Демоны Джейн

      Мерное дыхание спящей брюнетки прерывало тишину палаты. Время от времени она вскидывалась, что-то бормотала, но не просыпалась. Длинные пальцы болезненно бледных рук, комкали одеяло. Из окна пробивался слабый луч фонаря, скользя и вздрагивая по изголовью кровати, но не касаясь подушки, на которой спала пациентка.       Сквозь окно был виден пейзаж зимнего города. Серые улицы раскрасили неоновые вывески магазинов и клубов. На центральной площади работники развешивали праздничную иллюминацию, ведь до Рождества оставалось около двух недель. Было уже сумрачно, день клонился к вечеру, сердитый ветер торопливо загонял одиноких прохожих в теплые дома. Элегантная женщина неспеша прогуливалась вдоль большого корпуса Йоркского госпиталя. Ветер время от времени дергал светлые локоны, и тогда женщина аккуратно распутывала их, снова укладывая прическу под стильную меховую шапочку.       - Мора, - знакомый голос окликнул ее и женщина резко обернулась. Кейт махнула рукой, заставляя доктора остановиться и подождать. Сравнявшись с ней, молодая женщина приветливо улыбнулась.       - Вы долго здесь находитесь? - Рихтер подбадривающе коснулась озябшей руки доктора.       - Нет...полчаса где-то, - натянуто улыбнулась Айлс. Она хотела остаться наедине с собой. Не было никакого желания слушать наставления психотерапевта и выворачивать душу, хотя в большинстве случаев, их разговоры носили только дружеский характер, и не включали кучу различных тестов и заданий.       Следуя за женщиной, Мора удивилась, когда та прошла мимо корпуса, где располагался ее кабинет с позолоченной табличкой "Главный психотерапевт госпиталя св. Стефана др. К. Рихтер" и остановилась возле дверей палаты, где уже около шести месяцев находилась детектив Риццоли. Мора вскинула испуганный взгляд на ухмыляющуюся, румяную с морозу, доктора. Та настойчиво подтолкнула ее к двери палаты и успев шепнуть:       - Ведите себя естественно, - исчезла, растворившись в коридорных сумерках.       Доктор Айлс тихо толкнула двери и те бесшумно открылись. В нос ударил терпкий аромат лекарств. Было сумрачно, слабый ночник, стоящий на отдаленной тумбочке, не смог разогнать вечерний полумрак. Она подошла и села на край кровати. Лицо Джейн было умиротворенным. Мора осторожно взяла ее за руку. Она был теплая и мягкая. Совсем не такая, какой Мора ее ощущала в своих ночных кошмарах. Женщина уставилась невидящим взглядом в окно.       Полгода назад, Джейн была тяжело ранена. Преступник выстрелил в упор, пуля пробила сердце и застряла в его задней стенке. Вопреки надеждам родных, ее состояние не улучшалось. Организм не был готов выйти из комы. Усилиями родителей Моры была найдена клиника, которая специализировалась на лечении подобных случаев и когда были улажены все бумажные вопросы, Джейн перевезли в Британию, в старинный Йорк.       Мора тяжело вздохнула. Последние месяцы стали ее личным филиалом ада. Сначала она разрывалась между Бостоном и Йорком, между Алекс, успешно восстановившейся после ранения и Джейн, упорно не желавшую выходить из комы. А два месяца назад, следуя советам единственной знакомой в этом чужом городе, Кейт Рихтер, работавшей штатным психотерапевтом клиники, где лежала Риццоли, она подала документы на перевод в Йоркский убойный отдел. И теперь уже почти освоилась в этом старом, поначалу до ужаса чужом городе.       Джейн сквозь сон почувствовала чужое присутствие. Чья-то теплая рука поглаживала ее тыльную сторону ладони, вырисовывая только ей известные узоры. Ее организм начал просыпаться. До обоняния донесся знакомый до боли аромат парфюма. Но женщина не спешила давать сигнал о том, что она проснулась.       