Ни тени улыбки

Проводив девушку немного растерянным взглядом, Локи обратил свой взор на Миру, которая бесстыдно его рассматривала. Что ж, это даёт Богу полное право так же бестактно рассмотреть его «няньку» (хотя, кому мы врём, он бы всё равно это сделал). Девушка была хорошо сложена: худые ноги, округлые бёдра, плоский животик и… полное отсутствие груди. Почему-то у парня это вызвало странную мысль о Лиз, формы у которой были до безобразия правильными. На личико Мира тоже была ничего: аккуратные, но не пухлые губы, большие зелёные глаза, чёткие скулы и очень миловидный носик. — Ваше Высочество, как Вы смотрите на то, чтобы подождать Элизабет в её покоях? — мягкий голос вывел парня из дум. — Что, прости? — Я думаю, Лиз не будет против, если ты подождёшь её там, — сделав ударение на обращении, намерено меня его с уважительного на панибратский, как это только что сделал сам принц, наклонила голову воительница. — Да, я, пожалуй, думаю, это очень удачное предложение, — трикстер прокрутил мысль о том, что в этом месте он был абсолютно везде, кроме спальни Лиз, ведь она поселилась тут много позже его выпуска. Преодолев, наверное, сотню одинаковых тёмных коридоров, они вошли, наконец, в широкую комнату, которая освещалась лишь огнём из камина. Внутренне Локи немного притормозил, ведь это была гостиная старших полководцев, в том числе — Магистра. Мира же без колебаний прошествовала к двери в дальнем углу и остановилась возле него, глянув на опешившего Бога. Увидев замешательство на его лице, она спокойно пояснила: — Ваша сестра очень много сделала для Цитадели. Она была одной из тех, кто возглавлял спасательную миссию в Альвхейм. Вы зря так настораживаетесь, Ваше Высочество, это комната принадлежит Лиз, как советнику Магистра. Брюнет ответил резким кивком и толкнул дверь. «Нянечка» тактично попрощалась и удалилась, после чего дверь была закрыта изнутри. Комната была выдержана в синих тонах, что не могло не заставить Локи улыбнуться. Сапфиры, ну, конечно. Но рассматривать было ровным счётом нечего, ведь комната была точной копией асгардской спальни принцессы. Те же кинжалы на стене, тот же стеллаж с книгами, но вот книги были абсолютно другими. А вот на столе лежит записная книжка в зелёном тканевом переплёте. Руки непроизвольно тянутся к этому предмету, и Бог Лжи открывает книжицу в середине. Эмоции на лице царевича сменяют друг друга: растерянность, радость, непонимание, замешательство… и вот хитрая и довольная ухмылка всё-таки воцаряется на губах трикстера. Пальцы переворачивают дневник к первым страницам и глаза довольно скользят по аккуратным буквам, выведенным любимыми руками.

День 1

С великим трудом я уговорила Тора помочь мне в разговоре с отцом. Ничего особенного, мне просто нужна была поддержка. Отец был в полнейшем замешательстве, когда я обратилась к нему с просьбой о посещении Колдовского Дворца. Однако одна фраза заставила его сменить гнев на милость, и вот я сижу в комнате, выделенной мне в Цитадели. Мой путь будет долог и тернист, но оно того стоит… я надеюсь. Что же касается Локи, поговорить нам так и не удалось. Нормально поговорить. Наверное, это единственное о чём я жалею, ведь теперь я очень долго его не увижу, а написать мне не позволит гордость. Теперь моя главная задача — научиться понимать себя и свою магию. Я стану лучшей, я обязана не ударить в грязь лицом, не хочу опозорить брата и, в очередной раз, подвести его. Дороги назад нет Рука Бога дрогнула. Вот значит какие мысли сидели в этой шатенистой головушке. Несколько страниц были перевёрнуты и Локи открыл случайно выпавшую.

День 38

Сегодня я первый раз не разнесла лабораторию. Чёртовы травы. Кто же знал, что ландыши и черемша так похожи? Но сегодня я всё-таки добила эту сыворотку, что несказанно порадовало учителя. С магией всё обстоит намного лучше, контроль над силой обретает свои очертания с каждым днём всё больше. И всё бы ничего, но… до лучшей мне пока далеко, я в упор не понимаю, как Локи со всем этим справлялся. Сегодня утром ворон принёс письмо от матушки. Она пишет, что во дворце меня не хватает, а Тор начинает зазнаваться, когда ему долго никто не поддевает доспехи кинжалами. Я скучаю. Но домой не хочу. Записи такие короткие, но такие ясные. Открыв блокнот на середине, зеленоглазый воззрился на страницы.

