламенем. — Почему ты сидела там с открытой дверью, ты же застудишься насмерть! — мягко отчитывала старушку она, накидывая на ноги бабушки шерстяной плед. — У смерти было много шансов поймать меня, и все-таки она еще не сумела, — засмеялась та. — А чем ты занималась сегодня, Лилит? — Копалась в коробке со старыми колдографиями, — ответила внучка, сунув руку в задний карман джинсов и вытащив небольшую стопку потрепанных колдо. — И нашла это... Это дядя Драко? — спросила она. Лилит наблюдала, как мягкие пальцы со слегка опухшими от возраста и артрита суставами легонько поглаживают стоическое лицо человека с колдографии. — О нет, дорогая, — ответила бабушка, и ее голос был едва громче шепота. — Это не Драко, это твой дед, Люциус, когда я впервые встретила его. — А он был красив... — сказала Лилит, опускаясь рядом с ней на колени, чтобы более внимательно рассмотреть мужчину на колдографии. — И высокомерен... — тихо усмехнулась бабушка. — Я и забыла, как он выглядел тогда, до… — она замолчала, и на лице появилось печальное выражение. — Как вы познакомились? — спросила Лилит. — Я никогда не слышала эту историю, мама всегда говорила, что у вас с дедушкой есть история, слишком сложная для рассказа и абсолютно неподходящая для юных ушей. — Ох-х, сложно все, милая, — тихо рассмеялась пожилая женщина. — Нам вообще никогда не следовало быть... твоим дедушкой и мной. Мы просто бросили вызов всем разногласиям. Бросили вызов всему здравомыслию. И по сей день я до сих пор не понимаю, как мы полюбили друг друга так сильно... но мы полюбили... Что до юных ушей ... ну, может быть, в это трудно поверить, но страстные романы — отнюдь не новость. — Ба, ты расскажешь мне вашу историю? — тихо спросила Лилит, устраиваясь поудобнее у ног бабушки. — Мне было двенадцать, когда я впервые встретила твоего дедушку… И возненавидела его с первого взгляда. Семь лет мы спорили, ругались и ссорились... он даже пытался раз или два во время войны убить меня, — начала Гермиона, качая головой с грустной улыбкой. — И было уже тридцать четыре, когда мы «встретились» снова, и так много изменилось...