Королевские братья

"Когда же это всё кончится..." - только и проносилось в голове Андайн, когда она выходила рано утром на очередную "разведку" спустя... она уже и забыла, сколько времени. Календарь у неё был, да вот только устарел он уже очень давно. Под дверью она нашла газету. "Требуется новый королевский учёный", "Гвардии нужен капитан", "У подземелья новый судья" - бросились ей в глаза заголовки. Рыбка швырнула газету в дом и закрыла дверь. Потом прочитает. У подземелья новый судья. Что стало со старым, Андайн не знала. Или не помнила, ибо последние номера она, честно признаться, читала вскользь, да и этот так же собиралась пролистать, выписать оттуда понравившиеся анекдоты и выбросить. Сегодняшний патруль проходил спокойно. После трагедии с Синди население Разрушенного города заметно поредело на добрую четверть, и никто не смел даже не так взглянуть на хранительницу, опасаясь её гнева, не то что попадаться на глаза, хотя прошёл уже не один месяц. Не боялись только мирные Фроггиты, что успели сменить одно поколение. За пару комнат от того коридора, где недавно поселилось семейство мышей (им Андайн оставила кусочек сыра, который был благополучно утащен в норку), в глаза рыбке бросилась странная белая простыня, что лежала в уголке между двумя колоннами. Гадая, откуда же она тут взялась, Андайн подошла поближе и едва не выпала в осадок. В простыню был завёрнут монстрёнок, с такого же белоснежного цвета шерстью, и мирно спал. С виду ему было лет семь-восемь. — Вот те нате... Кхм. Ты кто ещё такой? — выйдя из оцепенения, хранитель присела рядом. — Ты в порядке? — Ещё пять минут... — пробурчал монстрик и отвернулся. — Так, нет уж, вставай, — она аккуратно растолкала ребёнка. — Ты вообще чей? Родители твои где, товарищ? Монстрик кое-как разлепил глаза и сел. — Мамин я, и папин... — Мда... Так дело не пойдёт. Как зовут хоть тебя, и что ты тут делаешь? Монстр-козлик тяжело вздохнул. — Аззи меня зовут, - он посмотрел на рыбку. — Азриэль. Я сбежал от мамы. — Ну и зачем? — Она меня в школу отправила... А я спать хочу! - пожаловался Азриэль плаксивым тоном. — А ты представь, как она волноваться будет, когда не увидит тебя на месте? - Андайн использовала секретную атаку. Малыш почесал в затылке, затем надулся. — Ладно. — он стал сворачивать одеяло, как вдруг посмотрел на рыбку своими голубыми глазёнками. —Тёть, а проводишь меня до дома? — Конечно провожу. Где ты живёшь? Я, по правде говоря, ни тебя, ни кого-то на тебя похожего здесь не видела. — В Сноудине! С мамой и папой. Ох я дурачок! - запричитал он, положив лапки на щёки. Андайн оцепенела. Как, "в Сноудине"? Как он пробрался сюда?! — А там проход есть, недалеко от двери. Вышел я в городе, и брёл до тех пор, пока не нашёл это место. Так вот оно что. Вот, получается, в чём заключался план убийц Синди. У них был путь наружу Руин, обходивший дом Хранителя. Всё было безупречно, по их мнению. Да так и получилось — убежавшего с душой монстра Андайн не поймала. — А ты покажешь мне? - доброжелательно улыбнулась рыбка, но взгляд её потемнел. — Да, конечно! - встрепенулся козлик, будто и не хотел спать. — Тогда садись! - Андайн присела на корточки спиной к монстрику. — А?.. — Ну на плечи! Так ведь быстрее будет? - девушка подмигнула своим единственным глазом. Пока они шли таким образом по Руинам, у Азриэля не затыкался рот. Он рассказывал о своей семье, о том, как ему не нравится вставать рано, и показывал дорогу. Напоминает кое-кого десяток лет назад, не так ли? Козлику очень нравилось кататься на плечах у прикольной одноглазой тёти. И его расстроило, когда в конце концов пришлось слезать. "Секретный проход" оказался лишь каналом, который выводил воду из Руин, и имел две "обочины" по бокам. Потолок у этого канала был достаточно низкий, чтобы там мог пройти (на худой конец — проползти) ребёнок или маленький монстр. Андайн вывела Аззи обратно из города и поставила на землю перед своим домом. — А вот, мой дорогой, официальный выход из Руин. Пойдём, угощу тебя чем-нибудь и отведём домой. Она мотнула головой, приглашая внутрь, и для убедительности открыла дверь. Монстрик, ничего не понимающий, изумленно ахнул — и протопал внутрь дома. Его взору предстали, конечно, не хоромы, но опрятная и достаточно просторная светлая квартира. — Можешь пока осмотреться, только вниз без меня не бегай. Вместе туда пойдём. Азриэль кивнул и, иногда позёвывая, принялся осматривать обои, ковры, книжную полку, полистал старенький, потрёпанный календарь, потыкал кактус (естественно, не без последствий) и пришёл на кухню как раз, когда Андайн выходила оттуда с авоськой в руке. — Вот, держи. Я вчера готовила, как раз новый рецепт пробовала. Поделишься с родителями. — она отдала козлику сумку, и тот накинул её на плечо. В авоське лежала завёрнутая в полотенце тарелка с кусочками морковного пирога. — К сожалению, я тут что-то уже сама поела, уж прости. А теперь пойдём. Совсем смущенный, Аззи пробормотал тихое "спасибо", когда его осторожно взяли за плечо, и получил в ответ дружелюбное "не за что!" и зубастую улыбку, от которой стало как-то спокойнее и проще. Они спустились вниз по ступенькам и прошли по странно разрушенному коридору, в котором будто сражались целые армии, причём на кулаках и всем, что попадало под руку. Внешний вид этого едва ли освещённого подвала нагонял на козлика самого ужасного рода мысли. Вдруг его на убой ведут? Вдруг она сумасшедшая и обманывала его всё время? Но он покорно молчал и плёлся, как привидение, держа Хранительницу за руку. Но вот они подошли к большим дверям. Андайн отпустила его руку, чтобы отпереть засов. Но козлик затрясся, как осиновый лист. Прохода нет, его точно привели в тупик, чтобы убить. Он закрыл глаза лапками... — Ты чего? - спросила рыбка. Азриэль раздвинул пальцы и осмелился посмотреть. Двери были открыты, в Руины лился яркий свет, отражавшийся от снега, и веял прохладный воздух. — Пойдём! Вон, там уже идёт кто-то. С непривычки ослеплённый светом, Аззи выдохнул и выбежал из Руин. Лапки почувствовали привычный холод снега, и монстрик рассмеялся. — Азриэль! - послышался вперпеди взволнованный женский голос. — Мама! - ребёнок вырвался из хватки Хранительницы и побежал навстречу монстру, что так была с ним похожа. Андайн не слышала причитаний леди-козы и того, какими словами она ругалась на сына. Но вдруг мальчик указал пальцем в её сторону, и двое подошли к рыбке. — Спасибо Вам большое, что нашли моего сына! — затараторила женщина. — Этот негодник опять сбежал, но чтобы так далеко!.. Если бы не Вы, я бы тут все глаза выплакала! Я послала Азгора искать его в Водопадье, надо будет ему позвонить, сказать, чтобы возвращался. Ох, что бы я делала без Вас!. — Тише, тише, мадам, всё хорошо, — остановила её Андайн. — Я просто сделала то, что должна была. — Как мне Вас отблагодарить? — Право, не стоит-.. — Мам, она нам пирог передала! — Аззи поднял вверх свою авоську. Андайн запротестовала, но глаза козо-мамы уже загорелись ещё ярче. — Теперь я просто обязана вам отплатить! Пойдёмте к нам домой, я вам чай поставлю, своим пирогом накормлю! — Нет, что вы, не стоит, — леди рыба продолжила настаивать на своём. — Я очень ценю ваше гостеприимство, но у меня дел просто предостаточно, меня патруль ждё-... Она оборвалась на полуслове и хлопнула себя по лбу. С этим дитём она забыла то, зачем вообще утром вышла в Руины. — Простите меня сердечно, но мне бежать надо, патрулировать Руины. Вдруг, ээ... человек придёт, надо же следить, хехе... Пушистое семейство закивало с понимающим взглядом. — Мам, — вдруг заговорил Азриэль. — А можно я буду приходить к тёте? — Если тётя не против, то... — Тётя не против, - Андайн улыбнулась, обнажая острые зубы. — В таком случае, вынуждена откланяться, дела не ждут. И она убежала, игнорируя все крики Ториэль — попытки познакомиться и снова пригласить в гости. Девушка закрыла большую дверь и осела на пол. Как давно она общалась с монстрами за пределами Руин? "Так ладно, вдох-выдох, и на обход" — с тихим кряхтением она встала и двинулась своим обычным маршрутом. Людей сегодня снова не было. Да и день проходил как-то скучно. Андайн всё думала о сегодняшней встрече с Азриэлем и его мамой. Может, ничего не случится, если она покинет Руины и пропустит вечерний патруль? Она спустилась к выходу, потянулась к ручке и застыла. Сердце заколотилось. Нет, она же великий воин, с чего бы ей бояться...выхода к другим монстрам... с которыми она нормально не общалась уже с десяток лет... Пока она колебалась, в дверь постучали с обратной стороны: — Тук-тук, — позвал глубокий мужской голос. Рыбка отпрянула, но быстро нашлась: — Да-да? Голос, судя по паузе, тоже растрерялся. После небольшой паузы он продолжил: — Эй, Вы должны были ответить "Кто там?". Давайте заново? — Н-ну, хорошо, — в напряжении ответила Андайн, недоумевая: — Кто там? — Доктор! — после непродолжительной паузы нашёлся монстр за дверью, будто наконец вспомнил. И тут до Андайн дошло. Это тук-тук шутка. Санс практиковал такие ранее, стуча в дверь после прогулки, чем нередко вводил сестёр в ступор. — Доктор кто? — усмехнулась рыбка, скрестив руки на груди. — О, это очень даже хороший сериал! — снова сказал голос по ту сторону и тихо хихикнул. Девушка зависла. Никаких сериалов она не знает, да и вообще телевизор она последний раз... как давно видела? — Я не поняла, увы... — призналась она, осев на пол. Монстр за дверью, судя по шуршанию и изменившемуся месту звучания голоса, сделал то же самое. — Давайте я Вам расскажу? —..... Давайте. И он начал свой рассказ. И о сюжете сериала, и о том, как он попал к нему в лапы ("лапы, значит он монстр-зверь", — подметила для себя Андайн). Прошло около двадцати минут, когда мужчина закончил. — Ну, как-то так, — выдохнул он. — Никогда не видели такого? — Признаться, нет... — Андайн озадачено почесала затылок. — А давно он существует? — Судя по дате на диске — с две тысячи пятого года, но я не уверен, какой год сейчас. Кажется, за последние слова монстру за дверью было стыдно. Хранитель слабо улыбнулась. — Если честно, я тоже не уверена. У меня что ни день – сплошное однообразие, я и забыла, когда в последний раз меняла календарь. Это было правдой, календарь она не меняла с тех пор, как похоронила Синди. И стыдилась этого, ведь не принесёшь теперь вовремя цветы на могилу. Ориентироваться приходилось лишь на течение жизни руинных монстров, у которых были свои праздники, и те о них помнили коллективными усилиями. — Я тут совсем затворницей стала. Года три практически никого не вижу... или пять... а может вообще десять. Я не знаю... Я уже сбилась со счёта. — Отчего же Вы так, мэм? Разве так можно? Монстр по ту сторону двери услышал весьма безрадостный смешок. — Поверьте, работа у меня такая. Два раза в день обхожу все Руины на случай, так сказать, внештатной ситуации. А в последний раз у меня её отняли. Видеть их больше не хочу. Андайн готова была поклясться, что слышала тяжёлый вздох. Кажется, он её понимает. Особенно зацепило то, что он не задаёт вопросов — значит, точно понимает. — Хотя сегодня я встретила очень уж очаровательную семью. Так уж получилось, ребёнок сбежал от родителей и скрылся здесь у меня. Вы представляете? Они звали меня в гости на чай в честь знакомства, но, признаться, я стушевалась. Просто... понимаете... я уже столько времени вообще ни с кем не говорила. — Знаете, по Вам заметно, хехе. — Разве? – от удивления Андайн даже плавники вскинула кверху. — Те, кто много проводят времени в компании, под вечер обычно молчаливы, и самое сокровенное не рассказывают. — Ох, простите, право, простите. Вы абсолютно правы. Было время, когда я была окружена со всех сторон, каждый день приходилось договариваться и планировать, а по вечерам ещё и с пацанами сидеть. Я тогда была рада любой минутке спокойствия, а о личной жизни за пределами семьи вообще не распространялась. А сейчас взяла и на одном дыхании вывалила всю свою историю на голову монстру, которого знаю от силы час. — Мэм, я нисколько не стыжу Вас. Девушка накрутила прядь волос себе на палец, распустила и накрутила снова. — Ваша компания на удивление приятна. То есть, я не хочу сказать, что совсем всех ненавижу, отнюдь. Просто, знаете, тот случай сегодня... Признаюсь, он даже напугал. Та женщина говорила со мной так непринуждённо и так открыто позвала в гости, я аж потеряла дар речи. Мне теперь даже стыдно, что я вот так ей отказала. Я прикрылась патрулём и убежала, а как зашла сюда, так еле отдышалась. Они просидели в тишине, каждый думая о своём. Андайн стыдила себя за длинный язык и то, во что она, по её мнению, превратилась. Её собеседник размышлял о её словах. Кажется, его жена нашла Азриэля как раз в Руинах, но он сам спать хотел не меньше, чем сын, и потому пропустил все её слова мимо ушей. — Знаете, я, наверное, пойду. — прервала молчание рыбка. — Если позволите, я хотела бы пойти прилечь. Слишком многое произошло сегодня. — Оу, да, конечно. Доброй ночи, мэм. Почему-то, его голос успокаивал и сам по себе вызывал улыбку. — И вам. — Только позвольте, перед уходом ещё одну шутку Вам рассказать? — Ну, давайте. — Тук-тук. — Кто там? Спала Андайн, как убитая, а сны были беспокойные. Едва не проспав утренний патруль, она вскочила, всё ещё думая о вчерашней встрече с той семьёй и разговоре с тем занадочным монстром. А она даже не спросила его имя. Может, всё-таки пойти в гости к ним? А придёт ли он сегодня? Патруль и калибровка головоломок проходили сумбурно и будто на бегу. Человека не было, но ведь это не значит, что он не может прийти, пока Андайн спокойно попивает чай где-то в глубине Сноудина. Снаружи двери запереть нельзя, чтобы не дать ему выйти, но где гарантии, что это вообще произойдёт? Но человек ведь важнее посиделок с малознакомыми монстрами... Так размышляя, она сама не заметила, как дошла до входных дверей и уже стояла к ним вплотную, едва не утыкаясь лбом. Что же делать... Рыбка размяла пальцы, потёрла жабры, прошлась кругом