Неравнодушие врага

      Вы выбрали Закончить. Я думаю это правильный выбор. Как говорится: «Меньше знаешь, крепче спишь». Да и ваше чутьë подсказывает вам лучше уйти из этого места как можно скорее. Вы чувствуете небольшое Deja vu, но быстро отбрасываете глупые мысли.       Вы убрали в стороны старые обгоревшие бумаги со всякими схемами и вышли из комнаты в тайный проход, найденный вами при случайном падении нескольких коробок, пока вы аккуратно пытались убрать грязную стопку посуды с металлического стола.

Вы выжили.

***

      Санс одиноко лежал на диване. Всë напоминало о Папирусе. Ему было больно. Он осознавал, что теряет своего единственного любимого брата. Чувства: боль, страх, отчаяние, гнев, горе, злость — захлестнули его голову с неимоверной силой. Он боялся.. Всегда боялся одиночества.. Оно будто поглощала каждую часть его души, уносило в тьму, заставляя предаваться мрачным мыслям. Ему казалось, что он сойдëт с ума, потеряет рассудок. Только единственный Папирус придавал ему смысл жизни, заставлял двигаться в этом жестоком мире и продолжать жить каждый день. Скелет никак не мог принять своë бессилие и слабость. — Папирус.. Почему ты бросил меня?..

Воспоминание Санса.

«Я пришëл домой после прогулки. На моëм теле были царапины и синяки. Сегодня меня опять обзывали и дразнили. Так хочется, чтобы отец наконец научил меня использовать магию, но он всë время занят.» — Хочу отомстить.. Убить их..       Санс зашëл домой, снял грязные вещи и пошëл в комнату, чтобы отдохнуть от ежедневной рутины. Обычно весь его день состоял в том, что он помогал отцу. Из-за его гениального складного ума и невероятных знаний в гуманитарных науках, скелет, в юном возрасте, был принят помощником королевского учëного. Однако, его недолюбливали и называли ботаником. Кто-то мог специально толкнуть его, забрать вещи или кинуть в него камень. Санс был ещë мал и поэтому не мог использовать все возможности своей синей магии. Всë, чем он отбивался, были только небольшие кости, которые только задерживали хулиганов, пока комик скрывался в снежном лесу, который запомнил как свои пять пальцев. Все раны и ушибы, Санс лечил сам, тщательно скрывая их принадлежность от своего родителя, но у него этого не получалось. Раны мог увидеть только тот, кто обладал синей магией.       Спустя 5 минут, входную дверь открыли. Это зашëл Гастер, он был одет в чëрно-белый костюм с туфлями, и Папирус, одетый в полностью оранжевый спортивный костюм с красным шарфом, подаренный ему братом. — Санс. Подойди ко мне. — спокойно подозвал к себе Гастер скелета. — Сейчас! — ответил скелет, он быстро накинул на себя домашнюю одежду и спешно побежал в зал, где уже на диване, Гастер пытался раздеть маленького Папса.       Санс оделся в то, что попалось под руки и намотал на свои кости несколько новых белоснежных бинтов, не заметных невооружённым взглядом. По дороге он успел неуклюже задеть несколько вещей, отчего они попадали на пол издавая трескающийся звук. Вскоре, комик стоял запыхавшийся у порога. — Привет пап и Папирус! — последовал голос Санса. — Привет, сын. Ты не мог бы помочь мне переодеть твоего брата. — сказал Гастер, он положил сумку на кресло и снимал с себя верхнюю одежду, аккуратно складывая ту на вешалку. — С радостью! — весело произнëс скелет и повернулся к младшему. — Папс, иди сюда. — Ньехехехе. — раздался смех, Папирус побежал на кухню убегая от, казавшегося ему взрослым, брата. — Стой! Сейчас я тебя поймаю! — крикнул Санс и бросился в погоню за своим младшим братом, Папирус уворачивался, проскальзывал под столом и стульями, маневрировал у шкафов и тумб, но в итоге был пойман. — Поймал тебя! — с усталостью выдохнул скелет. — Санс, ты закончил? — спросил отец. — Нет, сейчас. — сказал он и быстро, словно юлу, раскрутил своего брата и переодел, после он двинулся в комнату, где работает Гастер, неся в руках наскоро приготовленный кофе.       Эта комната была для Санса особенной. Там висело много схем и разных приборов, стояли книжные шкафы. Также в углу комнаты стоял стол, на котором лежали карандаши и ручки, стояла настольная лампа и был небольшой дневник, в котором записывались результаты какого-нибудь очередного эксперимента. Комик всегда любил наблюдать за тем, как работает его отец. Это завораживало и одновременно потрясало. Однако, бывало Гастер злился сам на себя, иногда совершая необдуманные действия. Например: он мог случайно создать кость и кинуть еë в стену, или, в тяжëлом случае, кого-нибудь близстоящего. Санс зашëл внутрь комнаты и посмотрел на отца, сидящего за своим местом. — Санс. — начал разговор он. — Да, отец? — говорил скелет так, словно всë хорошо. Ложь. — Подойди ко мне. — всë также не повышая тона и не выдавая себя говорил Гастер.       От Санса до стула Гастера было примерно 4 шага. Вот только с каждым пройденным шагом, напряжение между ними всë больше и больше росло. Глава семейства словно прожигал бедного Санса своими зрачками, будто знал что происходит с ним каждый день. Скелет подошëл вблизи к отцу и встал. — Санс, ты не мог бы показать мне свои руки. — словно приказным тоном, попросил Гастер сына. — З-зачем? — пытаясь притворяться, заикаясь спросил скелет. Он знал, что но уже давно рассекретили, но всë же верил в тот маленький шанс того, что его царапины на костях могут остаться незамеченными. — Не задавай глупых вопросов. Просто сделай это, тебе ведь нечего скрывать от меня. — ласково улыбнувшись по доброму, пояснил отец. — Хорошо.. — после этих слов, он протянул свои костлявые руки.       Гастер начал осматривать их. Он немного провëл своей кистью у предплечья Санса и по итогу задел бинт. — ..Не хочешь объясниться?.. — в вопросительном тоне поитерисовался Гастер у сына. — Э-это случайность. — быстро протараторил скелет, отварачиваясь своими скулами от проникающего взгляда. — Ладно. Я просто залечу раны.. Надеюсь, пока я занимаюсь этим, ты мне всë расскажешь. — сказал Гастер и, неожидая ответа, начал лечение.       Он снял бинты и слегка удивился. Конечно он уже видал эти порезы на руках, но сегодня их количество кажется возросло. — Тебя обижают? Мне нужно вмешаться? — обеспокоено спросил он сына. — Нет! Я сам справлюсь.. — ответил Санс, повысив свой тон. — Как скажешь. — ответил он и продолжил лечение.       Конечно назвать это выздоровлением трудно. Он просто прибавлял здоровья комику, отчего у того исчезали царапины. Однако, для полного выздоровления требовалось ещë неделя. Гастер прискорбно посмотрел на Санса, желая ему помочь. Если он вмешается, то сын будет оскорблëн, если не вмешается, то с каждым днëм будет всë больше и больше царапин настолько, что, возможно, когда-нибудь Санс будет полностью ими покрыт. — Может.. — начал Гастер. — пришло время тебя обучить использовать настоящую силу твоей магии? — Да! Да! — воскликал Санс, тряся руками. — Я так долго ждал этого дня! — Тише. Не нужно так радоваться. — попытался он успокоить скелета. — Сперва, я возьму с тебя обещание. — Какое? — торопясь спросил Санс. — Я уже невпредкушении! — Отнесись к нему со всей ответственностью. Это очень важно. — в серьезно тоне, попросил Гастер. — Внимательно слушаю. — Ты должен обещать мне никогда не использовать магию во вред, для этого я дам тебе особую работу, которая будет входить в твой распорядок дня. — ..Почему?.. — спросил Санс. — Вот представь. Какой из великий скелет, если ты будешь повсюду и везде внушать страх и разрушение. — И вправду. — по-детски думал он. — Не хотелось бы кого-нибудь убить случайно. — тогда он добавил. — Я буду с помощью магии защищать Папируса! Как и обещал маме.. — Молодец. Она бы была рада услышать твои слова. Уверен в этом. — слегка пригрустнивши подметил Гастер. — Ладно, я почти закончил с твоими ранами. Готовься, завтра начнëм твои тренировки, а сегодня для тебя задача — выспаться. — Так точно! Я пошëл готовиться ко сну.       Санс выбежал из кабинета и пошëл рассказывать Папирусу о своих будущих тренировках. — Я тебя защищу Папс!

