Purpose

Сириус Блэк не запомнил момента, когда влюбился в такую девушку, как Марлин МакКинон. Однако, он запомнил все те моменты, когда хотел сказать ей об этом. Сириус никогда особо не любил людей, и уж тем более, общаться с ними. С раннего возраста все в семье считали его изгоем. Он был именно тем парнем, которого постоянно толкают в плечо, будто бы нечаянно, по той же причине ставят подножки, когда парень уверенными шагами идёт в какую-нибудь комнату. Он был именно тем парнем, которого все обычно считают геем и стараются сказать об этом при каждой встрече. Всё это, все эти выводы общества, подтолкнули его на заключение — он не достоин любви. Он не мог подойти к какой-нибудь симпатичной девушке в школе, как это обычно делали все парни в его возрасте, или заговорить с кем-нибудь, по одной простой причине, он — Сириус Блэк. Однако, была одна девушка которой было наплевать на всё это. Ей было наплевать, ведь она подошла к нему первой.Она красива. Сириус постоянно восхищался её красотой. В этой девушке было так много хороших качеств, что среди них невозможно было обнаружить хоть одно плохое. Она была скромна, сочувственна, добра, а также очень уверенная. Когда парень находился рядом с ней, то у него пропадал дар речи. Он не мог сказать и слова, когда девушка появлялась в его поле зрения. Она говорила о том, как ей жаль. Что он всегда может положиться и довериться ей. Он знал это.       Ведь ей было совершенно всё равно, кто такой Сириус Блэк. Точнее то, что о нём говорят, ведь у неё имелось личное мнение. Марлин развернулась и пошла прочь от парня после своей речи. А ведь Сириус так и не сказал самую важную фразу: «Я люблю тебя, Марлин МакКинон.» А она ушла, так и не услышав его. ***       Когда Сириус обнаружил девушку в комнате у Фабиона, он чувствовал так много всего в тот момент. Чувства переполняли его, их было так много, но в итоге они смешались в одно целое — отчаяние. А что он думал? Что Марлин МакКинон теперь станет его девушкой, раз подошла к нему один раз за всю жизнь? Он понимал, что это глупо, считать, что теперь они будут встречаться, однако ничего не мог поделать с этой мыслью. Он мечтал о ней. Он мечтал о том, как будет держать её за руку, как сможет засыпать рядом и целовать без повода. Вот только его место было занято, и все эти вещи делал Фабион. Сириус никогда не сможет делать всё это, ни с Марлин, ни с любой другой девушкой, ведь он не такой парень, которого кто-то сможет полюбить. Он знал это. А Марлин показывала это на своём примере. Он взял в свои руки камеру и сделал столько снимков Марлин, сколько успел. Не было ни одного неудачного кадра, а если бы и был, то Блэк бы не заметил, ведь её идеал затмевал его взор. «Я люблю тебя, Марлин МакКинон.» Вот только в тот момент, когда он не отводил от неё взгляда, она смотрела на Фабиона.       Когда Фабион и его компания обнаружила снимки, которые он сделал прошлой ночью, ему стало очень стыдно. Теперь, все будут распускать слухи о том, что он извращенец, и, скорее всего дрочит на все эти кадры. По крайней мере, пропадут слухи об его ориентации. Вот только он не хотел, что бы кто-то знал об его чувствах. Это было нечто сокровенное, нечто, что принадлежало только ему. Ведь он чувствовал всё это. Каждую секунду своей жизни, он не сомневался в том, что влюблён. Каждую секунду его жизни, это чувство только усиливалось и парень ничего не мог поделать с этим. Его любовь росла, так же, как и чёрная дыра в сердце. Ему было больно оттого, что любовь не взаимна. Когда Марлин увидела фотографии, Сириус думал что она накричит на него. Но она молчала. И это молчание было намного хуже, чем крики. Все его мысли, внутренний голос, вопили от боли. Он не мог думать. Не в таком состоянии, когда ему казалось, что все его мысли сейчас вырвутся наружу. Каждая фотография, сделанная им, вопила о любви парня к Марлин. «Я люблю тебя, Марлин МакКинон. Неужели ты не видишь?» Скорее всего нет. Ведь рядом с ней находится никто иной, как Фабион.       