Как часы

Слэш
NC-17
Завершён
362
автор
RavenTores бета
Размер:
29 страниц, 6 частей
Описание:
Не Хуайсан — известный спорщик, и однажды ему надоело наблюдать, как от якобы неразделённой любви мучается его лучший друг. Вечеринка по случаю дня рождения стала идеальной возможностью подтолкнуть влюблённых друг к другу.
Посвящение:
RavenTores, в беседах с которым преобразовалась идея
Примечания автора:
Другие работы по "Неукротимому": https://ficbook.net/collections/16878568
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
362 Нравится 49 Отзывы 102 В сборник Скачать

Глава 2

Настройки текста
С самого начала занятия Вэй Ин был жутко дёрганным, и Лань Чжань заволновался, не случилось ли что-то плохое. Когда пара закончилась, он собирался нарочито медленно, как будто выжидая, что другие студенты разойдутся, освободив проход, а на самом деле — надеясь, что Вэй Ин заговорит сам. Тот странно копошился — но молчал, и это взволновало ещё сильнее. Переборов смущение, что всякий раз охватывало его рядом с Вэй Ином, он спросил: — Ты… в порядке? Вэй Ин, услышав его, едва не подпрыгнул, и Лань Чжань невольно нахмурился. Что же всё-таки произошло?.. — Я? В полном, конечно, в полном, — Вэй Ин наконец сложил вещи в рюкзак и как будто не собирался продолжать. Подавив вздох — в самом деле, отчего бы Вэй Ину делиться с ним переживаниями? — Лань Чжань решил уйти, но Вэй Ин вдруг, запинаясь, заговорил снова: — Только… хотел пригласить тебя в эту субботу… ко мне. Лань Чжань знал, что в субботу у Вэй Ина день рождения. Неужели он… — В субботу мой день рождения, — продолжил Вэй Ин, подтверждая его догадку. — Я бы очень хотел, чтобы ты пришёл, Лань Чжань. Лань Чжань никогда не жаловал вечеринки или просто шумные компании, но теперь едва смог скрыть, что обрадовался. Вэй Ину исполнялось двадцать, и разве не полагалось отмечать это с близкими? Если он пригласил его, значит, считает кем-то большим, чем одним из множества знакомых? И даже если… даже если Вэй Ин просто собирал большую компанию на вечеринку, Лань Чжань всё равно был бы рад разделить с ним этот праздник — пусть и так. Ради Вэй Ина он смог бы пережить один вечер шума. Однако последняя фраза заставила его и вовсе удивлённо застыть. Вэй Ин в самом деле очень хотел бы? Словно услышав его мысли, тот повторил: — Очень хотел бы. Справившись с чувствами, Лань Чжань сумел ответить: — Хорошо. — Хо… хорошо? — Вэй Ин явно был удивлён, и Лань Чжаню даже захотелось спросить отчего, но вместо этого он ограничился обычным «Мгм». Они замерли друг напротив друга, а затем Вэй Ин снова завозился с тетрадью — было странно видеть его настолько взволнованным, но, впрочем, Лань Чжань вынужден был признать, что сам отчего-то переживает не меньше. Когда Вэй Ин вручил ему листок с адресом и временем, Лань Чжань, неуверенный, сколько ещё сможет держать лицо, поспешил уйти, уронив лишь: — Я приду.

