New dawn fades

На следующий день Рейчел стало намного лучше. Ей дали разрешение не ходить на уроки, но та отказалась, потому что всё последнее время ее одолевала тревога. Надо было отвлечься, и урок по уходу за магическими существами подходил для этого. На них Полумна очень много говорила, и кого-то могло это напрягать, но только не Рейчел. Для нее это было что-то вроде терапии — слушать, как подруга говорит о чем-то, что ее до безумия интересует. Сегодня был совместный урок со слизеринцами. Они были более шумными, чем обычно. Кто-то шептался, а кто-то вовсю хохотал, и каждый говорил только об итогах вчерашнего дня. То, что кубок выбрал именно Гарри, не на шутку взволновало весь Хогвартс, а Слизерин — особенно. — Поттер, конечно, тот еще придурок, — громче всех остальных возмущался Драко Малфой, — Я все понимаю, он у нас звезда, но чтобы такое... клоун гриффиндорский. Рейчел наблюдала за Драко с самого начала, когда только приехала в Хогвартс, и не совсем понимала, почему этот парень так озлоблен на все, что его окружает. Кто бы что ни говорил, он вызывал интерес именно тем, что никто не мог его понять. Кроме парочки друзей, Драко никогда никого не подпускал близко. Это отличало его от многих других студентов, которые были всегда приветливы и радушны. Именно поэтому этот человек был интересен для Рейчел. Что-то ведь скрывается за напускным высокомерием? — Слушай, — Рейчел наклонилась к Полумне, — что с ним не так? — Они с Гарри всегда были врагами, — та пожала плечами, — И я думаю, что это из-за того, что Гарри популярнее Драко. Ему страшно, что кто-то его затмит. А может завидует. Я вижу, что в глубине души он другой. — Ты ведь не думаешь, что Гарри сам бросил имя в кубок? — Это невозможно. А ты клонишь к тому, что его подставил Драко? — Нет, конечно, — отмахнулась Рейчел, — Мне кажется, тут что-то намного серьезнее... Подруги задумчиво оглядывали слизеринцев во время разговора. Сегодня они вели себя, как дети: Малфой раздал однокурсникам значки в поддержку Седрика и против Гарри. Многим это казалось забавным. Драко подошел к Рейчел и Полумне и предложил им тоже носить значки. — Ты же в курсе, что мы дружим с Гарри и не станем это носить? — усмехнулась Рейчел. — На чокнутую я и не надеялся особо, — Драко глянул на Полумну, — а вот от тебя, Мартин, не ожидал. Я думал, ты неглупая. — Сам Драко Малфой сформировал мнение обо мне, какая честь, — ответила Рейчел с иронией. — Можешь записать это в список своих говно-достижений и дальше тусить с чокнутой, — ухмыльнулся Драко. — Скажи еще раз "чокнутая" и тебе конец, — невозмутимо сказала Рейчел. — Успокойся, Рейч, — предостерегла Полумна. — Слабоумие и отвага, — покачал головой Малфой, очевидно не захотев развивать конфликт. — Зачем вы сделали эти значки? — попыталась сменить тему Полумна. — А это не мы, — ответил Драко, — это пуффендуйцы. — Что? — удивилась Рейчел, — это не похоже на них. — А как бы ты себя повела, если бы у тебя попытался отобрать победу заносчивый гриффиндорец? — Так же, как и с заносчивым слизеринцем. — Лучше быть заносчивым слизеринцем, чем скучной когтевранкой, знаешь, — ответил Драко с насмешкой, развернулся на пятках и удалился, не дожидаясь ответа. Когда он был достаточно далеко, Рейчел спросила у Полумны: — И часто ты позволяешь окружающим мешать тебя с грязью? — У всех свои тараканы, Рейчел, — улыбнулась Полумна, — Если реагировать на каждого, кто тебя провоцирует, можно пропустить всю жизнь. — Но ты же не чокнутая, — не унималась Рейчел. — Достаточно того, что мы с тобой это знаем. Было странно осознавать, что травля Гарри — инициатива пуффендуйцев. Казалось, они не способны на злость. Неужели они настолько не уверены в Седрике, что им требуется самоутверждаться за счет Гарри? Бред. Драко, конечно, мог соврать, но это было бы глупо и бессмысленно. То, что Рейчел была лучшей подругой Седрика, знали все вокруг, а значит очевидно, что она рано или поздно узнает