Я знал, что ты всё же сделаешь это

Прекрасно было бы сейчас поспать после тяжёлой тренировки, а ещё лучше подрочить, пока другие участники группы устало храпят, укутавшись с головой в толстые одеяла. Да, дрочить — это хорошо, но ещё лучше — дрочить под стоны любимого хёна, который даже не подозревает, что сильно палится. Чану не первую ночь снятся мокрые сны с участием младшего. Использовать вот так старшего, казалось Чонину очень некрасиво с его стороны, но вы бы только знали как это круто осознавать, что ты кого-то возбуждаешь, даже если и во сне. А может и не только. Так получилось, что Ян оказался в  комнате с Крисом. Ничего такого, если бы они не спали вместе на одной кровати. Повезло же. Но это только часть «проблемы». Самая главная — чувства Чонина. Он давно понял, что чувствует к лидеру, хотя долго не хотел признавать этого. Младший просто позорно влюбился в своего доброго заботливого хёна, готового всегда прийти на помощь. Иногда ему самому от себя противно, когда заперевшись в ванной он представляет как Чан имеет его во всех позах или как Крис трахает его рот, сжимая волосы до боли. Хотя Чан тоже в руках свечку не держал. Он представляет в точности тоже самое за исключением Чонина в чулках и миленькой юбке. Бан с каждым днём начинает ненавидеть себя всё больше и больше, когда чувствует жёсткий стояк в штанах, но ведь макнэ просто танцует. Он просто молится всем Богам, чтобы никто не заметил, иначе будет максимально неловко.  — Агх, Чонин-а... — снова стонет Чан, крепко сжимая одеяло в кулаке и приподнимая бёдра, имитируя толчок. — Возьми его глубже.. Ах.. Чонин затыкает свой рот рукой, когда другой часто водит по своему колом стоявшему члену. Сейчас он отвёрнут от Криса, потому что боится, что если повернётся не сможет сдержаться и оседлает старшего, заставит его не стонать, а кричать от удовольствия. Двоим будет совершенно всё равно, если вдруг другие проснутся и увидят то, чем они занимаются, возможно, даже осудят. Но знает ли Чонин, что всё может быть в точности, да наоборот? Предполагает. Стоны прекратились, а значит старший уже закончил или же просто ему начал сниться другой сон. Нет, скорее всего первое. Младшему внезапно стало так интересно и он решил повернуться. Чонин аккуратно вытаскивает руку из домашних шорт, но не рассчитал с силой и резинка бьётся об живот, оставляя за собой достаточно громкий звук. Ян замирает в одном положении, боясь сделать малейшее движение. Он слышит как Чан поворачивается к нему и обнимает за талию, притягивая к себе. — Я знал, что ты всё же сделаешь это, — сонно прошептал Крис, прижимаясь ещё ближе. — П-прости, — Чонин уткнулся в подушку лицом, пряча своё смущение. Он чувствует, что стояк не пропал, а значит Чан всё ещё возбуждён. — В моём сне ты был таким смелым. Если бы я только мог показать тебе всё, что мне приснилось, — старший пробирается под чужую футболку, поглаживая горячий торс, чувствуя стаю мурашек под холодной рукой. — Думаю, тебе бы понравилось — Не сомневаюсь, — ответил Ян, поддаваясь ласкам, хотя всё же понимает, что не должен. — Судя по твоим стонам это было что-то действительно крутое. Чан тихо смеётся и целует младшего в висок, зажимая между пальцев чувствительный сосок и вызывая томный выдох. Крис опускает руку ниже, преодолевая тугую резинку, а потом и нижнее бельё, докасаясь до красной головки. Чонин вцепляется ноготками в чужую руку, прокусывая губу до крови. Чан утыкается в чужую шею, вдыхая уже полюбившийся ему аромат, коротко улыбается и двигает рукой по всей длине. Ян беззвучно стонет, толкаясь в крепкую руку. — Не делай так больше, — Крис делает несколько быстрых движений и добавляет: — Если хочешь кончить, — тихо смеётся в подтверждение своих слов. Чонин кивает и утыкается лицом в подушку, заглушая свои стоны, потому что терпеть просто не получается. Чан умело двигает рукой, как нравится младшему: быстро проходится по всей длине, распределяя естественную смазку. Интересно, как бы он делал это языком? — Если ты хочешь, я могу сделать, — шепчет Бан, и Чонин понял, что сказал это вслух. — Молчание — знак согласия Чан вытаскивает руку и слизывает смазку, следит за реакцией младшего, чьи щёки сейчас очевидно красные. Бан не видит, но прекрасно чувствует. Старший нависает сверху и смотрит в сверкающие, как настоящие звезды, глаза. Яркая луна накаляет обстановку, делая её эстетичной и возбуждающей. Крис отдал бы всё лишь бы видеть такого Чонина: его тёмные волосы слегка растрёпаны, домашняя