я начну новую жизнь

⠀⠀⠀ - мне кое-что нужно вам сказать! чимин гордо улыбается, приподнимая подбородок, отчего глазки стали еще ярче искриться при свете теплой лампы. он скользит взглядом по юнги, крепко сжимающему его руку ладонью, а затем по друзьям: джин отодвигает тарелку с супом и опирается на сложенные руки, выгибаясь вперед через стол, а намджун выгибает широкую темную бровь, вкладывая одну ладонь в другую для ручного замка, - чонгук думает, что тот точно сейчас походит на директора какой-нибудь очень крупной фирмы, а этот заинтересованный взгляд говорит всем о желании скорейшего удовлетворения любопытства; тэхен же с чоном хитро щурят глаза, в принципе, догадываясь о новости. слишком знакомо блестели зрачки пака, пока тот посматривал на жениха. ⠀⠀⠀ - я… и юнги-хен, - чимин облизывает пухлые губы. рука крепче сжимает узловатые чужие пальцы. – ладно, не буду томить! – взмахивает свободной кистью и смеется в унисон с заинтригованными друзьями. – мы помолвлены! руки изящно, но резко поднимаются, демонстрируя блестящие в оранжевом свете кольца. пак уже смущенно хихикает, после дрожа от хриплого дыхания мина в скулу и шею. искрящиеся счастьем молодые люди принимают поздравления от старших, протягивают через стол ладони для изучения украшений, напрямую теперь символизирующие новый статус отношений. джин не стесняется обнимать улыбающихся по нескольку раз, тем самым поздравляя. намджун раскрывает руки для объятий, крепких и поддерживающих, в этот момент вспоминая, как и он с сокджином пришел к помолвке. приятные мысли накрывают с головой каждого, позволяя даже тэхену и чонгуку, смущающимся от чужих слишком радостных улыбок, унестись в водовороте касаний, греющие сердца; усмешек на губах и ласковых взглядов, направленных точно в галактику человека напротив. чон чуть съеживается на стуле, опуская голову, вовремя замечая, как кимовы пальцы находят его. хен предпочитает смотреть на младшего, а не на пака, что целует мина в щеки и губы, то есть куда придется, от распирающей радости. ⠀⠀⠀ - так приятно видеть вас счастливыми! – джин от взбудораженных воспоминаний тянет руки к намджуну, обнимая поперек крепкой груди и прижимаясь подбородком к плечу. – кольца у вас очень красивые. никогда не смог бы подумать, что ты такой романтик, юнги-я! ⠀⠀⠀ - сокджин-а, - смеется мин, прикрывая рукой лицо от смущения. пусть не в его характере было нервничать из-за подаренного внимания, но, когда дело касалось жениха и той части жизни юнги, что видел только пак, - реакция совершенно отличалась и немного даже вводила в ступор. – чимин-и заслужил такой подарок, - снова трется кончиком носа о мягкую щеку, улыбаясь. ⠀⠀⠀ - конечно, ты ведь мне сначала отказал! – пихается блондин плечом, после ища поддержки у тэ с чонгуком. только вот друзья закатывают глаза, мысленно намекая на то, что это сам танцор все себе напридумывал. ⠀⠀⠀ - я не отказывал, - спокойно парирует мин, в свою очередь, смотря на старших. похоже, друзья разделились на два лагеря. ⠀⠀⠀ - отказал. ⠀⠀⠀ - нет. ⠀⠀⠀ - но вы уже буквально помолвлены, ребят, так что прекращайте, - джин щелкает пальцами, привлекая внимание забывшихся молодоженов, болтающих буквально на расстоянии десятка сантиметров. гук переглядывается с тэ, понимая, что и старший думает о том же, - страсть между женихами доведет либо до яростного конфликта, либо до не менее яркого секса за закрытыми дверями. и нечто подсказывает, что именно второй вариант выберут старшие. ⠀⠀⠀ - как будем праздновать? – тэхен встает на ноги и обходит друзей со спины. наклоняется и голову просовывает между чимином и юнги. хен хмурит брови и будто бы небрежно берет пальцами кимову руку, скидывая с плеч, а пак, в свою очередь, щелкает по-дружески по лбу. тэ выпрямляется, потирая ушибленное место, и бубнит на друзей, что снова делили скромное пространство на двоих. – когда вы успели стать такими невыносимыми. ⠀⠀⠀ - что ты там бубнишь, тэтэ? – блондин через плечо кидает взгляд на друга и смеется с чужих нахмуренных бровей. – иди к чонгуку, он