The Cure

*2 месяц*

- Ты действительно переживаешь, понравишься ли моим родителям? Шер, да ты лучший человек на этой земле. Можешь даже не думать об этом. Мама и папа ждут встречи с тобой. Всё-таки, тебе удалось сделать их бунтарку-дочь лучше. Тони нисколько не лукавила, и Блоссом знала её достаточно, чтобы это понять. Они провели шикарные несколько дней в квартире розововолосой - впервые некуда было спешить, некого бояться. Просто наслаждение друг другом и планы на совместное будущее. Несколько раз Шерил вспоминала о матери, которая будто бы исчезла, но Тони умело уводила её мысли в другую сторону. Пока Пенелопа вновь не решит испортить жизнь, не стоит впускать её в голову. Можно было оттягивать неизбежное вечно, ведь Блоссом заметно нервничала из-за переезда, а Тони всячески её успокаивала, но этот день настал. Они были на пути из аэропорта к дому Топаз, и колени рыжеволосой ещё никогда не тряслись так сильно. Она ведь даже ни разу не видела её родителей, а тут свалилась, как снег на голову: нищая и беременная. Ей было стыдно за такое положение, но розововолосая делала всё, чтобы отвлечь её от этих мыслей. - Тебе обязательно нужно отдохнуть, когда приедем. Перелёт тебя вымотал, да и эта нервозность из-за родителей явно не помогает расслабиться. Хочешь, отложим знакомство до вечера? Блоссом лишь улыбнулась, ближе прижимаясь к Тони, которая даже на заднем сиденье такси окружила её защитой и заботой, и поцеловала девушку. Она была без ума от такого количества внимания, но иногда Топаз буквально обращалась с ней, как с ребёнком. Да, она сама в этом виновата - слишком часто вела себя так, что её приходилось опекать, но надеялась, что те дни канули в лету. Она скоро станет матерью, так что пора взрослеть. - Всё отлично, Ти-Ти. Я чувствую себя замечательно, а вот ты взволнована. Что тебя тревожит? Конечно, розововолосая, как и любой другой человек, переживала из-за знакомства родителей с девушкой, которую любила. Не из-за того, что они могут не понравиться друг другу, а из-за той неловкости, которая будет преследовать каждую фразу. Отец всё-таки всё ещё считал себя виноватым в том, что случилось с рыжеволосой, а Шерил действительно даже не знала, как они выглядят. Не то, чтобы у них было много времени и желания говорить о таком. В последнее время всё было чересчур спонтанным. Топаз лишь надеялась, что дальше их жизнь будет менее безумной. - Просто хочу, чтобы не было неловкости. Нам придется некоторое время пожить с ними, пока я ищу работу. Так что, это просто вполне обоснованное волнение. Ничего страшного. - Теперь мне говорить, что всё будет хорошо? Шерил засмеялась, и розововолосая немного успокоилась, не в силах оторваться от девушки хоть на мгновение. Ей казалось, что если она её отпустит, то Блоссом несомненно исчезнет, так что вела себя, как прилипала, в последнее время. Благо рыжая не то, чтобы жаловалась. Они даже не заметили, как прибыли к месту назначения, потому что смогли таки расслабиться. Конечно, Топаз думала, что сейчас вновь придётся поволноваться, но она точно не ожидала увидеть отца, который стоял на крыльце, приветливо маша им рукой. Ну действительно, когда она в последний раз видела Джонатана в таком приподнятом настроении? Они с рыжей переглянулись, и Шерил поняла, что Топаз тоже не понимает, что происходит. Девушки вылезли из машины, пока водитель выгружал из багажника их чемоданы, а Джон уже был тут как тут, помогая ему в этом. - Пап, я всё занесу сама, тебе не нужно напрягаться. - Какая глупость, Тони. Я уже отлично себя чувствую. Топаз закатила глаза, беря в руки пару чемоданов, пока отец разбирался с остальным багажом. Она кивнула Блоссом, чтобы та последовала за ней. Было немного странно возвращаться в дом, в котором она провела больше пятнадцати лет (до этого они жили в квартире в Бруклине - как ей казалось, все оттуда начинали), с любовью всей её жизни, пусть они и не планировали оставаться тут надолго. Но сколько всего розововолосая могла рассказать о своём детстве... Прямо на этой лужайке перед особняком они с родителями лежали на пледе и смотрели на звёзды, а в пруде в паре километров вниз по дороге она купалась с друзьями лето напролет. Даже дуб, на котором долгое время висела её качеля, всё ещё был тут. Воспоминания накатили приливной волной, и девушка на несколько мгновений остолбенела. Пришла в себя лишь тогда, когда ладонь Шерил легла ей на плечо, а потом остановилась посередине спины. - Тони? - Вспомнила кое-что. У нас ещё будет время об этом поговорить. Джонатан в отличие от них уже заносил сумки в дом, весело крича дочери. - А говорила, что мне нельзя напрягаться. Блоссом вновь посмотрела на неё с тенью улыбки и непонимания. - Не спрашивай, сама не представляю, что на него нашло. Я думала, что не говорил об изменениях, лишь бы я вернулась. Но этот человек - он не похож на отца, которого я знала последние лет семь. Когда они, наконец, переступили порог особняка, Шерил и Тони тут же втянули в объятия. Амелия тоже была в приподнятом настроении, и на секунду старые воспоминания Топаз больно по ней ударили. Но нет, женщина просто рада была их видеть, и алкоголь никак не был связан с её радостью. - Шерил, милая, очень приятно, наконец, тебя увидеть. - Здравствуйте, миссис Топаз, - она перевела взгляд на Джона. - Мистер Топаз. Я безумно благодарна, что вы разрешили мне здесь пожить. - Амелия и Джонатан, запомни, пожалуйста. Ты теперь часть семьи, хоть нам и придётся познакомиться с тобой поближе. Блоссом бросила нервный взгляд на розововолосую, которая стояла рядом и улыбалась. Топаз лишь подняла ладони вверх. - Ничего не знаю. Раз мама с папой хотят задушить тебя заботой и любовью, я могу только порадоваться. Но знайте, не смейте утомлять мою девушку! - Я почти закончила готовить обед, можете пока пройти в комнату и немного отдохнуть. Джон, помоги девочкам с вещами. - Я могу вам помочь на кухне? Обе женщины Топаз с неким сомнением посмотрели на рыжеволосую: обе считали, что в её положении ей лучше отдохнуть. Но Блоссом казалась действительно заинтересованной. Плюс, это было неплохим шансом дать Амелии немного пообщаться с девушкой, пока Тони с отцом разберутся с вещами. - Конечно, Шерил. - Только не перенапрягайся, ладно? - Не буду. Топаз совершенно не чувствовала неловкости перед родителями, когда поцеловала девушку сначала в губы, а потом в лоб, провожая взглядом, когда они с Амелией скрылись на кухне. - Господи, я никогда не перестану просить прощения, дочка. Ты так её любишь... - Люблю, пап. - Розововолосая ещё мгновение смотрела вслед уже ушедшей девушке, а потом повернулась к Джону. - Но теперь всё хорошо, так что стоит забыть плохое прошлое.

