Параллельные дороги

***

На входе в респектабельное здание остановилась ещё более респектабельная чёрная Audi, вызвав ряд заинтересованных взглядов посетителей выставки, вышедших поболтать в более тихом месте. Девушки определённого контингента, пришедшие на мероприятие не столько для того, чтобы насладиться искусством, а столько для того, чтобы насладиться мужчинами, считающих себя обязанными посещать подобные выставки именитых деятелей города. В частности, молодых и многообещающих, ведь в таких крайне модно и престижно инвестировать. А красивые девушки, пускай и без талантов в искусстве, имеют различные таланты, чтобы скрасить вечер таким богатеньким представителям элиты. В частности, которые ездят на столь дорогих машинах, как та, которая только что остановилась перед их идеальными после ринопластики носиками. Тяжело передать яркость взгляда женщин, когда дверца машины открылась и показалась длинная мужская нога. А потом и весь высокий, подтянутый мужчина, на вид не больше 35-ти лет. Его чёрные, глубокие глаза, даже не прошлись по их идеальным фигурам, как он сразу прошёл к другой стороне машины и галантно открыл дверцу из которой вышла не менее красивая девушка. Обменявшись парой слов, двое людей, словно сошедших со страниц сказок про принцев и принцесс, двинулись в сторону входа. Шокированная и разочарованная толпа девушек и просто сторонних наблюдателей, отошли в сторону, дав пространство для прохода этим двум интересным личностям. Войдя в здание, девушка не удержалась от смеха: – Гуки, сколько бы раз не видела своими глазами, как на тебя реагирует всякие пигалицы– каждый раз смешно до колик... А ты ещё и кольцо не носишь, не боишься, что тебя в какой-то момент просто разорвут на части? Мужчина нахмурил свои аккуратные брови, ответив: – Таких женщин в самую последнюю очередь волнует наличие кольца. Прекратив смеяться, Чон Мирэ смахнула собравшиеся после смеха слёзы в уголках глаз и окинула взглядом зал и все зоны в нём. Восхищение в её глазах росло с каждой секундой. – Гуки, как же красиво!– воскликнула девушка, оживлённо пройдя несколько шагов вперёд, но резко остановившись. Она уже было хотела скорее начать рассматривать каждое полотно поближе, как увидела нежный, элегантный силуэт девушки, что задумчиво смотрела на одну из картин. Её длинные черные волосы, ниспадали лёгкими кудрями на плечи, покрывая практически всю спину блестящим водопадом. Её четко очерченный профиль с аккуратным прямым носиком казался особенно прекрасным. Пухлые, красные губки контрастировали с белой молочной кожей с небольшим румянцем. А длинные ресницы, подчёркивающие большие глаза, добавляли её взгляду таинственности и нереальности. Казалось, что один взгляд этих глаз может забрать твою душу и стереть все мысли. Еле оторвав свой взгляд от лица своей давней знакомой, Чон Мирэ тут же восхитились и её фигурой в частности. Платье, что идеально сидело на стройной фигуре девушки, подчеркивало её тончайшую талию. Настолько тонкую, что её можно было обхватить одной рукой. Кинув ещё более короткий взгляд на идеальные грудь и бедра некогда своей лучшей подруги, Чон Мирэ покраснела до самых ушей. Видимо, почувствов чей-то пристальный взгляд, Розе́ оглянулась вокруг себя. Её распущенные волосы при этом плавно колыхались с ещё большим блеском. И вот их взгляды встретились. Янтарные, глубокие глаза замерцали, когда знакомая фигура предстала перед её взором. Больше всего Чон Мирэ боялась увидеть в этих прекрасных глазах отвращение. Непринятие. Ненависть. Пускай эти эмоции никогда не были свойственны Её Рози, она всё равно боялась. Но, к её удивлению, в эту же секунду красные пухлые губки растянулись в нежной улыбке. «Привет» – промолвила она беззвучно. «Давно не виделись»,– её улыбка стала шире. «Она помнит!»,– сердце Чон Мирэ болезненно