***

Весь вечер Лань Чжань размышлял, что можно подарить Вэй Ину. День рождения обычно не предполагал особенных подарков, но он хотел подобрать именно что-то особенное. Только вот что… Книгу, быть может? Лань Чжань был почти уверен, что Вэй Ину понравился бы современный мистический триллер или фантастика на стыке с фэнтези. Он пересмотрел в интернете десятки романов и сборников и даже заказал несколько, что показались ему самыми интересными, но в итоге решил, что книга — это слишком… обычно. У него есть такой шанс намекнуть о своих чувствах, его нельзя упустить. После тщательного обдумывания не тем — слишком обычным, слишком вычурным или попросту бесполезным — оказывалось всё. Незаметно вечер сменился ночью, и спать Лань Чжань лёг лишь под утро. Организм, однако, не изменил привычному распорядку и проснулся в шесть, так что поспать Лань Чжань смог всего час с небольшим. Даже не пытаясь уснуть ещё, он отправился на пробежку, чтобы освежиться. Двигаясь обычным маршрутом, он почти не смотрел по сторонам, однако взгляд всё же выхватил вывеску ювелирного магазина, и, поражённый внезапной идеей, Лань Чжань замер посреди тротуара. Возможно, это было слишком смело. И слишком рано. И просто — слишком. Но страдающий от недостатка сна разум твердил — это именно то особенное, что он искал. Конечно, магазин был ещё закрыт, так что Лань Чжань развернулся и побежал домой. К счастью, через интернет можно было заказать срочную доставку. Через полчаса он уже оплатил товар, а ещё через полтора — отпустил немного сонного курьера, щедро наградив чаевыми. Почти благоговейно открыв синюю бархатную коробочку, Лань Чжань провёл пальцами по браслету — изящное, в меру замысловатое, в меру массивное плетение из чернёного серебра, а по центру — два тигра, взявшиеся зубами за одно кольцо. В самом деле — именно то, что нужно.

***

Уже у входа в общежитие Лань Чжаня окликнули: — Лань Ванцзи! — это была Ло Цинъян. Он без труда узнал звонкий голос — слишком часто слышал, как Вэй Ин весело болтает с ней. В груди разлилось жжение, когда он вспомнил ласковое «Мяньмянь». Конечно, Вэй Ин пригласил и её. Отчего бы ему не пригласить. Лань Чжань повернулся и кивнул, вежливо приветствуя: — Ло Цинъян. — Ты ведь к Вэй Усяню? — улыбнулась она. — Пойдём вместе. Лань Чжаню оставалось только согласиться. Ло Цинъян на удивление быстро объяснилась с консьержем — неужели бывала здесь прежде? — и провела его к лифту. На двенадцатый этаж они поднялись в молчании, но Лань Чжань заметил, что Ло Цинъян то и дело бросала на него странные взгляды. Спрашивать, в чём дело, он, конечно, не стал. — Так, он говорил, в первую дверь просто входить, — прокомментировала Ло Цинъян, когда они нашли нужную комнату, и сделала именно так, как сказала — просто вошла. Пока Лань Чжань решился последовать за ней, она уже постучала во вторую дверь. Лань Чжань, застыв, перехватил корзинку с фруктами, которую купил в дополнение к браслету, поудобнее. Почти сразу им открыли — Вэй Ин, чуть встрёпанный и с не слишком тёмными, но заметными тенями под глазами. Лань Чжань не успел прочесть его лицо: Ло Цинъян обняла именинника и, кажется, сказала ему что-то, отчего он разом вспыхнул. Лань Чжань сглотнул, но подступившая к горлу горечь никуда не делась. Стоило ли ему вообще приходить? И до чего неуместен, должно быть, его подарок… Наконец Ло Цинъян отступила, и Вэй Ин обратился к нему: — Лань Чжань! Как хорошо, что ты пришёл! Я рад, правда, очень рад, проходи-проходи. Пальто… — Он казался взволнованным и искренним. Лань