*3 месяц*

*The Chainsmokers feat. Bebe Rexha - Call You Mine* - Я говорю тебе - это бесполезно. Топаз кивнула в поражение, размешивая сахар в своём кофе. Ей Богу, ещё немного, и она возненавидит кофе всеми фибрами своей души. - Она просто невыносима, когда в голову приходят вот такие спонтанные идеи. - Я всё слышу, Топаз! Розововолосая лишь усмехнулась, откидываясь на спинку стула. - Я всего лишь говорю, что люблю тебя, детка. Прошел почти месяц с тех пор, как они переехали в Нью-Йорк, и за это время действительно многое произошло. Они всё ещё жили с родителями Антуанетты, но так быстро привыкли к компании друг друга, что это совершенно не доставляло неудобств. Напротив, первое время, когда она пыталась найти работу, а Блоссом было скучно, та с удовольствием составляла компанию Амелии. Но (Тони была безумно рада, что не только в их с Шерил отношениях всё налаживалось) через какое-то время её мать вновь решила вернуться к давно забытому хобби - Джонатан был нисколько не против. Сам он слегка отошёл от дел: в Портленде его люди трудились, не покладая рук, возводя новый торговый центр с поддержкой Лодж Индастрис. А вот в Нью-Йоркском филиале Джон практически не появлялся. Тоже проводил время дома, всё зазывая дочь перестать упрямиться и пойти работать к нему. Розововолосая хотела немного независимости, но что-то подсказывало ей, что скоро она сдастся. Сдалась даже рыжая, которой в какой-то момент так захотелось занять себя чем-то, что она пошла на курсы бариста, чтобы потом начать работать в кофейне в центре их спального района. Сколько бы Тони не пыталась её отговорить - всё-таки, она была беременна, не стоило об этом забывать - у неё не получалось. Вскоре и Амелия встала на сторону рыжеволосой. Якобы, беременность не болезнь, и девушка может выполнять несложную работу ещё какое-то время. Топаз лишь пробурчала, что они сговорились против неё, но долго спорить не стала. Ей слишком нравилось, как её родители влюбляются в рыжеволосую, так что пришлось засунуть свои волнения куда подальше. А вот сейчас Блоссом мучила их с Купер разного рода кофейными напитками. - Когда уже приедет твой парень, чтобы мы могли пообедать и остановить эту кофейную машину? - Нам еще на УЗИ через три часа, не забывай. Да как она вообще могла забыть!? Только об этом и думала с самого утра. Они ещё не могли узнать пол ребенка, но Блоссом обязательно нужно было показаться врачу, чтобы отмести лишние переживания по поводу здоровья и развития малыша. - Не переживай, всё будет хорошо. И Люк обещал приехать с минуты на минуту. Бетти успокаивающе сжала ладонь Антуанетты, тем временем проверяя свой телефон на наличие сообщений от Роббинса. Топаз не терпелось поближе познакомиться с лучшими друзьями её девушки, и если блондинка уже произвела хорошее впечатление, то Люк, с которым она лишь пару раз мельком контактировала, навевал опасения. Когда они встретились в первый и второй раз, он понятия не имел, что на самом деле связывает их с рыжеволосой. А в третий раз они все были слишком напуганы исчезновением Шерил, чтобы останавливаться на знакомстве поближе. Ей почему-то казалось, что парень её не одобрит. Но, слава Богу, это им с Блоссом ничем не грозило. Она пусть и считалась с мнением друзей, Тони знала, что не в этом вопросе. Они найдут компромисс в крайнем случае. - А вот это тыквенный латте с корицей. Рыжеволосая победно улыбнулась, ставя на стол ещё одну кружку. Тони и Бетти переглянулись, будто бы споря, кому нужно сделать глоток и выразить своё мнение: обе уже устали пить. Но в дверь решительно постучали, так что розововолосая вскочила из-за стола, как ошпаренная, чтобы открыть дверь. Мама и папа (что до сих пор вводило Топаз в некоторый ступор, но она была несказанно рада) отправились на свидание, так что дом был в их полном распоряжении. - Привет, проходи. Блондин оглядел девушку, будто вспоминая, как сильно она изменилась в последнего раза, когда они виделись. - Привет. - Лююююк. Блоссом подлетела так неожиданно, что Тони буквально пришлось отскочить, чтобы этот рыжеволосый ураган не снёс её, пока пытался задушить Роббинса в объятиях. Шерил менялась просто на глазах. То ли гормоны (не то, чтобы розововолосая жаловалась, но иногда ей хотелось отдохнуть от вечно жаждущей близости девушки), то ли приятная и тёплая обстановка, в которой они находились последний месяц, но в поведении Блоссом отмечались значительные изменения. Она стала открытой, жизнерадостной, у неё появились цели и пропал страх. Топаз не могла нарадоваться на такое преображение. Девушка явно была рада видеть своего лучшего друга (Бетти и Люк были заняты в колледже, так что с того раза в Портленде им так и не удалось встретиться - благо смогли выбраться сейчас), ему даже пришлось самому отстраняться, потому что она отказывалась его отпускать. Тони даже почувствовала мимолетный укол ревности, что просто было сущей глупостью. Он был всего лишь её другом, которого она долго не видела. Они втроём вернулись на кухню, и пока блондин приветствовал свою девушку поцелуем, а она пододвигала ему кружку латте, умоляя попробовать, розововолосая помогла Шерил с обедом. Рыжая будто видела её насквозь, потому что не упустила возможности приостановить (она собиралась отнести тарелки в столовую, чтобы накрыть стол там), кладя ладонь на щёку и глубоко целуя, заставляя забыть о том всполохе ревности, который тут же растворился в безграничной любви и нежности. Обед был немного неловким, но это того стоило. Они не то, чтобы много разговаривали друг с другом: скорее говорили только Шерил (задавала вопросы) и Бетти (отвечала). Тони и Люк иногда поддакивали или опровергали что-то. Они сидели друг напротив друга, и всё чаще их взгляды встречались. Топаз понимала, в чём его проблема, ведь, как Шерил ей поведала, он теперь знал всю правду об их отношениях. Да и, господи, он буквально приехал в гости к своей подруге, которая живёт с родителями её девушки. Им нужно было поговорить об этом, но наедине, чтобы не расстраивать Блоссом, если взгляды вдруг не сойдутся. Время пролетело почти незаметно, и когда все наелись до отвала (одна рыжеволосая, бедняжка, ничего не ела, потому что должна была пройти процедуру на голодный желудок), розововолосая намеренно попросила Бетти помочь её девушке с уборкой, пока сама незаметно предложила Люку выйти на улицу. Почти предложила ему сигарету, в последний момент вспоминая, что он спортсмен (она старалась курить как можно реже, и не дай Бог при Блоссом, но сейчас очень хотелось - жаль, пришлось сдержаться, чтобы не произвести наихудшее впечатление), потому просто скрестила руки на груди, смотря на его профиль. Он тоже скрестил руки - да уж, непривычно было видеть его враждебно настроенным: по рассказам Шерил, да и по её коротким воспоминаниям, он был просто милашкой. - Можешь выкладывать, Шерил не узнает. - Мне не нравится, что она с тобой. Топаз открыла рот, чтобы поругаться. Неужели он не мог принять того, что его бывшая девушка/лучшая подруга была с девушкой? Да и довольно давно, если считать с момента, когда они только познакомились. - Больше всего я виню Пенелопу и себя, потому что перестал пытаться её найти и вообще не видел дальше собственного носа, боясь за поступление. Но тебя я тоже виню. Она счастлива, не спорю, но если бы не ты, с ней бы не приключились все эти ужасы. - И она до сих пор бы скрывала свою сущность от самой себя. Осталась бы под контролем матери и жила с парнем, которого никогда бы не смогла полюбить. - Я знаю, хорошо? Я всё это знаю. Вижу, как она смотрит на тебя, с какой любовью и преданностью, как светятся её глаза. Будь я проклят, если когда видел её такой. Но я люблю её, понимаешь? Всегда хотел для неё всего самого лучшего. Так что, если ты посмеешь её обидеть... Лучше тебе не... - Я никогда её не обижу. Можешь мне поверить. Единственное, чего я всегда хотела, чтобы она была сама собой. Чтобы ей было комфортно и хорошо. И я продолжу делать её счастливой. Ты прав, мы все виноваты в том, что произошло. Но всё это уже в прошлом, и теперь от нас вновь зависит, как всё сложится в будущем. Люк кивнул, поворачивая голову и смотря на розововолосую. Он заметно расслабился, да и она тоже. Та неопределенная враждебность, что витала в воздухе, может, не до конца исчезла, но они могли с этим работать. У них была причина не вступать в конфликты. Был человек, за которого они оба готовы были отдать всё, что у них имеется. - Вернёмся в дом, пока девочки не начали что-то подозревать? - Конечно. - Топаз открыла входную дверь, уже с порога слыша счастливое щебетание рыжеволосой по поводу предстоящего приёма у врача. - Кого больше хочешь: мальчика или девочку? - Мы ещё не узнаем пол сегодня. - Знаю, просто интересно. Я бы вот хотел пацана. Конечно, это стереотипно, но футбол для меня до сих пор одно из главных занятий. Хотелось бы, чтобы он тоже попробовал. Я не перестану его любить, если вместо спорта от захочет заняться музыкой, но было бы здорово, чтобы он пошёл по моим стопам. - Вообще, я ещё не успела отдать предпочтения, но вопрос хороший. Дай-ка подумать...

