панихидное

острым клинком прорезает рассвет индевевшее небо сибири. мы лежим на матрасе, иссушенные, пустые. застывающим воском стекают на плечи воспоминания, как мы когда-то себя любили. утренним снегом, когда на льду из узорных трещин растекаются брызги солнечного богатства, мы лежим вчетвером: я и мне ненужные вещи. типа, там, твоя нежность, любовная боль и больная ласка. колесо бы вертелось — и близилось снова детство. не твоё, не моё — детство новое, неизвестное. когда каждое утро встречаешь, садишься чествовать, когда каждый свой день в календарике отмечаешь. это новое детство, не то, что было в начале. чашкой неба зачерпывать воду из близкой речки и любить всё вокруг, чтобы сердце и грудь болели. танцевать в новый год у наряженной душной ели, и не чувствовать, как снаружи крепчает вьюга. сколько помню себя, мне никак не уйти отсюда. мне никак не уйти, да и незачем, в самом деле. мы лежим, и я знаю, что ты бы хотел как в южных странах, где по утрам шелест волн поднимает к солнцу. хорошо бы жилось без трагедий. он мне смеётся я создам себе дьявола, если мне будет нужно. 2:02 31.01.21.