Чжань разрывался между желанием развернуться и уйти — и остаться. Вэй Ин, не замечая его метаний, продолжал: — Пальто можешь отдать мне, я уберу в шкаф. Или… — Вэй Ин, — Лань Чжань решился и протянул корзинку. — Тебе. — Ох, Лань Чжань, ну что ты, не стоило, правда, — Вэй Ин лишь отдавал дань традиции, но у Лань Чжаня от отказа в первый миг похолодело в груди. Однако Вэй Ин принял подарок и принялся рассматривать его так внимательно, что Лань Чжаню тут же стало не по себе. Он не готов был к тому, чтобы Вэй Ин отверг его прямо сейчас, не готов был увидеть разочарование или возмущение в его глазах. Потому использовал единственную доступную возможность отвлечь — снял верхнюю одежду и протянул ему: — Ты говорил, пальто… — Да, пальто, конечно, давай, — среагировал Вэй Ин после секундного замешательства и, подхватив одежду, ушёл в комнату. Сцепив руки за спиной, Лань Чжань коротко вздохнул и тоже прошёл дальше, не отрывая взгляда от Вэй Ина. Расположившись на тахте под стеной, он продолжал наблюдать, заодно оглядывая комнату. Та оказалась просторной — очевидно, была рассчитана минимум на четверых, хоть Вэй Ин и жил в ней один. У противоположной стены стоял книжный шкаф, в основном заполненный учебниками, справочниками и папками с чертежами, но часть была отведена и под художественную литературу. Лань Чжань облегчённо выдохнул, рассмотрев там и несколько книг авторов, которые, как он вчера решил, могли бы заинтересовать Вэй Ина. В комнате был почти порядок, но создавалось впечатление, будто из-под него стремится вырваться, заполонив всё, хаос. Стены он словно бы уже заполучил — большая их часть была скрыта за чертежами, фотографиями зданий и плакатами музыкальных коллективов вперемешку. Но воплощением хаоса был сам Вэй Ин — он суетливо сновал по комнате, в действительности ничего не делая, во всяком случае, никакой цели в его передвижениях Лань Чжань определить не мог, пока не раздался стук в дверь. — А, последние гости! — обрадовался Вэй Ин. Лань Чжань хотел посмотреть, кто там, но вдруг рядом с ним сел Не Хуайсан. — Ванцзи! — улыбнулся он. — Я так и не поприветствовал тебя как следует, — и он слегка поклонился. — Как дела? Как жизнь? — Всё хорошо, — растерялся Лань Чжань. Заочно они с Не Хуайсаном знали друг друга, но общаться им прежде не приходилось. — Удивительно, как Вэй-сюн заполучил такого дорогого гостя! — продолжил тот. — Слышал, ты не очень-то любишь большие шумные компании, да? — Мгм. — Тем удивительнее, что ты здесь! Вэй-сюн, должно быть, особенный человек, раз сумел зазвать тебя на вечеринку! — Не Хуайсан не унимался, и Лань Чжань почти выдал очередное «Мгм», но остановил себя и отвернулся, чувствуя, как запылали кончики ушей. Вэй Ин в самом деле был особенным, но доверить свои чувства Лань Чжань мог только брату — и даже на это потребовалось время. Как может Не Хуайсан так просто заводить подобный разговор? А может, он и вовсе не подразумевал того, о чём подумал Лань Чжань?.. Впрочем, что бы там Не Хуайсан ни имел в виду, останавливаться он, похоже, не собирался: — И это замечательно… — Не-сюн, прекращай болтать! — к облегчению Лань Чжаня, Не Хуайсана всё же остановил Вэй Ин, который как раз закончил приветствовать новоприбывших — ими оказались брат и сестра Вэни. — Ты, должно быть, совсем утомил Лань Чжаня. — Сбегать от гостя, едва он переступил порог, — дурной тон, Вэй-сюн, — прищурился Не Хуайсан, и Лань Чжаню стало совсем не по себе. Зачем им спорить из-за него? — Тебе самому стоило бы завести беседу, но раз уж ты