Космическое сокровище

Двое неизвестных мужчин в длинных белых халатах сидели за столом, напряжённо размышляя над чем-то. Их глаза смотрели в одну точку, брови были сдвинуты, но они не произносили ни слова, пока вдруг не услышали душераздирающий крик: «Квадрат в пятой степени!» — Ему всё хуже? — Как слышишь, — недовольно произнёс второй, встав со стула. — Почему ему ничего не помогает? Мы столько всего перепробовали… — А я откуда знаю? Самое удивительное то, что физически он всё так же остаётся сильным и выносливым, судя по показателям, но его рассудок, — мужчина сделал паузу и откашлялся. — Оставляет желать лучшего. Другой мужчина ответил не сразу. — Ясно. Спустя ещё какое-то время он прошептал: — Сегодня твоя очередь идти к нему? — Да, — ответил другой и вышел из кабинета. Подходя к палате, мужчина услышал вопль «Что?» с ужасно длинным звуком «о». Он открыл дверь и увидел, как бледнолицый больной перекатывался из стороны в сторону и, постоянно взглядывая на потолок, кричал. — Ты принял таблетки? — спросил врач, заранее зная ответ. Иван давно стал игнорировать медикаментозное лечение, и, если бы не крепко удерживавший его в одном положении механизм, медсёстры никогда бы не смогли поить его лекарствами и делать уколы. Он превосходил физической силой даже самых стойких медбратьев и врачей, да и внешне выглядел довольно угрожающе. Иван, слыша голос, пустыми глазами впился во врача и молчал. Мужчина в халате знал, что пациент видел не его, а лишь красное пятно. Потому что точно такое же пятно Иван видел последний раз ещё в трезвом уме. И с тех пор вместо людей в его сознании отображались лишь искалеченные куски мяса, настолько они всегда были изуродованы, что даже телами их назвать нельзя. — Ты принял таблетки? Иван вновь не ответил врачу. Тот терпеливо ждал и наблюдал за реакцией больного. Иван редко моргал, стеклянно смотрел прямо в душу мужчине в белом халате и мерно дышал. — Ты принял таблетки? Врач был настойчив, так же, как и Иван в своём молчании. Пациент закрыл глаза, чтобы избавить себя от жуткого зрелища. Мужчина в халате понадеялся, что, ничего не видя, Иван будет сносно отвечать на вопросы. — Я слышал, как ты спрашивал что-то. Что ты видел? Иван стал жмуриться, и мышцы его лица нервно задёргались. Он несколько раз открывал рот и тут же его закрывал. Врач ждал. — Ква… Квадрат. Ф-фиолетовый. Мужчина облегчённо выдохнул, поняв, что Иван ещё не окончательно сошёл с ума. Врач поднял взгляд в том направлении, в каком мог смотреть пациент. Кроме потолка вариантов не было. — Этот квадрат точно был фиолетовым? Иван попытался приоткрыть глаза, но врач тут же заслонил ему вид на себя ладонью. — Да, — ответил Иван. — То, что ты видел, пусть и искажённо, было потолком. Ты помнишь только два цвета: красный и фиолетовый? Иван схватил врача за запястье и резко отвёл его руку в сторону. Мужчина вскрикнул, чувствуя чужую грубую силу, и тут же одёрнул руку, когда Иван её отпустил, боясь, что тот сломает её. — Чёрный и белый. Но я давно их не вижу. Врач потёр запястье и сказал: — Скоро к тебе придут медбратья с лекарствами. Ты помнишь, что тебе нужно принять таблетки? Иван вновь ничего не ответил и закрыл глаза. Он выглядел расслабленно, умиротворённо, когда к нему в палату зашли работники в сопровождении врача. Кажется, что он даже не собирался оказывать сопротивление как раньше. Медбратья осторожно подошли к Ивану, помня его прошлые выходки, но в этот раз он вёл себя совершенно спокойно, дав поставить себя в сложный и страшный по внешнему виду механизм, который полностью блокировал конечности. Иван так же без возражений выпил таблетки, которые ему подали, и после этого снова закрыл глаза. О том, что Иван в тот момент видел невыносимое для него кровавое месиво, знал, конечно же, только врач.