*4 месяц*

*Pentatonix - Thank You* Она скрепя сердце оставляет Шерил одну. Конечно, знает, что девушка опять проторчит весь день в своей кофейне, которую просто обожала. Но всё равно. Ей предстояло пробыть вдали целый день, а она уже не помнила, когда приходилось расстаться так надолго. Розововолосая давно не навещала ребят в центре, потому ей вдруг пришла идея слетать в Портленд. Она частенько переписывалась с Аланом, и вроде бы всё у других детей и у него шло хорошо, но он мог и обманывать, чтобы не расстраивать её. Шерил была нисколько не против, сказав, что Топаз нужно немного расслабиться в этой поездке прежде чем идти на новую работу. Да, она всё-таки согласилась на предложение отца. Если они хотели в ближайшее время начать самостоятельную жизнь, ей нужна была нормальная работа и хороший доход. Брать деньги у Джонатана она не хотела - и так достаточно из него вытянула, а вот трудовая занятость была не плохой альтернативой. И несмотря на все сомнения и волнения, когда она переступила порог центра, в котором не была довольно долгое время, на душе сразу стало спокойнее. Первой она увидела Анну, и девочка, видимо, настолько не ожидала её появления, что остановилась посреди коридора, смотря на неё чуть ли не с открытым ртом. - Мисс Топаз? - Привет, Анна. Розововолосая вскрикнула от удивления, когда девочка подбежала и обняла её. Вообще-то, она не была столь общительной, даже пока Тони ещё была официальным работником. - Я думала, вы больше не придете! Вы надолго? У нас как раз собрание с Джесс, я выходила в туалет, хотите пойти со мной? Сначала Топаз ради вежливости хотела зайти поздороваться с Марси, но всё же кивнула. Просто не смогла отказать Анне, хоть и знала, что, скорее всего, помешает своим неожиданным приездом поучительному занятию Джессики. Так и произошло. Конечно, не все в её группе, но большая часть, тут же кинулись её обнимать, будто она отсутствовала не пару месяцев, а целую вечность. А Алан выглядел так, будто она была не настоящей. Сознательно его не предупредила, чтобы сделать сюрприз. - Ну всё, ребят, всё. Мы сможем пообщаться после собрания. А теперь давайте сядем по местам и поговорим о том, зачем тут собрались. Она кивнула Джессике, как бы извиняясь за своё поведение, но и девушка, которая обычно терпеть её не могла, лишь кивнула в ответ и улыбнулась. Никакого уничижающего взгляда. - Задам вопрос в сотый раз, кто-нибудь хочет выговориться? Топаз буквально рот открыла от удивления, когда Алан поднял руку. Видимо такое поведение была в новинку для всех, потому что психолог слегка замешкалась, прежде чем кивнуть, предоставляя ему слово. - В общем, всем привет, меня зовут Алан. Они всё ещё начинали с этого, хотя и знали друг друга лучше некуда. Но всё равно хор голосов повторил приветствие, и на розововолосую накатила волна ностальгии. Скоро ей придётся занять себя заполнением бумажек, а вот такого взаимодействия с детьми можно и не ждать. Ну, по крайней мере, пока не родится их малыш. Топаз незаметно для всех улыбнулась, называя ребенка и своим тоже. Сначала это было ужасно непривычно, но сейчас она уже и не думала по-другому. - У меня всё вполне хорошо. Работаю у мистера Честера, дома относительное затишье. Хотел бы я, чтобы мама всё же забрала нас и ушла, но, когда поставила отцу ультиматум, он пообещал исправиться. Не говорю, что слепо ему поверил, но прошло около двух недель, а он не пьёт и даже пытается работать. - Поздравляю, Алан. Спасибо тебе, что рассказал. Ребята потерли ладони, в знак благодарности. Но всё-таки мальчик остался единственным, кто захотел открыть свою душу, и Тони не могла им не гордиться. Раньше он казался ей неприступной крепостью, а сейчас по его глазам она видела, что ему хотелось выговориться. Хотелось поделиться неплохой новостью с ребятами, возможно, чтобы показать, что всё может сложиться хорошо. Собрание закончилось буквально через десять минут после того, как она самовольно на него заявилась. Так что уже ничего не помешало ей подойти к Алану и крепко его обнять. - Почему не сказала, что приезжаешь? Мы с ребятами организовали бы более тёплый прием. Надолго? - Прости, не могу остаться надолго. Но сегодняшний день я полностью в вашем распоряжении. Можем заняться фотографией, или же просто сходим погулять. - Как Шерил? Топаз вновь почувствовала себя, как дома, но не благодаря этому городу. Нет, здесь она была чужой, а вот центр так и остался маленьким безопасным местом, где всё было по-другому. - Она в порядке. Начинает потихоньку изменяться. Сейчас работает бариста, так что уходит уйма времени и сил. Я не в восторге, как можешь понять. - Да брось, она достаточно просидела, ничего не делая. Дай ей расслабиться до того, как станет мамочкой. - Ты прав, приятель. Просто тяжело за неё не волноваться. Как там твои родители, всё правда лучше? - Более менее. Они меньше ругаются, а отец вообще не пил пару недель. Всё может получиться, если он не сорвётся, но я уже сказал маме, что буду копить на отдельное жильё. Всегда нужно перестраховаться. Топаз слегка приобняла паренька за плечи, пока они шли в общую столовую. Она приехала как раз к обеду, так что нужно было подождать, пока ребята перекусят, прежде чем вовлекать их в какую-то деятельность. Девушка не была против, ведь и сама немного проголодалась. Хорошо, что приём пищи не занял много времени, потому что её буквально окружили дети, которым не терпелось заняться чем-то интересным. И в итоге они устроили шуточную баталию в спортзале, играя во всевозможные игры. Главное, понравилось её маленьким подопечным, но и сама Тони отлично провела время. Чуть не пропустила тот момент, когда нужно было собираться, дабы успеть на самолет. Про телефон она тоже успешно забыла, и, когда пошла в раздевалку, где оставила вещи (благо её комплект спортивной формы, который она использовала для занятий с ребятами, всё ещё был в её персональном шкафчике), чтобы принять душ и переодеться, первым делом проверила его. Если бы звонила Блоссом, она бы перезвонила, извиняясь, что отвлеклась. Но звонила Амелия. Звонила раз пять. Розововолосая напряглась, тут же забывая про все водные процедуры, набирая номер матери и молясь, чтобы она не забыла про мобильник, как дочь. - Мам, что стряслось? - Не паникуй раньше времени, но мы с Шерил были в больнице сегодня. Легко было говорить, конечно, она сразу же запаниковала! Когда она утром уезжала в аэропорт, всё было хорошо. Да, рыжая пожаловалась на лёгкую головную боль, но после тысячи вопросов, просто повысила голос, говоря, что она не маленький ребёнок, и это вполне нормальное состояние при беременности. Они не поссорились, но Блоссом отчитала её по полной программе. А вот теперь она готова была прочитать лекцию. И начать с того, что больше девушка и ногой не ступит в эту кофейню. - Ты всё ещё там или уже бежишь в аэропорт? Её мать будто сговорилась с её девушкой, и уже в который раз. Так что это бесило. Она отчетливо услышала смех, сорвавшийся из уст женщины. - Она в порядке? - Просто недомогание и головная боль. На всякий случай мы показались врачу, но и доктор Монтгомери сказала, что это нормально. Просто прописала ей покой и витамины. Можешь радоваться, она взяла несколько дней отгула с работы. - О да, лучше бы ей взять эти отгулы, потому что, когда я приеду, мало ей не покажется. Ну что за упрямица, я же просила не нагружать себя больше нормы... Антуанетта продолжала бубнить. Да, она злилась, переживала, была немного расстроена, но больше всего на свете хотелось уже поскорее сесть в самолет и вернуться домой. Да, день был чудесным. Ей стоило почаще навещать ребят и не забыть ещё раз предложить Алану как-нибудь приехать в гости. Но сейчас заботило её лишь время, которое она впустую тратила вдали от рыжеволосой. К слову, когда она перешагнула порог собственной комнаты (перед этим ей пришлось провести около получаса, прощаясь с детьми, что не желали её отпускать, и два с половиной часа в дороге до дома - так что устала она зверски), все слова, которыми она планировала отчитать рыжеволосую, пока не вырубится от усталости, вылетели из головы. Блоссом будто знала, как выбить её из колеи. Она лежала на кровати в темноте, свернувшись калачиком. А одета была лишь в безразмерную футболку Тони, что даже с разницей в росте доходила ей до середины бедра. Она тихонько посапывала, прижимая к себе подушку Топаз. И, конечно, девушка растаяла. Она сняла верхнюю одежду, достала из шкафа второе одеяло (совершенно точно не смогла бы вытащить другое из-под Шерил, не разбудив её) и легла рядом, укрывая их обеих. Блоссом всё же заворочалась, но не проснулась, лишь применила свои цепкие объятия уже не против подушки, а против своей девушки. Тони буквально растаяла, обнимая рыжую в ответ и оставляя мимолетный поцелуй на её макушке. Она была уверена, что уже через секунду погрузится в глубокий сон, ведь всё было хорошо. Она была дома.