был слишком занят, за это взялся я, вот и всё, — Не Хуайсан обмахнулся веером, а щурился теперь уже Вэй Ин. Лань Чжань решительно не видел смысла в этом препирательстве, но мог только наблюдать. Наконец Вэй Ин раздражённо мотнул головой, но затем, на мгновение прикрыв глаза, кивнул на стол и улыбнулся, обращаясь к Лань Чжаню: — Все собрались, проходи за стол, будем начинать, — а следом, не дожидаясь ответа, подхватил под локоть и увёл за собой, усадив на соседнее место. Лань Чжань едва вспомнил, что нужно помыть руки, но когда вернулся из ванной, не стал искать другое место. Через пару минут за небольшим — даже слишком маленьким — столом собрались все, и Цзян Яньли подала чай. Посыпались повторные поздравления имениннику, и скоро пришло время первого тоста. Когда Вэй Ин собирался налить вина ему, Лань Чжань возразил тихо: — Я не пью. — Как? Неужели совсем? — удивился Вэй Ин. — Мгм, — кивнул Лань Чжань. Вэй Ин выглядел растерянным, и тут снова заговорил Не Хуайсан: — У Вэй-сюна ведь день рождения! Ванцзи, как можно не выпить за именинника? Неужели ты настолько не уважаешь его? — Я… — Лань Чжань не знал, что сказать, зато Вэй Ин сразу нашёлся со словами: — Лань Чжань, в самом деле, выпей за меня? Хотя бы первый тост. Неужто и в этом откажешь? Только первый, ну? — Ладно, — сдался Лань Чжань после небольшой паузы. Он вовсе не хотел обидеть Вэй Ина, потому не смог отказать. — Вот и славно! — сразу повеселел тот и налил ему до краёв полную чашу вина. Лань Чжань сдержал вздох — никогда прежде он не пробовал алкоголь. В подростковом возрасте ему было любопытно, каков он, однако семейные правила строго-настрого запрещали спиртное до совершеннолетия, и Лань Чжань не смел ослушаться, а когда совершеннолетие наконец наступило, интерес уже угас. Впрочем, большой проблемы в том, чтобы выпить раз, он не видел. Что может случиться от одной чаши? Цзян Ваньинь на правах брата сказал первый тост, и Лань Чжань вместе со всеми в два глотка осушил свою чашу — сладковатая жидкость приятно обожгла горло, а всего через несколько мгновений тёплая волна прошла по всему телу, веки стали невозможно тяжёлыми, и Лань Чжань опустил их. Из темноты его вырвал обеспокоенный голос Вэй Ина: — …Чжань? Лань Чжань, ты в порядке? Лань Чжань?! — Мгм, в порядке, — Лань Чжань кивнул, с трудом открывая глаза. Он не понимал, уснул ли или потерял сознание, но чувствовал, что на несколько мгновений — минут? — потерял связь с реальность. — Мне показалось, ты отключился, — Вэй Ин всматривался в его лицо — так потрясающе близко… Лань Чжань моргнул и ответил: — Нет, всё хорошо, — лгать семейные правила запрещали и после совершеннолетия, но разве мог он признаться, что действительно отключился, едва попробовав вино? — Ну… ладно, — казалось, Вэй Ин всё ещё был не уверен. Почти сразу он добавил: — Принесу тебе чаю, — и в самом деле встал, а через пару минут вернулся с большой кружкой ещё дымящегося чая и поставил её перед ним. Лань Чжань кивнул в знак благодарности и сцепил руки в замок под столом. Голова казалась удивительно лёгкой и тяжёлой одновременно, а сдерживаться, чтобы не коснуться Вэй Ина, стало раз в десять тяжелее, чем обычно. Зачем только люди пьют, если это так ослабляет контроль? Уж конечно, никто не вспоминал о том, что во время еды говорить не положено — лилась оживлённая беседа, по ходу которой то и дело звучали разные истории с Вэй Ином: Цзян Чэн рассказывал, как однажды на рыбалке Вэй Ин, заскучав с удочкой, принялся ловить рыбу руками, а после всякий раз выбирал