правду. Нет, Драко не стал бы врать. Перед уроком прорицаний было достаточно свободного времени, и Рейчел решила найти Седрика и прояснить ситуацию со значками. Как будто с помощью телепатии, они, не договариваясь, встретились во внутреннем дворе под тем самым деревом, где они часто собирались. Слава Мерлину, погода улучшилась и уже позволяла проводить время на свежем воздухе. — Я тебя как раз искала, — улыбнулась Рейчел. — Да? А что случилось? — Произошла странная ситуация... — Как будто у тебя бывает по-другому, — перебил Седрик. — Вообще-то бывает, — нахмурилась Рейчел, — просто редко. В общем, мне сказали, что пуффендуйцы стали носить значки в твою поддержку, но против Гарри. Это правда? Седрик смутился. — Я не знаю, — признался он, — но если это так, я попрошу их снять значки. А там что-то жесткое? — Не могу точно сказать, я не запомнила. Слизеринцы агитировали носить эти значки... но это же все равно по-детски. — Согласен. Еще одно расследование? — Еще одно расследование. — Кстати о Гарри, — посерьезнел Седрик, — ты его сегодня видела? — Нет, а ты? — Я тоже нет. Это странно. — Как будто у тебя бывает по-другому, — передразнила Рейчел. Седрик демонстративно закатил глаза. — Что у тебя сейчас? — Прорицания. — Первый урок? Это же отлично! — Да, — кивнула Рейчел, — надеюсь, все будет нормально. А у тебя что? — Вообще, чары, — Седрик нервно почесал затылок, — Но нас забирают на какую-то проверку волшебных палочек. — Это еще зачем? — Хотят проверить их исправность, у нас же теперь повышенные требования к безопасности. — Ну, если будет что рассказать, обсудим на ужине, ладно? И ты же встретишься с Гарри на этой проверке, попробуй с ним поговорить, ладно? А то больно он странный после вчерашнего. — Договорились. Беги на урок, опоздаешь. Рейчел лениво помахала рукой в ответ и быстрым шагом направилась в сторону Северной башни. Найти класс прорицаний было достаточно сложно, потому что дверь была неприметной, ветхой, и со стороны больше походила на вход в кладовую. Неловко постучав, Рейчел приоткрыла дверь. На углу преподавательского стола сидела высокая худощавая женщина лет сорока пяти. У нее был стул, но она все равно сидела на столе, покачивая одной ногой. Подол длинной цветастой юбки почти полностью скрывал ноги преподавательницы. Длинными пальцами, ногти на которых были накрашены темно-синим лаком, она перебирала старую колоду карт. Пушистые и непослушные кудряшки, путаясь с длинными серьгами, бились о лицо женщины, пока та бормотала: — Повешенный... Так... Страшный суд... Вот это да... Башня... Хм-м... Колесо фортуны... Двойка кубков... Жрица... Рейчел разглядела в руках преподавательницы карты таро и перевела взгляд на часы. До урока оставалось семь минут. Это было странно – делать расклад в такое неудобное время. Как будто это не расклад, а обычный магловский пасьянс. Решившись отвлечь профессора, Рейчел откашлялась и сказала: — Здравствуйте. Я не опоздала? — О! — женщина вскинула голову и посмотрела в сторону двери через толстые диоптрии старых очков, — Меня зовут профессор Трелони. А вы мисс... — Мартин, профессор. — Новенькая, — протянула Трелони, прищурившись, — присаживайся. Рейчел окинула взглядом тесный кабинет и заметила, что учеников очень мало. Видимо, факультатив совсем не пользуется популярностью в Хогвартсе. Все шторы в классе были задвинуты, но везде висели небольшие лампады, освещающие рабочие места тусклым светом. В воздухе пахло чем-то пряным. — Я тут делала расклад, и мне кажется, что он как раз для вас, — Трелони наклонила голову, глядя Рейчел прямо в глаза. — Что вы имеете в виду? Профессор постучала перстнем по одной из лежащих на столе карт. Подняв ее лицом к ученикам, Трелони назвала карту: — Повешенный. Сможете объяснить ее трактовку? — В том положении, в котором вы ее показываете – безвыходная ситуация, полагаю, — ответила Рейчел. — А вы, кажется, тоже находитесь в ситуации, выход из которой не можете