Уже месяц, как Джейн пыталась справиться с последствиями комы. Все мышцы были ужасно слабыми и после физиотерапии ей иногда хотелось просто заплакать от безысходности. Казалось, что она просто топчется на месте, хотя ее лечащий врач, миловидная доктор де Форс, уверяла ее в значительном прогрессе. Но по-прежнему самые простые движения вызывали у нее отдышку, пот крупными каплями скатывался со лба, а ноги противно дрожали. Самым же сложным было психоэмоциональное состояние. Время проведенное в коме для детектива не было временем сна или небытия. Это был яркий красочный сон, с четким прописанным сюжетом, персонажами и идеей. Это был мир, в котором детектив Риццоли хотела бы остаться навсегда. Выход из комы был для нее сильным шоком. А как иначе, если все то, что ты знаешь и видишь оказывается всего лишь искаженной реальностью? Джейн, напряженным взглядом смотрела на благожелательную доктора Рихтер, которая в другой реальности Риццоли была ее подругой и шефом убойного и с трудом ворочая языком (за полгода атрофировались не только мышцы рук и ног, женщина практически заново училась говорить), рассказывала про свою жизнь в той параллельной вселенной.       Сначала, правда, Джейн не хотела говорить об этом, но Кейт обратила ее внимание на то, что полное восстановление невозможно, без детального обследования психики пациентки, а это значит, что Джейн рискует задержаться здесь еще на неопределенное время. Тогда детектив долго думала, взвешивая все за и против. В конце-концов, женщина приняла решение раскрыться перед психотерапевтом и как можно быстрее прийти в норму, хотя это и было несколько сложно из-за пули оставшейся в сердце, и убраться из этой частной клинике, один день в которой стоил бешенных денег, львиную долю которых оплачивала Мора.       Джейн снова вернулась в то мрачное состояние, что было у нее перед комой. Черт, как же все хорошо складывалось все у нее там во сне.... Там она наконец попыталась пробиться сквозь стены Моры, вернуть себе утраченное равновесие, получить надежду...все то, чего она не смогла и, скорей всего не сможет сделать вживую...потому, что даже самая малая попытка вернуться к началу их дружеских отношений, лишит ее даже самого простого общения. Тот мир, к сожалению, был всего лишь отражением реальности. Ее тайные желания воплотились в закрученном сюжете захватывающего триллера и...рассеялись, стоило ей прийти в себя. Как детские мечты стают смешными и ненужными, стоит только повзрослеть.       Хватка на руке стала нервной. Джейн "заворочалась", словно пыталась спрятаться от вездесущего луча фонаря, сползшего ей на лицо. Послышался шелест ткани и Мора бесшумно задернула штору, стараясь не разбудить детектива. Затем, нерешительно коснувшись руки на прощанье, покинула палату. Она так и не смогла заставить себя разбудить Джейн и просто поговорить. Она уже избегала ее месяц, находя всевозможные отговорки. Кейт находила это смешным и детским поведением, но иррациональный страх заставлял всегда хладнокровную Королеву мертвых упорно продолжать прятаться от своей бывшей лучшей подруги.       Чего она боялась? Дать четкий ответ Мора не смогла бы... Боялась разговора, в ходе которого, она могла бы не сдержаться и снова поссориться с Джейн? Или боялась увидеть в глазах Риццоли, то самое признание, ответить на которое она не смогла бы или не захотела? Трудно сказать... Иногда складывалось впечатление, что Мора бежала от самой себя.       Джейн открыла глаза и произнесла в тишину палаты:       - Ты всегда была смелой, Мора, почему ты избегаешь меня теперь? За что ты меня наказываешь?       Откинув одеяло, девушка упрямо поджав губы, свесила ноги и нащупав костыли рядом, осторожно встала. Комната дрогнула, но сальто не было, что очень порадовало Джейн. Первых шаг, второй, затем, преодолевая дрожь в ногах - третий. Легкое сопротивление двери было преодолено и детектив вышла в тихий коридор. Время клонилось к девяти часам, пересменка уже закончилась и можно было немного размять ноги, не опасаясь налететь на спешащих людей.       Сквозь стойкий аромат больницы пробивался другой - корица и ваниль. Скоро Рождество и медсестры устроили себе чаепитие, прикупив на рождественской ярмарке традиционных сладостей. Джейн переведя дыхание, прислонилась к стене. Руки горели от нагрузок, ноги немного затекли. Она решила дойти до кабинета Кейт и если той нет на смене, вернуться назад.       Придумана ею лично система тренировок, вызывала уважение у персонала. Джейн целый день старалась ходить, также с удвоенным усилием занималась в спортзале, чередуя нагрузки на руки и ноги, и не забывая при этом прислушиваться к своему сердцу, чтобы не сорвать его. Она уже могла пройти расстояние из корпуса в корпус и вернуться обратно. Правда подтянуться на руках она могла едва ли пять-семь раз, вместо привычных двенадцати.       - Джейн?! - Рихтер спешила к ней, придерживая полы халата, что разлетались от быстрой ходьбы. - Ты...решила прогуляться?       Она только-что проводила к выходу доктора Айлс и еще была под впечатлением разговора с ней. Мора в очередной раз сбежала, не желая принимать ответственности за будущий разговор. Но Кейт ее не могла винить. Каждый из нас встречается с ситуацией, которая грозит изменить нашу жизнь и не всегда мы имеем храбрость взглянуть прямо в ее глаза.       - Да, я чуть было не пропустила вечерний марафон, - Джейн улыбнулась. С Кейт она быстро нашла общий язык и не ощущала никаких проблем или натянутости в их длинных ночных разговорах. - Я хочу как можно быстрее закончить с этим.       Сосредоточенно пыхтя, Риццоли поднималась по сходам, ведущим в переход между корпусами. Кейт шла следом, болтая о погоде и грядущем рождественском фестивале. С неба начал падать мелкий пушистый снег, скрывая в белой мгле очертания соборных шпилей, повороты средневековых улочек и геометрически правильную планировку римского города.       - Здесь очень красиво, - Риццоли зачарованно смотрела на зимний город. Она хотела как можно быстрей прогуляться улицами города, в котором провела долгих полгода. Ей было интересно сравнить Йорк из своего сна с реальным городом.       - Он прекрасен. Каждый, кто здесь живет, влюблен в эту старую энергетику. Знаешь, я иногда будто слышу гомон средневековых площадей и гортанные выкрики римских солдат, несущих патруль... - Кейт задумчиво улыбнулась, разливая ароматный чай в высокие чашки.       - Я никогда не интересовалась старинной, - Джейн с удовольствием присела на мягкий диван. Ноги от нагрузки горели, в спину будто кто-то засунул раскаленный прут. - Историю нам преподавали старые, обозленные кошелки. А уроки сестры Марты, вообще были похожи на инструктаж инквизиторам.       - История довольно интересная наука. Она позволяет путешествовать во времени. Наш учитель истории был довольно изобретательный и умел красиво рассказывать.       Рихтер подкатила низкий столик к Джейн и сама уселась на против. Отхлебнув глоток имбирного чая, женщина блаженно прикрыла глаза. Джейн последовала ее примеру.       - Кстати, я говорила с Шерон Аркур, - Риццоли внутренне вся подобралась. Кейт обещала замолвить словечко за Джейн перед своей знакомой, открывшей собственное детективное агентство. Риццоли не хотела возвращаться в Бостон, где ее ждали бы одни сочувствующие взгляды и злорадные комментарии, ведь продолжить службу в полиции она на могла, а сидеть на шее матери, провожая Фрэнки каждый день на работу, ради которой она пожертвовала многим, Джейн бы не смогла. Да и вопрос с Морой был не решен. - Она хотела бы встретиться с тобой. Ну, поговорить и все такое...       Джейн согласно кивнула:       -Мне надоело сидеть здесь. Меня могут выписать раньше? Я ведь могу упражняться и дома. Сердце не болит, рана давно уже зажила, а пуля никак себя не проявляет.       - Поговори с Энджи, думаю, она что-то придумает. Но, Джейн, тебе бы стоило поговорить с доктором Айлс. Ты ведь просто хочешь сбежать из клиники, чтобы не видеть ее, - Кейт сочувственно посмотрела на женщину. Та горько усмехнулась.       - Я не хочу быть ей должна еще больше. Сколько денег она сюда вбухала? Это не похоже на бюджетный госпиталь, - Риццоли пытливо посмотрела на доктора. Рихтер покачала головой.       - Послеоперационный уход 350 $ в сутки, насколько я знаю, часть покрыла страховка, - Кейт заметила ничем не прикрытое облегчение на лице женщины.       - Ну это еще можно вернуть, - Джейн приободрилась и слегка усмехнулась, - не хочу быть ей должна. Не знаю почему она это делает...спасибо ей. Но долги нужно возвращать.       - Джейн, она переехала из Бостона в Йорк, два месяца назад, - изумление отпечаталось в жгучих глазах, - так, что... будь с ней помягче... Возможно первый шаг должна сделать ты....я не настаиваю, но...подумай...       Оставшийся разговор они проболтали на отвлеченные темы, обсуждая новости, делясь впечатлениями и споря о бейсболе.        Часы лениво пробили полночь.

