Восхождения некроманта

Полил дождь. В Хижине Чудес было неспокойно, и сейчас заведение всяких странностей больше походило на растормошенное муравьиное гнездо. Агенты правительства шебуршили его, и Пацифике не очень хотелось входить через главную дверь. Она пролезла через окно, по которому стучали капли, прошмыгнула по деревьям, избегая глаз полиции, хотя когда она зашла внутрь, они присутствовали и там, обыскивали вещи близнецов. Они встретились взглядами, и агенты удалились. Весьма поспешно. Вампирша не боялась их, но вымоталась и не хотела отвечать на их вопросы. Из-за бойни в магазине, они находились в уязвимом положении, возможно, таком же уязвимом как и ослабшие девочки, поэтому рыпаться они не будут. Пока. Пацифика расстелила постель, сбросила бумаги и вещи на пол, уложила Мэйбл на кровать. Та потянула одеяло, сжалась. Она включила воду. Капли улицы и ванны перемешивались, стирая не забранную уличным дождем грязь и кровь, смывали сначала старую, а затем новую, такую же свежую и алую, как и вновь открывшиеся раны. Пацифика сжала намыленную мочалки и мыла себя дочиста, до рези и боли, покрывая ссадины липким раствором. Она глядела на слив, в водовороте которого кружилась кровь и опавшие волосы. Она поседела. Не заметно, возможно один или два волоска, и возможно, вряд ли это имело большого значения, но факт оставался фактом. Она прошмыгнула за дверцу, подхватив девочку и опустив в ванную. С тех самых пор, как повстречала Диппера, она почувствовала как начинала сдавать. Пацифика сполоснула волосы Мэйбл, выскребала засохшую грязь, остужая болезненное горячее тело, выбросила ее и свою окровавленную одежду. Она прожила не так долго, как ее отец. По меркам вампира, она едва вылезла из пеленок. Она обхватила ладонью щеку Мэйбл. ''А ты не хочешь бежать с нами? Я не думаю, что Билл тебя простит за предательство.'' Разве я могу? Глупая, глупая девочка. В ее руках находилось самое грозное оружие против Диппера. Стоит лишь захотеть, сдать ее монстрам Билла, и она не сомневалась в том, что сердце мальчика дрогнет, и на этот раз он точно примет его предложение. Сделка демона разума, оковавшая души отпрысков Нордвестов в вечном повиновении, могла разрушиться в одно мгновение — и тогда Билл не будет убивать их семейство и даст спокойно прожить. Хотя навряд ли он позволит им уйти — за предательство Билл отомстит. И очень жестоко. «Запомни, доченька, через несколько лет, я не могу сказать тебе точно, но у Билла появится сосуд, и этот сосуд скоро повзрослеет достаточно, чтобы приехать сюда. Убеди его всеми силами примкнуть к нам.» Отец приказал ей сблизиться с ним. Это были последние слова Натаниэля Нордвеста, перед тем как она сбежала из поместья. А теперь, когда он помог им избежать смерти в логове пауков, она не знала что и делать. Она пообещала ему, что приведет в поместье на праздник Кровавой луны, но стоит ли им идти туда? Не является ли это хитрым планом, чтобы завести их в ловушку и прикончить там? Пацифика не знала ответ и не хотела искать его, по крайней мере до завтра. Пацифика оттерла Мэйбл и снова уложила в постель. Она села на колени рядом с кроватью, наблюдая за тем, как девочка тянула одеяло. Пацифика улыбнулась. Сердце хранительницы подействовало. Оно спасло ее от гибели. Однако она не верила в то, что Диппер убил ее, чтобы заполучить его. Мэйбл вздыхала, бормотала про себя. Пацифика поглаживала ее колени, успокаивая, положила голову ей на живот, ведя взглядом по зазубринам на стене. Слишком много произошло за день — битва с Гиффани, заговор правительства, истребление людей, шедших на месть, убийство пауков, звонок отцу, смерть Мэйбл