Междумирная Академия Магии: Молнии в пламени

— Ты обиделась? — Нет! Дастан без разрешения подсел за столик к Стефании, нагло потеснив её поднос, и лукаво заглянул в глаза. — Просто ты говорила, что тебе всё равно на меня, и что я для тебя никто, — припомнил он слово в слово тот диалог, который происходил у них после клятвы. — Так откуда мне было знать, что ты будешь переживать? «Вот ведь, зараза! Мстил мне, значит?» — догадалась Стефания, но решила не раскалываться до последнего. Вместо этого она повесила над ними воздушный купол, который не должен был выпускать звук наружу, и холодно заметила: — Я переживала не за тебя, вообще-то, а за артефакты, которые ты стащил! Мы добывали их вместе! Ты не должен был их куда-то относить без моего ведома! — Значит, за меня ты совсем не волновалась и вовсе не обиделась? — уточнил Дастан. — Да. То есть, нет. В общем, ты понял. — А, ну тогда тебе совсем не нужен этот прекрасный малиновый тортик, который я принёс для тебя вместе с обещанием никогда так больше не делать, — Дастан, как настоящий искуситель, подвинул к девушке многослойное пирожное, покрытое стружкой молочного шоколада. Сверху красовались восхитительно свежие ягоды малины, и розовый крем призывно поблескивал между воздушных коржей. Стефания сглотнула. На Аркаэдусе были проблемы со свежими ягодами, даже у тех, чей папа — князь. Демоница выбросила вперёд руку, желая сцапать угощение, но бессовестный смертный успел задвинуть блюдце за свою тарелку. — Ты ведь не обижена на меня, и извинения тебе не нужны, — напомнил он. — Ты совсем за меня не переживала, а я ведь выбирал самый вкусный тортик… — Переживала я за тебя, — сквозь зубы процедила Стефания. — Отдай! — Что-что? Я не расслышал. — Не наглей, смертный! Я за тебя волновалась, ясно тебе? Немедленно давай сюда торт! — Глупышка, — сказал Дастан, посмеиваясь, за что получил гневный, напоённый огнём взгляд вишнёвых глаз. — Ты такая миленькая, когда злишься. Стефания обиженно принялась жевать, всем своим видом подчёркивая, что делает напарнику огромное одолжение, не продолжая спор. Малиновая сладость, перекочевавшая к ней, удивительно грела душу. Конечно же, Стефания могла купить себе хоть десять таких пирожных, но почему-то ей было важно, что именно Дастан преподнёс ей вкусняшку. Наверное, дело было в извинениях, которые прилагались к торту. Да-да, именно в них. — Так что там с артефактами? — нарушила молчание демоница. — Ты узнал, какой из них был нужен убийце? — Нет, — мужчина покачал головой, не отрывая взгляда от её губ, пока она облизывала десертную ложечку. — Артефакт же должен фонить? — А они все фонят. Но не так сильно, как мы ожидали, а примерно одинаково, — Дастан глотнул сока, и Стеф завороженно проследила, как двигается его кадык, и какая смуглая у него шея под лёгкой тёмной щетиной. — Я подозреваю, что, возможно, тот самый артефакт вообще не фонит. Может быть, он изначально сделан так, что его мощь скрыта. В общем, без толкового артефактора нам не разобраться… — И что сказал толковый артефактор? — Стеф утёрла губы салфеткой. — Пока ничего. Если мы хотим полный анализ свойств, то это по полдня на каждый артефакт. А их там было семь штук. Как всё будет готово, мне дадут знать. А пока ждём. — Вот ведь! — демоница с досадой загремела подносом. — Я тоже не очень-то рад, — согласился напарник. — Но чем быстрее мы узнаем, для чего были все эти штучки, тем быстрее найдём убийцу. По крайней мере, я на это надеюсь. — Да уж, надейся, от этого твоя жизнь зависит! — Стефания прикусила губу и снова поймала на себе взгляд Дастана. Почему-то после такой нерадостной фразы мужчина улыбался. — Эй, очнись! Ты меня вообще слушаешь? — демоница пощёлкала пальцами у него перед лицом. — Да, я всю ночь не спал. Давай начнём работать попозже, ладно? Я немного отдохну, — и он сладко зевнул. — Иди уже, — кивнула Стефания и сняла купол. — Смертные! Какие же вы слабые создания! — проворчала она себе под нос. Сегодня демоница собиралась работать. Железно работать, ведь до прибытия студентов оставалось… сколько там дней? Три или четыре? Даже с готовыми методичками прошлых преподавателей нужно было постараться, как следует. А они с Дастаном ещё вступительное испытание не обговорили! Зато в детективов играли усердно. Но стоило демонице покинуть столовую, как начались чудеса. Каждый встреченный преподаватель смотрел ей в лицо и на её губы, будто им всем там мёдом намазано. Окружающие удивлялись, прикрывали рты рукой, хихикали, резко отводили взгляд, будто с ней было что-то не так. Демоница тщательно облизнула рот, проверяя, не осталось ли где крема или крошек. Но это не помогло. И только Моника, встретив девушку в коридоре, вместе со всей своей фейской непосредственностью выдала: — Очень интересная помада, Стефания, но ты уверена, что ровно накрасилась? Мелиан, стоявшая тут же, рядом с подругой, пронзила демоницу тем самым взглядом, от которого даже у демона пойдут мурашки. Но Стеф не стала поддаваться на это. — Эм, спасибо, Моника, сейчас проверю, — как ни в чём не бывало, сказала демоница и исчезла в окне портала. Портал вывел её в собственную ванную, и там девушка застыла перед зеркалом, разглядывая… Адские макароны, да она будто напилась крови расшахара! В пустыне живут такие паукообразные твари, размером с раскормленную свинью. Днём прячутся, закопавшись в песок, а ночью выходят на охоту. Мясо их ядовитое, но низшие демоны его едят после длительного высушивания на солнце, из-за чего яд расшахаров расщепляется и теряет свой насыщенный, кислотно-синий цвет, который будто бы даже светится, настолько он кричащий. И сейчас весь рот Стефании, её язык и даже зубы были вымазаны в этом кошмарном цвете, а на губах расплылось отвратительное ультрамариновое пятно. — Удушу смертника! — прорычала демоница, мгновенно осознав, к чему были эти вкусные «извинения». Этот человек точно подсыпал ей что-то в торт, а потом с мерзкой улыбкой наблюдал! «Какой там у нас счёт? — вопрошало отражение насмешливым голосом Дастана. — Четыре — четыре?» «Если считать мелкие пакости, то уже пять — пять! — мысленно возразила Стеф. — Но это тебя, чернокнижник, не спасёт! Сейчас только отмоюсь и приду по твою душу, будь уверен!» Но отмыться не получилось. Зубной порошок и даже мыло не взяли заразу. Да что там, пена не посинела совсем! А вот когда демоница попыталась пальцем стереть мерзкую краску, на её руке остался яркий синий след, и испачканный палец с радостью окрасил нетронутый участок губ. — Магия! — догадалась Стефания, но так же быстро поняла, что мудрёное заклинание ей не снять: то ли там была замешана стихия воды, то ли — все стихии сразу. Ей осталось только размазать синий цвет по губам, сделав макияж максимально ровным, а затем переместиться под дверь смертника. — Надеюсь, ты уже сладко спишь, — злорадно сказала девушка, — тем слаще будет тебя будить, — и постучала так, что на двери осталась вмятина от её демонического кулака, которая, впрочем, быстро выправилась, ведь комнаты преподавателей были защищены чарами. Дастан внутри сонно заворчал. — Если ты не откроешь, я выжгу эту дверь вместе со стеной! — пригрозила Стеф. — Детка, я знаю, ты скучала по мне, но разве нельзя было подождать хоть пару часов? — обречённо вздохнул Дастан, открывая дверь. Он был в одних только домашних штанах чёрного цвета, босой, взъерошенный и с голым, соблазнительно рельефным торсом. Стефания окинула последний сверху донизу цепким взглядом, будто раздумывая, а не прикупить ли ей такой в своё владение, но потом мрачно спросила: — У тебя правда в гардеробе нет других вещей, кроме чёрных? — Есть, но вообще-то, чёрный — мой любимый цвет, — и Дастан лениво потянулся, поиграв мышцами на публику. — Вот и отлично! Потому что теперь вся твоя жизнь будет беспросветной, безрадостной и чёрной! — прошипела Стефания. — Да что ты так завелась-то? — Что ты подсыпал мне в еду, жмыр тебя задери? — А, ты про мой маленький сюрприз, — мужчина не смог сдержать смешок. — Ну скажи ведь, забавно? Моя сестра придумала, она у нас будущее светило магической науки. Это для розыгрышей, краска сойдёт через сутки, — и он снова рассмеялся. — Мы тут что, в игрушки играем, по-твоему? Мы убийцу ищем, а ты нашёл время для шуток?! — Ну ты же нашла время ронять меня в столовой, — возразил маг и наклонился над девушкой, проникновенно взглянув ей в глаза. — Сними это немедленно! — потребовала Стеф. — Я сниму с тебя всё, что хочешь, детка, только иди сюда, — с хрипотцой пообещал Дастан, поймал её за подбородок и поцеловал: нежно и медленно, будто бы дразня. Стеф отшатнулась от него, как ошпаренная. — Заклятие сними! И кто тебе разрешал распускать руки? — возмутилась она. И тут заметила, что губы горе-искусителя тоже посинели. Моментально сменив гнев на милость, с обольстительной улыбкой демоница провела пальцем по переносице, щеке, шее Дастана и вниз, по торсу, оставляя за собой кричащую ультрамариновую линию. Она уже почти успела дописать нецензурное похабное слово прямо на его груди, пока смертный в неге прикрывал глаза, как вдруг горячая ладонь мужчины потянулась к её вырезу и начала там поглаживать. Дастан резко открыл глаза. — Где твой ключ, я не понял? — Какой такой ключ? — не сразу сообразила Стеф. — Цепочка на шее. Ключ был на тебе! — Ах вот вы где, мои дорогие стихийники! А я ищу вас по всей Академии! — звонкий голос Ксенары в этот раз слишком резко прервал их уединение, раздавшись за спиной. Демоница обернулась, открывая себя и Дастана драконнице на обозрение. Та оглядела открывшуюся её взору картину, и брови замдиректора поползли вверх. — Это что у вас за игры такие… голубые? — с сомнением спросила она, а потом начала раздражаться. — Совсем сдурели? Прямо посреди коридора! Сотри с себя эту гадость, Дастан, а то я за себя не ручаюсь! Какой срам для преподавателя! Может, мне твоего папочку к директору вызвать? Маг посмотрел на себя, с удивлением прочитал надпись и попытался что-то сказать, пока Стеф испытывала жгучее злорадство, но Ксенара рявкнула: — Можешь даже не оправдываться! За закрытыми дверями хоть тухлыми яйцами обмазывайся, но не в общественном же месте! У нас приличное заведение! Ох, пламя Аларона, — и она схватилась за голову, — пока вы тут ведёте себя, как детишки, ночью кабинет Шафраниуса кто-то вскрыл и обшарил сверху донизу! — Как это — вскрыл?! — спросили Дастан и Стефания одновременно. — Вот так! Вся мебель переломана чуть ли не в щепки, доски пола содраны, подоконники выдраны, в стенах дыры! И посреди этого валяется твой, Стефания Лоренская, ключ! — замдиректора обвинительно ткнула в демоницу когтем. — Так что сейчас вы оба приводите себя в порядок и быстро идете за мной на допрос к следователю, ясно? И когда я говорю «быстро», я имею в виду, что если вы не будете готовы через минуту, то я вас сожгу! Или сожру! А может, и то и другое! Поджаренный демон должен быть очень вкусным, как и человек! Дастан быстро затащил Стефанию в свою комнату и сунул ей в руку какой-то пакет с бесцветным порошком. — Нанеси на синие места и немного пожуй, краска исчезнет, — велел он. — А я пока оденусь. Не будем заставлять Ксенару нервничать. — Одни проблемы! Одни проблемы! — свирепо причитала замдиректора с той стороны. Демоница сделала, как ей сказал напарник, вначале опробовав порошок на руке. Краска исчезла мгновенно, будто ее и не было, осталась только чистая кожа. Убедившись, что всё в порядке, Стеф повторила процедуру с лицом и осторожно положила щепотку порошка на язык. Он был без вкуса, без запаха, и вообще не ощущался во рту — будто воздух пожевала. Но, склонившись над зеркальной дверцей шкафа, девушка убедилась, что все в порядке. — Давай мне, — уже одетый маг протянул руку, высыпал немного состава на ладонь и «умылся», легко стерев следы шалостей. — А под рубашкой потом уберу, — отмахнулся он от вопросительного взгляда Стефании. — Время вышло! На выход! — кровожадно объявила Ксенара. — Она ведь не серьёзно оскорбляет меня угрозами сожрать? — Стеф недовольно повела плечом. — Зависит от того, насколько её разозлить. Помнишь про двадцать нерадивых студентов? Так вот, их вовсе не пикси разорвали, — ухмыльнулся Дастан. — Я здесь, вообще-то, — нахмурилась Ксенара, обрастая чешуйками. — И если я услышу где-то ещё эти гнусные сплетни, ты будешь отрабатывать двойную норму за каждого студента, которого я, якобы, съела. Троица поднялась в башню Шефираэль и вошла в кабинет. — Располагайтесь, — пригласила эльфийка, указав на диван для посетителей. — Допрос будет проходить в смежной комнате с изолированным звуком. При допросе буду присутствовать я, как директор, и секретарь Ксенары, которая будет вести протокол. Допрашивать вас будут по очереди. Ксенара останется здесь и будет следить за ожидающими. Прошу вас не переговариваться и честно отвечать следователю. Я прослежу, чтобы ваши права не ущемлялись. Стефания, пройдёмте со мной. Демоница чувствовала себя глупо, следуя за низеньким милым подростком, но делать было нечего. В конце концов, если она не хотела впутываться в это, надо было сразу не подписывать контракт. А теперь уже поздно. Цепляясь за свою обнажённую шею, на которой не было цепочки, Стеф пыталась сообразить, могла ли она её оставить где-то, и кто мог её снять. Мысли приходили не радужные. — Добрый день, — поздоровался с девушкой Айгор Ди Комр, когда они вошли в смежное с кабинетом помещение, и двери за ними закрылись. — Присаживайтесь, — он указал на жёсткий деревянный стул в центре комнаты. — Стефания Лоренская, младшая дочь князя Велиазара из мира Аркаэдус, демон десятой ступени, состоите в военном корпусе вашего отца, участвовали в десяти мелких стычках, в большие сражения не допускались. В браке не состояли, детей нет, недавно отметили столетие, оно же совершеннолетие у демонов. В Академии находитесь на должности преподавателя стихийной магии и магии порталов по приглашению администрации. Владеете огнём и воздухом. Я ничего не упустил? — Обязательно допрашивать на таком неудобном стуле? — заворчала Стеф. — Я что, уже подозреваемая? Она отметила, что Шефираэль уютно устроилась в кресле в углу и теперь внимательно наблюдала за происходящим. За столом сидела сосредоточенная Эллоиза и стучала по поверхности магического текстовика. Сам Айгор возвышался прямо перед демоницей, строгий, одетый в серо-синий служебный мундир с нашивками и значком. Сама комната была довольно непримечательной: вдоль стен тянулись полки с книгами и свитками за стеклянными дверцами с замками — то ли домашняя библиотека, то ли рабочий архив. — Вопросы здесь задаю я. Ваше дело — отвечать, — нелюбезно напомнил Айгор. — Если вы не предоставите мне нормальные условия, я откажусь отвечать, — не уступила Стеф. — В конце концов, я являюсь дипломатическим лицом, даже если мой мир не входит в Межгалактический Совет. И я знаю свои права. Вам не нужны лишние конфликты, следователь, поэтому будьте повежливее. Мужчина презрительно сжал губы, показывая, где у него сидят все эти качающие права аристократы, но, повинуясь взмаху его руки, стул отъехал в сторону, а взамен под попу Стефании подъехало мягкое кресло с подушечкой. — Вам достаточно удобно? — едко спросил следователь. — Мы можем продолжать? — Вполне. Задавайте свои вопросы, — милостиво кивнула Стеф и закинула ногу на ногу, всем своим видом источая уверенность и княжеское достоинство. Ну, она на это надеялась. — Распишите, что вы делали, начиная со вчерашнего утра и до сегодняшнего момента. — Дайте подумать, — Стеф накрутила локон на палец. — Я поздно проснулась, позавтракала, отправилась в библиотеку, работала над методичкой по порталам, сдала её секретарю Ксенары, — она указала в сторону Эллоизы Осмы, и та кивнула, подтверждая её слова. — Потом сходила к Владлену Би-Зи, взяла у него бутылку вина, забежала к себе в комнату за моей новой пальмой, которой был нужен уход земляного мага, и отправилась к Римори Руде. Она помогла мне с растением, и мы пили весь вечер, рассматривали её картины и фотографии, болтали. Заснули вместе, на диване. Утром я проснулась первой, накрыла её, вернулась к себе, приняла душ и позавтракала в столовой. Потом навестила Дастана, а там нас и застукала Ксенара. И вот, я здесь. — Демоны не пьянеют. Зачем вы решили выпить с Рудой? — Хотела подружиться с ней, мы обе стихийницы, — легкомысленно ответила Стеф. — Демоны и дружба, — скептически сказал следователь. — Я знаю, как воспитывают высших. Что вам было нужно от Римори? Не рассказывайте мне сказки про дружбу. — Попахивает ксенофобией, — Стеф сморщила носик. — Я не буду отвечать на этот оскорбительный вопрос. — Почему вы заснули у неё в комнате, а не отправились к себе? В котором примерно часу это было? — напирал Ди Комр. — За временем я не смотрела. Устала, — раздражённо отмахнулась Стеф. — Почему заснула — сама не знаю. Какое-то странное вино у этого тиранидуса, хотя я не опьянела. — Вызовите мне, пожалуйста, Римори Руду и Владлена Би-Зи, — попросил следователь, взглянув на Шефираэль. Та молча сдула с руки несколько золотистых искорок, которые просочились под дверь. — Сейчас я применю к вам особый артефакт, который определит, не осуществлялось ли на вас в ближайшее время какое-либо магическое воздействие. Это не опасно, — Айгор снова повернулся к Стеф и, не дожидаясь разрешения, начал водить по ней каким-то прибором, закреплённым на его запястье. Прибор был похож на металлический браслет с экраном. — Ну? — спросила Стеф, когда прибор запищал и окрасился в несколько цветов. — Этой ночью к вам применяли заклятие лечебного сна, которое обычно находится в арсенале целителей. Заклятие безвредно, даже полезно, но погружает пациента в крепкий, глубокий сон. Работает, только если пациенту действительно не повредит выспаться. Вы плохо чувствовали себя в последнее время? — Меня пытались убить! Как я вообще должна была себя чувствовать после такого? — взъярилась Стеф. — А ещё эти глупые записки! Убийца проникал ко мне в комнату, в моё личное пространство! Заклинания его не останавливают! Конечно, я плохо сплю, я всё время настороже. — Понятно, — мужчина кивнул, остро глядя ей в лицо колючими тёмными глазами. — Ещё вопрос: вы не помните, Римори Руда закрывала дверь на ключ после вашего прихода? — Не помню, — Стеф действительно попыталась вспомнить. — Хотя с утра я спокойно покинула её комнату, и ключ мне не понадобился. Но, вообще-то, изнутри дверь можно открыть и без ключа. И убийцу замок не остановил бы. Вы думаете, кто-то усыпил нас с Римори, проник к ней в комнату и сорвал с меня цепочку с ключом? А потом обыскал кабинет Шафраниуса? — Вы носили ключ на шее? — Да. И никогда не снимала. — И кто мог знать, где вы держите ключ? — Да все могли. Я ношу довольно откровенные наряды, — демоница обрисовала своё нескромное декольте. — Заметить здесь ключ труда не составит, как вы можете догадаться. — Что вы делали в кабинете Шафраниуса вместе с Дастаном Клозе вчера ночью? — следователь очень пристально вгляделся в Стефанию, желая подавить её морально. Суровое лицо, резкие скулы. Но она и не таких видела, родной отец чего только стоил! — А Ксенара вам не рассказала? — игриво начала демоница. — Мы развлекались. В плотском смысле. Там очень широкий и удобный стол… Он так и манил. — Зачем вы пошли в кабинет? — следователь остался не доволен её ответом. — Это мой кабинет, я хотела посмотреть, что там и как. Дастан решил показать мне всё, я даже не знала дороги. А потом нас обуяла такая страсть, — Стеф поиграла глазами, а лицо Ди Комра окаменело ещё больше. Демоница руку могла дать на отсечение, что именно сейчас он в красках вспомнил, как возле этого самого кабинета его тоже обуяла страсть к прекрасной Дане Солярис. И после этого он ещё обвинял других? — На горшке с цветком, который стоял в кабинете, обнаружены следы магии Дастана Клозе. Зачем он применял чары к растению? — Это был цветок его друга. И он уже начал засыхать. Дастан полил его, вот и всё. — И после этого решил вступить с вами в связь прямо в кабинете недавно почившего товарища? — Эй, мы же не на могиле Шафраниуса это делали! Демоны вообще не щепитильны, — Стеф начала злиться. — Высшие демоны презирают смертных. У меня есть доказательства, что между вами и Дастаном не такие страстные отношения, как вы хотите показать. Повторяю свой вопрос: что вы делали в кабинете? Что вы там искали? — Ди Комр навис над ней, подобно ищейке, взявшей след. Ноздри его трепетали. Стеф сжала подлокотники кресла. Неужели Дана Солярис всё-таки сдала её Айгору?