Призрак

      Кира выходит из здания с улыбкой на губах. Общение с животными всегда действовало на неё, как успокоительное. Проблемы? Просто приди в приют для собак, помоги, пообщайся с животными и все проблемы словно уходят на второй план. Но сейчас для Киры это и не нужно. Это год назад, когда её затянуло в депрессию, когда казалось, что весь мир словно отвернулся, а собственное существование лишь ненужное побочное действие, приют был необходимостью. Именно тогда она нашла это место, стала помогать животным, обретать друзей, таких же волонтеров. Жизнь начала налаживаться. Новые знакомства, путешествия, на которые ты наконец-то можешь решиться, и мир будто снова принимает тебя как равного, а судьба пишет дальнейший путь. Теперь она не отвлекается от проблем, она занимается любимым делом с любимыми людьми.       Кира не спеша шагает по улице, полностью погружаясь в мысли о предстоящей свадьбе. Кто бы мог подумать, что и для серой мышки может найтись место под солнцем. Игорь, что всегда казался другом, держащим на поверхности, последней ниточкой между жизнью и смертью, окажется самым любимым человеком в её жизни. Он сделал ей предложение неделю назад, за столиком на крыше под невероятно-звездным небом. Кто-то сказал бы нет? Ни за что.       На улице темнеет, дома ждёт Игорь, а Кира переходит дорогу, пока зелёный человечек на светофоре приветливо улыбается. Дома ждёт вкусно приготовленный ужин, а Кира не слышит звук тормозов. Киру не ждёт свадьба, Киру ждёт громкий удар и боль по всему телу. Она падает на землю, а на губах всё то же радостное предвкушение, что не успевает смениться отчаянием и ужасом. На улице темнеет, Игорь уже не сможет дождаться.

***

Дорога огорожена красными лентами, что развеваются на ветру. [Опять какой-то новичок не смог нормально закрепить] Труп девушки лежит на асфальте, услужливо накрытый простынёй и обведенный мелом. Рядом шастают криминалисты с камерами, пока Ира с Димой стоят в сторонке и пьют кофеёк. — Это поэтому все трезвонили тебе, правильно? Ведь без тебя совсем никак не справиться. — скептично приподнимает бровь Арсений. — Видимо да. — соглашается Антон с такой же скептичностью. — О, Антон! — радостно приветствует его Дима, передавая стаканчик. — Всё-таки я тебя люблю. — лыбится Шастун, на что Дима морщится. — Может нам кто-то расскажет, что у нас за дело, нет? — врывается в диалог Арсений, рассматривающий дорогу рядом с трупом. — Ах, да. Что у нас тут? — Арсений довольно кивает. — Да что, шла себе девушка, но не дошла. Документов нет, личность не установлена. Как обычно. [Что-то слишком много «обычного» стало в моей жизни] — Кира! Кира! — со стороны ограждения слышатся громкие крики, мужчина пытается оттолкнуть от себя сдерживающих полицейских и подойти ближе. Антон подрывается и бежит к парню, понимая, что вместе с ним бежит лишь Арсений. [И почему я вечно крайний?] Антон перехватывает парня, когда тот уже со всех ног мчится к телу. Полицейский крепко вцепляется в его плечи и с силой встряхивает. — Вы знали её? — сейчас важно узнать самое главное, пока парень ещё в силах разговаривать и реагировать. — Кира, не пришла вчера, я думал обиделась на что, — парень смотрит прямо в глаза, и вся его надежда собирается в этом взгляде. — Это не она. Конечно, это не может быть она. Понимаете! У нас свадьба! Не может! Не может… Парень стихает, опуская глаза, его начинает трясти. Хватка полицейского пропадает, и он обнимает себя за плечи, продолжая шептать что-то одному ему понятное. — Как выглядит Кира? — Антон даёт знак Арсу и тот подходит к телу, которое осматривает судмедэксперт. — Низкая, темные волосы, карие глаза, родинка над правым глазом на лбу. — старательно перечисляет парень. К ним подходит девушка, и с надеждой смотрит на полицейского. [Еще одна знакомая жертвы] — Это она Антон, такая красивая. Была… — Арсений аккуратно рассматривает лицо девушки, на котором нарисована пугающая теперь улыбка. — Я соболезную вашей утрате… — начинает Шастун, но его прерывает громкий крик. Парень падает на колени и начинает громко и отчаянно рыдать. — Нет, нет, этого не может быть… — к парню подбегают люди в белых халатах и уводят с собой в карету скорой помощи, девушка смотрит на это с широко распахнутыми глазами, пока по щекам медленно стекают слёзы. —Вы знали убитую? — Арсений уходит вместе с парнем и медиками. — Да, да, это Кира, Кира Полевая, мы дружили. — девушка говорит медленно, обдумывая каждое слово, её глаза замерли на одной точке в пространстве и отказывались реагировать на что либо. — Представьтесь, как вас зовут? — Катя. — девушка была не высокого роста, и чуть ли не дышала парню в пупок, её волосы, окрашенные в красный, развивались на ветру, а на руке красовался комиксовый Джокер.* — Катя, когда вы видели вашу подругу последний раз? — Антон пытается говорить мягко, но вкрадчиво. — Вчера. Мы работали вместе в приюте, тут не далеко, закончили около одиннадцати и разошлись, она к Игорю спешила, — указывает девушка на карету скорой помощи. — У них свадьба скоро.       Осознание — это сложно, понять, что человека уже нет — сложно. Говорить о нём в прошедшем времени — сложно, засыпать, зная, что вы больше не встретитесь — сложно. Кто-то так и не сможет привыкнуть и смириться. Антон наблюдает за этим каждый свой рабочий день, как рушатся жизни и обретается справедливость, как теряется надежда и смеются ублюдки, как люди перестают светить, а кто-то загорается, освобождаясь из оков. Жизнь меняет людей, и порой они теряются в ней безвозвратно. Катя рассказывает о Кире, о том, как они познакомились, как дружили и строили планы на будущее, о собаках и организации РусДог** в которой вместе нашли себя, и самое главное о том, что Кира никогда не переходила дорогу на красный свет. Антон берёт её номер и отпускает с миром, ей необходим отдых. — Антон, там это, Игорь грозится найти того, кто это сделал и убить. — сообщает Арсений. — Они все так говорят, не переживай. — И никто не держит слово? — удивляется Арс. — Будем надеятся, что он, нет. — Антон знает все эти случаи мести от родственников, они никогда не заканчивались хорошо, их слишком просто обвинить и посадить после этого в тюрьму, они не идут на попятную, они гордо заявляют о содеянном, порой как самые настоящие глупцы. — Ну что, поговорил? — спрашивает подошедший Дима. — Да, личность у нас есть, что насчёт улик? — Да ничего, камеры есть вон на том столбе, — указывает рукой Дима, — Надо ехать в контору смотреть. — Но сначала нужно в эту их организацию по защите животных съездить, пораспрашивать. — Ну давай, я на камеры, ты к друзьям. — решает Дима, на что получает обиженный взгляд Арсения. — Нас двое, между прочим. — и хлопает Поза по затылку. — ОЙ! — вскрикивает Дима и резко оборачивается. [Это что сейчас было????] — Показалось. — решает тот, продолжая потирать затылок. — Ес, да, получил, получил? А так тебе и надо! — Арсений громко радуется и начинает танцевать победный танец, грациозно двигая ногами и крутя бёдрами. Антон откровенно залипает, тяжело сглатывая. […]