найти. Другое значение этой карты – готовность принести что-либо в жертву ради высшей цели. Рейчел промолчала. Эта женщина казалась ей все более и более странной. Тем временем она положила карту на стол и взяла следующую. — Страшный суд, — продолжала она, — Будьте готовы к трудностям. Повисла тишина. — А впрочем можем поговорить после урока и разобрать этот расклад. От этих карт явно веет вашей энергией. Оставшаяся часть занятия прошла спокойно, несмотря на то, что Рейчел была слегка растеряна. Остальные ребята без особого интереса смотрели в хрустальные шары, пропуская мимо ушей методики составления трактовки символов. Увидеть что-то в куске хрусталя было действительно сложно, но по крайней мере интересно. Рейчел передернуло, когда она представила, как сейчас вместо этого сидела бы на лекции по маггловедению или истории магии. Концентрироваться на образах в шаре было тяжело, потому что нужно было обязательно освободить голову от мыслей. А чем сильнее пытаешься от них избавиться, тем прочнее они оседают. — Это только поначалу так, — отмахнулась Трелони, когда после урока Рейчел сообщила о том, что у нее ничего не получается, — Любой дар проявляется лишь со временем. Преподавательница в очередной раз всмотрелась в лицо своей ученицы, после чего сказала: — А у вас как раз есть дар. Знаете, что на это указывает, помимо вашей энергетики? Трелони постучала перстнем по последней карте из расклада и села за стол. — Жрица? — недоуменно спросила Рейчел. — Именно эта карта в вашем раскладе говорит о том, что у вас дар к прорицанию и развитая интуиция. — А остальные карты? — Хм-м... Башня. Грядут большие перемены в вашей жизни. Не поддавайтесь этой встряске, потому как вам отведена большая роль в ситуации, с которой вы вот-вот столкнетесь. Колесо фортуны принесет удачу, и могу вам точно сказать, что это событие будет судьбоносным. Трелони вдруг хитро улыбнулась. — Остается двойка кубков. Можно сказать, что благодаря этой ситуации вы обретете настоящую любовь. Рейчел смутилась. — Ох, не забивайте голову, — тут же махнула рукой преподавательница, — Все сложится отлично. И ваш дар, его нужно раскрыть. — Я как раз хотела поговорить насчет этого, — неуверенно начала Рейчел, — Дело в том, что с самого детства мне приходят видения, и я не знаю, как их трактовать. Я специально выбрала этот предмет, чтобы развивать свои способности. Знаю, звучит глупо, но мне кажется, что эти видения очень важные... — Что ж, — Трелони приподняла бровь, продолжая смотреть на карты, — В таком случае мы будем с вами усиленно работать с системами символов. У вас низкие навыки трактовки, я правильно понимаю? — Видимо да. — А я чувствовала, что у вас необычный дар. Ваша энергетика говорит сама за себя. Ну ничего... всему научитесь... Трелони хотела сказать что-то еще, но в дверь нарочито громко постучали. В класс вошла Амбридж, ослепляя яркостью своего розового пиджака и натянутой улыбкой. — Как хорошо, что и вы тоже тут, — сказала Амбридж, глянув на Рейчел и противно хихикнув. — Здравствуйте, — бросила Рейчел. — А вы по какому вопросу? — настороженно спросила Трелони. Было видно, что между ними есть напряжение, хотя у кого оно не возникало при виде Амбридж? Она, постукивая каблуками, компенсирующими ее маленький рост, прошлась вдоль стены с ловцами снов и покачала каждый из них. На вопрос Амбридж не отвечала. Повисло неловкое молчание. — Видите ли, — наконец начала она, — я хотела спросить, как мисс Мартин справляется с вашим предметом. Вы меня знаете, я переживаю за каждого ученика в стенах этой школы. Амбридж попыталась сделать сочувственное выражение лица, но получилось что-то вроде гримасы. — Но это мой первый урок, — возразила Рейчел. — Поверьте мне, компетентный преподаватель может сразу понять, способный его ученик или нет, — Амбридж перевела взгляд на Трелони, — Верно же? Сможете сказать что-то о своей новой ученице или алкоголь совсем вас подкосил? Рейчел не понимала, о