именно такой способ — и в самом деле ловил; Не Хуайсан посмеивался с того, как они в старшей школе, пользуясь умением рисовать и чудесами техники, покупали спиртное по поддельному удостоверению личности, которое сами же и сделали; Цзинь Цзысюань тепло — насколько Лань Чжань мог судить — посмеивался, вспоминая, как при знакомстве Вэй Ин воспринял его в штыки, волнуясь за сестру, и долго присматривался, прежде чем принял… Лань Чжань молчал. Если бы он сказал хоть одно слово, то, вероятно, уже не смог бы остановиться и бесконечно долго говорил бы о том, как при первой же встрече Вэй Ин приковал его взгляд, как с первого же дня знакомства лишил покоя и сна, зародив в душе чувство, подобного которому он не знал прежде и природу которого понял до конца лишь спустя месяцы, когда каникулы лишили его даже редких встреч с Вэй Ином. Рассказывал бы, как любопытство сменилось восхищением — острым умом, которого он, признаться, не ожидал обнаружить в столь болтливом и на первый взгляд несерьёзном человеке, упорством, умением найти общий язык с кем угодно, жизнерадостностью, которой не хватало самому Лань Чжаню, — всем, чем был Вэй Ин. Впрочем, хоть он ни слова не сказал вслух, но произнёс всю речь про себя — и от этого стало почти дурно. У Вэй Ина были такие замечательные друзья, и он хотел бы в самом деле быть одним из них — но разве имел право, разве заслуживал? Он, кто не мог даже поприветствовать Вэй Ина как следует. И эти чувства, совершенно неуместные… Лань Чжань аккуратно — насколько позволяло опьянение — поднялся и ушёл в ванную, где тут же упёрся руками в один из умывальников — идти да и просто стоять ровно оказалось сложнее, чем он ожидал. Он умылся холодной водой несколько раз, но это нисколько не освежило. Алкоголь не только мешал контролировать себя, но, оказалось, придавал веса и мрачным мыслям. Ему было не место здесь. Почему бы Вэй Ин ни пригласил его, очевидно, он уже пожалел об этом: неспособный сказать хоть слово или разделить даже такое простое развлечение как выпивка, Лань Чжань, должно быть, только портил всем веселье своим угрюмым видом. Он хотел было уйти, ускользнуть молча, но вспомнил, что Вэй Ин унёс его пальто в комнату — а значит, остаться незамеченным никак не получится. Лань Чжань набрал воды в ладони, чтобы умыться снова, но услышал, как кто-то вошёл, и разомкнул руки. В зеркале он увидел Не Хуайсана, а уже через несколько мгновений тот оказался у соседнего умывальника. — Думаешь, было ошибкой приходить сюда? — спросил Не Хуайсан, словно угадав его мысли, и посмотрел прямо в глаза. Лань Чжань не стал отвечать — снова набрал воды и плеснул в лицо, собираясь после уйти. Но Не Хуайсан продолжил говорить, и вежливость, которую дядя пестовал в нём с пелёнок, заставила остаться. — Не всё, что кажется ошибкой, является таковой, Ванцзи, — Не Хуайсан качнул головой, а затем с улыбкой добавил: — К тому же некоторые ошибки могут приводить к удивительным открытиям, порождать нечто новое и прекрасное. — Ошибки — это ошибки, — отрезал Лань Чжань. — Они разрушают, а не создают. — Некоторые разрушают, — кивнул Не Хуайсан, — вот только не все. Спорим, даже есть вид искусства, который появился именно благодаря ошибке. — Невозможно, — жизнь научила Лань Чжаня тому, что ошибки недопустимы, а зачастую и непростительны, потому он не мог смолчать. — Искусство — это полёт мысли, оформленный в нечто зримое упорным трудом. В нём нет места ошибкам. — Теперь он осознал и ещё одно свойство алкоголя — говорить под его воздействием оказалось