Космическое сокровище

Не собираясь медлить, Иван и Альфред после посещения полицейского участка направились по данной им карте в гражданское бюро. Регистрироваться они, конечно, пока не планировали, но снова получить какую-то информацию точно получилось бы. По дороге Альфред неустанно расспрашивал Ивана о том, что тот думал о Рокшеле. Видимо, мечта о размеренной жизни по-настоящему привлекала Альфреда, пережившего довольно много трагичных событий во время пиратства. А Иван не переставал отвечать, что пока рано делать какие-либо выводы по той причине, что они находились на Рокшеле совсем мало времени и ещё не успели понять, что к чему. — Но ведь почти заново отстраиваемая планета — это действительно наш шанс начать новую жизнь! Кроме того, если Рокшель — твоя родная земля, то это прекрасная возможность найти твои корни, — сказал Альфред. И с точкой зрения парня нельзя было не согласиться. Однако решение Альфреда о необходимости бросить пиратскую жизнь, к которой Иван уже успел привыкнуть, показалось мужчине достаточно резким, неожиданным. Наконец, когда Альфред и Иван дошли до гражданского бюро, парень перестал «терроризировать» мужчину своими предложениями. Когда они зашли в это здание, Иван поразился его чистоте, белизне, которой почти буквально искрили стены, потолок и пол. Гражданское бюро напомнило ему пиратский медицинский рынок, только здесь не было ни витрин, ни врачей. Сразу же на глаза Альфреду попалась стойка, за которой сидела миловидная девушка. Иван перехватил чужое направление взгляда и подошёл к девушке. — Здравствуйте, — начал Иван на всепланетном. — В полиции нам сказали, что здесь можно зарегистрироваться, если мы хотим стать полноправными жителями этой планеты. — Да, совершенно верно. Есть ли у вас документы, подтверждающие вашу личность? Услышав это, Альфред недовольно закатил глаза и громко вздохнул. Иван замялся, но парень как бы «подхватил» диалог, начав разговаривать с девушкой. — Есть, паспорт с Амелиции, — и после этих слов Альфред протянул девушке тонкую и совершенно привычную бумажную книжечку с синей обложкой. Золотым отливал герб Амелиции, и девушка, увидев паспорт Альфреда, немного удивилась. — Могу ли я поинтересоваться, что побудило вас бросить столь развитую планету? Лицо девушки выразило искреннюю заинтересованность и лёгкое недоумение. Иван рассудил, что решение покинуть Амелицию являлось ещё одной безрассудностью Альфреда. — Космос и любовь, — театрально приложив тыльную сторону ладони ко лбу и томно вздохнув, ответил Альфред. Иван едва сдержал смех, потому что понимал, что слова парня, несмотря на его очевидную иронию, были совершенной правдой. Девушка снисходительно улыбнулась, видимо, привыкшая, что ей отвечали так расплывчато и неоднозначно. — А ваши документы? — спросила она, смотря на Ивана. — А я, понимаете ли, — очень неуверенно проговорил Иван. — Я не знаю, где мои документы. Девушка в удивлении вскинула бровь. — Как так? Как же вы прилетели? — Я помог его провезти сюда. У него амнезия и, кажется, эта планета — его родная. Мы здесь, чтобы выяснить его происхождение, — пояснил вполне правдиво Альфред. — Ах, вот оно что, — сказала она задумчиво. — Но как же мне быть уверенной в том, что вы не преступники и не собираетесь устраивать, скажем, теракт здесь? — Я знаю своё имя, — тихо проговорил Иван. — Но как мне убедиться, что вы его не придумали только что? — девушка мило улыбнулась. У Альфреда, кажется, от лёгкой злости дрогнули лицевые мышцы. — Хорошо, вы не хотите регистрировать его, так хоть меня зарегистрируйте, — сказал он немного повелительно. — Я уже сделала это, — девушка вновь улыбнулась. — Знаете, я тут подумала, раз вы предполагаете, что Рокшель — ваша родная планета, то информация о вас наверняка сохранилась в одном из планетных архивов. Все уцелевшие в ходе революции документы и бумаги хранятся там, правда, разбросаны между зданиями. Можете попробовать поискать, а потом, если найдёте что-то, вернётесь сюда и вас спокойно зарегистрируют. Дружелюбный тон и лёгкая улыбка придали девушке большей красоты, и так девушка каким-то образом успокоила, наверное, не только Ивана, но и Альфреда. — Да, хорошо, мы попробуем, — ответил Иван. — А где можно найти ближайший архив? — Возле площади есть один. Она тут недалеко, ориентируйтесь на памятник предводительнице. «Кому?» — сразу проскользнуло в голове Ивана, но Альфред сбил его с этой мысли, потому что, получив назад свой паспорт с Амелиции и новый паспорт Рокшеля, спросил: — Я теперь гражданин Рокшеля? — Вообще, ещё нет. Я сделала вам временный документ. Должно пройти хотя бы несколько суток с вашего пребывания здесь, чтобы вы могли претендовать на постоянный паспорт Рокшеля. — Ага, — кивнул довольно Альфред. — Спасибо. После этого Иван и Альфред вышли из гражданского бюро, направившись на площадь, как им велела девушка. Иван вспомнил о своём вопросе про некую «предводительницу» только после того, как оказался на улице. Он от негодования хлопнул себя по лбу. — Что такое? — удивился Альфред. — Я хотел спросить про то, кому памятник на площади. Ладно, быть может, на нём будет написано. Альфред, любовно рассматривая свой временный паспорт Рокшеля, неспеша шёл за Иваном, который постоянно осматривал местность вокруг себя. Он уже немного привык к совершенно белому цвету неба под куполом, однако всё равно его время от времени одолевала тревога, когда он смотрел на этот странный в своей чистоте небосвод. Вскоре Альфред и Иван, видимо, дошли до площади, и впереди стал виднеться памятник, изображавший статную фигуру женщины, которая держала в руке платок. Воображаемый ветер раздувал ей юбку и длинные волосы, а платок, в отличие от всего памятника, который, судя по всему, был сделан из бронзы, окрасили в фиолетовый. Иван, чувствуя неизвестный порыв, подошёл ближе к памятнику. На огромной табличке под ногами женщины в лодочках было написано: «За … за револ… за свободу!». Иван очень расстроился, когда понял, что большая часть текста оказалась стёртой. Но лицо этой женщины показалось ему до боли знакомым. Где он её видел, если вообще видел? — Она похожа на тебя, — посмеиваясь, сказал Альфред. Иван даже сначала как будто не понял, правильно ли он расслышал сказанные ему слова. — Что? — У неё такая же горбинка на носу, как у тебя, — улыбнувшись, ответил Альфред. Иван даже не стал уточнять, как он разглядел такую деталь у памятника, но отложил это замечание в памяти. Его пока не смущало подобное сходство, тем более что Альфреду вполне могло просто показаться. Однако что-то в голове Ивана всё равно стало постепенно как будто появляться вновь, заставляя его напряжённо думать. Знакомое лицо женщины напрягало его в какой-то степени, а ещё и замечание Альфреда про схожесть… Что-то явно было не так с этим. — Архив! — воскликнул радостно Альфред, показывая ладонью на серое здание с большими белыми буквами на вывеске. — Пойдём тогда, — воодушевлённо сказал Иван, ведя за собой Альфреда. Архив, в отличие от гражданского бюро, оказался более разноцветным и пустовавшим. Людей в холле практически не было. Через пару минут, пока Альфред и Иван осматривались, по направлению к выходу пошёл некий мужчина. Иван быстро подошёл к нему. — Извините, вы работник архива? Мужчина, слегка закатив глаза, затем кивнул головой. — Куда обратиться, чтобы получить информацию о жителе Рокшеля? — Каком-то определённом? — Да. — А право имеете? — О себе самом. Мужчина вскинул бровь в недоумении. — На второй этаж идите, — небрежно сказал он и вышел из архива. Иван, взяв под руку Альфреда, направился с ним на второй этаж. Там они обнаружили стройные ряды стеллажей с папками документов и пару человек в одинаковой форме. — Могу ли я получить информацию об одном человеке? — спросил Иван, подойдя вместе с Альфредом к очередному работнику. — Полиция? Ордер тогда, — ответил работник, разбирая папки на какой-то полке. — Нет, мы не из полиции, — в разговор вступил Альфред, чувствуя странное негодование от того, что с вежливым Иваном так пренебрежительно обращались. — Либо вы сразу говорите, можем ли мы получить информацию, либо мы тут же уходим. Услышав почти повелительный тон Альфреда, работник повернулся к мужчинам. — Я не имею права выдавать вам информацию про каких-либо людей, если вы не относитесь к ним как-то. — Я хочу узнать про самого себя, — почти уже без всякой надежды сказал Иван. Работник, кажется, удивился. — Амнезия у него, — быстро проговорил Альфред. — Так вы готовы выдать информацию человеку про него же самого? Парень, работавший в архиве, кивнул и повёл мужчин к каким-то экранам. — Как вас зовут? — Иван Брагинский. Работник архива со слегка расширенными глазами от некоторого шока посмотрел на Ивана. И Альфред, перехвативший этот взгляд, недовольно спросил: — Что-то не так? — А сестра знает о вашем возвращении? — Кто? — недоумевал Иван. «Какая ещё сестра?» — закрутилось в мыслях как Ивана, так и Альфреда. Они оба оказались странно поражены этим вопросом, и Иван сразу подумал про женщину, которая, как сказал Альфред, была похожа на него. — Ах, да, у вас же амнезия, — махнул парень рукой. — К сожалению, информация о вас хранится в другой архиве. Мы — подразделение центрального планетного архива. Ваше дело в основном корпусе. Я напишу вам адрес. И работник архива услужливо протянул небольшой лист бумаги Ивану после того, как ручкой написал адрес головного здания планетного архива. Альфред, всё ещё размышляя о сестре Ивана, не задавал лишних вопросов и молча следовал за Иваном. Вскоре, не получив больше никакой полезной информации, они покинули архив. — Ты помнишь, чтобы у тебя была сестра? — спросил, наконец, Альфред. — Как я могу быть абсолютно уверенным? Может, и была. В таком случае я совершенно ничего не помню. Иван, судя по всему, был в таком же смятении, как и Альфред. — Но он не назвал нам её имени, — вдруг констатировал Иван. — Как же нам её разыскать? — Ну, очевидно, что она — Брагинская. Мы можем попросить её дело в архиве, когда пойдём за твоим. Иван, ничего не говоря, кивнул в согласии со словами Альфреда. Они зашли в небольшой парк, который располагался недалеко от площади и архива соответственно. Привычная Ивану ещё с Фульгуры зелень деревьев окружила его, заставляя чувствовать временное спокойствие в такое странное и местами пугающее время, когда каждый день он открывал что-то новое, что почти переворачивало его жизнь с ног на голову. В парке гуляли люди, пусть и незнакомые Ивану, но они тоже по-своему радовали его, потому что он чувствовал себя в безопасности в толпе или хотя бы рядом с кем-то. Его по-настоящему пугало одиночество, пусть он и понял это совсем недавно. Альфред оторвался от Ивана, по-детски наивно последовав куда-то в заинтересовавший его торговый центр поблизости. А Иван, когда очень быстро не обнаружил парня рядом с собой, слегка запаниковал. И оба они были до последнего уверены, что следуют друг за другом. Не прекращая оглядываться по сторонам и быстро переходить с места на место, Иван вдруг нашёл взглядом удивительно интересную девушку. Она передвигалась легко и быстро, плавно и почти незаметно. Одежда девушки была светлых цветов от бежевого до полностью белого, а в её длинных русых волосах красовалась розовая лента. Цоканье её невысоких каблуков по плитке мостовой, шелест её юбки до колен — неотразимость, одним словом. Иван оказался заворожён. Вдруг, видимо, заметив или почувствовав чужой пристальный взгляд, девушка подошла к Ивану, уже сидевшему на скамейке в ожидании возвращения Альфреда. Пусть мужчина и не был уверен, что парень вернётся. — Привет, — девушка мило улыбнулась и слегка поклонилась Ивану. — А я тебя и ищу. — Что? Иван настолько удивился, что даже не поприветствовал незнакомку. Та слегка засмеялась. — Я знала, что умею привлекать внимание и заставлять терять дар речи, но чтобы настолько, — девушка выделила в речи слово «настолько», протянув первый звук «о» немного дольше необходимого. — Почему вы искали меня? — спросил, наконец, более осознанно Иван. Девушка вдруг подсела на скамейку к Ивану, заглядывая ему в глаза. — Ты что же, совсем меня не помнишь? Девушка ничего не говорила, пока Иван молча не кивнул. — Я твоя девушка, возлюбленная! — воскликнула незнакомка. Но Иван был точно уверен, что он не испытывал сексуального влечения к женщинам. Неужели амнезиак повлиял не только на память, но и на то, что связано с физической составляющей человека? — Простите, я совсем не помню вас. Девушка мило улыбнулась вновь, ближе подсев к Ивану и начав своими тонкими пальцами с неярким маникюром оглаживать шарф мужчины. — Ты знаешь, почему ты выбрал именно фиолетовый шарф? — она явно игнорировала удивление Ивана. — Ты же не против, что я сразу на «ты»? Я-то тебя хорошо помню. Ты тоже можешь говорить со мной на «ты», — говоря это почти как самой себе, девушка потом продолжила: — Ты можешь сказать, что сделал этот выбор подсознательно, но подсознание тоже основано на чём-то. И я знаю ответ, потому что ты сам рассказывал мне. — Почему? — искренне заинтересованный девушкой перед собой, Иван не мог перестать зрительно изучать её, надеясь понять, действительно она как-то была связана с ним или нет. — Это был любимый цвет твоей мамы. Она даже говорила, что твои глаза отливают фиолетовым. Иван отчаянно захотел посмотреть на себя в зеркало. Он вдруг вспомнил, что когда-то давно Альфред говорил ему про то, что он седой. Иван спросил: — А какой цвет волос у меня был? Девушка продолжила улыбаться, видя, что Иван