чем говорит Амбридж и зачем было упоминать этот факт, даже если это и правда. Но сказать она ничего не могла. Оставалось молча возмущаться. — Я не алкоголичка, — равнодушно произнесла Трелони, — а насчет мисс Мартин могу сказать, что она весьма талантлива. — Правда? — улыбнулась Амбридж, — Она мне недавно напредсказывала всяких гадостей. Как и вы, предсказывает только плохое. — Я все еще здесь, — устало вздохнула Рейчел. Амбридж несколько секунд молча сверлила Рейчел взглядом, затем снова натянула улыбку. — Я желаю вам успехов в изучении предмета, — проговорила она и, не сказав больше ни слова, направилась к выходу. Дверь хлопнула и Трелони подскочила на стуле. Ее глаз задергался. — Вас она тоже терроризирует, — утвердительно сказала Рейчел. — Ищет поводы меня уволить, — Трелони нервно поправила очки, — А мне идти некуда... ох, не забивайте себе голову и сами старайтесь не поддаваться ее воздействию. Рейчел покачала головой. Этот разговор оставил неприятный осадок. Попрощавшись с профессором Трелони, она неспеша пошла в Большой зал. Близился ужин. Рейчел решила пойти в обход, поскольку погода улучшилась, и можно было пройтись по опавшим листьям, прислушиваясь к их хрусту. Несмотря на частые дожди, осень была любимым временем года Рейчел. Она любила дни, когда небо светло-серое, но нет дождя. Такую погоду часто можно было наблюдать дома, в Швеции, только там было еще и ветренно. Рейчел вспомнила, как они с братом приходили на холм и кричали на ветер. Они считали, что таким образом поток воздуха уносит проблемы и негативные эмоции. Фил и Рейчел были детьми, когда придумали этот ритуал, но во взрослой жизни он бы тоже пригодился. Девушка улыбнулась своим мыслям, раскидывая ногами листья. — Вот бы поскорее с тобой увидеться, — прошептала Рейчел. Спустя минут двадцать она уже была в Большом зале и обсуждала итоги дня с Седриком, пытаясь перекричать всех остальных в зале. Две делегации из других школ – это не так уж много людей, но благодаря им в Большом зале было тесно и шумно. Дурмстрангцы особенно громко смеялись за каждым приемом пищи. — Слушай, ну она с меня глаз не спускает, — жаловалась Рейчел на Амбридж. — Достала она, — с солидарностью кивнул Седрик, — но в целом тебе же предмет понравился? — Это интересно, — пожала плечами Рейчел, — С ума сойти, сколько существует видов гаданий! Но вообще-то я должна сосредоточиться на видениях. — Только если ты окончательно пришла в себя, — обеспокоенно сказал Седрик, — Не думаю, что это хорошая идея. — Что именно? — Изматывать себя, Рейч. — Со мной все в порядке, — махнула рукой Рейчел и начала накалывать овощи на вилку, — Ты лучше скажи, что там за проверка волшебных палочек была? — Ничего особенного, просто проверили и все. Единственное, там были журналисты из "Ежедневного пророка". Рейчел скривилась в ответ. — Вот-вот, — улыбнулся Седрик, — Одна противная журналистка долго брала интервью у Гарри, но при этом не взяла ни у меня, ни у Флёр... ни у Виктора. Хотя не знаю, есть ли смысл брать интервью у него, потому что за эти три дня я только один раз слышал, как он говорит. Да и то язвит. Седрик взглянул на Рейчел, проверяя ее реакцию на упоминание Виктора. Но никакой реакции не было. Видимо, она не скучала по нему. "И слава Мерлину, он же токсичный и вообще скользкий тип", – пронеслось в голове у Седрика. — Думаю, это интервью появится уже в завтрашнем выпуске на первой полосе, — покачала головой Рейчел, — Этот ваш "Ежедневный пророк" не упустит возможности нассать в уши читателям. — Это точно, — усмехнулся Седрик, — А потом нас очень долго фотографировали, потому что Флёр отказывалась вставать нерабочей стороной. — Как ты вообще выжил в этом дурдоме? — Сам поражаюсь. — А ты говорил с Гарри? — спросила Рейчел. — Да, он сказал, что пуффендуйцы действительно носят эти значки и постоянно к нему прикапываются, поэтому он избегает всех и вся. Я что-нибудь придумаю. — Просто скажи своим переделать значки, они тебя послушают. Ужин подошел к концу, студенты начали разбредаться. Когда Седрик спросил у Рейчел, чем она планирует заниматься до конца вечера, она вздохнула: — Не знаю, я как-то устала за сегодня. Наверно пойду к себе. После этого друзья попрощались и каждый пошел в свою сторону. Не успела Рейчел дойти до конца коридора, как внезапно кто-то напал на нее со спины и начал трясти ее за плечи. Испуганно оглянувшись, она увидела Фреда и Джорджа, прыгающих вокруг нее. — Мы как раз тебя искали, — улыбнулся Джордж. — Вы совсем больные? — нахмурилась Рейчел, — Нельзя так подкрадываться! — Ты в последнее время часто хмуришься, даже прямо сейчас, вот, смотри! — тыкнул пальцем Фред. — Поэтому самое время пойти полетать на метлах, как и договаривались, — подмигнул Джордж. — Уже поздно, я устала, — взмолилась Рейчел. — Не будь занудой, — воскликнул Фред, — Нам Гермионы и так хватает. Для веселья никогда не может быть поздно! Джордж только сложил руки в умоляющем жесте и постарался сделать жалобное выражение лица. Это выглядело комично, поэтому Рейчел невольно прыснула. — Вот видишь, смеяться у тебя есть силы, значит и на нас найдешь, — сказал Джордж. — Почему бы нам не отложить до завтра? Я сейчас не настроена, — предложила Рейчел. — Ты бубнишь, как бабуля, — фыркнул Фред, — Завтра может опять дождь начнется, а сегодня погода идеальная. — Как же с вами тяжело, — покачала головой Рейчел. — Пойдем, сейчас будет легко, — подгонял Джордж. Братья спрятали метлы за одной из колонн. — Точно не хочешь взять и себе метлу? — поинтересовался Фред, размахивая своей метлой, как посохом. — Точно, — твердо ответила Рейчел. Трое друзей вышли на улицу со стороны оранжереи, где их встретил холодный вечерний воздух. В паре сотен метров от оранжереи начиналась скалистая возвышенность. С виду она казалась не очень высокой, но чем больше смеркалось, тем внушительнее она выглядела. Оказывается, Фред и Джордж мечтали на нее взобраться уже год, но забывали, потому что в их головах миллион разных идей, которые обязательно нужно реализовывать здесь и сейчас. Фред шел впереди всех и, кажется, совсем не уставал. За ним шел Джордж, но постоянно оглядывался назад, проверяя, не отстает ли Рейчел. Она довольно часто спотыкалась о камни и корни деревьев, чем смешила близнецов. Один раз Рейчел так сильно споткнулась, что чуть не упала, но Джордж моментально среагировал, поймав ее за руку. Это было удивительно, поскольку Рейчел была убеждена, что и Джордж, и Фред рассеянные и невнимательные, поэтому просто не могут быстро реагировать. Когда девушка почувствовала на своей руке крепкую хватку, она поняла, как сильно заблуждалась. Наконец показалась верхушка холма. Здесь было ветренно. Рейчел не смогла сдержать улыбку, потому как буквально сегодня вспоминала их с Филом ритуал. — Чего ты улыбаешься? — спросил Джордж, стоявший рядом, пока Фред возился с метлой, — Красиво, да? — Да, я просто вспомнила, как в детстве мы с братом кричали на ветер, — смутилась Рейчел. Джордж рассмеялся. Каждый раз, когда он смеялся, рыжие пряди забавно прыгали у его лица. — Зачем вы это делали? — Нам тогда казалось, что вместе с криком ветер уносит весь негатив, — пояснила Рейчел. — И как? Работало? — спросил Джордж, слегка наклонив голову. — Кажется, да. Джордж улыбнулся в ответ, но в этой улыбке было что-то хитрое. Он подошел почти к самому краю обрыва и закричал. — Ты чего орешь, придурок? — испугался Фред. — Да ты сам попробуй, — усмехнулся Джордж, — Ты такую легкость почувствуешь. — Ты, кажется, бобов за ужином объелся, — покачал головой Фред, усаживаясь на метлу. Джордж оглянулся на Рейчел, которая наблюдала за этим со стороны, прислонившись к стволу дерева, и развел руками. — Ничего он не понимает в твоих заморских ритуалах, — заключил он. Рейчел впервые заметила на щеках у Джорджа ямочки. Кажется, она нашла еще одно внешнее отличие между ним и Фредом. Джордж вслед за братом сел на метлу, чуть приподнявшись в воздухе. Фред тем временем вовсю накручивал мертвые петли. — Ты передумала? — крикнул Джордж, увидев, что Рейчел не сдвинулась с места. — Нет, все нормально, — замотала она головой и подошла ближе к обрыву. Все-таки было довольно высоко. — Тогда выбирай, с кем полетишь, — ответил Джордж. Рейчел с сомнением взглянула в сторону Фреда и сказала: — С тобой. Фредди слишком лихо управляет метлой. — Без проблем, — улыбнулся Джордж, — он все равно на своей волне. — Ну вы там долго еще? — запричитал Фред, — Как ни посмотрю, вечно о чем-то мило беседуют. — А ты чего сегодня такой злой? — улыбнулась Рейчел, закидывая ногу через метлу. — Да потому что вы как черепахи, — продолжал ворчать Фред. Казалось, Рейчел не сидела на метле тысячу лет, так непривычно было висеть в воздухе. Девушка ухватилась за края свитера Джорджа. — Тебя так ветром снесет, — предупредил он и, сделав небольшую паузу, сказал, — Но если обхватишь меня, то не снесет. — А... ладно, — Рейчел отпустила свитер и очень неуклюже обняла Джорджа со спины. Его одежда пахла выпечкой и чем-то, напоминающим запах дома. Сразу стало тепло. То ли от приятного аромата, то ли от того, что Рейчел слишком сильно прижалась к спине Джорджа, охваченная волнением перед полетом. — Мы готовы, — махнул Джордж Фреду. Фред, не ответив, устремился вниз. Казалось, он летел прямо в озеро, но на деле просто разгонялся, и выровнялся в нескольких метрах над водой. Джордж и Рейчел не отставали. Ветер дул в лицо со страшной силой, принося с собой капли из озера. Рейчел зажмурилась и попыталась спрятать лицо, но дело было не в ветре, а в панической боязни высоты. Было страшно смотреть вниз, страшно смотреть вперед и по сторонам, голова шла кругом и захватывало дух. Обычно люди описывают эти ощущения, как положительные, но это вовсе не так. Сердце сжимается и замирает на долю секунды, и это ощущается как маленькая смерть. Рейчел попыталась выдохнуть и открыть глаза. Издалека Хогвартс выглядел величественно и красиво, но ощущение полета леденило душу. Будто вот-вот сорвешься и упадешь вниз. Друзья облетели фасад замка со стороны озера и повернули обратно, долетев до поля для квиддича. Приземлились они во дворе Часовой башни. — Я как обычно прилетел первый, — усмехнулся Фред, соскакивая с метлы на ходу. — Нашел чем гордиться, — равнодушно ответил Джордж и тоже хотел слезть с метлы, но Рейчел не расцепляла руки, — Рейч, мы уже прилетели. В ответ молчание. — Ты там уснула что ли? — иронизировал Джордж и, несмотря на мертвую хватку Рейчел, слез с метлы. — Что такое? — подключился Фред. Рейчел не отвечала и продолжала обнимать Джорджа. Она ничего не могла поделать, потому что оцепенела и чувствовала, что ноги не будут держать ее без опоры. Джордж почувствовал, как она дрожит и недоуменно уставился в ее белоснежную макушку. — Я понял, — вдруг воскликнул он, — Ты не плохо управляешься с метлой, а боишься высоты! — Да ну-у? — протянул Фред. Джордж аккуратно расцепил руки Рейчел у себя на спине, чтобы посмотреть в лицо и привести в себя. — Это правда, — выдавила она, подняв взгляд. — Почему ты сразу не сказала? — спросил Джордж, держа подругу за плечи. — Я думала... что я смогу таким образом побороть страх... и я... не хотела вас обижать. — Мало того, что трусиха, так еще и глупая, — улыбнулся Джордж, приобняв Рейчел в надежде, что это ее успокоит. — Тем более надо было тогда сказать, — поддержал Фред, — Нам ты можешь доверять. — Вот именно, — кивнул Джордж, — Я бы... мы бы тебя как-то морально подготовили что ли. — А ты молчишь, — добавил Фред. — Вы правы, надо было предупредить, — согласилась Рейчел и ее голос был уже более спокойным. Джордж продолжал обнимать ее, повторяя, что все в порядке, и внутри этого мягкого уютного свитера растворялись все тревоги. "Литен фогель не должна бояться летать", — пронеслись в голове Рейчел слова, сказанные когда-то братом. Что бы это ни означало. Не должна.