*5 месяц*

*Will Post - Wonderlust* Она тяжело привыкала к должности секретарши (ответственной за документы, как говорил отец, чтобы не обидеть её), потому что свободного времени практически не оставалось, и им с рыжеволосой удавалось видеться лишь вечером, когда обе приходили с работы. Топаз частенько пыталась уговорить Шерил сидеть дома, потому что малыш рос не по дням, а по часам, и некоторые вещи ей уже давались тяжело. Ноги начали отекать, появилась небольшая одышка. И хотя розововолосая нисколько не была против того, чтобы сделать Блоссом массаж или пойти с ней в душ, чтобы помочь, знала, как это утомляет девушку. Пусть Шерил и отказывалась это признавать. Видите ли, дома было слишком одиноко. У них ведь, наконец, появился свой дом. Конечно, это была всего лишь квартира, которую они снимали пару недель, но зато теперь жили отдельно. Пусть ещё не распаковали все вещи (чёртова занятость Топаз, а Блоссом она не позволяла возиться со всем в одиночку), пусть была куплена не вся мебель, но приятно было возвращаться в свой собственный маленький рай. Любимым временем, естественно, стал вечер, ведь, несмотря на усталость, она каждую минуту на работе грезила лишь тем, что вернётся домой и упадёт в объятия своей девушки. Может поэтому она практически мурлыкала от удовольствия, пока ногти Шерил приятно царапали кожу головы. Ей так хотелось проявить какое-то внимание (их сексуальная жизнь угасала, но не из-за беременности рыжеволосой, а из-за ужасной усталости, что ломила кости), но сил хватало лишь на то, чтобы лежать на груди девушки, практически окунаясь в дрёму. - Ти, ты спишь? - Ммм? Нет, что такое? Топаз слегка приподнялась, прогоняя сонливость. Как она вообще могла спать, когда рядом лежала такая девушка? Несмотря на то, что Блоссом всё ещё немного стеснялась изменений в своём теле, Тони считала её идеальной. Живот стал более округлым, и теперь это их не смущало, как на третьем месяце, когда он только начал расти. Но больше всего розововолосой понравились изменения, связанные с её любимой частью тела Шерил. Вот растущей груди рыжая нисколько не стеснялась. - Я хочу тебе кое-что сказать… Розововолосая кивнула, на самом деле, готовая услышать что угодно, ведь её мозг не работал в полную силу, и единственное, чего он сейчас хотел – поцеловать Шерил. Тони, конечно же, нисколько не стала противиться такому желанию. Наклонилась ближе, вдыхая аромат ягодного геля для душа, а потом приникла к губам Блоссом. Что она там хотела сказать? Не важно, пусть эта новость подождёт с часик. Откуда-то взялись силы, когда она углубила поцелуй с твёрдым намерением продолжить это маленькое взаимодействие. Скоро рыжеволосой будет тяжело резвиться с ней в постели, так что нужно было пожинать последние плоды. Шерил вроде бы была не против, потому что её ладошки уже смело (ну правильно, чего ей было стесняться, когда они столько времени уже были друг с другом) заползли под майку розововолосой. Но тут Блоссом слегка отстранилась, постанывая явно не о блаженства. Топаз тут же присела, обеспокоенно глядя на девушку, которая, почему-то улыбалась. - Шер? - Собственно, о том, что я хотела сказать. Дай руку. Девушка нахмурилась, но подчинилась. Удивительно, как быстро её игривое и плотское настроение сменилось настороженностью. Видимо, дальше будет только хуже, ведь пока ещё малыш даже не вышел на свет, а она уже переживала как чокнутая мамаша. Сначала розововолосая почувствовала лишь тепло кожи живота Шерил. Собственно, она частенько лежала рядом на боку, поглаживая округлость и шепча какие-нибудь приятности, чтобы ребёнок привыкал не только к голосу Блоссом. Но уже через мгновение она поняла, что рыжая так отчаянно пыталась до неё донести. Вернее, что пытался донести малыш. - Это… Мне не кажется? - Нет. Это началось примерно с обеда, поэтому я раньше вернулась с работы, чтобы передохнуть. Не знаю, мальчик это или девочка, но боксерские способности у этого ребёнка отменные. Топаз усмехнулась, чувствуя, как слезинка не удержалась на ресницах и потекла вниз по щеке. Она даже не обратила на это внимания, потому что почувствовала всепоглощающее счастье и радость, ранее неведомую. Девушка тут же слегка сползла по кровати, уже привычно ложась на бок лицом к животу. Шерил начала хихикать, пока розововолосая покрывала живот лёгкими поцелуями, совершенно не понимая, что с ней происходит. Она ведь много читала о беременности, чтобы быть готовой ко всему, знала, что примерно в это время 95% малышей уже начинают доставлять матери вот такие неудобства. Но, как оказалось, невозможно приготовить себя к такому. Настоящее осознание приходило лишь сейчас, когда она мягко поглаживала живот Блоссом, чувствуя в некоторых местах пока слабые, но уже настойчивые толчки. - Я уверена, что этот проказник просто не хочет делить тебя со мной. Каковы шансы, что он решил начать толкаться именно сегодня, когда мы… Ну, ты понимаешь. - Споёшь что-нибудь? Думаю, это поможет немного успокоить его пыл. Почему-то мне кажется, что он только разыгрался, а у меня завтра утренняя смена. Антуанетта уже хотела заметить, что теперь Блоссом точно следует уволиться с работы, чтобы не случилось какого-нибудь казуса, но промолчала. Нет, сейчас не то время, чтобы снова начинать склоки. Она устала, да, и эта усталость вновь пробиралась под кожу, но собиралась исполнить просьбу Шерил. Она пела, пока не услышала ровное дыхание рыжеволосой, да и малыш вроде бы успокоился. Девушка ещё раз поцеловала живот чуть повыше пупка и прижалась ближе, не убирая ладони. Ей хотелось остаться в таком положении навечно, но через каких-то пару минут Топаз уже крепко спала.

