Маска

— Вы - Попов? — мужской голос заставил поднять голову и оторваться от телефона. Ему все-таки пришлось выйти на улицу, и это было намного сложнее, чем казалось сначала. Постоянно мерещились насмешливые взгляды, сердце колотилось в груди от паники, а телефон, обычно становившийся спасением, на этот раз мало чем помогал, лишь усугубляя ситуацию. Кивнув в ответ на вопрос, Арсений поднялся на ноги, чувствуя, как в глазах тут же темнеет. — Пройдемте, я ваш психолог.       Арсений, ранее избегавший смотреть на человека, обратившегося к нему, на этот раз заинтересованно поднял взгляд. Перед ним стоял очень высокий худой парень, улыбающийся во все тридцать два зуба и держащий в огромных ладонях блокнот для записей. Светло-русые волосы, зеленые глаза, наивный взгляд… Он ведь был явно младше, но при этом добился намного больше, чем сам Арс, полностью проебавший свою жизнь.       На лице появилась усталая улыбка. Он ведь действительно не добился практически ничего. Лишь постоянно ныл о том, как ему хуево и забивал на учебу, время от времени рисуя всякую хрень на заказ.  — Осторожнее! — крепкие руки ухватились за плечи, удерживая от падения, пока сам Арсений продолжал заниматься самоуничижением, даже не пытаясь удержаться на месте. — Вам велика эта одежда. Вы в последнее время сбрасывали вес? Сильно?  — Килограмм двадцать, может. Не знаю, — устоять на ногах получилось, но состояние совсем не улучшилось. Господи, какой же он никчемный.  — Вижу, случай совсем запущенный, — удивительно, но в голосе этого мужчин не было насмешки и отвращения — лишь обеспокоенность. Это успокоило, но лишь самую малость. — Пройдемте в кабинет, уложу вас там, чтобы давление пришло в норму. Заодно мы сейчас и поедим.  — Я не хочу есть.  — Вы думаете, я буду вас спрашивать? Надо, Попов, надо. А после, уже и сеанс можно будет начать. Работы тут, конечно, выше крыши…  — Я могу больше не приходить.  — Тогда я приду к вам сам. Домой.  — Нет! — неожиданно стало неловко за тот бардак, который там был. Не стоило пускать этого человека к себе. Он лишь покажет себя с еще более худшей стороны, чем сейчас. Хотя, плевать на то, каким именно хозяином он предстанет, больше всего не хотелось, чтобы в его личное пространство врывались, полностью переворачивая там все с ног на голову.  — Ну, жду тогда вас послезавтра в это же время.  — А если я не буду платить?  — Я районный психолог, так что работаю бесплатно. Вам не отмазаться, — мужчина рассмеялся, хлопая Арса по плечу, и завел, наконец, его в кабинет, попутно заказывая что-то из еды. — Рассказывайте, чем вы питались хоть? Может, вас не помешало бы направить к кому-нибудь из врачей.  — Я не собираюсь этим заниматься и вы не должны. Ваша задача — промыть мне мозги, вот и занимайтесь этим.  — Увы, но ваш убитый желудок в этом точно не поможет.  — Мне плевать, я вообще хочу закончить со всем этим и просто свалить домой.  — А мне нет, — эти слова заставили Арсения в недоумении поднять взгляд. Все психологи такие пришибленные на голову или этот один такой? За каким хером он вообще согласился?       Устало выдохнув, он присел в одно из кресел, стоявших в кабинете, пытаясь унять дрожь в ослабших ногах и избавиться от головокружения. Видимо, пятисот килокалорий в день было действительно недостаточно для него. Было бы лучше, если бы Арс просто так и помер от голода или отказа желудка. Намного лучше, чем сидеть здесь и смотреть на улыбающееся лицо напротив.       Почему он улыбается? Разве он счастлив? Разве можно быть вообще счастливым и не страдать за все то, что совершил ранее? Нет.  — У вас есть на что-нибудь аллергия?  — Нет.  — Есть какие-то особые предпочтения в еде?  — Нет, я не хочу есть.  — Арсений, хватит уже, — улыбка тут же сошла с лица мужчины, а он подался вперед, видимо, пытаясь создать более благоприятную и доверенную атмосферу. Вот только он не учел того, что Арс изначально не хотел сюда идти. — Может, вы все-таки расскажете мне?  — В этом есть смысл?  — Да, есть.  — Тогда… я расскажу, только если вы больше не будете поднимать тему еды и заставлять меня есть.  — Ладно, тогда вы расскажете мне все послезавтра, — Антон вернулся к заказу, продолжая добавлять туда все новые и новые блюда.  — Вы издеваетесь?  — Нисколько. Вам нужно поесть.  — Никто не отменял два пальца в рот после еды.  — Но калории усваиваются практически сразу, так что можете блевать после этого сколько захотите, — после этих слов Арс возмущенно вскинулся, пытаясь придумать еще хотя бы одну причину не пичкать его едой насильно и устало обмяк в кресле, просто смирившись. Будто от пары бургеров что-то изменится. Он ведь все равно, придя домой, проблюется, так как желудку давно уже пизда. — Если что, то вы всегда можете уйти.  — Не могу, я обещал другу, что отсижу хотя бы один сеанс.  — Тогда, я определенно в выигрыше.  — Да, сидеть с унылым дерьмом в одной комнате очень выигрышно, — в ответ он получил лишь тяжелый взгляд, не предвещающий ничего хорошего, но даже бровью не повел. Его жизнь и так полнейшее дно, так что хуже стать просто не может.

