Параллельные дороги

***

Красивая девушка и мужчина вели оживленную, весёлую беседу. На фоне играла самая разная музыка, просто то, что сейчас крутят по радио. Девушка иногда отвлекалась, чтобы сделать звук громче, начиная пританцовывать на месте. Глядя на сестру, которая так искренне наслаждается даже такой обыденной вещью, как прослушивание музыки, у Чонгука невольно подымался уголок губ. Иногда он задавался вопросом: Мы точно брат и сестра? Он, так или иначе, никогда не относил себя к очень активным людям. Не в том плане, что он ленился. Напротив, он был удостоен многих наград в разных видах боевых искусств. И, если бы не детская травма, возможно, сейчас его жизнь бы выглядела совсем-совсем иначе. Но всё равно стоит признать, что участником всякого рода вечеринок он никогда не был. Деловые встречи– вот места, где он блистал красноречием и умением тонко шутить. А вот его сестра как уехала в Англию так и совсем отдалась своей любви к ночным путешествиям по городу от одного паба к другому. На этой мысли глаз Чонгука начал нервно подёргиваться. Ведь каждый раз, когда его сестра возвращается в родную Корею... Он становится её жертвой во всех подобных походах. Раньше у его сестры была подруга, которую та эксплуатировала похлеще, чем родного брата... – Слушай, Гуки,– резко начала Чон Мирэ,– я хочу, чтобы ты отвёз меня в одно место. Не отрывая взгляда от дороги, Чонгук вопросительно поднял одну бровь. – Сегодня у Рози выставка и, хотя мы перестали общаться, я хочу приехать и поддержать её. Ведь именно из-за меня она откладывала свой талант к рисованию в долгий ящик,– грустно сказала девушка, глядя куда-то вдаль. Она не знала, что глубоко заблуждается и берёт на себя чужую вину. Не обращая внимания, будет отвечать её брат или нет, она продолжила: – Конечно, Рози талантлива во всём. Когда она попала в компанию дяди Шина ещё будучи студенткой, я была вне себя от радости. Ведь думала, что рано или поздно она переведется в филиал в Англии и будет вместе со мной всегда. Но я не обращала внимания на то, как она несчастна. Фирменная улыбка любимой младшей семьи Чон впервые покинула её лицо. – Ты знаешь, я не люблю вспоминать наш последний разговор... Но я никогда не забуду тех слов Чэрён,– взгляд девушки обратился к виду за окном, она смотрела на небо, что отражается в стеклах небоскребов. Такое же серое, как её сердце в тот момент, когда она услышала: «Мирэ, я не хочу, чтобы ты винила себя, но увы, я не могу переступить через тот факт, что несколько лет моей жизни я занималась тем, чем не должна была. Ты моя онни, которой я благодарна за очень многое и поэтому я искренне прошу тебя не волноваться обо мне и не вспоминать некоторое время. Когда я найду своё место, мы сможем дружить как и прежде. Но сейчас мне нужен перерыв» После этого разговора, её дорогая подруга оборвала связи со всеми, с кем она общалась раньше. Никто ничего не знал о ней. Она ушла с работы, переехала в другое место, поменяла номер телефона, завела новую почту, удалила соцсети. – Я до сих пор не могу понять, что так повлияло на неё, что она начала так сильно стремиться стереть всё прошлое и настолько кардинально менять свою жизнь?!– уголки глаз девушки стали влажными. Редкие слёзы уже собирались упасть с её длинных ресниц. Она обернулась от окна, в которое смотрела всё это время, и посмотрела на брата, который не сказал ни слова с тех пор, как она начала эту тему. Её поразило то, насколько невыразительным было его лицо. Почувствовав на себе взгляд девушки, Чонгук выдавил самую наглую ложь, на которую был способен: – Мирэ, ты знаешь, что я мало что знаю о твоей подруге. Я знаю только, что вы познакомились в средней школе и что тебе она очень нравилась. Но даже когда ты приводила её к нам домой, я уже жил отдельно и даже не вспомню, пересекались ли мы с ней. С твоих слов я могу судить, что она хорошая девушка. Поэтому, если ты так волнуешься о ней, мы поедем на выставку, о которой ты говорила, хорошо? Наконец-то, Чонгук посмотрел на свою сестру. На его губах была ослепительная улыбка. Но от этой улыбки у девушки невольно пробежал холодок по спине. – Спасибо, Гуки. Вот и всё, что она смогла ответить.