*6 месяц*

*Walk the Moon - Lost In The Wild* - Точно не хочешь пригласить Бетти и Люка? - Думаю, они будут справлять Рождество в Портленде. Тем более, если этот обжора приедет, нам с мамой придётся приготовить таз картофельного пюре, несколько окороков и гору яблочных пирогов. Я тебе правду говорю, аппетит у него зверский. Не представляю, как Бетти удаётся его прокормить. Топаз усмехнулась, но больше всего ей в душу запало обращение Шерил к Амелии. Она совсем недавно начала называть женщину мамой, отчего старшая Топаз была просто без ума. Она ведь с самого начала пыталась привить девушке эту привычку, и вот, наконец, рыжеволосая сдалась. Сейчас же они сидели на кухне в особняке родителей. Амелия и Джон были категорически против того, чтобы девочки отмечали одни у себя в квартире, потому что это был семейный праздник. Антуанетта немного переживала, что Блоссом будет грустить по дому и по родителям (какими бы они ни были, Тони слабо верилось, что рыжая вот так быстро забыла их и разлюбила), но она лишь с большой охотой согласилась помочь с праздничным столом. Амелия многому её научила, и теперь Шерил готовила намного лучше, чем розововолосая когда-либо могла мечтать, что будет готовить сама. Вот и сейчас, по сути, сидела только она, а Блоссом крутилась у плиты. Родители поехали за покупками, ведь, как оказалось, ещё не успели приобрести рождественские подарки. Тони потихоньку воровала нарезанные кусочки яблок для пирога, когда рыжая отворачивалась, чтобы проверить окорок. Она так мило смотрелась в огромном красном рождественском свитере, в тренировочных штанах и пушистых носках, что розововолосая просто не могла оторвать взгляд. Разумеется, её и саму не обошла участь переодевания: она позволяла Шерил делать с ней что угодно (из-за лёгкой вины, что не находится дома достаточное время – но всё же пыталась это исправить, даже взяла выходной на сегодня, чтобы отпраздновать в семейном кругу), так что её внешний вид ничем не отличался. Разве что свитер был зелёным. - Может, я всё-таки чем-нибудь тебе помогу? Не настолько же я безнадёжный повар, чтобы не пускать меня к еде. - Ты можешь помочь, прекратив таскать яблоки. – Блоссом легонько шлепнула её по руке, когда та вновь потянулась к разделочной доске. – Окорок запекается, картофель на пюре варится, а я всеми силами пытаюсь разделаться с фруктами. Так что просто сиди и дай мне любоваться на твою милую мордашку. Антуанетта засмеялась, легко перегибаясь через стойку, чтобы поцеловать девушку. Вот и отлично, как раз то, чего она ожидала. Нисколько не хотелось готовить, ну просто не любила она это, но совесть перед Шерил её мучила. А вот теперь она будто освободилась. Амелия была несказанно рада, когда нашла человека, с которым можно поделиться своим кулинарным мастерством. Даже как-то сказала Топаз, что девушка станет отличной женой, из-за чего розововолосая подавилась водой. Но с того разговора думала об этом чаще положенного. В один момент у неё даже созрела идея сделать Блоссом предложение на Рождество или на Новый год, но она быстро отмела её. Слишком много с ними произошло в последнее время. Нужно было дождаться рождения их мальчишки (они планировали не узнавать пол ребёнка, чтобы сделать себе сюрприз, но всё же не удержались – Топаз буквально прыгала от счастья, ведь, сама не понимая причины, хотела мальчика). Да и не так давно Шерил пришлось разорвать помолвку с Марком. Не подходящее время для нового обременения в виде кольца. Когда-нибудь они пойдут на этот шаг, когда обе будут уверены, что без этого не обойтись. Когда желание пышной свадьбы и колец будет зашкаливать. А пока их обеих, вроде бы, всё устраивало. - Марк звонил утром. - Да? И что говорил? Тони отказывалась признавать, что всё ещё немного ревновала девушку к Уилсону. Это работало как с Люком, правда с блондином они неплохо сдружились после того, как прояснили свои претензии. А вот Марк был биологическим отцом малыша, да и они с Блоссом довольно часто общались. Головой она понимала, что это хорошо – если у них с Шерил будут хорошие отношения, можно не бояться, что он заявит свои права на ребёнка. Потому что в противном случае, Тони собиралась бороться за мальчишку всеми силами. Уж слишком прикипела к нему. - Поздравлял нас с тобой с Рождеством. А ещё обмолвился, что встретил интересную девушку. Шерил усмехнулась, явно радуясь такой новости, и Топаз могла её понять. У неё будто камень свалился. Было бы прекрасно, если бы у Уилсона появилась своя семья. Да, он всё ещё будет видеться с ребёнком, когда тот родится, будет его отцом, но любовь – тоже важная вещь. - Я рада за него. - Я тоже. Всё ещё иногда чувствую себя виноватой, что всё так получилось. Но всё в прошлом, нужно жить настоящим. Розововолосая кивнула, вдруг вспоминая, что совершенно забыла положить подарки под ёлку. Джонатан всё утро провозился, чтобы поставить её в гостиной, а Тони досталась честь (работёнка, которую ей могли доверить, в отличие от готовки) её украсить. Позже она видела, как Шерил кладёт несколько небольших коробочек под неё, в истинном духе Рождества. Тогда же Джон (Амелия поехала с ним только потому, чтобы проконтролировать, чтобы он не купил какую-нибудь ерунду, потому что сама женщина тоже положила свёртки под дерево) спохватился, что совсем забыл об этой традиции. И Топаз, видимо, взяла с него пример. Нет, всё было куплено и даже завернуто, но всё ещё пряталось в вещах, которые она привезла с собой сегодня. Девушка встала со стула, Блоссом бросила на неё взгляд. - Куда собралась? - Совсем забыла, что Санта просил положить подарки под ёлку. - Маленький эльф идёт на помощь? Топаз резко затормозила, поворачиваясь на сто восемьдесят градусов. Шерил хихикнула, тут же обходя стойку с другой стороны, когда розововолосая двинулась к ней. - Тони, не глупи! У меня нож! - А ну иди сюда, рождественская гусыня. Она знала, что у Блоссом не были ни шанса, так что подскочила к ней, обнимая сзади, аккуратно кладя ладони на живот и целуя её в шею, чтобы слегка ослабить бдительность. Шерил начала расслабляться, а потом взвизгнула, отскакивая в сторону, когда Антуанетта начала её щекотать. Хорошо, что девушка додумалась оставить нож на разделочной доске, иначе Рождественский ужин превратился бы в поездку в больницу. - Иди уже, а-то опять забудешь про подарки. - Теперь ты от меня подарок не получишь. Шерил лишь покачала головой с улыбкой на лице, когда Тони показала ей язык и вприпрыжку понеслась к лестнице. Совершенно не удивилась, когда услышала шум (а не надо бегать с теплых носках по скользкому паркету), а потом недовольное кряхтение розововолосой. - Ты не ушиблась, большой ребёнок? - Теперь я большая? Неужели. Топаз фыркнула и, по всей видимости, наконец, поднялась наверх. Шерил вновь усмехнулась, возвращаясь за стойку и кладя кусочек яблока в рот. Большой ребёнок ли, маленький ли эльф. Это было её чудо в перьях, которое она безумно любила.