поцелует тебя. ким язык показывает блондину и демонстративно нос задирает, отворачиваясь и ладонью растирая кожу на лбу. наверняка, покрасневшую. чонгук поджимает губы, наблюдая за старшими, и бросает нежный взгляд брюнету, который все же подходит к нему со спины и лбом прижимается к пепельной макушке. руками обнимает за шею. джин зорко наблюдает за поведением брата. знать и видеть отношения своего младшенького – разные вещи, потому старший хен и еле заметно улыбается. под столом намджуна трогает за руку, только взглядом прося не смотреть так явно. чимину и юнги, как джину и намджуну, уже легко показывать то, с каким глубоким чувством они смотрят друг на друга; касаются своего человека без мысли «а если кто-нибудь заметит», в отличие от гука и того же тэ. парни обнимались и держались за руки, скрываясь исключительно под столом или стенами отдельной комнаты. потому шоу крепких объятий, подаренных чону, от ким тэхена для присутствующих все также было удивительным делом. кто ж знал, что эти двое, пережив громкий скандал, отдельную жизнь друг от друга и множество личных разговоров, будут состоять в отношениях? сокджин мотает головой из стороны в сторону, прогоняя любопытные, но заставляющие рдеть щеки, мысли, вспоминая: ⠀⠀⠀ - так мы будем праздновать? – параллельно осматривает поверхность стола, на краю которого стояли сложенные коробки от съеденных пицц. значит, выбор теперь составлял либо в сладком, либо в алкоголе. отчего-то на ум приходит мысль о миксе этих двух полюсов - шоколадные конфеты с коньяком. старший ким сам с собой соглашается и смотрит воодушевленно на джуна, касающегося его щеки кончиками пальцев. – что насчет алкоголя? может откроем ту бутылочку коньяка? ⠀⠀⠀ - которая стоит в нашей спальне? – намджун неосознанно поднимает взгляд к потолку, словно через строительный материал и воздушное пространство сможет увидеть темно-медовое стекло в черном углу. потом фокусируется на любимом лице и мягко улыбается, поворачиваясь к затихшим друзьям: чонгук прикрыл глаза, вслушиваясь в тихий шепот хена на ушко, а чимин и юнги просто ждали, пока хозяева дома обратят на них внимание. – вы согласны? ⠀⠀⠀ - я не буду, - мин хлопает себя по карману брюк. ключи от машины громко звенят среду звуков шуршащей ткани. ⠀⠀⠀ - а я с хеном уже столько раз отпраздновал, - пак через секунду опускает глаза на пол, в очередной раз, подарив повод друзьям посмеяться с столь двусмысленной фразы. – не смейтесь! вы такие извращенцы! ⠀⠀⠀ - хен, ты сам даешь повод, - чонгук пожимает плечами. друзья все же останавливаются на алкоголе. намджун с счастливым видом спускается с второго этажа и гордо несет внушительную стекляшку. сокджин зорко осматривает количество темной жидкости, - гук успел подумать о том, что старшие организовали свою пасеку, раз та жидкость очень сильно напоминала жидкий мед, - на предмет сделанного втихаря глотка, но после мило улыбается, когда крышка открывается с хрустом. тэхен берет ответственность за донсэна, протягивая и свою, и чонгукову рюмку. медовая жидкость щедро наливается в предоставленные емкости. на дне алкоголь темнеет, оседая словно темной пыльцой. гук опускается к поверхности стола и вглядывается в прозрачность принюхиваясь в сладкое амбре. ким щелкает по носу и притягивает ближе стопки. чокаются, обмениваясь каплями высокого градуса, и каждый чуть отворачивается в сторону – уважение к старшим проявляют. чон спину друзьям показывает, скрывая, как искрится, на самом деле, «мед» на языке, правда, на лице все равно растет ломаная улыбка; тэхен поворачивается к чимину и салютует пустой рюмкой, забавно держа за щеками, как белка орехи, алкоголь; намджун улыбается до глубоких ямочек и только ладошкой от джина прикрывается, пока адамово яблоко делает вниз-вверх. ким уводит младшего с импровизированной вечеринки самым первым. алкоголь бьет в голову так сильно, что аж руки, прежде всегда спокойные и не дрожащие даже в момент ответственного выступления, сейчас бьются в истерике. но холодные пальцы чонгука остужают пыл. тэхен