Когда Марлин начала кричать на него в лесу, он растерялся. Он думал о том, как же, чёрт возьми, она красива. Вот только её слова причиняли ему боль. Нестерпимую, жгучую и очень долгую боль. Он так сильно любил её, а она, так же, как и все, считала парня никем. Он мог вытерпеть это от любого, только не от неё. Он готов быть никем ради всех, а вот она, девушка, стоящая рядом и отчаянно кричавшая на него, была исключением. Ему было наплевать на слова всех, вот только то, что сейчас произносила девушка, она обдумывала каждое слово и произносила всё чётко без запинки, оставляли глубокие раны в его сердце, которые теперь, вряд ли заживут, как бы сильно парень не хотел этого. Он не думал, что сможет ранить её несколькими правдивыми словами. Он не хотел причинить ей боль, ведь с любимым человеком так не поступают. Он не думал что слова так сильно повлияют на неё. Даже в ту самую минуту, когда девушка так надрывалась, он не сомневался в одной вещи. Единственная фраза, которая сейчас звучала в его голове это: «Я люблю тебя, Марлин МакКинон.» Почему она поступает так с ним?       Когда Сириус увидел, что Фабион и его друзья сделали, злость моментально вскипела в парне. Нет, Фабион не может любить Марлин. Если бы любил, то ни за что не поступил бы так. Увидев самодовольную улыбку на его лице, Сириус уже сжимал кулаки. Марлин была для Фабиона наградой, которую он смог заполучить. Ходячим трофеем, говорящим о том, что ему удалось переспать с ней. И этих трофеев у него было очень много. Марлин не заслуживала быть среди них. Ведь теперь, парень ведёт себя с ней как последний мудак. Ни одна девушка не достойна такого обращения к себе, а в особенности Марлин. Он бил Фабиона. Старался отомстить и за себя, и за девушку, стоящую рядом. Он бил его за всю причинённую боль, за все обидные слова. Ему было наплевать на всё, а в особенности на то, что он мог в эту же секунду убить парня. Он бил с такой силой, что Фабион повалился на землю. На его лице проступала кровь, она скатывалась на твёрдый бетон, его же парень чувствовал своим затылком. С каждым ударом голова парня билась о твёрдую поверхность, но Сириусу было поистине наплевать. Парень, лежащий под ним, был достоен такого отношения. И Сириус готов был ему это доказать в этот момент. Каждый удар по лицу Фабиона, так и кричал: «Я люблю тебя, Марлин МакКинон.» Вот только её мысли были заняты парнем, которому сейчас доставалось. Когда они сидели дома у парня, и руки Марлин так умело забинтовывали его окровавленную ладонь, он понимал, что не сможет отделаться от этого чувства, чувства любви, никогда. Её руки были такими холодными. Её пальцы такими худыми и маленькими, что парень понимал, она всё та же девочка, которая так сильно нуждается в поддержке. Он понял, что её не смог поменять ни Фабион, ни все эти странные дела, происходящие в Хогвартсе. Более того, в одно из них, они окажутся замешаны прямо сейчас. Это её не пугало. А вот он боялся. Даже очень. Вот только не за себя, а за девушку, сидящую рядом, которая сосредоточилась на руке парня. Когда она закончила, их пальцы соприкоснулись. Он старался этим лёгким, нежным движением забрать столько холода, сколько у него получится. Он хотел принять всё на себя, и не простил бы себя никогда в жизни, если бы девушке было некомфортно. Её пальцы были такими холодными, что буквально за несколько секунд кончики пальцев Сириуса обледенели. Но ему было наплевать, так как он надеялся, что так ей передаётся тепло его рук. И в тот момент, парень решил, что нет случая подходящего больше чем сейчас. Он раскрыл рот и сказал тихо: — Марлин.. Вот только ему помешал стук в дверь и последующий голос Фабиона. Он так и не сказал ей: «Я люблю тебя, Марлин МакКинон.» В который раз Фабион доставляет ему неудобства.        На Рождество, Сириус никак не ожидал того, что Марлин сделает ему подарок. Ему стало очень неудобно, ведь сам то он ничего ей не купил. Возможно, он поедет в какой-нибудь магазин завтра, купит ей что-нибудь, а затем завезёт. Вот только подарок должен что-то значить. Что-то, что было очень дорого для неё. Для него. Когда её губы легонько коснулись его щеки, по телу парня пробежала дрожь. Он так сильно любил её. Вот только старался этого не показывать. Теперь, когда у неё появился парень, он стал осторожен. Ему было очень приятно, что в такой праздник Марлин думала о нём. Ведь сам то он думал о ней постоянно. Однако, этот подарок не выражал сочувствие. Этим подарком, Марлин не говорила о том, как ей жаль. Она говорила: «Я люблю тебя, Сириус Блэк. Неужели ты не видишь?»