я начну новую жизнь

свежий воздух бьет в лицо. холодный ветер руками окольцовывает не защищённую шарфом шею, немного сдавливает. парень кончиками пальцев касается ошпаренной холодом кожи, растирая ту. ⠀⠀⠀ "тут всегда было так холодно?" чонгук бросает взгляд за плечо, прослеживает движение автоматических стеклянных дверей. те с еле заметным щелчком закрываются. он видит спешащих людей по залу, спускающихся на эскалаторе провожающих, возможно, в ушах ему мерещатся звуки стука каблуков тысячи ботинок и туфель и трель двигающихся колесиков сотни чемоданов. в аэропорту всегда шумно. чон отворачивается от созерцания прозрачного здания, - он стоит напротив двух широких асфальтированных дорог, по которым то тут, то там двигаются машины в спешке. кто-то, возможно, опаздывает на регистрацию, а кто-то, наоборот, - спешит сделать сюрприз близким своим неожиданным появлением. чонгук тоже был бы не против кого-нибудь обрадовать, но только в сеуле у него из близких осталось пару человек, с которыми, к его сожалению, он резко оборвал связи 4 года назад, буквально просто пропадая из их окружения, да и вообще жизни. ⠀⠀⠀ «не думаю, что мое появление станет для них приятным сюрпризом.» поднимает глаза и смотрит на голубое небо. возможно, если бы то было затянуто облачным одеялом, погода стояла бы куда теплее. тогда, четыре года назад небо было таким же - чистым, непорочным, хоть и стояла зима, не совсем снежная, но все же холодная. чонгук точно помнит, как зимний мороз обжигал своим дыханием его красные, опухшие от слез, щеки. он помнит - не смог забыть, хотя очень надеялся. стоя на пороге аэропорта, в голове мелькают воспоминания. вот он и его брат хосок выходят из такси. старший чон благодарит водителя, расплачиваясь бумажными купюрами, а чонгук стоит и смотрит на страшное стеклянное здание. он знал, что строение отделяет его от новой жизни, от самолёта, на котором братья достигнут токио в считанные часы, но все же очень страшился сделать шаг вперед к этому «чистому листу». ведь тогда девятнадцатилетний парень совершенно не был готов в срочном порядке оставлять уже породнившийся ему сеул, да и вообще корею. к тому же, он никогда не летал, потому боялся крылатого зверя также, как и потерять семью. хотя, на тот момент, чон уже в красках переживал последний свой страх. нет, их родители были живы и жили припеваючи в пусане. чонгук второй семьёй считал своих друзей, которые, не ведая, что произошло и куда тот запропастился, остались в сеуле, а он вот - поднимался по ступеням трапа с диким желанием остаться или хотя бы бросить взгляд за плечо, чтобы в последний раз взглянуть на сеул – все же чонгук не знал вернется ли сюда вообще. помнит, как в ту же секунду отдергивает себя от наваждения, потому торопится сесть к иллюминатору. сквозь его стекло он наблюдал железное крыло, длинную дорогу для разгона монстра, в который сам осознанно сел. гук прижимает пальцы к подбородку, надевает на голову капюшон, чтобы скрыть новые слезы. внутри все также бушевала обида и дикое разочарование в близком человеке, от которого, наученный горьким опытом, решил отказаться (также как отказались от него). с старым всегда сложно прощаться, но, если это прошлое причинило сильную боль - чон был обязан оставить всю ее позади. чонгук сидел в кресле, аккуратно пальцами водил по лицу, незаметно стирая соленые дорожки. помнит, как на запястье ложилась горячая рука брата, а сам надрывно выпускал воздух из лёгких. его всегда удивляла внутренняя сущность хена – несмотря ни на что, его руки всегда могли согреть, улыбка подарить надежду, а объятья – согреть получше всяких обогревателей и горячей ванны. ⠀⠀⠀ - гук-а, - звал хен, сильнее сжимая холодную руку. - ты не жалеешь? парень вздыхал и махал головой из стороны в сторону, поворачиваясь к брату. ⠀⠀⠀ - никогда не буду. хосок тепло улыбался, правда, чонгук все равно заметил, тогда, на дне его взгляда и в глубине улыбки страшное разочарование и обиду за младшенького. старший никогда не видел своего брата таким разбитым, каким он пришёл несколько дней назад вечером. хосок никогда не мог подумать, что день рождение ким тэхена может закончиться для чонгука такими горькими слезами, горячим потоком обиды и самым плохим настроением. сейчас гук сильнее хватает металлическую ручку чемодана и смотрит на наручные часы. время обеда. внутренности отзываются тихим воем. все-таки единственное кофе с утра и бутылка воды, выпитая в салоне