*7 месяц*

*Chelsea Cutler - Your Shirt* Она не ревнует... Ладно, может, совсем немного. Просто, когда она в последний раз звонила на работу Топаз, та милая девушка вновь взяла трубку, говоря, что мисс Топаз занята. Почему она всегда торчала рядом с ней, у неё что, других дел не было? Шерил в такие моменты злилась на саму себя. Конечно, она постоянно была рядом, она ведь была ассистентом розововолосой, которую повысили до помощника менеджера, после того, как она пошла заочно учиться в колледж. Просто так спонтанно взяла и пошла на менеджмент, а Блоссом и возразить было нечего. Она была несказанно рада, что Тони заинтересовалась этой областью и хотела в ней развиваться. Они даже говорили о том, что Шерил тоже может пойти в колледж, если захочет, через какое-то время после рождения Чарли. Или Сэма, Оливера или Эштона. Имя они ещё не выбрали, лишь рассматривали варианты. Марк вообще голосовал за Артура. Какой вздор! Сейчас же рыжеволосой оставалось днями напролет сидеть дома: она уже не в состоянии была проводить целую смену на ногах, потому, наконец, сдалась уговорам Топаз и уволилась. Пару раз в неделю её навещала Амелия, с которой они готовили ужин и смотрели какую-нибудь мыльную оперу по телевизору. Она созванивалась с Бетти, выбирала одежду для сына в интернет магазине, ела, отдыхала. А потом всё повторялось заново. Топаз приходила домой поздним вечером, настолько уставшая, что сил хватало лишь на душ и ужин. Когда её голова касалась подушки, девушка тут же отрубалась. Блоссом молчала на этот счёт: да, её бушевавшие гормоны просто требовали устроить девушке выволочку, но мозг и разум пока что доминировали. Тони, не покладая рук, трудилась, чтобы у них были крыша над головой и деньги на расходы, чтобы ни в чем себе не отказывать. Она была бы последней идиоткой, если бы жаловалась на нехватку внимания. Тем более, розововолосая, иногда (когда у неё ещё оставалась крупица сил) сама являлась спонтанным инициатором киносеансов. Они обе размещались на широком диване, рыжая, как правило, поедала мороженое, а Топаз мягко поглаживала ноги Блоссом, покоящиеся её коленях. Она начинала разговоры по типу "мне правда так жаль, что я все меньше времени провожу с вами, но я обещаю, что уже скоро буду приходить пораньше". Вот почему язык не поворачивался обвинять её в не сдержанных обещаниях. Всё, что оставалось делать девушке - лежать на кровати в спальне, бездумно переключая каналы. Она так глубоко погрузилась в собственные мысли, что совершенно не услышала открывающуюся дверь. Лишь удивлённо уставилась на Тони, которая мгновением позже показалась в дверном проеме. Настроение сразу улучшилось, ведь она не ждала розововолосую так рано. Буквально полчаса назад звонила, чтобы спросить, приедет ли она к ужину, а тут такое странное совпадение. И ещё эта улыбочка, что будто приклеилась к лицу Топаз. - Ты меня обманула. - Чисто технически, это сделала не я, а Саманта. В руках Антуанетта держала огромный букет красных роз, которые (до момента, когда девушка впервые подарила ей цветы) Шерил не знала, что любит. Вообще, никто раньше (ну, может Люк дарил ей пару ромашек, когда они были детьми) не дарил ей букетов, так что в этом Топаз преуспела. - Ну, конечно, эта девчонка ведь делает всё, что пожелает её любимая "мисс Топаз". Она думала, что розововолосая рассердится или обидится, ну правда, повела себя не красиво, хотела уже извиниться, но девушка лишь рассмеялась, кладя букет на стол и буквально запрыгивая на кровать, вынуждая рыжую подвинуться. Но Тони это не остановило, она поползла следом, обхватывая свою девушку руками и притягивая в свои объятия. - Ты ревнууууешь. Неужели, Шерил? - И что мне мешает ревновать? Блоссом сделала пару ленивых попыток высвободиться из объятий, будто бы обижается на что-то, но, на самом деле, ей было комфортно. Главное, что Тони рядом. Она лишь поддерживала иллюзию того, что назревает ссора. И Топаз, зная её достаточно, прекрасно это видела. - Может тот факт, что я без умолку болтаю о тебе на работе? Розововолосая оставила поцелуй под ухом девушки, посылая мурашки вниз по её позвоночнику. Шерил ненавидела, как её гормональное тело реагировало на любое, даже самое мимолетное прикосновение. Ладно, может и не ненавидела. - Или, например, мои постоянные вопросы к Джеки, которая растит ребёнка, по поводу того, какого это? Я прошу советов, хотя Эндрю ещё не родился. - Точно не Эндрю, Тони. - Шерил рассмеялась, когда подушечки пальцев Топаз прошлись по её правому боку - как же она ненавидела щекотку. - Ой, нет, наверное ты ревнуешь меня, ведь я поставила на свой стол нашу совместную фотографию с Рождества. И каждому, кто спрашивает, говорю, что это моя любимая девушка, с которой мы скоро создадим настоящую семью. Розововолосая опиралась одной рукой о матрас, нависая над Блоссом, и рыжая повернула голову, смотря на неё снизу вверх. - Люблю тебя. Тони прикрыла глаза, не сдерживая улыбку, когда Блоссом прикоснулась подушечками пальцев к её щеке. Она выдержала долгих пару секунд, прежде чем застонать от негодования. - Ну ты поцелуешь меня уже, или мне всё самой делать? Шерил вновь не смогла сдержать смех. Действительно, как должно быть тяжело ей будет, когда вместе с большим ребёнком у неё появится маленький. Но она всё же приподнялась, впиваясь губами в губы Антуанетты. Только прочувствовала момент, только жар начал расползаться по всему телу, как Топаз отстранилась. - Ну уж нет, никаких соблазнений, мисс Блоссом. Я сбегала пораньше с работы не для того, чтобы вы затащили меня в постель на первом свидании. Рыжеволосая несколько мгновений в недоумении смотрела на девушку, которая встала с кровати и подошла к шкафу, начиная в нём рыться. А потом резко обернулась. - Ну, ты так и будешь лежать? Или мы, наконец, пойдём на свидание?

