Междумирная Академия Магии: Молнии в пламени

Владлен Би-Зи отлично ориентировался в Академии, но самое главное — он всё про всех знал. Вот в том магазинчике канцтоваров в прошлом году подрались два высокопоставленных студента, что аж уронили несколько стеллажей и втащили продавцу. А потом пришла злющая Ксенара, а они начали качать права и так взбесили её, что она разнесла всю лавку целиком, а газон выжгла на десять метров вокруг. Студентов и продавца потом отпаивали в лазарете, а магазинчик пришлось отстраивать с нуля на средства Академии. Вот там, кстати, и лазарет — тоже немаленькое длинное здание, облицованное лазурным отполированным минералом: на одном этаже лечатся девушки, а на другом мужчины. Главврач, кстати, чистокровный плеядеанец и был с Академией, ещё когда закладывали первый камень для фундамента. Крутой мужик, способный просто по косточкам собрать чуть ли не любое существо во вселенной. А вон тот нежно-персиковый корпус с белой лепниной — здание любви. Нет, не то, о котором можно подумать. Там проходят все пары, связанные с любовной магией. В закромах этого заведения хранятся такие ингредиенты, из которых можно сварить сотню любовных или отвращающих зелий с различными эффектами. А самая сильная любовная магия чуть ли не граничит с внушением менталистов и способна превратить тебя в овощ. Некоторые преподаватели, кстати, приторговывают слабыми любовными эликсирами, вызывающими симпатию и влечение. Это так, на всякий случай, если вдруг пригодится. С Владленом было легко: можно было просто идти рядом и слушать, а он поддерживал разговор за двоих. Он действительно искренне наслаждался общением, и не поддаться его энтузиазму было невозможно. Сегодня тиранидус снова был в своих толстенных странных тёмных очках. Но Стефания заметила и новые детали: плотные перчатки на руках, достаточно закрытую одежду и… хвост. Длинный, гибкий, покрытый хитиновыми пластинами и… с чёрной кисточкой на конце. Обычно хвост спокойно лежал, прижимаясь к ноге, либо свернувшись вокруг пояса наподобие ремня, так что в первую встречу Стеф просто не разглядела его. — А почему с кисточкой? — поинтересовалась она. Кисточка явно была самодельная, а не относилась к хвосту. — Эм, там на конце жало, как у скорпиона. Очень ядовитое. Если я хочу преподавать, на территории Академии я обязан носить защитный колпак на хвосте, он из специального жёсткого материала, который не плавится от яда. Ну, я подумал, так почему бы не добавить веселья, и сверху приделал кисточку. Я же похож на львёнка? Рррр, — Влад улыбнулся, непроизвольно обнажив оскал, и шаловливо помахал хвостом. — Слушай, ты и правда такой ядовитый? — удивилась демоница. Для неё было странно, что какая-то раса может быть страшнее, например, демонов. — Эта закрытая одежда, перчатки… Ты как будто боишься, что тебя случайно коснутся. И зачем тебе очки? — А ты не боишься того же самого? — Би-Зи указал на острые кристаллы на платье девушки. — Ну ладно, ты меня раскусила. С помощью очков я вижу сквозь одежду и слежу за красотками, — он засмеялся и направил голову в сторону её груди. — Что-то ты как-то спокойно реагируешь. — А чего стесняться? У меня отличная фигура, — хмыкнула Стеф. — Слюни можешь пускать, так и быть, но лапать нельзя. — Ну да, вспомнил, что ваша раса спокойно относится к обнажёнке. — То, что естественно, то не стыдно, — подтвердила Стеф. — Какой смысл стыдиться себя и своего тела? Вот если ты не совершенен, и тебя есть, за что укорить — тогда да. Слабости нельзя показывать народу. Но у меня слабостей и нет. — Или ты их просто не показываешь, — тонко намекнул Би-Зи. — Не каждый день дочка одного из князей Аркаэдуса сбегает из своего мира и устраивается простым преподавателем в Академию. — Откуда ты знаешь? И я не сбегала. Я просто в открытую ушла! — нахмурилась Стеф. — Ну, я много чего знаю. В том числе и фамилии аркаэдусских князей. — Если в Академии про меня пойдут слухи, поверь, твоя жизнь тебе мёдом не покажется, — предупредила демоница. Она слишком хорошо понимала, что такие, как Владлен, с лёгкостью делятся информацией с любым, у кого есть уши. — Да не напрягайся ты так. Верхушка Аркаэдуса — это не тайная информация, и любой может найти её в