и почти осуществленную смерть Диппера. Она улыбнулась — по сравнению с проблемами мальчика, ее собственные казались несущественными. Она уткнула голову о живот девочки, перевязала раны, села на пол, ощущая биения живого сердца девочки и вибрации, сходившие с мурлыканьями, стянула веки вниз и засопела. Вампиры не нуждались в сне, но сейчас она почему-то хотела спать. Пока Пацифика погружалась в несущественные мысли, рассыпавшие как масло по холсту, нечто покалывало разум Мэйбл. В изнеможении в голове что-то поскребывало по струнам мозга, взвихривая мысли, которые ей не принадлежали и те, которые ее сильно пугали — отголоски несвязных событий, людей далекого прошлого, и не слишком, как ей казалось, имена, чувства и эмоции, страхи, восхищения, любви и ненависти вспыхивали огоньками по темному, темному коридору глубокого бессмысленного сна. И эти мысли вспыхивали чужими глазами, глазами, ей не принадлежавшими, однако невероятно родными одновременно — такими, словно отполированные в искривленных зеркалах, она щурилась чрез них, разглядывала моменты, подглядывала, хоть и понимала, что вероятно не должна была этого делать. Когда эпизоды разбушевавшихся эмоций охлаждались, глаза ''Мэйбл'' отчетливо видели четыре силуэта, и мальчика, точнее, взрослого парня, через зенки которого она и подглядывала. Мэйбл не осознавала того, что происходит, однако любопытство сжирало изнутри, и она не прерывалась, не вырывалась из странных видений и грез, разум играл с ней и дальше. Она видела незнакомые надписи, слышала незнакомую речь людей, видела небо и самолеты, высадку, и других людей. Она не отрывалась от них, однако после она замерла. От страха. Она оказалась связанной, хоть и через туман ничего нельзя увидеть четко — но одно она понимал вполне ясно, туман сильно напоминал разгоревшейся костер. Она чувствовала как человек бьется в конвульсиях, как безмолвно кричит его сердце, но ничего не могла поделать, лишь молча наблюдать его глазами. А когда языки пламени потухли — возникли другие, уже цветные, поблекшие смутным синим свечением. Нет… События завихривали, глаза намокали сапфиром, пробегали знакомыми местами. Не может быть… Знакомой машиной, хижиной чудес, Стэном, Зусом, Венди, Робином — черно-белые картины сменились яркими цветами, пока искра глаз оставалась такой же голубой. События гнезда гномов, заведения от заката до рассвета, пробуждения чьих-то сил, вечеринки у дома, парк аттракционов, встречи с неизвестным желтым демоном и битвой игровых монстров, заменившихся сейчас ярко-розовым нарядом Гиффани и удручающейся темно-серой обстановкой в паутинной пещере. Она догадывалась, что сейчас происходило, несмотря на ступор, знала, так как понимала, насколько сильна связь близнецов, а поэтому когда оконные рамы разомкнулись, она, не удивляясь, открыла глаза… Возле окна стоял вернувшийся Диппер. Свет в глазах потух, а от его тела исходил пар — одежда была разорвана в клочья, а затянувшиеся раны раскрылись. — Влад… Вдруг вырвалось из уст Мэйбл. Диппер застыл. Пацифика находилась на стороже, поэтому вздрогнула, потерла слипшиеся ресницы и удивленно огляделась. Девочка раскрыла одеяло, встала, несмотря на трясущиеся ноги, отвергла помощь вампирши. Диппер все так же стоял. Пацифика смотрела то на него, то на нее, не понимая, что происходит. — Ты знаешь? — вырвалось в ответ у мальчика. Его дыхание стало неровным, даже битва с сотнями пауков не казалась такой изматывающей, и честно говоря, сейчас он лучше продолжил сражаться с ними, чем томиться в неизвестных ожиданиях. Его колени изредка потрясывали, никто бы не заметил, но Мэйбл это не волновало. Она шла. Шла