современного авиалайнера, не были достаточным продуктом для лучшего самочувствия. он проводит пару раз по животу, одергивая карамельное пальто в сторону. ⠀⠀⠀ «кимчи или кимбап?» при воспоминании о родных вкусах во рту тут же появились слюни. чонгук хмыкает. колесики чемодана тихо поскрипывают, переезжая расщелины между уложенными плитками. он тянется вслед за своим хозяином также, как если бы чонгук вез кого-либо на санках. помнит, как в детстве, хосок частенько выбирался с ним, чтобы пару раз лихо скатиться с заснеженной горки, да так что ветер свистел в ушах, а горло после яростно саднило, словно в него воткнулись тысячи иголок. только это не мешало братьям потом заливисто смеяться, заваливаясь с санок в небольшие сугробы. молодой человек осматривает девушек, что идут в зауженных джинсах, виляя бедрами. ветер играет с их распущенными прямыми волосами, то и дело игриво набрасывая их в лицо или сооружая невесть какую прическу, портя укладку. отчего-то на ум приходит та, которую он предпочел бы вовсе не знать. перед глазами тут же вырисовывается ее образ: невысокий рост, тонкая талия, круглые темные глаза и того же цвета волосы. больше всего в ней чонгуку не нравились, именно, глаза – он, похоже, единственный в них видел дьявольские огни. чон машет водителю такси. садится в теплый салон, растирая руки и называет адрес. корея за 4 года не изменилось. во всяком случае, ему так кажется на первый взгляд: все те же деревья, все тот же центр города с ярко мигающими светофорами и вывесками. втягивает носом воздух, и тут же на языке оседает горечь ароматизатора для машины. тот висел на веревочке на зеркале заднего вида и представлял собой выцветшую уточку. чонгук усмехается и достает телефон. ⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀«вы: я в корее, хен ⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀ хо-хен🤯: о, поздравляю, отдыхай, нормально долетел? ⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀ вы: как и всегда, тут вроде бы все также ⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀ хо-хен🤯: страны так быстро не меняются, как один человек ⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀ вы: ты прав» чонгук убирает аппарат обратно и смотрит в окно. хангыль то тут, то там черными чернилами выведен на вывесках магазинов и закусочных. давно он не ел родной еды, потому ощущает особый вид предвкушения. руки самопроизвольно сжимаются между собой и, выдыхая, он называет другой адрес. та закусочная топографически находится в семи минутах от квартиры, в которой будет жить парень, потому она была превосходным вариантом для утоления желания поесть. чонгук прикусывает губу, вспоминая воздух в том помещении, что, зачастую, был пропитан ароматом соджу и жареной свинины. в заведении работали двое аджосси, которые сами в принципе никогда не были против составить компанию одиночке. чонгук помнит они всегда говорили не пить в одиночестве, так как это, видите ли, алкоголизм, а вот, если в компании – так это совершенно другое дело. доезжает машина быстрее, чем ожидалось. чон выходит из салона, придерживая пальто, чтобы не испачкать то о грязное колесо, и забирает из рук водителя свой чемодан. затем проходит по асфальтированной дорожке во дворы. среди небольших домиков он находит эту небольшую забегаловку и заходит, скрипя тяжелыми дверьми. ⠀⠀⠀ «все как я помню.» в легких тут же оказывается тяжесть перегара от посетителей, что сидят вон за тем дальним столиком и громко смеются. чонгук оценивает 6 бутылок соджу на троих людей и чуть хмурится – он до такого состояния, конечно, отдыхать не будет. обходит низкую деревянныую мебель и садится, практически за самый крайний столик у дальней от входа стенки. складывает ручки чемодана и убирает тот под стол. краем глаза замечает официанта и улыбается ему приветливо. ⠀⠀⠀ - хорошей вечер для отдыха, не так ли? – светловолосый бросает взгляд на тот громкий столик и закатывает глаза, когда один из тех мужчин скидывает нечаянно рукой очередную рюмку на пол. глухой стук разносится по помещению, а чон замечает, как парень начинает закипать. – правда, сегодня только вторник. чонгук тихонько усмехается и также смотрит на шумных посетителей. действительно, что может быть поводом так сильно напиться, да еще и в будний день? ⠀⠀⠀ - мне пожалуйста самгепсаль и одну бутылочку соджу, - чон выуживает свой телефон из кармана пальто и скидывает верхнюю одежду на спинку