***

      Джейн с наслаждением вдыхала терпкий морозный воздух. Он пах зимой. Здесь все ощущалось по-другому. Даже зима, казалось, сошла со страниц сказки. Рождество она отпраздновала в больнице, так как доктор Энджи приписала ей еще неделю электромассажа. Она наблюдала за гуляниями, сидя на широком подоконнике и попивая имбирный чай. Салюты отражались в стеклах госпиталя и Джейн впервые почувствовала странное умиротворение. Так наверно чувствует себя человек, чудом уцелевший в катастрофе, или излечившийся от смертельной болезни. Все происходящее кажется таким нелепым и ничтожным, по сравнению с тем, что он пережил; в такие моменты человек ясно ощущает, что Провидение дает ему второй шанс и какая-то тихая радость наполняет его душу. Подобное чувствовала и Джейн, наблюдая за россыпью огней фейерверков, что украшали ночной небосвод. Можно ли утверждать, что женщина наконец избавилась от своей болезненной привязанности к одной блондинке, находившейся сейчас за тысячи километров от нее? Вряд ли, но начало этому было без сомнения положено.        Мора еще до праздников уехала в Бостон: ее бывшим коллегам потребовалась помощь с расследованием и детектив Фрэнк Риццоли упросил доктора Айлс, приехать в Бостон, невзирая на грядущие праздники. Мора по-видимому задержалась, да и Джейн была уверена, что ее мать сделает все, чтобы бывшая подруга не чувствовала себя одинокой. К тому же, Алекс была бы рада ее увидеть. Подавив тянущее чувство в сердце, Риццоли переключила свое внимание на женскую фигуру, что приближалась к ней.       - Здравствуйте. Вы - Джейн? - К Риццоли подошла невысокая, атлетически сложенная девушка. Золотистые волосы были заплетены в изысканную прическу, делая свою обладательницу моложе. На вид ей было около двадцати пяти. Одета она была в спортивного типа куртку, высокие белые ботинки на платформе и голубой зимний спортивный костюм. Обрамленный меховой оторочкой капюшон защищал голову от пролетающих снежинок, на щеках играл румянец. Она протянула руку, предварительно сняв перчатку и осторожно пожала длинные пальцы Джейн. - Шерон Аркур, частный детектив.       Джейн с интересом рассматривала новую знакомую. Она отличалась от своего двойника в ее сне, но была какая-то схожесть. То ли настороженность во взгляде и напряженность, что будто стальным коконом охватывала ее фигуру, то ли знакомое выражение на лице, не раз видимое Джейн в собственном отражении зеркала, выражение, которым могла "похвастаться" только люди их профессий...       - Мне Кейт рассказывала о том, что вы ищете напарника, - Риццоли неловко переступила, опершись на костыли. Взгляд Шерон удивленно окинул ее дополнительные "ноги".       - Мне нужен еще один человек, чтобы управлять агентством. Мой коллега и друг, детектив Брайль, погиб три месяца назад, - Аркур потерла переносицу: воспоминание про лучшего друга все еще больно резало сердце и она не хотела, чтобы у потенциального работника сложилось про нее, как босса, неправильное мнение. - Но вы, я вижу...совсем не в форме...       Риццоли опустила голову. Ну что-то подобное она и предполагала. И это еще девушка не в курсе ее сердечной пули... Что ж... попытаться стоило.       - Сколько месяцев вам понадобиться на восстановление? - Это был совсем не тот вопрос, который Джейн ждала.       - Ну...доктор говорит, еще недели три, если я буду придерживаться своего распорядка, - Риццоли извиняюще улыбнулась. - Мне самой хочется как можно скорей покинуть эти стены.       - Мой офис дислоцируется на окраине города. Район не самый фешенебельный, но, люди живут. Если у вас нет возможности сейчас снять квартиру, вы можете пожить там. Насколько я понимаю, вам разрешили бы выписаться, если бы вам было куда прийти...       Шерон вообще слыла человеком замкнутым и необщительным. Не то, чтобы она прониклась симпатией к Джейн, просто...