***

Одетая в длинное платье цвета слоновой кости, Розе́ проходила по лабиринту её рисунков. Её сердце трепетало одновременно, и от страха, и от восторга. Она не ожидала, что на её выставке будет так много людей. Мужчины и женщины разных возрастов вальяжно осматривали одну картину за другой. В основной массе у каждого был в руке бокал игристого, а на лице вежливая улыбка. Но самым заметным были не дорогие украшения или наряды, а восторженные взгляды. Каждый человек, пришедший на выставку, был поражен атмосферой увиденных ими картин. Каждый находил что-то, что трогало именно его сердце, заставляя пропустить удар. Какая-то невесомая ностальгия окружала каждую из них. Выставка была поделена на зоны– в одной, исключительно пейзажи, в другой портреты, а в третьей было просто всё. Розе́ сейчас находилась в третьей зоне, которая особенно ей нравилась. Другие люди видели здесь лишь странные обрывчатые картины, бессвязные, но, всё же, красивые. Они не понимали сути, но внутренне гордились собой, ведь всё равно умудрялись почувствовать долю особенной энергетики, что исходила от каждого полотна. Но для Розе́ это всё было огромным откровением. Эти картины отражали её воспоминания– на одной красивая мужская рука держит искусно выполненную ручку и что-то пишет, а вокруг множество скомканных листов, разбросанных то тут, то там. На другой– голая, мускулистая спина. Кто-то подумает, что автор просто ценитель мужской красоты и ему не хватает сексуальной составляющей, но дело было не в этом. Большие глаза Розе́ были словно покрыты дымкой, когда она пробегала взглядом по всем рисункам. Все работы здесь были нарисованы, когда Он ещё был частью её жизни. И только одна работа была нарисована после. Девушка посмотрела в конец зала, где на самом большом полотне был изображён ночной город. Все краски были переданы очень ярко. В таком обилии огней не каждый заметит, что в нижнем углу картины также нарисован человек. Девушка, что сидела на голой земле, скрестив ноги, смотрела на ночной город совсем одна. Её лицо было повернуто к городу. В то время чёрные волосы, такие же черные, как небо, разметались прядями по ветру, открывая прямую, тоненькую спину. «Маленький человек и мегаполис» – вот так заурядно называлась эта картина. Но кто бы знал, что её автор точно также сидела на земле и смотрела на город, после того, как её бросил человек, которого она любила больше всего на свете. – Как иронично,– сказала она сама себе и вышла из этой обители воспоминаний. Да, ей приносило боль видеть результаты её творчества, вдохновлённые её чувствами к одному человеку. Она любила смотреть на его руки с длинными пальцами, на его широкие плечи. Гладить его шелковистые волосы, слушать голос. И так вышло, что всё, что ей так нравилось и что она могла, она пыталась увековечить в рисунке. Рисование, её маленькое и не всем известное тогда хобби, всегда было с ней в моменты воспоминаний. Она пыталась запечатлеть все возможные выражения его лица: радостные, серьёзные, сердитые и даже немного меланхоличные. Розе́ знала, что она для него всего лишь короткое развлечение, но искренне наслаждалась общением с умным человеком. Он делился с ней своим опытом, как учитель с ученицей, при этом защищал её, как истинный рыцарь. Любая девушка, а, тем более, неопытная, не смогла бы закрыть своё сердце от подобного человека. Вот и она не смогла. «Но всё это в прошлом»,– вот, о чем думала Розе́, искренне улыбаясь. Даже её глаза впервые тронула искренняя улыбка. Все эти картины, которые спустя года открылись взору всех желающих, в том числе и картины о Нём, всё это следствие того, что она, наконец-то, нашла своё место, как и обещала. Сегодня день, когда Розе́ окончательно отпустила своё прошлое, как ребёнок отпускает бумажный кораблик по неспешно бегущей реке. И уже ничто не сможет на это повлиять.