Счастье, дарованное Тьмой

Утро субботы Северус провел за исследованием мази, которой Гермиона исцеляла его, и нашел очень интересный ингредиент – кровь. В состав мази входила кровь, только Гермиона об этом ничего не упомянула. В дверь постучали. Северус не сразу понял, что стучат в его дверь, ведь он теперь знал наверняка, что ведьма что-то скрывает. – Войдите! – Можно? Северус улыбнулся, он узнал голос любимой чародейки, и его сердце застучало быстрее. Взяв себя в руки, он обернулся к ней с каменным лицом. – Я думал, Вы отправились в Нору. – Я была там, но решила вернуться пораньше. Мне сложно там находиться. – Из-за мистера Рональда Уизли? – Не совсем. Там мрачная обстановка из-за смерти Фреда. Я решила, что нужно помочь Вам с раной, ведь вчера я исчезла еще в полдень. – Рана не очень жжет, но все-таки я не откажусь от помощи. Гермиона обмакнула пальцы в мазь, а Северус расстегнул сюртук и рубашку, показывая ей не только шею, но и часть груди. Он хотел видеть ее реакцию и увидел. Девушка замерла от увиденной картины и непроизвольно облизала губы. Поттер не врал. – Мисс Грейнджер, рана жжет! – Простите! Опомнившись, девушка сразу же начала смазывать шею преподавателя. Мазь впиталась, и шея снова стала прежней, только шрамы от укусов и палочки Волан-де-Морта не исчезли. Даже когда мазь впиталась, Гермиона возила пальцами по шее Снейпа, а он не спешил возвращать ее в реальность. Ему нравились касания юной чародейки. Гермиона убрала руки и отошла к столу, стараясь перевести дыхание. – Новый свиток? – спросила Гермиона, увидев документ на столе. – Поттер уговорил Кингсли сделать меня хозяином Принц-мэнора! Теперь у меня есть дом. – Вы хотите оставить Хогвартс? – в испуге спросила Гермиона. – Я устал, Гермиона. Устал, - он подошел к ней со спины и положил руки на ее предплечья. – К тому же, после вашего выпуска меня здесь больше ничего не задержит. – Нашего? – Да. А Вы хорошо держитесь, Гермиона, - прошептал он ей на ухо и мурашки прошлись по коже девушки. – Я больше не могу сдерживать себя. – Что-то случилось? – Вы хорошо умеете держать секреты и водить за нос, в отличие от Поттера. – Гарри - хороший хранитель тайн. Северус хмыкнул и отошел к камину, а Гермиона смотрела на задумчивого профессора и ждала продолжения разговора. – В следующий раз, когда доверите Поттеру сердечную тайну, потребуйте от него Непреложный обет! – Что Вы сказали? Сердце Гермионы замерло, а из глаз предательски потекли слезы. Она надеялась, что он шутит, но, когда их взгляды встретились, она поняла, что Снейп более чем серьезен. Девушка тут же метнулась к двери, но Снейп был хитрее. Он выхватил палочку и запечатал дверь. – Нет! – Гермиона уперлась головой в дверь. – Выпустите… - плача, она сползла по двери на пол. Девушка видела, что тень профессора нависла над девушкой, но не ожидала, что он опустится на колени и обнимет ее. Она вцепилась пальцами в его сюртук и заплакала пуще прежнего. – Не плачь из-за того, что я узнал правду, Гермиона. Он хотел, чтобы ты обрела покой. – А кто сказал, что он мне нужен… Простите меня, прошу… Без слов он заставил ее поднять голову и посмотреть на него. Девушка хотела отвести взгляд, но что-то не позволяло. Мужчина провел рукой по ее щечке, вытер слезы и нежно коснулся ее губ своими. Гермиона опешила. Она не понимала, что происходит, но поцелуй углублялся. Ей так хотелось, чтобы это была правда, а не успокоительная мера, и она ответила. Почувствовав отдачу, Северус прижал ее к себе еще сильнее, а поцелуй стал более