проще. — Всё не так однозначно, — Не Хуайсан усмехнулся и, закрутив кран, взял полотенце. — Ломография возникла именно благодаря ошибке — притом инженерной! — Лань Чжань хотел возразить, но Не Хуайсан бросил полотенце ему и предупреждающе выставил ладонь: — Сейчас докажу. И не забывай — это спор и ты будешь должен мне желание. Лань Чжань не видел смысла поправлять и говорить, что он вовсе не спорит, ведь в любом случае правда была на его стороне. К тому же в опьянённый разум вдруг закралась мысль, что если бы Не Хуайсан, будучи близким другом Вэй Ина, задолжал ему желание, было бы не так и плохо… Пока Лань Чжань вытирал руки, Не Хуайсан достал смартфон, набрал что-то и передал ему. На экране оказалась статья об истории ломографии, где в первом же абзаце говорилось, что жанр придумали два студента из Австрии, которые приобрели работающие со сбоями советские фотоаппараты. — Недостаток техники, — Лань Чжань сощурился, — не инженерная ошибка. — Пф, ты просто не хочешь признавать свою неправоту, — Не Хуайсан опёрся об умывальник. — Фотоаппарат должен был создавать снимки определённого качества, но не справлялся с задачей. Инженеры, сконструировавшие его, сделали свою работу некачественно. Иначе говоря — ошиблись, — он склонил голову набок и протянул руку, в которую Лань Чжань спустя мгновение вложил смартфон. — Технические возможности того времени значительно уступали современным… — начал было Лань Чжань, но Не Хуайсан перебил: — Да брось. Не ты ли только что говорил, что ошибка — это ошибка? Так зачем теперь ищешь ей другое имя? Какими бы ни были технические возможности того времени, а факт остаётся фактом — инженеры ошиблись, и, — он поднял палец вверх, — их ошибка породила новый жанр фотографии, то есть новый вид искусства. Ты проиграл, признай уже. Лань Чжань не сумел возразить. Вздохнув, он спросил: — Что ты хочешь? — Ты сыграешь с нами в бутылочку, — Не Хуайсан оттолкнулся от умывальника и пошёл к двери. Лань Чжаня прошила дрожь от одной только мысли о подобном, и он бросил тут же: — Нет. — Это был не вопрос, Ванцзи, ты сыграешь, — сказал Хуайсан и добавил, только теперь поворачиваясь: — Или Лани больше не держат слова? — Держат, — Лань Чжань сжал кулаки — он сам загнал себя в эту ловушку, не оборвав Не Хуайсана вовремя. Всякая воля к сопротивлению вдруг исчезла, и стало почти всё равно. — Не волнуйся так, — Не Хуайсан вернулся и коротко похлопал его по плечу. — А теперь пойдём… — Вот вы оба где! — в ванную вошёл Вэй Ин. — Что-то ты задержался, Не-сюн, — он метнул на друга взгляд, а затем посмотрел и на Лань Чжаня — тому даже показалось, что глаза Вэй Ина потеплели. — Всё в порядке, Лань Чжань? Он не нашёлся с ответом, но ему и не пришлось говорить — тут же заворчал Не Хуайсан: — Вэй-сюн, ну в самом деле, что бы я сделал твоему драгоценному Ванцзи? — «Драгоценному?» — Съел бы, что ли? Как видишь, он цел. А вот торт есть как раз пора, пойдёмте, — и он первым пошёл к двери. Вэй Ин, пряча взгляд, поспешил за ним, и Лань Чжаню ничего не оставалось, кроме как пойти следом.
Примечания:
Почему именно браслет.
В статье о традициях празднования дня рождения написано, что дарить кольцо, колье или пояс — всё равно что приглашать в семью или признаваться в любви. Браслет тоже круглый, так что, полагаю, у него значение такое же, и здесь он подходит лучше других вариантов.
Отношение автора к критике:
Приветствую критику только в мягкой форме, вы можете указывать на недостатки, но повежливее.
© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты