Подарок от Деда Мороза. Из Китая с любовью.

             Я плёлся по вечернему городу, едва переставляя ноги. День сегодня не задался от слова совсем. Вокруг суетились люди, смеялись-улыбались, спешили докупить подарки. Всюду гирлянды развешены, новогодним духом за версту несёт, хотя до праздника, то есть, 31 декабря, ещё почти неделя. У меня Новый Год всегда ассоциируется с запахом ёлки и мандаринов. Бабушка, пока была жива, всегда требовала купить живое деревце, искусственные ёлки она в принципе не воспринимала. Потом торжественно доставала большую коробку с яркими игрушками, и добавляла к ним по старой традиции ещё конфеты, печенье и мандарины. У меня тогда была собака, серый пудель по кличке Тоша. Забавный и весёлый. Этот хитрец очень любил печенье и умудрялся, поднявшись на задние лапы, слопать всё, до которого мог достать. В итоге внизу на ёлке оставались только верёвочки, а печеньки благополучно исчезали в желудке кудрявого хитрюги. Но теперь уже давно не было ни любимой бабушки, ни мамы, ни четвероногого друга. Остались только тёплые воспоминания.              Я не торопился возвращаться домой в пустую квартиру. На лицах спешащих вокруг меня людей то и дело появлялись улыбки, заставляя меня чувствовать лёгкую зависть. Им было к кому спешить и кого любить. Ведь подарки от всей души покупают только близким людям.              Мало кто, я был уверен в этом, вспомнит, что сегодня вечер накануне католического Рождества. Для нас ведь Новый Год привычно начинается в последний день декабря, а католиков в нашей стране не так уж много, чтобы праздник этот повсеместно отмечался. Так упоминается в разговорах и всё. У каждой страны и у каждого народа свои праздники. А я вот всегда любил Рождество. Хоть я и не католик, но праздник этот для меня дорог. А всё потому, что в этот день, точнее, ночь я появился на свет. Кстати, не только я, но и мой самый лучший друг. Над мамой часто шутили знакомые, что другим женщинам аисты детей приносят, а ей Санта-Клаус подсобил. Мне так её не хватает...              Вот уже больше пяти лет я живу один. Мама умерла, сердце было слабое. А отца я никогда не знал. Мама мало о нём говорила, можно сказать, что я вообще ничего о нём не знаю. Фантазёр и лжец. Мама его только так называла. Ну, хотя бы не кобель или сволочь, уже легче. Не знаю, что между ними произошло, и почему так красиво вспыхнувшие по весне чувства быстро перегорели, не оставив после себя даже пепла. Я знаю, как они встретились, но понятия не имею, почему расстались. Отец был иностранцем, и мама не смогла почему-то уехать с ним. Чем-то, возможно, не подошла. Она ведь из простой семьи, без связей и больших денег. Всего в этой жизни добивалась сама. Конечно, у меня как у любого ребёнка в такой ситуации иногда возникал банальный вопрос ‒ отчего же ему не подошёл я? Но ответа на хоть и банальный, но очень важный вопрос я так и не получил. Но мальчик давно вырос и слёзы в подушку по папе уже не лил. Просто грустно временами становится и очень одиноко.              Кстати, меня зовут Рудольф Ленский, но я всегда предпочитал, чтобы меня называли просто Ленс. Мне сегодня ночью стукнет двадцать восемь лет, и я юрист в весьма быстро развивающейся компании, где работаю вот уже целый год. Я вспоминаю события годичной давности с усмешкой, хотя в то время мне было не так уж и весело. Тогда даже приходила мысль, что я клинический идиот. А кто ещё умудрится потерять работу в канун новогодних праздников? Вот и говорю, что идиот! Всего ведь и надо было, что переспать с новым шефом на работе, потерпеть его лапанье, а я дал ему по морде. И получил отворот поворот, хорошо хоть зарплату выплатили ещё пару дней назад. Нам её подекадно начисляли. А то был бы у меня самый счастливый праздник. На столе шаром покати, мышь в холодильнике издохла, повесившись на собственном хвосте.              Ну, не мог я! Не мог! Шеф был толстым, наглым и скользким типом. Не то, чтобы мне совсем противны были отношения с мужчинами. Нет. Мне нравились и мальчишки, и девчонки. Даже секс был. Первый раз с девочкой случился ещё в десятом классе, а с парнем намного позже, когда был на море с мамой в последний раз. Это было тайно, романтично, остро. Почему-то мне всегда нравились высокие блондины. Правда, после того случая на эксперименты меня редко тянуло. Опасался, так как не был уверен, как, впрочем, и сейчас иногда сомневаюсь, что таковые отношения для меня возможны. Здесь нужно быть или отвязным, или очень сильным, и я говорю не о физической силе. Морально трудно выстоять, когда на тебя наезжают и гнобят только потому, что ты нестандарт. Из-за собственной внешности, увлечений и имени мне с детства и без этого доставалось. И, возможно, на длительные серьёзные отношения с парнями я не решался именно поэтому. Но с некоторого времени у меня перед глазами есть пример того, что и нестандартные отношения имеют право на существование.              