стула. официант кривит лицо. ⠀⠀⠀ - смотрите, те люди также начинали, - и уходит. чонгук снова усмехается и думает про себя, что до такого состояние он себя точно не доведет. во всяком случае, не сегодня. крутит головой. все те же деревянные стены, немного хлиплые от возраста стулья, на которых посидело уже сотни людей. парень специально чуть отклоняется в сторону, а мебель, подтверждая, скрипит половицами под собой и спинкой. смотрит на людей, что аккуратно выпивали или пиво или корейскую водку. забавно было наблюдать за девушками, что сначала сильно-сильно плюются на алкоголь, только попробовав тот, а затем закусывают его чем-нибудь из приготовленной пищи. тот же самгепсаль отлично подходил. чон среди посетителей находит одного из аджосси-хозяинов закусочной. тот сидел на барном стуле, переговариваясь с одним из официантов. отчего-то чонгуку сразу стало ясно, что обсуждались самые громкие посетители – хозяин закусочной то и дело бросал взгляд на них, осуждая за разбросанное имущество заведения по полу, будь то рюмка, что укатилась под соседний столик, или соджу, которое выливалось за края «бокалов». аджосси был все также чуть грубоват на вид, но в глазах чонгук видит былую теплоту, даже несмотря на то, что взгляд аджосси был направлен на раздражающих его людей. наверняка, понимает, что это все молодость играет, а может действительно знаменательный день, чтобы отметить его до фейерверков перед глазами. кто знает. чонгук видит более заметные морщины, смуглые руки, а брови давно приобрели пепельный оттенок. практически, как раньше. практически тоже самое – только чонгук далеко не тот мальчик. вспоминая себя в прошлом, гук может найти в себе кучу изменений. например, раньше он, вроде как, проявлял лидерские замашки, но нехватка уверенности играла решающую роль. а сейчас – чон является официально лидером танцевальной команды, собранной из иностранцев в японской академии искусств. тогда, в прошлом, парень ходил за своими друзьями хвостиком, в душе радуясь тому, что дружит с такими популярными людьми в своей школе, сейчас - чонгук сам себя ощущает звездой. он понял, что не обязательно иметь супер красивую внешность, чтобы тебя замечали – если есть харизма и очарование, которыми ты умеешь пользоваться, люди сами к тебе потянутся. нуждался ли он в друзьях, которых оставил здесь в сеуле? чонгук точно не мог ответить на этот вопрос. он тогда был самым младшим в их компании, отчего довольно часто слышал шутки в свою сторону, но, с другой стороны, хены всегда оберегали его. вот чимин, например, всегда любил младшего угощать, потому что имел возможность подрабатывать, а тэхен… ким тэхен. чонгук поджимает губы и тут же улыбается, завидев официанта, что шел с заказом. он тут же включает гриль, который начинается отражаться искрами в воздухе. светловолосый расставляет по его столику тарелки с свининой и соусами, приправами, и некоторые овощи. затем с звоном ставит стеклянную рюмку и бутылочку алкоголя. с пожеланием «приятного аппетита» оставляет чона наедине. наедине с мыслями о том человеке, из-за которого он оставил прошлого себя. ⠀⠀⠀ - да пошел ты, - тихо выдыхает он и наливает себе рюмку. опрокидывает ее в себя. горечь медленно растекается по языку. чон чуть морщится и глубоко вдыхает грудью воздух. выдыхает ртом, пока ножницами перекладывает кусочки свинины на разогретую решетку гриля. до ушей в миг доносится шипение масла, а чонгук сглатывает. есть хочется неимоверно. там же он жарит овощи, подрумянивает помидорки черри, которые затем горячие летят в рот, дабы сбить вкус алкоголя. мысли возвращаются к отправному пункту. как же так бывает, что ты вроде отделяешься от своего прошлого, пытаешься забыть его, а возвращаясь – сталкиваешься с совершенно ясным образом самого себя, только чуть моложе. а прошлое, к сожалению, представлялось перед глазами чонгука в лице (бывшего) друга ким тэхена. чонгук помнит его высветленные добела волосы, голубые линзы, что он носил, чтобы поразить эту девушку, которую чонгук, к сожалению, знал в лицо, и довольно худое тело. каким он был сейчас - мужчину не интересует. в его списке желаний на первом месте стояло "попасть домой", а на втором – "больше не встречать этого человека". чонгук не мог иметь дело с теми, кто решает, что лучше девушка, чем лучший друг. какой нормальный человек, вообще, будет выбирать? парень много раз задавал себе этот вопрос. сам бы он никогда не смог разделиться, а вот тэхен смог.