после гибели в автокатастрофе ее единственного близкого друга и измены мужа, работавшего шефом местного убойного отдела, лейтенанта Грифич, Шерон не могла находиться в своей квартире одна. Риццоли ей казалось тоже переживает не лучшие времена, и поэтому она решила предложить девушке крышу над головой и свою кампанию, надеясь, что это поможет преодолеть сложный период в их жизнях.       - Я спрошу у врача...о, а вот и она! - Развернувшись в сторону, куда указывала Джейн, Шерон почувствовала, как в ее сердце разлилась удушающая волна ярости. Под ручку с ее бывшем мужем, влюбленно смотрящим на свою спутницу, шла ведущий кардиолог Йорка, чуть ли не гений медицины, Энджи де Форс. Белоснежная шубка придавала ее фигуре легкости, аккуратные черные сапожки на шпильках визуально добавляли роста, а распущенные платиновые крупно завитые кудри, довершали образ Снежной королевы. Парочка шла, весело смеясь, доверчиво прижимаясь друг к другу.       - Эм...вот мой номер, позвоните сегодня, если вам разрешат выписаться, - скомкано пробубнила девушка и сунув в карман ничего не понимающей Риццоли свою визитку, торопливо скрылась в направлении парковки, насунув капюшон на глаза. Затаив дыхание, Шерон быстро прошла мимо мило воркующих голубков. Сев в машину, она быстро вырулила со стоянки и черный мерс лихо задрифтив по площади, свернул в сторону от элитного спального района.       Вскоре за окном замелькали знакомые очертания серой промзоны, которая сменилась просторными полями и далекими огнями рабочего района. Машина притормозила возле небольшого аккуратного коттеджа, расплескав подталую лужу.       Закрыв ворота гаража за своей трудягой, девушка прошла в дом, по привычке проверив все комнаты и подсобки: служба в горячих точках не проходит бесследно. Кинув разогревать в микроволновке порционный ужин, она приняла душ и включив телик, настроилась было на фильм, но ее релакс спугнул телефонный звонок.       - Мисс Аркур? Это Джейн, - девушка видимо спешила, так как ее голос был запыхавшийся. - Я...доктор Форс завтра может меня выписать.       - Прекрасно. К которому времени можно будет подъехать? - Аркур, укутав ноги пледом, потянулась за поп-корном. - Да, к одиннадцати заберу вас. До встречи.

***

      - Мисс Айлс? - Мора удивленно воззрилась на посыльного, который протягивал ей небольшой сверток. - Вам посылка, распишитесь. Веселого вам Рождества.       Недоуменно моргнув, женщина взяла посылку и закрыла двери, отрезав студеный вечер от веселого застолья. Сзади послышались шаги. Айлс быстро спрятала коробку за спину.       - Мора! Милая, кто это был? - Алекс сочувственно посмотрела на подругу: прошло достаточно времени, чтобы они научились взаимодействовать без сожалений и неловкостей, но Мора по-прежнему была задумчива и улыбка редко украшала ее лицо, достигая глаз.       - Да...курьер...парнишка... - Она протянула ей коробку, - кто-то прислал мне это...       - Будешь открывать? - Настороженность Диксон можно было понять: чего только не засовывали копам в посылки - и части тел, и взрывчатки, и яд.       Мора испытывала необъяснимое волнение. Нет смысла скрывать от самой себя, что вся эта ситуация изрядно утомила ее. Обида и ревность привели к разрыву их казалось бы крепких дружеских отношений с Джейн, а решение играть несвойственную ей роль, истощило ее морально и стало сильным испытанием для ее психики. Момент, когда врачи не смогли вывести Джейн из комы стал ее персональным кошмаром. Он стал ее верным спутником, едва ли не каждую ночь. И хотя Мора по-прежнему винила Джейн в их сложных отношениях, она никогда не хотела видеть бывшую подругу опутанную трубками, с подключенным ШВЛ, мертвенно-бледную, безучастную ко всему, что происходило вокруг. Ведь по сути, Джейн спасла ей жизнь. Если бы не ее отчаянные действия...Мора бы не пережила тот день. Возможно в том, что она взяла на себя часть растрат по лечению Риццоли, была попытка искупить свою вину...или же...Мора не была готова признать собственные чувства. Ей все еще было больно. Именно поэтому, она так долго избегала встречи с Джейн. К тому же...она не хотела волновать ее только что начавший поправляться организм, чего избежать точно не получилось бы, начав такой необходимый им обоим, но эмоционально выматывающий разговор.       - Мора, - из задумчивости ее вывел обеспокоенный голос Алекс, - не хочешь открыть? - Женщина показала глазами в сторону нервно сжатой посылки, - если не хочешь...       - Я открою, - хриплым голосом отозвалась женщина, - я...это даже интересно...       Послышался шелест разрываемой бумаги и взору женщин представилась белая небольшая коробка. Откинув крышку, Мора вытащила небольшую бархатную коробку. Недоуменно вскинув бровь, она осторожно открыла ее. Послышался изумленный вдох - на темно-синем фоне лежал золотой изящный кулон в форме нежного ириса.       - Это...красиво, - Алекс коснулась украшения, - тот, кто его подарил, видимо очарован тобой.       Мора подняла глаза на подругу: в глазах той искрилось легкое лукавство. Дразнящая улыбка играла на лице Диксон. Она догадалась, кто был отправителем этой посылки. Алекс по-прежнему любила Мору. Но эта любовь не была желанием обладать. Она видела, как тяжело было той, игнорировать свою темпераментную подругу, притворяясь, что та ничего не значит для нее. И каким потерянным стал ее взгляд, когда медики вынесли свой жесткий вердикт Риццоли. Поэтому, она отпустила ее, хороня в своем сердце надежду на их совместное будущее. Она не хотела ставить ее перед выбором, это было бы слишком жестоко. Да и, признаться честно, Алекс не чувствовала себя опустошенной... Воспоминания об их отношениях отдавало светлой грустью и только. Диксон видела в какой дрожащий комочек нервов превратилась ее бывшая возлюбленная, и волновалась за ее судьбу, не хуже той же Анжелы Риццоли.       - На языке цветов это означает: "Я очень дорожу твоей дружбой"... - Горло пересохло, и Мора часто заморгала, - Джейн...она никогда не...       Из коробки выпал небольшой футляр. Он отличался по цвету от коробочки с украшением.       - Сюрпризы еще не закончились, - рука Моры дрогнула, касаясь его. Открыв футляр, девушки обнаружили позолоченную авторучку. На ее боках была выгравирована надпись "Мора Айлс. Лучшему судмедэксперту".       - Ого... - Алекс прокутила вещицу в руке, - занятная вещь. На твоем столе будет хорошо смотреться.       - Она приняла решение.... - Мора прерывисто вздохнула, - а я долго тянула со всем этим...       - Ты о чем? Как по мне - милый подарок. Чувствуется стиль и вкус. Она хочет наладить отношения. Мора, вы ведь дружили...       - Алекс, это прощальный подарок, на память! - Айлс оперлась на стену прихожей, - кулон про дружбу, авторучка с моим именем... Так расстаются.       - Мора, мне кажется, Джейн не задумывалась про все эти тонкости, - Диксон положила руку на плечо женщины, - и будь с собой честна: ты ведь месяц избегала ее. Возможно она решила тебя отпустить. Но ты по-прежнему дорога ей.       Внимательный взгляд Алекс Диксон прошелся по упрямо поджатым губам Моры, ее побелевшим пальцам, нервно сжимающим цепочку, и остановился на быстро бьющейся жилке.       - Возвращайся в Йорк. Поговорите как взрослые люди, решите для себя что делать дальше. Мора, я хочу снова видеть тебя счастливой. И если Джейн сможет это сделать - я буду только рада за вас.       Мора уткнулась лицом в ладони. Алекс осторожно ее обняла, пригладив непослушные локоны. Желание защитить ее, такую хрупкую и ранимую, забурлило в крови, но умом она понимала, что на этот раз не имеет права вмешиваться. Это было их с Джейн дело и третье лицо тут было явно лишним...