***

      Вытерев со лба пот, Арс устало откинулся на холодную стенку ванной, чувствуя адскую боль в животе. Ебаный психолог. Все же было еще терпимо, пока этому ублюдку не взбрело в голову его накормить.       Антон Андреевич оказался чересчур разговорчивым и бесящим типом. За тот час, который они провели в одном кабинете, Арсений узнал об этом человеке практически все. От того, что он курит, до того, что у него есть прекрасная девушка, с которой они вместе четыре… или три? (Антон тогда так и не вспомнил) года.       Если честно, Арсению было откровенно плевать. Как на свое состояние, так и на окружающих. Он просто хотел поскорее свалить к себе домой и больше никогда не возвращаться в эту гребаную поликлинику, вытрепавшую все оставшиеся нервы и здоровье. Да и, чего уж таить, последние десять минут от того часа, отведенного на сеанс, он всеми силами пытался не испачкать белый ковер той едой, которую в него впихнул этот человек, не знающий чувства такта. Его желудку пизда пришла уже давно, как жаль, что Арсений сам не оказался на его месте. Хотя, сейчас был самый благоприятный момент, чтобы…       Взгляд упал на небольшой пузырек таблеток с надписью «Аспирин». Если он не ошибался, то это было одной из самых дешевых смертей. Уж точно дешевле цианида, продающегося по пять грамм за четырнадцать тысяч.       Он читал о передозировке практически всех препаратов, но так и не осмелился опробовать хотя бы один из них. Арс точно знал, что аспирин разъедает желудок, вызывает отказ почек, печени и ты умираешь в агонии. Больно, но какая разница? Да и сорок-пятьдесят таблеток в этом пузырьке точно есть.       Ему сейчас и так хреново, так что плевать, если станет еще хуже.       Чувствуя, как к горлу подкатывает тошнота, а в груди разливается необъяснимая эйфория, Арс, немного пошатываясь, поднялся на ноги, безумно улыбаясь. Неужели, все это, наконец, закончится?       Горькие таблетки и вонючая вода из-под крана лишь усиливали тошноту, а из груди вырывался истерический смех, который приходилось сдерживать, чтобы не выблевать остатки пищи вместе с аспирином.       Осталось только дождаться того момента, когда таблетки начнут действовать, всосавшись в кровь. Осталось только дождаться…