День 378

Сегодня я разговаривала с Магистром Хрейдмаром. Его очень радуют и удивляют мои успехи в стихиях и зельях. Через пару недель у меня аттестация, что, по его словам, невозможно было до моего появления. Он думает, что если я успешно всё сдам, то Стихийные Хранители предложат мне вступить в их ряды. Надеюсь, они не сильно расстроятся, услышав отказ. У меня другие планы. И я намерена осуществить их как можно быстрее

День 551

Наконец, я доползла до своей спальни. Последние три дня я провела в лазарете. Сначала мне сказали, что заболел главный целитель, и они очень нуждаются в каждой паре рук. А после трёх бессонных ночей я узнала, что это была проверка. И я её прошла. Магистр смотрел на меня таким взглядом, будто я его величайшая надежда. Через пару дней я стану воительницей Колдовского Чертога. Официально. Я сделал это С интересом Локи открыл запись, сделанную два дня спустя.

День 553

Это что-то… невероятное! Меня назначили главой воинского отряда! Но это не самая приятная новость. Магистр говорил со мной с глазу на глаз. По его словам, у меня есть все шансы в будущем войти в Совет. Однако чем дальше, тем записи в блокноте появлялись реже. И это наводило на определённые мысли.

День 583

Мы действительно побывали в пекле. Моя радость сошла на нет, когда мой отряд попал в засаду тёмных эльфов. Надо ли сказать, что это была просто разведка, поэтому оружия у нас было максимально мало. Из двадцати человек, отправившихся со мной на миссию, вернулись семнадцать. Руки дрожат, пальцы и одежда в крови, но не в моей. Сердце Аморы уже остановилось, когда мне чудом удалось сотворить портал в Чертог. Сегодня я Магистр сказал, что я действительно Богиня Жизни, но это меня совсем не радует. Я видела Хельхейм. Первый раз. Я буквально выдернула сознание Аморы, пытаясь вернуть её к жизни На странице действительно стояло стояло несколько кровавых пятен, а буквы скакали по странице. Локи нахмурился. Каждая запись нравилась ему всё меньше и меньше.

День 600

Сегодня меня приняли в Совет. По словам Хреймдара, я совершила невозможное, когда вернула отряд почти в целости. Все мои ребята заявили мне, что каждый из них готов отдать за меня свою жизнь. Видимо, я одна недовольна тем, что кто-то из них остался навсегда покоиться на земле тёмных эльфов. Сегодня меня посетил странный сон. Я видела, как Магистр врывается в мои покои со словами о возможной атаке. Не уверена, что стоит предавать этому значение, я могла просто перенервничать из-за неудачного задания. Однако что-то всё-таки меня в этом пугает Принц тяжело сглотнул, прикрывая глаза. Быть такого не может. Каждая запись казалось чем-то бредовым. И если бы эти страницы были бы исписаны кем-то другим, не Элизабет, он непременно посмеялся бы.

День 668

Хранители Стихий всё чаще говорят мне о необходимой помощи им. Я всё так же, как и раньше, отвечаю отказом. Все мои миссии пока что приносят достаточно неплохие результаты. В последний наш разговор с Хреймдаром… он поделился со мной опасением на счёт шпиона в Чертоге. Признавая меня равной себе, он всё чаще говорит со мной наедине. И в этот раз я опасаюсь, что его догадка может оказаться верной. Все наши маршруты так чётко угадать не сможет даже самый сильный провидец. И я намерена найти и своими руками убить того, что сдаёт нас. Не потому, что я жестока, нет… просто правосудие. Если ты обвинил, ты должен сам привести приговор в исполнение. А я последнее время очень серьёзно отношусь к каждому своему действию. Да, время в Цитадели определённо изменило меня… Только хорошо это или плохо… пока не ясно Однако исполнила ли принцесса свою угрозу — узнать не удалось. Всё потому, что следующая запись была посвящена никому иному как альвам.

День 718

Альвхейм прислал просьбу о помощи. Мир светлых эльфов охвачен огнём, с которым они не могут бороться. Суртур взялся за старое. Поговорив с Хреймдаром, мы решили, что поход возглавлю я. Всё так быстро. И меня это пугает. Однако он уверен, что лучше меня никто не справится. Магистр утверждает, что шансов спасти эльфов почти нет. Но я с ним не согласна. Я не просто так Богиня Жизни и Истины. Я сражаюсь за живых. И это — моя истина.