Рудольфом мама меня назвала в честь Нуриева, знаменитого балетного танцовщика. То, что у него была не та ориентация, мою родительницу вообще не напрягало. Таланты имеют право жить, как хотят, на то они и таланты. Дело в том, что мама всегда увлекалась балетом, даже в студию ходила, с детства подавала надежды. После окончания балетного училища она встретила моего отца, и... Балет накрылся медным тазом. Большая и стремительная любовь, залёт и моё появление на свет разрушило многие планы. Спасибо бабушке, которая, узрев дочь в истерике, не дала сделать аборт. Да, маме пришлось переучиваться и искать другую цель в жизни, но о моём рождении она никогда не сожалела. Хоть профессиональный балет и остался для неё несбывшейся мечтой.              Как многие родители она попыталась реализовать свою мечту во мне. Мне не нравилось, но мама меня уговорила, точнее, мы пришли с ней к компромиссу: для неё я занимаюсь балетом, для себя ‒ фигурным катанием. К счастью, одно помогало другому, так как в фигурном катании хореография имеет такое же большое значение, как и физическая подготовка. Так дело и пошло, лет до тринадцати. А потом я понял, что балет точно не моё. Не хотел я быть танцовщиком, да и ростом не вышел, чтобы таскать партнёрш на плечах. К тому же, трудно было оплачивать занятия и в студии, и в секции. Оба удовольствия были дорогими. Пришлось поговорить по душам с мамой. К моему счастью, она меня поняла и признала, что великий танцор балета из меня не выйдет. Я вздохнул с облегчением и продолжил заниматься фигурным катанием. Там мне девочек таскать не приходилось, так как катался в одиночниках. Я успел выиграть несколько соревнований в своей возрастной категории, повезло побывать за границей на парочке чемпионатов среди юниоров. Даже в Калгари 2006 года побывал на мировом чемпионате, где соревновался уже со взрослыми фигуристами. Особых успехов тогда не добился, но впечатлений было море. Однако неприятности начались там, где этого никто не ждал.              В нашем доме появились новые соседи, у которых был сын, лет на пять старше меня. Можно сказать, взрослый парень. Вот только проблемный на всю голову. Хулиган и отморозок. Он быстро сколотил банду из местной шпаны, и начал всех доставать. К сожалению, многие его подручные мальчишки ходили со мной в одну школу, так что неприятности меня не оставляли. Не понравился я новоиспечённому главарю их шайки, а причина была проста ‒ смазливый и на девчонку похож. А когда узнал, что я ещё и фигурист, так вообще житья не стало. Меня на весь двор пидаром величали и пытались зажать в углу, чтобы издевательски облапить и избить. По лицу, кстати, не били никогда. А остальные следы удавалось скрывать под одеждой.              Сдачи я пытался давать, всё же занятия не самым лёгким видом спорта давали о себе знать, но что было толку, когда я один, а их семеро. Именно тогда выяснилось, что у меня есть ещё один талант. Оказалось, я могу очень быстро бегать. Синяки ведь получать не охота. Но быстрый бег тоже не всегда спасает. Накануне одного важного соревнования я попал в руки этой шайки и… мне сломали ногу. Не специально, просто заигрались. Мама сначала подала заявление в милицию, но потом забрала. После разговора с отцом моего соседа и главаря местной шпаны, который имел хорошие связи в городе. Он, к счастью, вежливо «уговорил» мою маму, оплатив моё лечение и последующую реабилитацию. Но всё это для меня было уже неважно. Спорт мне пришлось бросить и начать строить новые планы на жизнь. Сразу не получилось, ведь душа была полна обиды, разочарования и тоски по любимому занятию. Мне было семнадцать и то был первый по-настоящему сильный удар.              В то время мне неожиданно помог мой друг и одноклассник Эмиль. Тот самый, кто родился со мной в один день. Да и своё необычное имя он получил благодаря моей маме. Эмиль вообще, несмотря на кажущуюся внешнюю мягкость и покладистость, имел упорный характер. Если чего-то хотел достичь, то прикладывал столько сил, что любая преграда просто рассыпалась перед ним. Брал талантом, упрямством, умом и своими замечательными человеческими качествами. Он заявился ко мне домой с огромным тортом собственного изготовления и стал убеждать, что жизнь не закончена, а впереди много того, что мне только предстоит испытать. То ли я уже дозрел, то ли Эмиль был убедителен, но мне удалось-таки пересмотреть свои планы на жизнь. В итоге от фигурного катания я отказался совсем, отрезал словно ножом, чтобы не болело. И посвятил всего себя учёбе. Добился многого. Спустя несколько лет у меня был отличный диплом, неплохо развивающаяся карьера и репутация молодого успешного юриста. И всё потерпело крах накануне одного Нового Года.              