***

      Звон в ушах, тошнота, боль в разъебанном желудке… все это вопило об отравлении, но Арс уже ничего не мог с этим поделать, даже не в силах подняться на ноги. В дверь кто-то звонил уже около двадцати минут, но ему было максимально плевать. Прямо сейчас просто хотелось, чтобы таблетки подействовали как можно скорее, а эти люди свалили из-за двери, прекратив его беспокоить.  — Блять, съебитесь уже к хуям собачьим! — несмотря на то, что он кричал изо всех сил, своего голоса он практически не услышал, в отличие от очередной трели дверного звонка, уже начинающей капать на мозг, раздражая. — Даже сдохнуть спокойно не дадут.       С огромным трудом поднявшись на ноги, Арсений, чувствуя, как звон в ушах усиливается в несколько раз, в глазах темнеет, а к горлу подкатывает тошнота, поплелся к двери, держась за шершавые стены.       Он не собирался открывать. Хотел лишь посмотреть, что за гад приперся в такой неподходящий момент.       Каково же было его удивление, когда в глазке показалось уставшее лицо его новоиспеченного психолога, к которому он надеялся больше не попасть никогда. Антон что-то держал в руках, явно нервничал и переминался с ноги на ногу, оглядываясь по сторонам.       Что он тут забыл? Он ведь может вызвать ментов и заодно скорую. Они точно его откачают.       Арсений, сжав зубы от злости, с трудом принял более-менее нормальную позицию, чтобы с первого взгляда не было понятно, в каком состоянии он находится, и открыл дверь, неожиданно понимая, что пол постепенно уходит из-под ног, а в глазах темнеет.       Блять.

***

      Звон в ушах так и не прекратился, тошнота все также заставляла морщиться, но прямо сейчас волновало только одно — где он находится.       Последним воспоминанием было испуганное лицо этого недо-психолога, который приперся в самый неподходящий момент. Черт, Арсений ведь прямо перед ним грохнулся в обморок. Это ужасно. Какого хрена этому гаду вообще надо было у его квартиры?       С трудом приоткрыв глаза, Арс попытался осмотреться вокруг, чтобы понять, что вообще происходит, с удивлением осознавая, что он лежит в собственной комнате, на кровати. Вот только это мало напоминало ту комнату, которую он помнил и в которой жил несколько лет.       Здесь было чисто, свежий воздух врывался в помещение через открытое окно, не имея больше преград, а постельное белье пахло стиральным порошком, а не потом, как прежде. Только не говорите, что этот Шастун все перевернул здесь с ног на голову, следуя своим альтруистическим порывам. Только не это.       Он ведь влез в его мир, в котором Арс запирался и прятался ото всех на протяжении кучи времени, и все перевернул с ног на голову. Черт.       Ярость кипела в груди, но не находила выхода из-за максимально хренового самочувствия, которое даже сейчас не отступало, полностью обездвиживая и не позволяя даже сесть. Тошнота так и не прошла, звон в ушах лишь усиливался, и невыносимо хотелось рыдать. У него ведь, судя по всему, опять ничего не получилось.       Видимо, Шастун промыл ему желудок, пока он был в отключке, поняв причину обморока. За каким хреном он вообще решил открыть тогда дверь? Идиот. Какой же он непроходимый идиот, у которого впервые хватило смелости покончить со всем, но даже в этот раз ничего не вышло.       Откуда-то со стороны кухни послышался звон вперемешку с громкими матами и Арс устало выдохнул, понимая, что его так и не оставили одного. Через минуту в комнату вошел Антон, неся в руках стакан воды и небольшую тарелку бульона.       Сжав челюсти, Арсений зажмурился, свято надеясь, что он все-таки умер и это все лишь его галлюцинации, но этот человек был слишком реальным для того, чтобы быть игрой воображения. Глухая ярость заставляла сжимать кулаки и всеми силами сдерживать ее, чтобы не стало хуже. Все-таки, если его заберут в психушку, будет совсем плачевно, а пока что Шастун никуда не звонил, и нужно было, чтобы это и в дальнейшем было именно так.       Зачем он сделал это? Почему просто не бросил там? Зачем приперся?       Все эти вопросы он собирался задать прямо сейчас, но, заметив обеспокоенный вид этого горе-психолога, не смог этого сделать. Слова просто застряли в горле. Этот придурок реально испугался, несмотря на то, что они были знакомы меньше дня. Действительно идиот. Лучше бы реально просто прошел мимо, захлопнув дверь обратно, чтобы его не нашли как можно дольше.       Все ведь почти получилось.