к нему, лунный свет царапал ее одежду — с розовым единорогом, ее штаны, поблескивая мрамором. На фоне приглушенного оттенка он заметил как шоколадные волосы сестренки развевались по комнате, тянулись по бокам, захватывая его бегущие глаза. Он волновался — сейчас ''подавление эмоций'' не работал или же работал слишком слабо. — Прости, что не сказал раньше. Я не твой брат. Она оказалась близко. Дышала ему поверх горла. Он чувствовал, но закрыл глаза — боялся увидеть ее волнение. Он ощутил теплоту в сердце. Мэйбл прижалась к его груди, раня ссадины солеными слезами. Она обхватила его спину руками и сжимала — сжимала так, что окрепшее, усиленное магией и системой тело Диппера ощущало силу объятия. — Никогда… слышишь… никогда больше так не делай! Не подвергай жизнь опасности. Диппер открыл глаза, унюхал оставшиеся капли крови на ее волосах, потянул руки и обнял в ответ. — Хорошо. Хоть его эмоции и атрофировались, но спорить с ней, приводя какие-то факты он не считал разумным. А даже если бы и считал, то все равно бы не привел. — Глупый. Все равно не послушаешь свою старшую сестренку, да? Диппер улыбнулся, ощутил, как ладони переместились с лопаток на щеки, отодвинули его. — Ты. Мой. Брат. И всегда будешь им. Понял? В ее странных светящихся глазах, надутых щечках, мальчик совсем потерялся и не мог вставить и слова. И не думал вставлять. Пацифика, окончательно пришедшая в себя, недоумевала и растрогалась одновременно — ее не смутило то, что как вроде Диппер и не приходится ей не совсем родным братом, хотя Билл и мог переместить в тело и другого человека, да и честно по поступкам не тянул он на двенадцатилетку. Диппер отодвинул одну руку навстречу Пацифике, которая стояла неподалеку, мельком окинул ее взглядом. — Долго там стоять будешь? Вампирша остолбенела, настолько, что сначала не поверила в то, что он сказал, но когда увидел, что его рука возвращалась к сестре, прошмыгнула и уткнулась в объятия. Рука Мэйбл тоже обняла ее. Они стояли неподвижно, обнимаясь, не говоря и слова, обнимая очень и очень сильно и нежно. Пацифика чувствовала, что Диппер не блефовал, что обнял искренне, так же как и его сестру, так же как и она сама ее и она ее саму. — Спасибо. Пацифика открыла глаза на долю секунду, осматривая сосну на кепке мальчика. — За что? — За все. Она замурлыкала, но про себя, хоть и очень хотела, чтобы ее звуки звучали наяву, вибрировали по комнате, отдавая все чувства, воспылавшие в ее сердце — впервые за все время он обнял ее, как и Мэйбл, хотя она не знала, действительно ли он чувствовал к ней то, что сейчас чувствовала и она, но по крайней мере, она желала, чтобы объятия были вечными. — Вы теперь перепачкаетесь кровью. Они не ответили. Совместные ласки вернули им силы. Пацифика ощущала, как его рука слабла хватку, и невольно тянулась к отходящей руке. Диппер отошел. — Мне нужно еще кое-что сделать. Мэйбл цокнула, оперлась ладонями о бедра и посмотрела на него очень укоризненным, но добрым взглядом. Пацифика прикрыла рот от смешка. — Ты скоро вернешься? — она больше не задавала вопросов по типу опасно ли это, или просто не хотела отпускать. — Да. — Тогда Пацифика пойдет с тобой. — Нет. Мэйбл зыркнула на него. — Ладно. — Диппер исчез в окне, скрываясь меж деревьями мелькающей тенью. — Это твой шанс, давай. — Мэйбл шепнула ей на ушко, из-за чего вампирша покашляла. — Девочка, перестать паясничать. — А ну хорошо, тогда я сейчас позвоню ему и скажу, что ты отказалась. — Я же сказала. — Глаза Пацифики проблескали в малиновом огоньке. Она улыбнулась. — Не паясничай. Она исчезла вслед за Диппером, мелькая полосами красных проблесковых маячков.