перед дверями и наконец взялась за ручку. Нет, нельзя же так! Снова прошлась кругом, поправила волосы, вытерла руки об платье, потёрла лицо. — Тук-тук! – послышался уже знакомый голос, сопровождающийся стуком костяшек об толстое дерево дверей. — Ээ, да-да! – Андайн оживилась, снова поправила волосы. Пришёл! Неужели! — Т-то есть, кто? — Вообще, это не шутка, я просто постучался. Простите, если разочаровал. — Ох, нет, отнюдь не разочаровали, я в любом случае рада Вас видеть! — Хехе, видеть Вы меня не видите, мэм. Но вот слышать – возможно! — Да, именно! — девушка закрыла лицо руками, улыбаясь сама себе. — Но я не говорил, что пришёл совсем без шутки, — с лёгкой игривостью в голосе вдруг сказал монстр. — Да что Вы? Ну, хвастайтесь! – она упёрла руки в бока. — Почему тупиц нельзя сажать за руль? Хранительница собралась было сказать "Почему?", но что-то отозвалось на самом дне её души. Кажется, такое она где-то слышала. — А, я... — она пыталась вспомнить продолжение, а что ещё важнее – где и от кого могло это прозвучать. — Ну так? — приободрил её мужчина. — Сейчас, сейчас... – Андайн схватилась рукой за голову, даже осела на пол, но маленький клочок воспоминания ускользал и всё больше пропадал из виду. — Ладно, сдаюсь. Почему? — Ну очевидно же — потому что в машине не нужен второй тормоз! И он рассмеялся так, будто это был лучший анекдот, что он слышал за последнее время. И девушка вслед за ним, с блеском узнавания в глазах и каким-то теплом на душе. Смех парня по ту сторону двери был весьма громкий, располагающий к себе и очень уж заразительный. — Ух, вот не ожидала я! Честно сказать, я слышала её уже где-то, вот только не смогла вспомнить сразу. — Мне наконец удалось поднять Вам настроение. А хотите ещё одну? Почему скелеты не умеют врать? — Ой, пожалуйста! — взмолилась Андайн. — Только не про скелетов... Монстр завис на мгновение. — Хорошо, как скажете, но... — Прошу. — сказала она твёрже. — Без комментариев. Просто, не надо. Её голос дрогнул. Монстр понимающе кивнул, но, поняв, что девушка его не видит, поспешил ответить ей: — Да, мэм, как будет угодно. Тогда, вот ещё одна. — Нет уж, давайте теперь я. Вы знаете, за что уволили сотрудницу лаборатории? Мужчина задумался. — Сдаюсь за что же? — За халатное отношение к работе, – заключила она, победно улыбаясь, снова скрестив руки на груди. На эту друг по ту сторону двери отреагировал сразу своим уже таким знакомым громким смехом. Андайн была горда собой, и даже хохотнула вслед за ним. Обмен шутками продолжался ещё долго, прерываемый небольшими, ничего не значащими разговорами. Но всему приходит конец, и спохватились двое только ближе к ужину. — Кажется, меня зовут домой. – сообщил внезапно мужчина и с кряхтением встал, отряхиваясь от снега. – Вынужден откланяться. — А который сейчас час? — она взглянула на наручные часы. — Ох, как поздно уже!Мне уже на вечерний обход собираться надо. Мы с Вами так долго просидели, удивительно! — Вам компания нужна, а я тот ещё любитель почесать языком, хехех. Что ж, было приятно снова провести время в Вашем обществе, мэм. — Аналогично, мистер. Рыбка собралась уходить, но вдруг опомнилась, что не спросила его... — А Вы... Вы придёте завтра? — Обязательно! А теперь, право, пора мне. Жена уже беспокоится. И он ушёл. Об этом сказал хруст снега под его ногами, что постепенно отдалялся и пропал, оставив Андайн в звенящей тишине. "Так, он женат?" – лишь думала она, отчего-то смяв рукой ткань платья по центру груди.