страстным, исполненным сильным желанием. – Гермиона, это взаимно, но я бы никогда не сказал тебе этого. – Почему? – Я для тебя слишком стар, - она улыбнулась. – Это решать не тебе. Он снова нежно поцеловал ее, поднялся на ноги и поднял ее, держа за руки. Девушка прижалась к любимому и не хотела от него отходить. У Северуса было много вопросов, но сейчас объятия нужны были и ему. Вот так, обнявшись, они простояли несколько минут. – Девочка моя, я должен знать правду. – Какую? – она отстранилась от него. – Я расскажу тебе все, что... Договорить ей не дали. Северус приложил палец к ее губам, и девушка умолкла. – Не спеши давать обещания. – Мне нечего от тебя скрывать. – Хорошо. Я исследовал мазь всю ночь. Знаешь, что я обнаружил в составе? – девушка сглотнула и кивнула. – Кровь! Чья она? Гермиона отошла от Северуса и, глядя на пламя, что-то вспомнила. – Я хочу, чтобы ты понимал – я не предавала никого! Я всегда оставалась на стороне добра! – после этих слов у Северуса замерло сердце. – Гарри поверил, что яд Нагайны я похитила из больницы, все поверили. Все поверили, что я придумала зелье. Я же умная, вот только не гений… Догадался, чья кровь? – Волан-де-Морта! – отчеканил Северус и опустился в кресло. Девушка посмотрела в глаза любимого и увидела удивление, но не презрение. – Он решил спасти меня? Почему? – Убить тебя он решил намного раньше, но, когда в школе залез всем в голову после твоего побега, в моей голове он нашел кое-что поинтереснее самого Гарри Поттера. Он не объяснил ничего, только попросил выйти от остальных и послушать его. Не знаю почему, но я его послушалась. Когда мы остались наедине, он спросил, сильно ли я тебя люблю. Готова ли бросить всех ради предателя и быть с ним вместе, если судьба уничтожит Гарри. Я люблю Гарри, Северус! Люблю! – он улыбнулся. – Но тогда я поняла, что, если есть шанс быть с тобой, я его не упущу. Я сказала, что готова бросить всех ради тебя и стать предателем. Этого никто не знает. – Странно, что он среагировал на любовь. – Я тоже так подумала, - она присела возле Северуса и взяла в руки его правую ладонь. Северус сжал ее руку, дав понять, что он выслушает ее, поймет, презирать не станет, и эта тайна умрет с ним. – Он сказал, что ты умрешь. Умрешь от яда Нагайны. Сказал, что так нужно. Приказал не плакать, а внимательно его слушать. Он дал время подумать школьникам, будет ли война. За это время он приготовит мазь против яда и оставит ее в Воющей Хижине возле искусственного огня. Объяснил, как она работает и как понять, готова ли мазь к применению. Сказал, что оставит мне мазь, свою кровь на три баночки мази, на случай, если первые две не помогут. Как в воду глядел, - отметила Гермиона. – Сказал, что это буду видеть только я. Я спросила, почему он помогает грязнокровке. Он ответил, что оставит два свитка. В первом – рецепт мази, во втором – его история любви. – Любви? – Северус удивился. – Разве Темный Лорд умел любить? – Я тоже хотела знать правду. Теперь знаю – любил. Она училась на Гриффиндоре и была, как я. Ее звали Лианна. На своем факультете ее не особо любили, но Тому Реддлу она показалось интересной. Они общались втайне ото всех, чтобы ее одногруппники еще сильнее не стали издеваться над ней. Они любили, Северус. Было время, что он забыл о злобе, но в конце пятого курса он нашел ее мертвой, а злодея так и не нашли. Уже в следующем году он выпустил Василиска! Он хотел уничтожить грязнокровок, чтобы сердце не болело. И он забыл, за что возненавидел таких, как я. Забыл, что умел любить, пока