***

Они с Арсением заходят в ворота, огороженного железным забором участка. Их приветствует дружный лай различных собачьих голосов. Они смотрят своими глазами-бусинами на незнакомцев и радостно виляют хвостами. Приют выглядит довольно уютно, весь в зелени, он словно небольшой оазис в джунглях бетона и стекла. Люди, которые находятся внутри приветливо улыбаются, продолжая заниматься своими делами. Кто-то кормит собак, кто-то убирает участок, все вокруг работают слаженно, будто цельный организм. К ним тут же подходит Катя, которая по-видимому сразу вернулась сюда. — Вы забыли что-то узнать? — спрашивает та. — Нет, нам нужно опросить тех, кто был знаком с Кирой. — Нам? — переспрашивает удивлённая девушка. Антон оборачивается на Арсения, который застыл в изумлении, и мысленно бьёт себя по лицу. [Бляя] — У следствия в смысле. — выкручивается Шастун. Девушка понятливо кивает, но отвлекается на чью-то просьбу о помощи и оставляет мужчину одного. — Антоооон… — тянет Арсений, — Я помню это место, я тут был. Точно был. Мужчина начинает бегать по территории и рассматривать собак, которые на удивление Шастуна резво реагируют и кружатся вокруг мужчины, громко лая. Люди смотрят на это с непониманием, в то время, как Антон смотрит на эту сияющую, искреннюю улыбку Арсения, что отражается в его глазах, и не может отвести взгляд, мужчине она невероятно идёт. [Надо будет почаще сюда приходить] Вдруг Арсения озаряет, как ему кажется, гениальная мысль и он спешит рассказать её Антону. – Антон, Антон, — призрак подскакивает к нему, слегка подпрыгивая от накрывающих его эмоций. — Ты же будешь всех допрашивать? Ты можешь спросить про меня? Может они знали, знали меня живого. Глаза парня горят огнём от надежды, и кто Антон такой, чтобы ему отказывать. [Почему ты так на меня влияешь?]

***

Допрос проходит как никогда стабильно, все кто знал Киру отзываются о ней только позитивно, говорят, что на красный свет не перебегала, и суицидальными наклонностями не страдала. Арсений же во время допроса нервно стоит рядом, и загорается во время такого важного для него вопроса. — Вы не знаете некого Арсения, высокий стройный брюнет лет тридцати, по нашим данным, он приходил сюда. — низкий мужчина лет сорока пяти задумывается. — Нет, не помню такого. — Арсений гаснет, ровно до следующего такого же вопроса. Но ответы не меняются, и он заметно теряет только что обретённую надежду. Арс уже рассуждает об важности этих знаний, зачем ему знать о своём прошлом, только расстроится же. Но когда высокая девушка вспоминает его, все подобные мысли тут же улетучиваются. — Это у которого такие невозможные голубые глаза? — с воодушевлением спрашивает некая Светлана. Арсений смотрит на Антона во все глаза, ожидая ответа. Он никогда раньше не задумывался о цвете собственных глаз. О чём сейчас жалел. — Да, он. — кивает Шастун. У Арсения на мгновенье замирает сердце, если у призраков в принципе это возможно. —Он приходил к нам пару раз, где-то полгода назад, хотел взять себе собаку. — А фамилию вы его не вспомните? — Она есть где-то в записях, если оставите свой номер, я постараюсь найти, — девушка смотрит грязно, уже раздевая полицейского взглядом. Шастуну становится не по себе, и он бы и отказался, но голубые глаза-океаны смотрят на него практически умоляюще. — Конечно, записывай. [Только ради тебя]