растянутая футболка немного слезла, представляя вид на островыраженную ключицу, но блестящие губы привлекают большее внимание и, конечно, старший не оставил бы это просто так. Чан жадно впивается в девственные губы, посасывая то верхнюю губу, то нижнюю, умиляясь с настойчивых неумелых попыток отвечать на поцелуй. От понимания, что он первый, кто касался их, затмевает разум, приятной тяжестью отдаваясь внизу, заставляя потерять рассудок. Но Крис лидер, поэтому он оставляет мысли о своём возбуждении, планируя позаботиться о макне. Хочется доставлять ему больше удовольствия, заставить стонать, срывая голос, но сегодня старший может выполнить, к сожалению, только первое, ибо в комнате они не одни. Рядом с их кроватью сопят Сынмин и Чанбин, поэтому нужно быть максимально тихими, ведь это не Хёнджин и Феликс, которым будет, мягко говоря, пофиг, что делают другие. Лишь бы выспаться, а потом снова с утра до ночи пробыть в зале для практики, позже чуть ли не плача, клеить обезболивающие пластыри. Крис припадает к чужим губам, позволяя себе чуть больше: раздвигает языком губы напротив, после неуверенного согласия, проникает внутрь, сплетаясь с чужим языком. Чан протяжно мычит в поцелуй, когда Чонин поддался бёдрами вверх, создавая трение. — Чан хён, прошу, сделай с этим что-нибудь, — хнычет Ян, сжимая в руках чужую футболку и продолжает тереться, раздвигая ноги ещё шире. — Пожалуйста.. — Так сильно хочется? — усмехнулся Чан, задав вопрос, не требующего ответа. И всё же, почему не сделать, если его солнце просит? Чан оставляет на последок лёгкий поцелуй, хотя и поцелуем это назвать нельзя, скорее чмок? Крис спускается ниже, утыкаясь носом в шею младшего, заполняя лёгкие любимым парфюмом. Слегка целует в ключицу, а потом прикусывает, не оставляя следов, зализывает укус под рваный выдох Чонина. Чан приподнимает футболку и обводит языком каждый кубик не сильно выраженного пресса, спускаясь ниже, но останавливается у резинки шорт, чтобы заглянуть в глаза парня. Не отводя взгляд, с довольной ухмылкой приспускает ненужную вещь, сжимает ладонь на твёрдом органе, издавая хриплый смешок. Чонин падает на подушку, прикрывая глаза рукой с хныканьем, сразу перерастающее в негромкий стон, когда чувствует обжигающую теплоту на своём члене. Крис вбирает в рот сочащуюся головку, слизывая естественную смазку и играясь с ней языком. Младший прогибается в спине, одной рукой хватаясь за белоснежную простынь, а другой зарывается в мягкие волосы старшего. Чан прикрывает глаза, сосредоточившись на члене Чонина. Сразу насаживается на половину, подавив рвотный рефлекс, двигает головой в быстром темпе. Выбивает из младшего стоны, которые он отчаянно пытается заглушить рукой. Ян метается по кровати, не зная куда себя деть, потому что, чёрт, слишком приятно. Он никогда не испытывал такого, только жёсткую руку, которая не доставляла в последнее время никакого удовольствия. Смотреть вниз совсем не хотелось, слишком уж его смущает эта картина. Чонин поглаживает чужие волосы, помогая Чану. Крис выпускает изо рта член с характерным звуком, снова играется с чувствительной головкой, выводит языком разные узоры. Чан чувствует, как член Чонина начинает пульсировать, а значит парень готов получить разрядку. Тот почти кончил, но Крис сжал член у основания, не дав младшему сделать этого. — Нет, Чан-и.. Пожалуйста, — Чонин жалобно заскулил, двигая бёдрами вверх, желая получить разрядку. — Пожалуйста что? — облизался Чан, приковывая крепкими руками Чонина к кровати. — Пожалуйста, дай мне кончить, Чан-и, — Ян блаженно стонет, когда движения возобновляются. Чан поднимается обратно, останавливаясь на уровне с лицом младшего, ускоряет движения на члене и смотрит пристально, не желая пропустить ни одной эмоции. Ещё немного и Чонин закатывает глаза, выгибается, вцепляясь ноготками в плечи старшего. Крис тихо стонет на ухо, пока Ян отходит от оргазма. Чан аккуратно вытаскивает руку из шорт. Чонин слизывает белую жидкость с чужих пальцев и улыбается так по-лисьи, заставляя того прикрыть глаза. Бан ложится рядом, прижимая того к себе за талию. Никто из них не обращает внимание на Сынмина, поправляющего одеяло, но, кажется, во сне. — И это всё, что тебе приснилось? —  прошептал Чонин, получая положительно мычание. — Слабовато — Так говоришь, будто тебе лучше снилось, — фыркает Чан, чувствует, как Чонин усаживается на его бёдра, наклоняясь к уху и опаляет шёпотом: «Теперь моя очередь показывать тебе сны, Чан-и.»