гладит светлую кожу аккуратно, кончиками пальцев касаясь ногтей, блестящих при свете уличных фонарей; запястий и вен, ярко контрастирующих в ночной темноте. потом взгляд снова устремляется на лицо парня, блаженно смотрящего блестящими глазами на фонарь, под которым они остановились. тэхена снова пробивает мандраж. старший подходит к пепельноволосому и рукой обхватывает шею. притягивает к себе и носом в щеку упирается. чонгук смешно ухает, наверняка, от неожиданности, но пьяно смеется, не ругая из вредности за неожиданный выброс нежности. хен сам начинает улыбаться, заряжаясь чужой энергией светлого настроения. вторгается в личное пространство и дышит, дышит, дышит. разве кислород можно получать без присутствия гука? или же тэ сходит с ума, наконец, осознавая одну единственную правду, - видимо, прежде он задыхался, раз именно в эту секунду легкие наконец расправляются, как крылья только родившейся бабочки. брюнет не открывает глаза. он уже и в темноте разберет, какая из холодных рук именно чонгукова, и какие губы те, что прежде были отмечены страстью, но и нежностью. ему не составляет труда с прикрытыми веками прижаться с первого раза к манящим устам, словить оставшуюся усмешку на уголках и слизать ту, сразу же языком оглаживая ореол губ. чонгук мычит. в голове мысли пьяные шатаются, бродят по стенкам черепной коробки на кривых ногах, только из-за пузырившихся градусов в воздухе. зрение чуть размывается, но ладони упрямо задерживаются на крепких плечах, мнут ткань куртки и тянут за воротник. словно пытается залезть в хенову куртку: протиснуть руки в чужие рукава, а на спине застегнуть блестящую молнию. думает, что ким точно был бы не против такого близкого контакта. тэхен нажимает на младшего, упирая того спиной к незнакомому каменному дому, точно под потоком белого света уличного фонаря. чонгуку не нужно открывать глаза, чтобы увидеть черные волосы, как темные волны в бушующем океане, переливаются в лунном свете, - фонарь в принципе мог тот заменить. ким же думает, как светлая кожа будет серебриться подобно волшебной материи, точно хрупкой и рассыпающейся под натиском грубых касаний. но старший нежен и аккуратен. он вроде и давит, нажимает на талию и мнет кожу, но все же не оставляет отметины и не кусает пухлые губы. правда, с каждой секундой все сложнее сдерживаться. чонгук тоже думает об этом. давно ли эти парни думали об одном и том же? ⠀⠀⠀ - хен, прошу, - сам тянется за поцелуем. не может остаться без внимания старшего даже на жалкие секунды! – подожди… ким не отвечает. он только целует, снова притягивая парня ближе. эхо и ветер фантомно касаются сплетенных тел, боясь оторвать и разрезать единое наживую. ⠀⠀⠀ - хен, пожалуйста! чонгук обхватывает руками лицо черноволосого и прижимается лбом. тихо выдыхает, стоит чужим губам продолжать оставлять легкие следы на коже. ⠀⠀⠀ - тэ-хен, - рука толкает в грудь несильно. старший гулко сглатывает и переносит взгляд с упорной ладони, - сильной, между прочим, и очень напряженной, - на лицо гука. глаза темные и такие жуткие в холодном свете, что парень на секунду даже сомневается, что именно хен стоит перед ним, а не страшный демон. – пойми меня. нам надо решить. я понимаю, что наши отношения только недавно вышли на другой уровень, но то, как ты морозишься от секса, при этом прижимая вот так к стене, - смотрит прямо в душу. взгляд, как рыболовная удочка, на крючок подцепляет кимовы страхи и эту самую противоречивость. – тебе страшно от того, что ты не знаешь, что это такое, но я то знаю. и каждое подобное действие возбуждает меня. только потом ты отнекиваешься и еще просишь подождать. я не хочу так, - пытливо и серьезно. чон выдыхает как-то озлобленно и выдает: - еще чуть-чуть и моя рука сотрется, клянусь. старший рот в немом удивлении раскрывает до круглого «о». глаза выпучивает до внушительных размеров, а брови, кажется, прирастают к широкому лбу. разговор на серьезную тему, правда, поднятый в совершенно неудобный момент. да и место гук выбрал не самое удачное: под окном квартиры