сжалось. Каждый ребенок в детстве хоть раз пытался придумать свой собственный шифр, чтобы общаться со своими друзьями, не давай понять сути взрослым. Чон Мирэ и Пак Розе́ познакомились уже будучи ученицами средней школы. Но их весёлый нрав всё равно смотивировал их научиться вот так читать по губам, что они друг другу говорили. «Я так скучала»– промолвила своими губами подруге Чон Мирэ. А в глазах её уже стояли слёзы. Она, правда, невероятно скучала по этой нереально красивой, нежной девушке. По её сладкому, успокаивающему голосу. По её доброму, заботливому нраву. По её весёлому, искреннему характеру. «Я так скучала»... Повторила она вновь, вытирая слезы. – Дурочка Мирэ, постоянно плачешь, хотя старше меня,– холодная рука коснулась её лица. Чон Мирэ подняла взгляд, полный непрекращающихся слёз. Её подруга так быстро подошла к ней и уже вытирала её слезы своими длинными белыми пальцами. – Рози...– все эти годы она старалась не унывать и помнила её слова. Она помнила, что та сказала, что ей необходимо время. И она ждала, преданно ждала ради своей подруги. И вот, её ожидание окупилось. – Ты больше не будешь пропадать?– она подняла взгляд своих покрасневших глаз не девушку, – скажи мне, ты же больше не исчезнешь? Сердце Розе́ было полно тоски. Кого-кого, но она не хотела оставлять эту искреннюю, открытую и непосредственную девушку. Хотя именно она была ближе всего к тому человеку, воспоминания о котором она пыталась оставить в прошлом все эти пять лет. – Больше нет. Я уже нашла своё место, как и обещала. Она говорила это с полной уверенностью. Ведь прямо за спиной её подруги стоял мужчина, которого она смогла стереть из своего сердце. И хотя они впервые встретились ли эти годы, она не чувствовали боли. Почти. А вот Чон Чонгук не знал, как ему реагировать на все события, которые произошли буквально за 10 минут перед его глазами. Он знал, что вероятнее всего встретить Розе́ сегодня. Но он не знал, что ему будет так тяжело встретить её равнодушный взгляд. Чон Мирэ этого не видела, заливаясь слезами, но пока Розе́ шла к ней, она всё время смотрела на Чонгука. Её холодный взгляд пронизывал его до костей. При всём этом, она теперь была зрелой девушкой, которая, соответственно, обладала зрелой, уверенной энергией. Она больше не была той улыбчивой и уступчивой девушкой, которая просто радовалась держать его за руку. Теперь она была Розанной Пак, известной в Сеуле художницей. И, хотя художники не имели той бешеной популярности, как айдолы, Розанна Пак стремительно набирала популярность. Только одни томные взгляды мужчин по всему залу на её идеальную фигуру были тому подтверждением. Понятие «роковая женщина»– довольно расплывчато. Но именно сейчас Чон Чонгук понял, что если бы у этого понятие был общепринятый образ, он бы имел вид Розанны Пак. И хотя со стороны он казался неприступным, столь красивая девушка, пускай это и девушка из его прошлого, всё равно возбуждала. Её длинные прямые ноги двигались крайне элегантно. Его чёрные глаза смотрели то её провокационное тело, то в её глаза, которые всё еще не отрывались от него, пугая своей глубиной. «Теперь её невозможно прочитать»,– думал мужчина, опуская свой взгляд на округлую грудь. «Веду себя, как животное, хах» В тот момент, когда Розе́ подошла к его сестра, даже будучи с расстояния около метра от них, он почувствовал невесомый аромат женского тела. Это был не совсем тот аромат, который Чонгук знал раньше. Спустя эти годы он стал даже более изысканным и утончённым, медленно сводя его с ума. У него не было проблем с реакцией на изысканных, прекрасных девушек. Но даже он никогда так сильно не реагировал. Его чёрные глаза были покрыты лёгкой дымкой. А в голове начала созревать идея, не совсем достойная джентльмена с правилом, никогда не быть с одной и той же девушкой дважды.