День 730

Спасти всех мне не удалось. Две трети альвов погибли, а сними и их король. Совет доволен количеством спасённых. Совет. Но не я. Я по-прежнему ни на что не гожусь. Даже обретя эту силу, власть, я ничего не могу. Суртур, на мой взгляд, был слишком силён. Такая сила у огненного демона? Очень сомнительно. На поле боя был кто-то ещё. Кто-то сильный и чертовски опасный, потому что я чувствовала смерть там, где её быть не должно было. Через пару часов я отправлюсь в Асгард. Как странно… за эти два года я почти не думала о них. Это только лишний раз доказывает то, что они — не моя семья. Разве что мысли о Локи посещали меня несколько раз. Я опять подвела его. Я не справилась. Но я не могу отрицать то, что я соскучилась по всей царской чете. Страшно лишь одно — столкнуться с трикстером. Последнее время меня посещают странные и пугающие мысли касательно него. Я бы предпочла не встречаться с ним, пока не разберусь в своих чувствах. Почему только я уверена, что моим планам не суждено сбыться? Это была последняя запись. Очевидно, принцесса уехала в Асгард, оставив блокнот в Ванахейме. Локи смотрел на блокнот в своих руках, теперь уже закрытый. В голове была пустота, все мысли как будто остались в этой самой книжице. Послышалось покашливание, и Бог поднял взгляд на источник звука. Напротив него, в дверях, стояла Элизабет, и взгляд её выражал крайнюю степень недовольства. — Всё прочитал, что хотел, — пугающе спокойно спросила Богиня и взяла вещь из рук брата. Секундой спустя её напускное спокойствие стало понятно: полы дорожного плаща царевича полыхали уже вовсю. Но ас лишь удивленно скользнул взглядом по пламени и не предпринял попыток его потушить. Через несколько секунд Лиз прижимала его за плечи к стене. Она сама потушила то, что разожгла. И в первом, и во втором случае магией. — Локи! — она тряхнула его, впечатав в стену. — Возьми себя в руки, Хель тебя подери! Сейчас не самое время читать слезливые записки с жалобами на судьбу и воспринимать всё на свой счёт! Ответа не последовало, трикстер лишь пристально взглянул в глаза девушки, что стояла напротив. Его взгляд бегло скользнул по чертам лица. Глаза широко раскрыты, и в их синеве пылала ярость. Губы сомкнуты, но не настолько плотно, чтоб образовать тонкую ниточку; они по-прежнему пухлые и розоватые, хотя парочка ранок не скрылась от пронзительного взгляда зелёных глаз. Нос вздёрнут, а щёки раскраснелись. Прослеживая движения глаз Бог, колдунья абсолютно точно определила, что он разглядывает её (конечно, капитан-очевидность), и отпрянула. Вот только сейчас Бог Озорства среагировал молниеносно, он рывком притянул шатенку к себе за локоть, разворачивая её и впечатывая в то место в стене, куда она минуту назад с громким неправильным треском приложила его. Руки скользнули по плечам вверх. Одна остановилась на ключице, мягко очерчивая её очертания. Вторая ладонь, с нехарактерной для принца лаской, легла на щёку голубоглазой. — Локи, я не думаю, что сейчас самый подходящий момент, — хрипотца в голосе Богини Жизни выдавала её возбуждение, а ярость в глазах утихла, уступая место растерянности. — Для нас с тобой никогда не будет «подходящего момента». Но я буду рядом с тобой. Против всего мира. Лишь бы ты была рядом, — горячий шёпот обжег ушко, а по спине прошёлся холодок. Это был не липкий страх, а что-то новое. Этого Богиня ещё не испытывала, и это пугало её больше, чем предстоящее сражение с Хелой. Локи с уверенность поддевает подбородок, чуть приподнимая голову шатенки. Заставляет посмотреть ему в глаза, после чего склоняется к желанным губам, касаясь их легко-легко, словно этот жест мог испепелись девушку, находящуюся слишком близко к нему. Подавшись неизвестному порыву, Лиз делает быстрое движение вперёд, кладёт руку на шею брюнета и отвечает на поцелуй, пытаясь перехватить инициативу. Царевич шагает вперёд. Всего один шаг, и Элизабет зажата между ним и стеной, обездвижена его действиями. Прикусив нижнюю губу, парень услышал недовольный стон и получил укус в ответ. Теперь уже колдунья чувствовала его улыбку сквозь поцелуй. Если бы они только могли, они бы остановили время. Но то ли нехватка воздуха, то ли внезапно распахнувшаяся дверь заставили в секунду отстраниться друг от друга. На пороге комнаты стоял Магистр. И на лице его явно читалось удивление и непонимание. — Я, конечно, приношу свои извинения. И лезть не в своё дело я не собираюсь. Но… Лиз, мы отбывает в Асгард. Вы с нами? — Мы… — голос оказался хриплым, поэтому чуть откашлявшись, воительница оттолкнула Локи и снова заговорила, — нет. Пока нам нет туда дороги. Подожди, ты тоже отправляешь? А кого вы оставите в Цитаделе? — Отряд воителей останется тут, — отчеканил Хреймдар. — Тебе не кажется, что этого мало? — Охранять здесь почти нечего. Один артефакт, и тот, скорее всего, не нужен Хеле, раз она оставила его здесь в первый раз. — Это… опрометчиво, Магистр. Но если ты считаешь, что так будет лучше, то я вынуждена с тобой согласиться, — Элизабет поклонилась и подошла к мужчине. — Прошу тебя, будь осторожен. Не делай ничего, чего не сделала бы я, договорились? — её руки легли ему на плечи. — Обещаю, моя царевна. А ты пообещай, что в бой мы с тобой пойдём вместе, — намекая на опасность предстоящей миссии девушки, произнёс он. — Я сражаюсь за Живых, помнишь, Хреймдар? И это — другая война, друг. Моя. Тишина наполнила комнату, как бы напоминая о том, что не до каждого уголка Вселенной добрались сражения.