*8 месяц*

Когда Тони смотрела на двух друзей, ей хотелось плакать. Если бы не Блоссом, что сидела рядом, и которую она держала за руку, точно не сдержалась бы. Ну, сами посудите, на свадьбах всегда кто-то плачет, и почему бы ей не стать тем самым человеком? Свитс регулярно писал ей и звонил, когда она несколько месяцев назад она узнала, что они с Фэнгсом снова сошлись (истинная любовь, да, сучка), она и предположить не могла, что будет сидеть в первых рядах на их свадьбе. Да кто вообще мог предложить, что до такого дойдёт, а самое главное, что в их маленьком городе они найдут священника, который будет готов их обвенчать? Шерил вот своих эмоций не скрывала. Ей было тяжело долго стоять, потому девушкам пришлось отказаться от того, чтобы встать бок о бок с друзьями, но они нисколько не обиделись. Наоборот, когда они вчера прилетели в Портленд, были встречены теплейшими объятиями и словами. Им удалось о многом поговорить, узнать, как мальчики всё же нашли свой путь друг к другу. Они даже погуляли по вечернему городу, пока Блоссом не утомилась. - Ты в порядке, малышка? Тони еле шепнула, заправляя прядку за ухо рыжеволосой, чтобы не нарушать тишины, сложившейся в зале для того, чтобы молодые принесли свои клятвы. Шерил кивнула, слегка наклоняясь головой на плечо девушки. Она крепче сжала её пальцы, пока все слушали клятвы. - Фэнгс Фогарти... - Тони вряд ли видела, чтобы Свит Пи плакал. Разве что, помнила его грустный взгляд, когда он говорил о новом парнем любви всей своей жизни. И она безмерно гордилась им за то, что он не бросил попыток добиться Фога. Она не могла представить, чтобы Питерсон провел свою жизнь с кем-то ещё. Они были как две половинки одного целого. Как они с рыжеволосой. В такие моменты Топаз просто не могла поверить своему счастью. Когда-нибудь она тоже будет стоять у алтаря, произнося клятву и надевая кольцо на палец рыжеволосой. Их мальчик будет где-то поблизости, может быть, бегать рядом, или же к тому моменту станет таким взрослым, что сам поднесёт мамам кольца. Она не представляла, как сложится их судьба в дальнейшем, через какие ещё невзгоды придётся пройти, но готова была на всё. Ради Шерил и их сына она готова была на всё. Она слышала обрывки фраз, видела мимолетные движения рук, когда тот или иной жених смахивал непрошенные слёзы, но могла сосредоточиться лишь на тепле тела Блоссом рядом с ней. Ей казалось, что, когда Шерил рядом, она просто не может думать о чём-то ещё. Да и эти клятвы, собственно, предназначались не для них и не для зрителей (которых, вообще-то, было не так много), так что никто не осудит её за то, что она не следит за процессом. Ещё вчера она не думала, что они всё-таки решатся на перелёт. Пусть до срока оставалось больше месяца, Топаз стала более гиперопекающей, чем обычно. Иногда Шерил это бесило, но она закрывала глаза, пока запреты не пересекались с её собственными интересами. Но розововолосая не могла не переживать: самолёт, куча людей, февраль, пусть и не такой холодный, каким бы мог быть, а главное, она не представляла, какого для Блоссом будет вновь ступить в церковь. Она действительно отошла от веры, но, то ли по старой привычке (вряд ли так просто можно было забыть восемнадцать лет жизни), то ли из чувства такта - она перекрестилась и прочитала короткую молитву, прежде чем зайти внутрь. Но на этом всё закончилось. Если Шерил и было не по себе здесь находиться, если её преследовали воспоминания о церкви её отца, то она была лучшей актрисой - по её виду это было непонятно. Наоборот, она была очень спокойна и привычно растрогана. Всё длилось не так уж и долго, так что в скором времени они уже могли пообщаться с молодыми мужьями. Столько радости и тепла от этих двоих они вряд ли когда-либо получали. Но было видно, что это решение они приняли не спонтанно, и довольно долго шли к тому, чтобы сегодня прийти в церковь за благословением. После церемонии все отправились в ресторан, в котором должно было продолжиться торжество. Тони предполагала, что Шерил попросит её ненадолго вернуться в отель, чтобы отдохнуть, а потом поехать на празднество. Но она точно не ожидала, что Блоссом попросит поехать совсем в другое место. Ей не было страшно, ведь, всё-таки, они не Пенелопу навестить поехали, но немного волнения всё не присутствовало. Когда таксист высадил их около церкви, Топаз понятия не имела, что будет дальше. Это было сугубо желанием рыжеволосой, так что она покорно ждала, пока Блоссом стояла на лужайке (ярким воспоминанием в голове всплыл тот солнечный день, когда она, не стесняясь, поцеловала девушку прямо на этой лужайке), глядя на фасад здания, которое когда-то любила посещать больше, чем собственный дом. Они вроде не планировали заходить, просто на Шерил напала тоска по местам, которые раньше она посещала регулярно. В планах ещё было навестить Нану Роуз. Так что на долго они бы не задержались. Но довольно неожиданно было встретить Клиффорда Блоссома, который вышел из церкви под руку с какой-то женщиной. Шерил было отвернулась, но она была не в состоянии быстро скрыться, как с места преступления. Так что мужчина всё же заметил незваных гостей. И по мере того, как близко он к ним подходил, выражение его лица менялось. Он встал как вкопанный, когда расстояние между ними сократилось до пары метров. Видимо он не представлял, что может увидеть дочь. Беременную дочь, да ещё и с девушкой, которую она до сих пор держала за руку. Топаз бы не обиделась, если бы Шерил отпустила её руку и отошла на шаг, как бы говоря отцу, что это не то, что он думает. Но, видимо, рыжеволосая больше не считала это тайной за семью печатями. Да и какой смысл? Разве он не знал, по какой причине дочь исчезла из дома почти на год? - Шерил? - Здравствуй, папа. Женщина, что стояла рядом с Клиффордом, только и делала, что переводила взгляд с мужчины на девушку. А Тони гадала, сколько ей, должно быть, лет. Выглядела она явно младше Блоссома. - Как ты здесь...? Откуда? Господи, я думал, уже никогда тебя не увижу. Он резко подался вперёд, слегка неожиданно для остальных обнимая дочь, а потом отстраняясь от неё. - Прости, милая, мне так жаль. Я думал, та терапия пойдёт тебе на пользу, не знал, какие методы там практикуют. Твоя мать просто не оставила мне выбора. Я не смог больше терпеть её выходки, и теперь вымаливаю прощения у Господа. Топаз ела сдержалась, чтобы не усмехнуться. Ага, она видела ту женщину, в компании которой он "вымаливал" грехи. Но какой смысл нарываться на ссору, когда им ничего от этого мужчины и не нужно было? Если бы он им не встретился, они бы и не стали искать его компании. Шерил, в конце концов, даже не хотела заходить внутрь. - Я не сержусь на тебя, папа. Как бы то ни было в прошлом, сейчас у меня всё отлично. Рыжеволосая вновь нашла ладонь Топаз, переплетая их пальцы. - И я рада, что у тебя тоже всё хорошо. Клиффорд явно хотел добавить что-то ещё, но Блоссом его перебила. Он не мог сказать ничего, что ей хотелось бы услышать, потому что он уже упустил свой шанс, как хороший отец. У него было на это долгих восемнадцать лет, и раз не воспользовался возможностью тогда, глупо было надеяться на что-то сейчас. Да и у нее уже была семья в Нью-Йорке. - Мы ещё не опаздываем на торжество, милая? Тони мельком глянула на часы, честно, даже не успевая понять, сколько сейчас времени. Всё равно следующей остановкой был не ресторан. - Да, нас наверное уже заждались. - Прощай, папа. - Шерил... Розововолосая без возражений подчинилась, когда Шерил пошла прочь, еле сдерживая слёзы от неожиданной встречи, но гордо подняв подбородок. Топаз на мгновение остановилась, когда они перешли улицу, чтобы оттуда вызвать такси. Поцеловала Блоссом в висок, шепча какие-то слова утешения, но девушка лишь покачала головой. - Я не расстроена. Всё так, как должно быть. И у меня правда есть все, кто мне нужен. Пусть он живёт своей жизнью. Надеюсь, она будет у него счастливой. Тони не могла не гордиться рыжеволосой, ведь из маленькой сломленной девочки она превращалась в сильную и стойкую женщину. Она вызвала такси и обняла Шерил, спасая их обеих от надоедливой прохлады.