не залез в мою голову. – Он не считался с любовью. – Именно, но у Лианны была младшая сестра Аврора, которая не была чародейкой. Северус, Аврора моя бабушка! Он увидел в моей памяти фотографии двоих сестер! Мне никогда не говорили, из-за чего умерла сестра бабушки. Теперь стало понятно, почему родители не очень-то удивились, что в семье родилась волшебница. – Он не хотел повторения истории, но уже решил меня убить… Он пожалел тебя, Гермиона, а не меня. – Прости меня, Северус, но я была готова бросить все ради твоего спасения. – И я ценю это, - Гермиону трясло от своего признания. – Я признателен тебе за храбрость, Гермиона. Храбрая гриффиндорка не побоялась бросить всех и стать изгоем ради старого Пожирателя Смерти. – Ты не старый, Северус. Ты – мой! – Я люблю тебя, Гермиона, - прошептал в губы девушки слизеринец. – И я тебя люблю, Принц-полукровка! Он улыбнулся и снова нежно поцеловал ее. Девушка перелезла к нему на колени, обхватила ногами стан и сильнее впилась в губы любимого. Гермиона дрожала, и Северус это чувствовал. – Не бойся меня, я не из тех, кто, получив желаемое, сразу тащу это в постель, - она улыбнулась. – Скоро семь часов, а бал на девять. – Ты прав, надо еще принять ванную, но я бы хотела принять душ с тобой. – Когда пожелаешь, но я и пальцем тебя не коснусь. – Тогда я пойду за одеждой и косметикой, а ты дождись меня. – Я ждал тебя почти четыре года, и теперь зная, что ты принадлежишь сердцем мне, я готов ждать, сколько попросишь. Гермиона искренне улыбнулась, а Северус притянул ее за голову к себе и нежно поцеловал желанные губы гриффиндорки. – Я скоро вернусь, - прошептала она прямо в губы, чем вызвала улыбку зельевара. – Жду, - молвил зельевар и махнул палочкой, открывая дверь. Гермиона спрыгнула с колен любимого и побежала в башню Гриффиндора. Северус был счастлив, что ведьма теперь с ним, а еще обескуражен исповедью Волан-де-Морта. Ему была знакома история девочки Лианны, которую обнаружили мертвой в коридоре возле Гриффиндорской башни, но никто и предположить не мог, что ее любовь остановила темного чародея, а ее смерть – убила его, породив существо намного опаснее, чем вообще можно было предположить. Гермиона ворвалась в башню своего факультета, где уже сидели Гарри, Джинни, Рон и Невилл. – Гарри Поттер! – крикнула Гермиона, и тот спохватился на ноги. – Ты знаешь кто? – Гермиона, я должен был! Не мог уже смотреть на твои страдания, но, когда я рассказывал ему историю, кажется, осчастливил его. Думаю, это взаимно! Рон и Невилл не могли понять, о чем говорят друзья, а вот Джинни улыбалась. Гермиона засмеялась и бросилась обнимать друга. – Спасибо! Спасибо, что рассказал! Спасибо! – Я тоже там была! – молвила Джинни и обняла подругу. – Тем более он покидает Хогвартс, так Кинсли сказал. – Да, это правда. А сейчас я хочу принять душ! – Ванную! – уточнила Джинни. – У него душ! Гарри и Джинни засмеялись, как и Гермиона, которая побежала в свою спальню. Взяла туфли, платье и косметику. На выходе ее остановил Рон. – К кому ты бежишь? – Тебя это не касается. – Касается! – Рон, пусти ее! – приказал Гарри. – Вы с кем ее свели у меня за спиной? – С тем, кого она любит с пятнадцати лет, - ответил Гарри. – И кто он? –Северус Снейп! – произнесла Гермиона. Рон истерически засмеялся, но кроме него не смеялся больше никто. – Это не шутка? Гермиона, он же старый! – Рон, заткни свой грязный рот! Гермиона резко вырвала руку и убежала прочь. Рон опустился на диван и от боли прикрыл глаза. – Сам виноват, - произнесла Джинни брату.