К счастью, мне снова помог Эмиль. Упрямый и верный Эмиль, ужасно не терпящий оставаться в долгу. Он шустро организовал не только мой переезд в столицу, но и устроил по специальности в компанию своего парня. А я ведь ничего и не сделал, так… помог слегка разрулить глупую ситуацию. Хотя можно ли так назвать двухгодичную разлуку с любимым человеком из-за недоразумения? Кстати, Эмиль и Вадим именно та нестандартная парочка, которая заставила меня посмотреть на личную жизнь другим взглядом. Теперь я был свободен и мог делать всё, что хотел. Вот только… не было того человека, ради которого хотелось бы свернуть горы и достать звезду с неба.              Благодаря Вадиму, бывшему в столице как рыба в море, теперь я знал несколько мест, где можно было отдохнуть и найти себе парнишку на ночь. И я несколько раз находил. Всё-таки физическое напряжение нужно сбрасывать, иначе от работы крыша поедет. Опытным путём пытался понять, чего же я хочу. Побыл и активом, и даже пару раз пассивом. Меня устроило и то, и другое. Единственная проблема заключалась в том, что менять партнёров каждый раз… Не моё. Да, в среде геев по разным причинам нравы более свободные и раскованные, иногда даже слишком, но, как оказалось, лично мне трудно плыть по течению, получая удовольствие со случайными людьми. Мне нужен мой человек, вот только найти его сложно.        ‒ Ты где? ‒ Эмиль достал меня и вытряхнул из раздумий, неожиданно позвонив.        ‒ Решил прогуляться, ‒ почти честно ответил я другу.        ‒ Трудный день у тебя выдался. Мне Вадим сказал. Ничего, прорвёшься. Сам знаешь, дураков на свете много, но умных людей всё же больше. Не принимай близко к сердцу. Напоминаю, ты завтра у нас! Как штык! И возражений не принимаю!        ‒ Да помню я, курица-наседка. Мой любимый торт будет?        ‒ Конечно, ‒ в голосе Эмиля столько тепла, что на душе становится легче. ‒ Думаю, что наш с Вадимом подарок тебе понравится.        ‒ Надеюсь, как и мой тебе. И передай своему тигру, что он болтлив слишком.        ‒ Он просто переживает.        ‒ Я знаю, ‒ вздохнув, отключил телефон и сунул его в карман пальто.              День действительно был трудный. Пришлось пообщаться с одним из партнёров компании по поводу нового договора. Обычная рутина. Вот только на меня попытались найти компромат и надавить, чтобы я в свою очередь смог втиснуть в новый договор совершенно невыгодные Вадиму условия. Мне пригрозили тем, что доложат боссу о моей ориентации. Пф-ф… Мой босс ‒ Вадим Шеханов, ещё с детства носящий грозное прозвище Шерхан, не только успешный делец, которому плевать, с кем спит его подчинённый, но и любимый человек Эмиля. То есть, понятно, что ничего не выгорело. А из-за ярости Вадима кое-кому пришлось извиняться и принимать условия договора, более выгодного нам. Знаю, что того господина, инициировавшего наезд на меня, по головке за это не погладят. Хорошо, если в своём кресле удержится. Ситуация разрешилась, а вот осадок остался. А всё получилось так потому, что один из моих случайных любовников оказался помощником в той компании и сдал меня, решив получить преференции у своего шефа. Случайный секс, случайный человек и случайные последствия.              Глядя со стороны на своих друзей, я где-то глубоко в душе лелеял уже подзабытую надежду на банальное человеческое счастье. Мне хотелось, чтобы дома меня ждал кто-то похожий на Эмиля. Такой же заботливый, преданный и любящий. Или такой как Вадим. Шеханов, конечно, тот ещё собственник, но он надёжный как стена и с некоторых пор очень понимающий. Двухлетняя разлука всё же многому его научила. А лучше, если бы моя половинка была немного похожа и на того, и на другого. Я вдруг улыбнулся, представив как быстро пишу желание, сжигаю его в пепел и залпом выпиваю бокал шампанского под бой курантов. Детский сад. Мечты, желания. Надежды.              Интересно, что же придумала парочка моих неугомонных друзей? От них можно было ждать чего-угодно. Эмиль мне до сих пор припоминает прошлогодний марафон Дедов Морозов, организованный его Вадимом с моей лёгкой руки. А что, разве плохо получилось? Они теперь вместе, а значит, всё пошло на пользу. Даже дюжина Дедов Морозов.