***

— ..Я не смог.. — он повторял медленно раз за разом. Вина давила на него. Страшные мысли прокрались в его голову. «Может покончить с собой? Зачем мне жить?»       Его внутренний монолог прервал стук в входную дверь. — Заходите. — лениво ответил он.       От входа исходил яркий свет. Казалось что ангел решил спуститься с небес, чтобы успокоить Санса. — Санс.. Это я, Чара.       В проходе оказалась донельзя знакомая ему девушка. Она всегда помогала ему, поддерживала и находилась рядом. — Привет, Чара. — произнёс Санс присаживаясь, утерая слëзы и делая свою обычную лживую улыбку. — Я..присяду рядом. — это был не вопрос и ответа явно она не ждала, она просто тихо подсела на диван к скелету.       Между ними повисла тишина. Ни он, ни она, не знали о чëм говорить или что обсуждать. Недавние события совсем сбили их с мысли и просто не было темы, на которую можно было бы что-нибудь сказать. Однако, один вопрос всë же мучил девушку. Сейчас он был бы неуместным и ненужным, но что-то внутри неë говорило, что именно в этот момент нужно что-то сказать, дабы разрядить обстановку. Даже если это что-то очень важное. — Санс. Я давно хотела тебе это сказать. — начала она, смущаясь. — Я.. Люблю тебя..       Он лишь посмотрел на Чару глазницами и попытался найти хоть какие-то слова. Честно говоря, ему было сейчас не до неë. «Ты серьëзно? Почему именно сейчас, когда у меня появилось тысячи способов убить себя, ты решила это сказать?.. Может это знак?»       Он кинул на неë взгляд и задумался. Она ожидает ответ.. Автор: — Знаете, отказать легко, а вот принять чьи-то чувства действительно бывает тяжело.. Как же быть? — Что скажешь?... — дрожащим голосом спросила девушка. «Зачем я призналась? Нужно было просто больше быть с ним. Всегда помогать, находится рядом при любой свободной минуте. Даже после смерти его близкого, я не могу ничем ему помочь.. Это бесполезная попытка. Хотя мне пришлось пойти на всё ради него..» — Я... Тоже люблю тебя. — ответил Санс и нежно поцеловал еë.       Чара же, не ожидая такого знака, сперва удивилась, но потом поддалась своим чувствам. Внутри неë всë разгоралось. В животе расцвели цветы и запорхали бабочки. Любовь полностью захлестнула разум девушки. Несколько минут спустя и они разорвали поцелуй, принимая в свои лëгкие кислород. — Благодаря тебе, я нашëл новый смысл жить. Им, отныне и на веки, будешь ты — Чара.       На глазах девушки появились слëзы радости, она долго ждала этого момента, когда еë любимый скажет заветные слова. — Я люблю тебя, Санс. — Я тебя тоже, малая..