междунете, как сделал я. Да там даже твоих фоток целая тьма! Как и твоих братьев и сестёр. И даже твоего жениха… Сочувствую, кстати. — Нет у меня жениха! — резко ответила Стеф и быстро пошла вперёд, оставляя Би-Зи одного. — Эй, ну подожди! — он нагнал девушку. — Ладно, я больше не буду. Пойми, я первый раз вижу живого демона с Аркаэдуса, и мне жутко интересно! — Себя сначала дай всем поизучать, как подопытного кролика! — огрызнулась Стеф. — Так я и давал, — Би-Зи вздохнул. — Послушай, ты хотела узнать, почему тиранидусы ядовиты. Так я расскажу. Наши предки — древняя раса тиросов, чьей особенностью было проникать в информационные поля и доставать оттуда данные, любые. Это как покопаться у кого-то в мозгу. Можно у живого существа, а можно у целой планеты. Тиросы жадно искали новые знания и использовали для развития собственной цивилизации. Техномагическая нация высшего порядка, такие дела. Но однажды они нашли способ, как совмещать любые виды ДНК. Это позволило им заимствовать и встраивать в свои тела способности других рас — такой вот биологический конструктор. Жадные до информации, они мечтали быть универсальными приемниками: некоторые расы улавливают низкочастотные звуки, другие видят в инфракрасном свете, кто-то даже взаимодействует с тёмной материей. Прочувствовать все эти недоступные ранее источники информации — это стало одержимостью тиросов. Они искренне считали, что создадут из себя новый вид совершенных существ, улучшаясь раз за разом. Волна генетических изменений прокатилась по их обществу. Доходило даже до похищений других рас в целях добычи генетического материала, чего тут скрывать. И наконец, не осталось ни одного тироса с чистой кровью: все были изменены и подстроены под разные нужды. А потом появилось следующее поколение тиросов — их дети и внуки, чьи гены просто смешались в адский коктейль. Некоторые ДНК настолько не совместимы в природе, что, будучи насильно слеплены искусственным путем, вызывают страшные мутации. Мой организм, например, выделяет дикую смесь органических ядов, которых до экспериментов тиросов даже получить-то никому не удавалось! Некоторые особо слабые существа способны умереть, коснувшись моей кожи. Других убьёт поцелуй со мной, и более пятисот рас загнутся просто от капельки моей крови. Вот так, да, — Би-Зи кивнул Стефании, которая пребывала в шоке, — не достаточно просто владеть информацией, нужно ещё и думать, как ты её используешь. Но тиросы поняли это слишком поздно. Мы спровоцировали себе биологическую катастрофу. Теперь в название тиросов добавлено слово «аниду» — «испорченные». И это правда. Даже среди тиранидусов сложно найти пару таких, которые могли бы быть генетически совместимы друг с другом и не произвели бы на свет монстра. В каждом новорожденном тиранидусе копаются с детства, проводя исследования и пытаясь минимизировать разрушительные последствия генетического замеса. Вот мои очки — они защищают окружающих меня существ. Стоит мне взглянуть на тебя без них, и я узнаю все твои тайны, все твои секреты. Я просто впитаю в себя твою личность, ты этого не выдержишь и умрёшь. Я идеальная машина для убийства и добычи информации. Я разрушитель. Тиранидус. — Как тебя вообще держат в Академии в таком случае? — ахнула Стефания. — Это всё Ксенара и Шефираэль. Они сочли меня полезным. Ну правда, кого найдешь на мою специальность лучше меня? Короче, Академия имеет особый статус, даже несколько. Помимо того, что это место является общей антивоенной зоной для всех миров, это ещё и гнездо Ксенары. — Гнездо? Она птичка, что ли? — Она дракон. Особенности расы драконов таковы, что место, которое они считают своим гнездом или домом, они выбирают раз и на всю жизнь. Это место они охраняют со всей своей мощью до самой смерти. Все различные ответвления драконьих рас давно уже объединились в союз и заставили остальную вселенскую общественность признавать драконьи гнёзда. В своём гнезде дракон царь и бог. Это его Сокровищница. И дракон имеет право давать убежище любому, кому сочтёт нужным. И это существо переходит под ответственность и защиту дракона и, значит, всего драконьего союза. Пока я на территории Академии, никто не имеет права трогать меня, если я никому не наврежу. Воевать с драконами никому не охота. Если же я убью кого-то или начну представлять угрозу — Ксенара испепелит меня сама. — Вот почему она «следит за тобой…» — Да, именно. Здесь Ксенара следит за всеми, — Би-Зи усмехнулся и потрепал себя по затылку, пытаясь снять напряжение, вызванное рассказом. — На самом деле Шефираэль тоже приложила руку к созданию Академии и укреплению её статуса, но уже через свои какие-то эльфийские связи. А у эльфов всё так таинственно и запутанно, что разобраться тяжело даже мне. Кто-то говорит, что Шефираэль чуть ли не принцесса целой когорты эльфийских миров. Правды мы не узнаем. Точнее, я бы узнал, да очки снимать нельзя, — Владлен усмехнулся, пока демоница обдумывала полученные сведения. Вот тебе и Академия, не всё так просто. В открытых мирах, которые взаимодействуют с другими, уже давно поняли, что не достаточно быть королём просто на своей планете — это как играть в песочнице. И даже её отец, могущественный на Аркаэдусе князь, прибыв в Академию, окажется просто гостем, не имеющим здесь власти. Но, собственно, разве не этого Стефания и добивалась? Девушка взглянула на небо, которое уже было подкрашено розовыми румянами заката. Мирные облачка, как стадо маленьких белых барашков, безобидно проносились над башнями и корпусами. Так далеко от войн… — Знаешь, Влад, спасибо за экскурсию, но я, пожалуй, пойду, — сказала Стефания тиранидусу. — Уже вечер, а я ещё не сделала целую гору дел! — О, конечно, желание дамы — закон, — улыбнулся Би-Зи. — Если тебе так уж интересно, возможно, как-нибудь я расскажу тебе про Аркаэдус. То, что посчитаю нужным, — уточнила Стеф, чтобы смягчить разговор. — Конечно, с радостью послушаю, — тиранидус облизнулся. «Для него информация — это как будто еда, — подумала девушка. — Хотя, может, так и есть». Забежав в столовую на ужин, Стеф перекинулась парой слов с Моникой и Мелиан, снова подавив холодок при виде баньши, а затем поднялась к себе, усталая и с переполненной от информации головой. Открывая дверь в комнату, она планировала набросать тезисы будущей программы для студентов стихий огня и воздуха, но тут её взгляд привлёк прямоугольник бумаги на покрывале. Стеф подошла ближе и повертела в руках записку. На ней было выведено только одно: «ТЫ СЛЕДУЮЩАЯ!» — Что это? Какие-то глупые шуточки от Дастана? — сказала вслух демоница, разбавляя тишину, ставшую вдруг слишком густой. — Но как же этот тип пробрался ко мне в комнату? Ключ есть только у меня! Мысли, что кто-то приходил сюда, пока её не было, и безнаказанно рылся в её личных вещах, привели Стефанию в ярость. Она принялась носиться по комнате, проверяя, вдруг что-то пропало. Все вещи были на месте и, на первый взгляд, даже не тронуты, но… Преследовало ощущение, что комнату очень аккуратно обыскали. Например, ночник был подвинут слишком близко к краю тумбочки, а косметика лежала не в обычном, удобном для Стеф порядке. Может, девушка и сама не заметила, что положила что-то не так, как привыкла? Она усиленно принюхивалась, пытаясь уловить посторонний запах, но ничего лишнего не находила. А вдруг это всё же не Дастан со своей глупой местью? Вдруг это злоумышленник, который искал ключ от бывшего кабинета Шафраниуса? А, не найдя, оставил записку, чтобы надавить на неё? Хорошо, что ключ она целый день носила с собой, на цепочке на шее. Как бы то ни было, страх не пришел к демонице — она побывала и не в таких переделках. Дочь князя демонов не так-то легко убить! И будь это хоть Дастан или настоящий убийца Шафраниуса, никто не может просто так вторгаться к ней! В итоге вечер Стеф посвятила защите своей спальни. Рисовала руны, вбухала кучу сил в заклинания и ловушки, окропила собственной кровью пол под ковром и особенно — порог. Теперь, если бы кто-то живой пробрался к ней без разрешения, его бы тут же испепелили её демонические силы огня. И никакому нарушителю Стеф бы не позавидовала. И всё же спать она легла с чувством беспокойства, а может, и предвкушения. Снова ворочалась в постели, и снова её разбудило хлопанье крыльев — Ксенара огромной «птичкой» патрулировала окрестности «гнезда». «Вот ведь неугомонная», — проворчала Стеф и снова провалилась в сон. И ей приснился Раглар, её первая любовь и «жених», как выразился Би-Зи. Сон был настолько ярким, будто она снова оказалась в том моменте, когда ей, по уши влюблённой двадцатилетней девочке, Раглар объяснял: — Я без ума от тебя, Стеф. Ты прекрасна и очень хороша. Но и ты понимаешь, что демону одних чувств не достаточно. Ты младшая дочь своего отца, и тебе никогда не стать княжной. А Левиафания — первая в своём роду. Женившись на ней, рано или поздно я займу место её отца и стану князем. Пойми, я делаю это не потому, что она мне нравится. Ты всё равно будешь для меня самой лучшей и единственной, — темноглазый красавец Раглар нежно поднял подбородок Стефании в попытке поцеловать, но она сбросила его руку. Она уже тогда всё понимала. Да, для демонов чувства никогда не были важнее власти и высокого места в обществе. И никто не стал бы осуждать Раглара за то, что, начав встречаться со Стефанией, он втёрся в доверие к высшим демонам и познакомился с семьями других князей. А когда Стефания оказалась лишней — он просто оставил её, забыв разговоры про свадьбу и счастливую совместную жизнь. Никто бы не кинул в Раглара камень. Наоборот, все бы только похвалили его, потому что он ухватился за шанс и выгрыз место наверху любым доступным способом. А Стеф — она позволила себя обмануть и использовать, значит, она просто слабая и никчёмная дура, которая сама заслужила это. — Ну хочешь, ты станешь моей второй женой? Левиафания не будет против, я уговорю её! Я вовсе не бросаю тебя! — заискивающе посмотрел ей тогда в глаза Раглар. Да, так тоже можно: у демонов нет правил относительно количества супругов в семье. Хоть десять мужчин могут быть женаты одновременно на десяти женщинах, если никто из них не будет против, и это считалось нормальным и законным. Но Стефания, понимая это, всё равно смотрела на статного демона, будто впервые его видела. Она не могла подавить в себе чувство, что с ней разговаривал не её Раглар, а абсолютно чужое существо. Она не могла отогнать мысли о предательстве. Хотя сама должна была раньше догадаться, к чему всё придет. Тогда она отказалась, и Раглар ушел, обещая ещё вернуться и уговорить Стеф, вымолить её прощение и снова завоевать доверие, чтобы она поняла, что быть второй женой князя, который будет ценить и лелеять её больше первой жены — это почётно, и это сделает её счастливой. А на следующий день случилось нападение песчанников. Князья стянули войска к границе, и отец Левиафании поставил будущего зятя во главе своей армии — Раглар ушел на фронт. И не вернулся оттуда. Да, его тесть оказался очень умным, он не желал выдавать влюблённую дочь за безродного, хоть и амбициозного, демона. И избавился от него под видом оказания великой чести. Узнав о смерти любимого, хоть и предавшего её, Стефания три дня проплакала в подушку. Ей было так плохо, что, наконец, даже отец обратил внимание и пришёл к ней. Выслушав всю историю, князь Велиазар погладил её по голове и сказал, что жалкий мерзавец не был достоин такого сокровища, как она, и что за руку Стефании Лоренской самые сильные и красивые представители их расы будут биться на поединках. А жалкий слизняк Раглар не стоит и упоминания. Но Стеф с тех пор сильно изменилась. Ей больше не достаточно было быть любимой дочерью князя. Она поступила в военный корпус, развила магию огня и воздуха и освоила в совершенстве умение строить порталы. Как ни берег её отец, она даже поучаствовала в нескольких мелких стычках с песчанниками. К своему совершеннолетию Стеф добилась получения десятой ступени. Она больше не была просто «младшей дочкой», она стала выдающимся молодым демоном. Но всё на Аркаэдусе угнетало её. И когда она получила приглашение из Академии, ничто не остановило её от того, чтобы принять его. Утром Стефания проснулась в слезах, и, стерев ненавистную влагу, принялась собираться, выбрав на этот раз воинственный облегающий бордовый наряд, в котором легко двигаться и даже драться, если потребуется. Массивные сапоги с железными набойками и шипами довершили образ, а волосы она распустила по плечам, чтобы они шоколадным вихрем разметались вокруг лица. Перед тем, как спуститься к завтраку, девушка оставила записку на кровати: «Гори в Аду! Не стоит связываться с демонами!»