*9 месяц*

*Hanna Ferm, LIAMOO - Hold you* - Тони, успокойся! Девушка резко тормозит, ведь последние минут тридцать только и делала, что наворачивала круги по залу ожидания. Она настолько погрузилась в себя, что громкий голос матери буквально напугал её. Она обвела взглядом комнату, понимая, что, кроме неё и Марка никто больше так не волнуется. Ну, действительно, разве они могли понять, что она сейчас чувствует? Её девушка была в родильной комнате совершенно одна (она в последний момент передумала, чтобы розововолосая составила ей компанию, ведь не хотела, чтобы Топаз видела её такой – какая глупость!), в окружении чужих людей и готовящаяся стать матерью, а ей оставалось лишь ждать рождения малыша. - Не стоит наседать на неё, Эм. Я тоже себе места не находил, когда ты рожала Тони. Вполне понятно, что она чувствует. - Может тебе принести чего-нибудь? Чай, кофе? Топаз отрицательно покачала головой на заботу Уилсона, всё же решая послушать мать и присесть. Нужно было взять себя в руки, ведь непонятно, насколько затянется весь этот процесс – рыжая была ещё очень молода, да и это был её первый ребёнок. Вокруг неё собрались лишь самые близкие, те, кого они с Блоссом хотели видеть рядом с собой, когда малыш придёт на этот свет: Амелия, Джонатан и Марк (вот это было лишь желанием Шерил, ведь она понимала, как парню важно присутствовать на рождении сына). Остальные должны были подтянуться в больницу с поздравлениями уже после того, как девушку переведут в палату. Розововолосая вновь грызла ноготь на большом пальце, потому что её сердце буквально отбивало канонаду. Ей так хотелось быть рядом с Шерил: может быть, она упадёт в обморок от страха и переполнивших её эмоций, но, по крайней мере, увидит всё своими глазами и убедится, что всё хорошо. Время шло, а им так никто ничего не сказал, поэтому, когда из родильной вышла медсестра, Топаз буквально подскочила с места, подбегая к ней и чуть не сшибая с ног. - Как она? Что происходит? Почему так долго? - Вы Тони? Топаз яростно кивнула. Ей казалось, что девушка пытается отвлечь её от какой-то информации. Она что-то упускала, и ей это не нравилось. Сразу вспомнились все фильмы и сериалы, когда медицинский персонал вот так вот выходил к родным. Но когда медсестра произнесла фразу, с которой, собственно, её и послали в зал ожидания, Тони не смогла сдержать облегчённый выход. - Вашей девушке тяжело даются первые роды, но это абсолютно нормально. Она спросила, не против ли вы всё же поприсутствовать. Ей важна поддержка. - Да, разумеется, я только «за». - Пройдёмте со мной. Розововолосая нисколько не сопротивлялась: тщательно вымыла руки, надела халат, шапочку, и уже после всех формальностей прошла в родильную, сразу же замечая Шерил. Её волосы, стянутые в конский хвост, разметались по подушке, она вспотела, а личико покраснело. Когда она увидела Топаз, её нижняя губа тут же задрожала, и она протянула руку. Тони не медлила, подходя как можно ближе, беря девушку за руку и целуя тыльную сторону её ладони. - Я н-не хотела, чтобы т-ты… - Эй, малышка, ты прекрасно выглядишь, даже не переживай об этом. Розововолосая не знала, почему плачет, но слёзы будто жили своей жизнью: она наклонилась, поцеловала Блоссом в лоб, улыбаясь, ведь теперь была рядом, но щёки всё равно оставались мокрыми. Ей не хотелось пугать девушку такой реакцией, но она будто перестала обращать на неё внимание на долю секунды. Лишь вскрикнула, мёртвой хваткой цепляясь на руку Антуанетты. Она практически не чувствовала боль, наоборот, ей хотелось хоть немного облегчить страдания рыжей. Врач подбадривал её, говорил, что она умница и делает всё правильно, но Шерил ему мало верила. Она плакала, и Тони не могла представить, как, должно быть, болит всё её тело от напряжения и скорого рождения их малыша. - Эй, детка, посмотри на меня. Блоссом не сразу поддалась, ведь глаза были зажмурены, а нижнюю губу она прикусила так сильно, что та начала синеть. Топаз пришлось повторить просьбу, чтобы завладеть её вниманием. - Ты молодец, слышишь? Отлично справляешься! И скоро наш мальчик будет здесь, ты можешь себе представить? Я вот не могу! А мы так и не определились с именем! Шерил вроде бы усмехнулась (Тони всегда знала, как заставить её улыбнуться), но тут же новая волна боли прокатилась по всему телу, и её секундный вскрик сменился частым и неровным дыханием. - Тебе нужно дышать, Шерил! Уже показалась головка, осталось совсем немного! - Ты сможешь, любовь моя. – Розововолосая наклонилась, касаясь своим лбом мокрого от пота лба Блоссом. Антуанетте казалось, что они обе на это мгновение перенеслись куда-то в другое место. Туда, где нет боли, переживаний, что всё пойдёт не так, а есть только радость от скорого рождения и предвкушение встречи с малышом. Прежде чем она услышала крик, а Шерил откинулась на подушку с облегчённым вздохом. Прежде чем врач начал действовать, проверяя состояние ребёнка, а потом поздравил их с рождением сына, Тони услышала лишь одно слово, сорвавшееся с уст рыжеволосой. - Джейсон. Они перебирали множество вариантов: десятки, сотни имён. Консультировались с родителями и друзьями, и да, это имя тоже всплывало, но никогда они не останавливались на нём, как на возможном. Но почему-то, услышав его сейчас, как Блоссом произнесла на выдохе, а в следующую секунду комнату заполнил крик ребёнка, Топаз поняла, что оно – то самое. Лучше и не придумаешь. Их мальчик, их Джейсон. Всё, что случилось потом, было настолько сумбурным, что Тони каждый раз приходилось вспоминать, как всё было: как Шерил перевели в палату, как со всех сторон её окружили родные и друзья, масса поздравлений и желание увидеть малыша. Но то, что она будет помнить до самой смерти, как Джейсона впервые положили на грудь Блоссом. Маленький, розовый, кричащий комочек счастья, которого рыжеволосая так бережно держала. А потом её взгляд, когда она посмотрела на Тони. Девушка и сама не выдержала, уже всхлипывая в голос и опускаясь на корточки перед родильным столом, чтобы аккуратно прикоснуться к малышу. Как она могла хотя бы подумать, что не сможет его полюбить? Уже в утробе Шерил он стал её ангелом, её сокровищем, с которым она постоянно разговаривала, лёжа на боку, пока Блоссом читала какую-нибудь книгу, мягко поглаживая её по волосам. А сейчас ей будто открылось восьмое чудо света. Её любимая девушка, её сын… Она никогда не чувствовала такого безграничного счастья. - Тони? Девушка подняла голову, смотря в слезящиеся от радости и нахлынувшего спокойствия глаза рыжеволосой. - С годовщиной, милая.