незнакомой пожилой пары, прямо под прожектором уличного фонаря. но тэхена все равно пробирает на смех. он делает пару шагов назад, отпуская медленно руки. ладонью прикрывает улыбающееся лицо, стоит заметить ни капельки не веселое выражения лица напротив. чонгук в очередной раз думает о чужой невыносимости и наглости: как этот парень смеет смеяться, когда младший душу раскрывает? как посмел отпустить руку и отойти на приличное расстояние, создавая иллюзию, что оставил парня с мыслями наедине? да как вообще смеет после всего этого неуважения называться его человеком? пепельноволосый готов либо подойти и ударить старшего, - алкоголь все же требовал хоть каким-нибудь образом выпустить энергию, - либо убежать с скоростью света далеко-далеко. гук продолжает стоять, мельтеша между двумя режущими мыслями, пока тэ успокаивает накатившее веселье в груди. смех хрипло вырывается изо рта. ⠀⠀⠀ - прости, гук-а, - взмахивает изящно запястьем. – твое лицо было таким серьезным, что я не сдержался. мужчина быстро приближается к младшему и хватается за правую руку, начиная разминать. улыбается, зная, что взгляд круглых глаз все также прикован к лицу. ⠀⠀⠀ - эта же рука, да? – добивает. чонгук рычит и вырывает ладонь, бубня «и это я еще, блять, вредный? невыносимый просто до ужаса!». длинные пальцы не смеют отпускать узкое запястье, ловко поворачивая младшего на месте и снова прижимая к себе. теперь ким сияет нежностью. с тем же чувством прижимается к устам напротив. ⠀⠀⠀ - я все понимаю, гук-а, - тихий низкий голос не дает пепельноволосому еще раз вырваться. он думает о зарывающихся пальцах в свои волосы. – и я тебя очень хочу. ты хочешь сейчас? чонгук мнется на месте. его руки все также упираются в крепкую грудь. он не знает притянуть ли ближе человека или же оттолкнуть из-за клокотавшей злости в груди. ломает брови от сложного мозгового процесса. отчего-то совершенно не получалось собрать в единое предложение чужие слова. все же парень решает оттолкнуть и сделать шаг назад, ладонью предупреждая не подходить. ему требуется пространство… и воздух, чтобы привести мысли в порядок. ⠀⠀⠀ - просто, хен, - начинает тихо, смотря упрямо на белые свет фонаря. луны ведь не видать. – пойми меня. мы оба взрослые люди. и секс нам как бы нужен, - тэ уже не решается улыбнуться. да и не хочется как-то. настроение младшего передалось через касание. – я уже думаю, что ты просто не заинтересован в этом. точнее во мне. минджу, наверняка, у тебя вызывала столько… - руки не знает куда деть, отчего те летают яростно в воздухе. – эмоций и чувств, что ты мог прости подойти к ней и… - чонгук переводит взгляд на старшего, что только при упоминании девушки хмуриться начинает. а тут еще чон и сравнивает себя с ней, уступая лидерскую позицию. причем, осознанно! – что тебя не устраивает? ⠀⠀⠀ - меня все устраивает, чонгук-а… ⠀⠀⠀ - тогда почему мы не занимаемся сексом? – выходит также громко, сколько возмущения вложил парень в свой голос. ким дрожит от вдруг нахлынувшего ветра, как сухой лист на голой ветке. или это ударная волна злости достигла напрямую сердца? то гулко бьется внутри грудной клетки. ⠀⠀⠀ - во-первых, гук-а, я тебя хочу, - выбирает тактику: сначала задобрить, а только потом поругать за страстный порыв, который незнакомцы в ближних домах вряд ли оценили. хорошо, что в окна не поглядывают. – очень сильно. во-вторых, я просто сомневаюсь в себе, потому что для меня это нечто новое. буквально руки начинают трястись, когда я думаю, что из-за неопытности причиню тебе неудобство и… боль, - тэхен проглатывает смущение, так как перед глазами мелькают просмотренные сцены из фильмов для взрослых. – это деликатное дело, к которому я практически подготовился. морально. плюс для меня очень смущающе только мысль о том, чтобы услышать, как ты… стонешь. поверь, я хочу это услышать, просто… мне страшно быть в этом плане с тобой уверенным. я в этом вопросе совершенно неопытный. чонгук руки в замок перед собой сглатывает, но ни на миг не отводит взгляд от смущенного до горячих ушей