***

— Удивительно. Иван сегодня был совершенно спокоен. Не похоже на него, особенно после той истерики, которую я у него прервал, — сказал врач, заходя в кабинет, где коллега дожидался его. — Быть может, он что-то придумал такое, что подействовало на него благоприятно. Или всё-таки терапия помогает. — Как бы мы себя с тобой не нахваливали на публике, я знаю точно, что наша терапия в его случае словно мёртвому припарки. Но у меня хорошие новости. Кое-что натолкнуло меня на безумную идею, которую можно на нём попробовать. — Мне не нравится то, с каким азартом ты это говоришь. — Не волнуйся, всё в рамках закона. Нам просто нужно выпросить у главного врача амнезиак. — Просто?! Ты, чёрт возьми, себе вообще это как представляешь? — Чего ты так взбесился? Это наш шанс спровадить Ивана куда подальше, ясно тебе? Вместе с другими отправим его на «исправление» потом, и всё! — врач говорил с явным воодушевлением и даже с какой-то странной маниакальной радостью. — Я всё прекрасно понимаю, но твой план заведомо провальный, потому что по документам мы его будем проводить, как нашего пациента, а настолько больного, как он, на корабль не возьмут. — А амнезиак на что? Он же не будет знать толком, что с ним было. К тому же, он отлично справлялся бы с тяжёлой работой, а там такие на вес золота. Никто бы даже не стал смотреть на его историю болезни, как только бы понял, что он физически годен для работы в траногенных шахтах или на складах! — Хотя скорее проблема не в том, что его не возьмут работать, а в том, чтобы получить амнезиак. Он у нас на планете не особо распространён, держу в курсе. — Я знаю, что он редкий. Но ты пойми, если мы подсуетимся сейчас, нам не придётся мучиться с Иваном дальше! — Избавимся от одного — привезут другого. — Мы никогда его не вылечим своими методами. А других пока удавалось, выводы делай сам. — И под каким предлогом мы будем просить у главврача этот амнезиак? — Под каким ты обычно просишь трифинтроп, — съязвил мужчина. — С такими выражениями ты ходишь по тонкому льду, должен заметить, — холодный взгляд другого врача не предвещал ничего хорошего. — Боюсь, что ты делаешь то же самое, когда используешь подобные вещества не на пациентах, а на себе, — врач ухмыльнулся, провоцируя коллегу. — Ты мне это припоминаешь с какой целью? — Во-первых, чтобы ты вспомнил, что получить едва доступные вещества — не проблема для тебя, а во-вторых, чтобы ты понял, что мне всегда есть, что рассказать главному врачу, если ты откажешься со мной сотрудничать дальше. — Да я тебя…! — другой мужчина замахнулся, но первый успешно остановил его, перехватив запястье. — Я буду считать, что ты согласен на наши совместные дальнейшие действия. Нападавший всё ещё выглядел злобно, но теперь больше напоминал побитую собаку, которая до сих пор хочет кусаться. — Кстати говоря, и почему мне раньше не приходила в голову идея накачивать Ивана трифинтропом, чтобы он ничего не понимал и тихо себя вёл, разглядывая картинки перед глазами, а? — тот задор, с каким врач об этом говорил, совсем не нравился его коллеге. — Мы знаем, как это вещество действует на нормальных людей и больных с лёгкими формами заболеваний, но что случилось бы с ним — большой вопрос. — Ну, и как оно действует на тебя? — странная улыбка исказила лицо мужчины в халате. — Пошёл ты. — Мне просто интересно, я никогда не пробовал. — Ничего тебе не интересно, ты в очередной раз пытаешься играть во что-то, понятное только тебе одному. — Ты разве ещё не понял, что я шантажирую тебя и пытаюсь заставить сотрудничать? — Понял, — хмыкнул второй мужчина. — Тогда с тебя амнезиак, а я оформляю этого голубчика по документам на «исправление». И ты прекрасно знаешь, что работа с бухгалтерией гораздо более муторная, чем заставить главврача достать амнезиак. По рукам? — врач протянул правую руку. Его коллега неохотно пожал её, не проронив ни слова. — Вот сразу бы так, — всё так же странно улыбаясь, сказал врач.