отлично шёл на контакт, как она и хотела. — Такой же, как у неё. Белый. Блондин. Незнакомка вдруг подсела ещё ближе к мужчине, легко и быстро проведя ладонью по его мягким и густым волосам. Её прикосновение показалось Ивану достаточно… любовным. Он вспомнил, как Альфреду нравилось иногда играться с прядями его волос. Однако девушка явно не знала ничего о личных границах. Она, хотя и назвала себя возлюбленной Ивана, позволила себе слишком многое в первую встречу, по его мнению. Ему было странно, что почти незнакомая ему девушка тут же стала дотрагиваться до него. — Извините, — начал было Иван, но, заметив слегка удивлённый взгляд девушки, поправился. — Извини, но я должен искать кое-кого. — Ах, да как же так? — как будто расстроенно спросила девушка. — Мы столько времени с тобой не виделись, а ты кого-то искать собрался! — Я прошу прощения, но этот человек важен для меня, и мне кажется, что мне пора. — Важен? А я? Навязчивость девушки совсем не понравилась Ивану. Мужчина занервничал, но та, видимо, тонко почувствовавшая это, заговорила мягче, но настойчивее: — Ты помнишь, Ваня? — спрашивала девушка, а затем, увидев некоторого рода ступор Ивана из-за сокращения своего имени, продолжила. — Мы были с тобой вместе так долго, Ванечка, мы любили друг друга. Я называла тебя Ваня, Ванюша, ты для меня всё, может, ты вспомнишь? — повторяла девушка неустанно. — Но я совершенно не могу этого сделать, — неуверенно сказал Иван, испуганно смотря на то, как девушка поглаживала его плечи и старалась прижаться к его руке. — Я даже не знаю твоего имени. — Ах, даже имя моё забыл! Я — Анастасия. Я самый дорогой человек, который у тебя был. А помнишь, — продолжала Анастасия. — Как мы с тобой проводили время? В библиотеке, где ты работал. Ты так любил книги, что мог говорить о них бесконечно! О, а твоя страсть к любовным романам! Откуда только взялась? — рассуждала вслух почти сама с собой девушка. «Ничего себе, я работал в библиотеке! Так вот оно что… И я действительно люблю книги!» — удивлённо подумал Иван. «И жанр, который она назвала… Неужели мы правда любили друг друга? Но почему тогда сейчас, когда я смотрю на неё, я ничего не чувствую?» — Ну что же, Ваня? — спрашивала Анастасия, заглядывая глубоко в глаза мужчины. Почему-то она наотрез не желала называть его полным именем, предпочитая употреблять сокращённый вариант. — Вспоминаешь? — Не уверен, что это воспоминания, а не картины, который рисует мне мозг под влиянием твоих рассказов. Анастасия, кажется, слегка поморщилась на какую-то долю секунды, а затем быстро улыбнулась, словно маскируясь этим. Вдруг она достала из кармана юбки маленький лист бумаги и аккуратно вложила его в ладонь Ивана. — Это мой адрес, раз ты ничего не помнишь, — прошептала она проникновенно, едва ли не заставив Ивана вздрогнуть и почувствовать мурашки по коже, но затем словно по щелчку пальцев «переключила» настроение: — Тебя такому образу мышления научил тот, кто «важен для тебя»? — спросила она с лёгкой долей как будто бы ревности. — Нет. Я сам достаточно неглуп, как мне кажется. Анастасия мило улыбнулась. — Но где же всё-таки он? Или он важен только для тебя, а ты ему — нет? После этого вопроса Ивану улыбка Анастасии перестала казаться «милой». Он увидел её настоящее значение: девушка словно радовалась пойманной добыче на охоте. — Не смей! — отрезал Иван, вскочив со скамьи. — Постой, ты чего? Это ведь просто вопрос! — «охотничья» улыбка тут же исчезла с лица Анастасии, уступив место некоторому отчаянию и удивлению. Девушка тоже встала со скамейки, потянувшись рукой к Ивану, чтобы схватить его, но тот увернулся от нежелательного прикосновения. Почти в тот же момент из торгового центра на незначительном расстоянии от парка вышел Альфред, испуганный тем, что не нашёл Ивана рядом с собой, но осознавший это, видимо, гораздо позже самого Ивана. Едва ли не бегом Альфред зашёл в парк, ища глазами своего спутника. И когда парень увидел его, то пошёл ещё быстрее ему навстречу. Однако его смутила непонятная русоволосая девушка, исподлобья смотревшая на их «воссоединение». — Ах, так вот как выглядит тот, кто тебе дороже теперь! — закричала неизвестная Альфреду девушка. — Но ты ко мне ещё на коленях приползёшь, Ванечка, будь уверен! И девушка быстро скрылась в аллеях парка, оставив Альфреда в недоумении, а Ивана — в совершенном смятении и непонятном, первобытном страхе. Но, конечно же, Иван успел спрятать записку с адресом Анастасии и решил молчать об этом до последнего.