***

      Джейн проснувшись сладко потянулась: первое января встретило ее холодным ветром, ожесточенно метавшим в стекла ее съемной квартиры горсти льдистого снега. Электронные часы показывали шесть утра, в доме было непривычно тихо: Шерон уехала еще позавчера к родителям на праздники и Риццоли была предоставлена самой себе. Организм отчаянно требовал кофе, но памятуя запреты врачей, Джейн заварила чай и в ожидании пока он настоится, сделала все необходимые гигиенические процедуры.       Залив хлопья молоком, бравый детектив подошла к окну: через полчаса ей предстояло спуститься по лестнице и выйти на улицу - физиотерапия требовала ежедневной тренировки, и хотя Джейн уже перешла на палочки, останавливаться она не была намерена. Сегодня она решила посетить знаменитый Йоркский собор и дом казначея. Внезапно женщина начала интересоваться древностями, и для себя она объясняла это тем, что несколько дней назад, от скуки она выпросила прочесть несколько отчетов Шерон по уже раскрытых делах. Одним из последних дел детективного агентства "Начало", наиболее заинтересовавшее ее, было дело о призраке Эбора, при раскрытии которого был арестован хитрый убийца, мастерски владевший навыками иллюзиониста. У Шерон был талант к писательству, потому что все описанное ею Джейн представлялось как увлекательнейшая история и женщина сама не чувствуя, погрузилась в написанное, практически растворившись в нем.       Риццоли, высоко задрав голову, пыталась увидеть сквозь низкие облака отблески солнечных лучей, время от времени пробивавшиеся сквозь снеговые тучи. Настроение было отличным, она, словно ребенок с удивленным восторгом рассматривала окружающий ее мир, поражавший ее воображение. Ее сегодняшний марафон был утомительным, но ощущение приятной усталости в теле того стоило. Телефон пиликнув, разрядился. Джейн досадливо поморщилась: она хотела позвонить Корсаку, поздравить да и просто поболтать, зная, что тот не будет ее расспрашивать о неловких темах и лезть с нравоучениями. Нужно было идти домой, время уже склонялось к обеду, а организм требовал плотного перекуса.       Таксист, аккуратно выворачивая руль свернул на подъездную дорожку до дома и помог вытащить пакеты, щедро набитые Джейн. Расплатившись с мужчиной и поблагодарив его, Риццоли, с трудом доковыляв до крыльца, открыла двери и спустившись по ступенькам, начала по одному заносить покупки в дом. За этим занятием она не заметила, как кто-то внимательно наблюдая за ее потугами, медленно подходит к дому.       - Джейн, - звонкий голос разрезал тишину, заставив замереть детектива с занесенной над ступенькой ногой. Резко развернувшись в поисках нежданного гостя, Джейн не удержала равновесия и завалилась в снег, благо утром она не успела его счистить.       -Джейн! - Голос стал на октаву выше и теплые руки коснулись ее щек, стирая с них снег, - ты как? Сильно больно? Где болит? Ты слышишь меня?       Серо-зеленые глаза Моры были наполнены тревогой и страхом. Откинутая сумочка сиротливо лежала на снегу, а ее руки покоились на румяных от мороза щеках детектива. Осознав, в какой ситуации они находятся, Мора смутилась и торопливо встала, помогая подняться молчавшей Джейн. Та внимательно смотрела на настороженное лицо женщины и вдруг выдала:       - Вы ищете кого-то мисс? Прошу прощения, но вы кто?       Шок и неверие отразилось на лице Айлс. Она судорожно сглотнула и попятилась. Но Джейн, видя, какое впечатление произвело на нее невинная шутка, притянула Мору назад и уткнулась ей в плечо, подарив не выходящие за рамки дружеские объятия.       - Я пошутила. Здравствуй, Мора, - грудной голос Риццоли у ее уха пустил толпу мурашек по позвоночнику. Джейн улыбнулась тщательно выверенной улыбкой. - Заходи в дом, здесь холодно.       В доме приятно пахло свежестью и хвоей. В прихожей стояла украшенная игрушками ель, а вдоль стен мигали новогодние гирлянды. Утраченное было чувство праздника вернулось в измученное сердце Моры. Она сняла пальто, которое Джейн тут же повесила на плечики в гардероб. Неловкое молчание начало тяготить душу.       - Как съездила? - Мора вздрогнула от неожиданности. Риццоли разбирала покупки, сортируя их в разные холодильные шкафчики; на плите сверкал вымытыми боками чайник. - Мора, достань пожалуйста, в левом шкафчике справа кружки, у меня рук не хватает.       - Да, конечно, - вышла из ступора женщина и послушно достала две кружки из сервиза. - Поездка была замечательной. Я...скучала...       - Прости, что тебе пришлось переехать, - Джейн виновато посмотрела на судмедэксперта, - я доставила тебе столько неудобств....       -Так та посылка...была извинением? - Мора не знала, какой бы ответ ее устроил, но то, что прозвучало из уст Джейн, отдалось горькой болью в сердце.       - Отчасти. Мора, ты право не осознаешь, что делаешь для людей. Ты отдаешь им всю себя. Ты самоотверженная. Я просто хотела тебя отблагодарить за все то, что было сделано, - Риццоли стояла опершись о край стола: ноги устали и просто жгли мышцы, но этот разговор начинать сидя было неправильно. - Я не знаю, почему ты это делала, но спасибо тебе. Я не заслужила такого отношения.       - Ясно... - Женщина отвернулась, чтобы скрыть слезы разочарования. Джейн было дернулась, чтобы коснуться ее, но воспоминания ее отрезвили, и она так и застыла, не коснувшись ее.       - Я просто хочу хотя бы изредка общаться с тобой... Чтобы не было между нами недопонимания и напряжения. Не знаю, как ты, но я не хочу забывать те семь лет нашего общения. Я слишком дорожу нашей дружбой. Да я не идеальный друг, но...для меня наша дружба была идеальной.       Мора стояла, повернувшись к выходу. Слезы струились по лицу. Слова Джейн тяжелым камнем придавили ее надежды. Да и чего она хотела? Чтобы Риццоли раскрыла объятия и бросилась ей на шею? Не она ли сама оттолкнула тогда девушку? Избегала и жестко обрывала, когда та пыталась говорить с ней? Неудивительно, что теперь Джейн осторожничала.       - Ты так ничего не скажешь? - В голосе Джейн прорезалась тоска, когда она увидела, как Мора медленными шагами идет к выходу, - что ж, могла бы хоть чаю выпить, на улице холодно.       Айлс молча надела сапожки и взялась за ручку двери.       - Мора, я отдам тебе деньги, спасибо, что помогла мне. Я правда ценю это... - Пришибленный взгляд Риццоли показал как ей на самом деле больно, но взбешенная Мора не дала ей закончить предложение:       - Ты думаешь, мне нужны деньги? - Огонь вспыхнул в всегда спокойных и доброжелательных глазах, - ты...да как ты...за кого ты меня принимаешь?       Этого уже Риццоли вытерпеть не могла:       - За человека, который пытается искупить свою вину! Ты избегала меня в госпитале, словно я чумная! Я знаю, что ты просто сострадательная и добрая, Мора! Твоя совесть не могла бы выдержать моей смерти, ведь так случилось, что я спасла тебя! Я, а не твоя любимая Алекс! Но она все равно всегда будет иметь надо мной преимущество! Что бы я не сделала, мне никогда не занять место в твоем сердце... Что ж...я переживу это. Она сильно влияет на тебя... Как только она появилась, ты наплевала на семь лет нашей дружбы, Мора... Мы - не только подруги, Мора, мы - коллеги. Мы пережили ублюдка Хойта и еще кучу всяких отморозков...       Джейн перевела дух. Мора, пораженная страстной отповедью женщины молчала. Жгучий взгляд, казалось, проникал в душу, затрагивая особые струны.       - Это она посоветовала тебе поговорить со мной, ведь так? Это был просто подарок...Я думала, что хоть его ты сможешь принять, не ища подвоха и не требуя объяснений. Алекс манипулирует тобой, а ты и рада... - Горечь наполнила взгляд Риццоли. - Ты разве не устала от этой роли? Стервозная леди... Я не узнаю, тебя, Мора. Это тебе не свойственно. Ты всегда была женственной, ранимой, твой острый ум и какая-то чистота заставляли мое сердце трепетать, я была готова защищать тебя всю мою оставшуюся жизнь... Да я виновата, но не знаю в чем, хотя думаю, что ты наказала меня достаточно...       Джейн покачнулась. Перед глазами стало меркнуть, из легких будто выкачало весь воздух. Уже падая она чувствовала, как кто-то придерживает ее за плечи и упрямо пытается докричаться до нее, но спасительная тьма милостиво раскрыла свои объятия, избавляя ее от боли и даруя избавление.       Чайник весело засвистел, возвещая присутствующим об окончании своей миссии.