и щек старшего. тэхен вроде бы и глядит в лицо, только взгляд такой поверхностный, что, кажется, будто он и вовсе пытается провалиться под землю. причем, не фигурально. гук думает, мол хорошо, что все-таки люди не способны только при подобной мысли исчезнуть, раствориться в воздухе и, тем самым, избежать тяжелых разговоров, иначе в мире существовала отдельная вселенная, в которой остались бы миллионы нерешенных вопросов. их и в реальной жизни более, чем хватало. парень обнимает себя за плечи и опускает голову. нерешительно подходит к старшему, который, в свою очередь, тоже делает маленький шаг. ⠀⠀⠀ - ты должен был рассказать мне все раньше, хен. ⠀⠀⠀ - я бы не смог. я вон даже под алкоголем еле из себя это вытащил. ⠀⠀⠀ - почему? – поднимает глаза, изучая темные брови и трепещущие ресницы. ⠀⠀⠀ - наверное, потому что у меня в голове до сих пор живет мысль, что ты мой друг. что ты был моим другом. донсэн. младший. которого я был обязан защищать и любить. как младшего брата. а тут я представляю тебя без одежды и… - вздыхает. плечи поднимаются от такого тяжелого вздоха. – с одной стороны, кажется, это таким возбуждающим и необходимым, а с другой – будто это будет точка невозврата. все, конец. если что мы никогда не сможем наладить отношения. чонгук щипает себя за кожу на ладонях, скрывая нервозность в рукавах весенней куртки. поджимает губы, боясь выпустить наружу такой же напряженный выдох, который, наверняка, осядет на старшего еще большим количеством вопросов и ненужных домыслов. аккуратно расцепляет пальцы и касается локтя старшего. медленно укрепляет хватку, перенимая часть уверенности и, тем самым, поддерживая. ⠀⠀⠀ - хен, даже если это так, даже если будущее это один сплошной вопрос, - трясет неосознанно за руки. тэхен все же встречается с ним взглядом. ох, сколько же там печали и страхов плавает. чонгук не может сосчитать. – давай жить сегодняшним днем, наступившим моментом. мы вместе. ты этого хотел. я этого хотел. мы скучали, тосковали. и практически каждый день мы проводим вместе. мы решили стать большим, чем друзья. и пути назад нет. уже нет. хен, точкой невозврата стал поцелуй на вечеринке в честь твоего дня рождения. ты это уже никак не изменишь. мы решили идти до конца. ты сдаешь позиции? ⠀⠀⠀ - нет, - тэхен чмокает губами и скромно усмехается, стараясь разрядить обстановку: — это тактическое отступление. ⠀⠀⠀ - да, я тебе так и поверил, - гук улыбается, но закатывает глаза. – так не сдавай и иди дальше. мне очень нравиться, когда ты уверен в себе, тэ-хен, когда идешь и прешь на меня танком с своими чувствами, мыслями и так далее. мне кажется, настоящие чувства сложнее озвучить, чем сделать что-то. а ты с этим справился, но боишься… коснуться меня? ⠀⠀⠀ - я боюсь расстаться, гук-а. ты для меня слишком важный человек. ⠀⠀⠀ - ты… я не знаю как назвать тебя: глупым или дальновидным, - цокает чонгук, понимая, что и в его душе посеяно сомнение. он не думал об этом, потому что уже давно смирился с мыслью, что тэхена считать другом для него табу. старший же все также находился на стадии смирения. – хен, давай так: ты перестанешь думать об этом, хорошо? точнее нагружаться и анализировать. мы – пара. и, если ты хочешь строить со мной отношения, то продолжай идти вперед. я иду тебе навстречу. я никуда не ухожу и не сворачиваю! вот, я перед тобой, - снова трясет. тэхен точно тряпичная кукла, управляемая кукловодом. – я понимаю, что не всегда ты должен идти ко мне. может теперь настала моя очередь? приходит к мысли чонгук как-то печально и без улыбки на губах. он подходит ближе и сам тянется к устам напротив. их чувства сталкиваются и снова вплетаются в друг друга – медленно, ниточка за ниточкой, осторожно, боясь завязаться в ненужный узел. тэхен целует парня аккуратно, ласково прижимается. их объятия крепко держат друг друга, потому что чонгук молча просит еще раз не думать, а тэхен мысленно гонит прочь ненужные выводы. упирается подбородком в чоново плечо и снова вздыхает. ⠀⠀⠀ - прости, гук-а. ⠀⠀⠀ - ничего, хен. все еще будет.