Космическое сокровище

Прошло около трёх месяцев с момента задержания Натальи Арловской. Несмотря на то что из неё удалось «выудить» определённую информацию, ничего по поводу своей сестры она не сказала. Поэтому Анастасия Арловская всё ещё числилась пропавшей и в уголовном розыске. Впрочем, даже так Тим де Вард остался более чем доволен, поэтому покинул пределы Рокшеля вместе с Натальей, заключённой на полицейском корабле. За эти месяцы многое успело сильно измениться. Например, то, что Альфред нашёл своё «предназначение», как он это сам назвал, в политике. Он устроился на работу в ратушу, где его быстро полюбили за работоспособность и активность. Иван, впрочем, от возлюбленного тоже не отстал, подав резюме на скромную должность библиотекаря в местной библиотеке, которая располагалась недалеко от их жилого комплекса. Кроме того, Иван стал посещать психотерапевта, чтобы исключить возможность проявления каких-либо заболеваний в будущем и решить проблему с паническими атаками от красного цвета. В этом отношении он уже добился определённых успехов, перестав впадать в недееспособное состояние при виде этого цвета. Однако неприятные воспоминания в совокупности с некоторого рода «остатками» страха до сих пор мучили его. В квартире, которую Альфред снял ещё в самом начале его совместной с Иваном жизни, они продолжали жить как минимум по причине того, что она имела удобное расположение в городе. Ну, а ещё потому, что у них была роскошная совместная спальня в тёмно-синих тонах с белыми оттенками, которая безумно нравилась обоим. В один из своих выходных Иван знал, что Альфред должен задержаться на работе, и намеренно пошёл принимать ванну заранее. А после, накинув на освежённое тело атласный халат, помимо надетого нижнего белья, направился в спальню настраивать освещение. Через какое-то время раздался звук открывания двери. — О, это иногда просто ужас! — воскликнул Альфред, заходя в квартиру. Иван, услышав это, невольно улыбнулся, потому что парень, приходя с работы, часто жаловался, но всё равно продолжал упорно трудиться во благо Рокшеля. — Привет, — как можно мягче и приятнее проговорил Иван, тут же потянувшись к лицу Альфреда и нежно поцеловав его в щёку. — Совсем надоели? Альфред же, увидев красоту наполовину оголённого тела Ивана в новом халате, сразу слегка покраснел и нервно ответил, переводя тему, словно и забыв про то, что у него случилось на работе: — А ты даром времени без меня не терял. — Будь уверен, я ещё много других полезных дел успел совершить. Ужин? Иван ловко повернулся спиной к парню, направившись на кухню. Альфред послушно последовал за ним. — С удовольствием, но ты знаешь, я бы хотел немного другого ужина, — с ухмылкой сказал Альфред, глядя на стройные ноги Ивана, который крутился возле достаточно большого по размерам прибора, похожего на холодильник, намереваясь купить уже готовую и горячую еду. — Знаю, конечно, но есть тоже нужно, — нравоучительным тоном ответил Иван, подавая Альфреду тарелку. — И ты так и не рассказал, что опять на работе произошло. Альфред молча махнул рукой, принявшись есть.

***

Зайдя в спальню, Альфред включил свет и понял, что Иван настроил лампы на неяркий, мягкий красный цвет. — Ты же боялся красного, — сказал Альфред. — Да, но я почти вылечился. Последним, закрепляющим этапом будет то, что я стану ассоциировать этот цвет с чем-то приятным. Я хочу, чтобы это был ты и наша любовь, — прошептал Иван, почти вплотную подойдя к Альфреду. Парень развернулся, чтобы посмотреть в лицо Ивану, и спросил достаточно серьёзно: — Ты уверен, что тебе не станет хуже от такого освещения? Я не хочу, чтобы у тебя случилась паническая атака в какой-нибудь момент. — Всё будет в порядке, — Иван встал так близко к Альфреду, что они почти касались. — Он не такой уж насыщенный и яркий. Альфред едва заметно кивнул, соглашаясь с намерениями Ивана окончательно избавиться от любых негативных ассоциаций с красным цветом. Однако главным образом Альфреда, несмотря ни на что, волновала немного иная, чем цвета, тема. — Я думаю, что ты совершенно точно догадался, какие у меня желания, и намеренно вызывал это чувство во мне, — проговорил Альфред на удивление тихо. — Но я всё равно спрошу: тоже хочешь близости? — Конечно, — слегка улыбнулся Иван, аккуратно подталкивая Альфреда за локоть по направлению к кровати.

***

Лежать на мягкой кровати, вдыхая аромат свежего постельного белья, конечно, приятно, но Иван почему-то решил, что сидеть напротив друг друга на расстоянии даже меньше ладони — приятнее. — Так хорошо, — шептал Альфред на губы Ивана, едва сдерживаясь, чтобы сразу не поцеловать его. Поймав на себе его немного удивлённый взгляд, он продолжил: — Так хорошо снова быть с тобой рядом. Иван и Альфред горячо дышали, смотря друг на друга. Парень вдруг, немного потупив взгляд, развёл в стороны полы халата Ивана и провёл ладонью по его оголённой груди, спускаясь к животу и бёдрам. Альфред прикусил нижнюю губу, чувствуя подступавшее к своему телу некой металлической тяжестью сексуальное возбуждение. Иван решил «не отставать», расслабив галстук Альфреда и потом начав медленно расстёгивать пуговицы на его рубашке. С каждой пройденной пуговицей Иван или целовал куда-то парня, или гладил где-то, а, дойдя до последней пуговицы, опустил ладонь на участок тела между ног. Дыхание парня чуть слышно сбилось, а пульс, кажется, предательски участился. Альфред наслаждался чужой страстностью, разогреваясь изнутри желанием. Ему нравилась инициативность Ивана, которая тем не менее показывала (или просто намекала? Альфред не был уверен, но хотел, чтобы его ожидания подтвердились), что он желал бы видеть Альфреда доминирующим. — Ты хотел бы что-то определённое? — спросил Альфред, шепча эти слова Ивану на ухо, пока мягко проводил ладонью по внутренней стороне бёдер мужчины. — И я думаю, что ты всё правильно понимаешь, судя по твоим действиям, — с лёгким оттенком игривости проговорил Иван, всё же запнувшись, когда рука Альфреда стала проводить по линии меж ягодиц. Нежное касание губ, которое Иван почувствовал на своей ключице, заставило его слегка прикрыть глаза в удовольствии. — Я так устал на работе, — недовольно протянул Альфред, оставив шею Ивана «в покое», а его слова содержали намёки. Иван, сразу уловив это, положил ладони на его плечи, поглаживая, и сказал: — Если хочешь, я могу сделать тебе массаж. — О, это было бы ещё лучше. Альфред, слегка ухмыльнувшись, незамедлительно разделся, бросив брюки и рубашку на пол от нетерпения, а затем лёг на живот, предоставляя Ивану «поле для деятельности». Альфред, чувствуя, как руками Иван уже стал вычерчивать круги на его теле, позволил себе ахнуть и закрыть глаза. Пальцы Ивана ощущались лёгкими касаниями на спине, плечах и боках, под его ладонями приминались напряжённые мышцы и расслаблялось тело, а тупая боль отступала. И, кроме того, Альфред, чьей эрогенной зоной была спина, пожалуй, чувствовал от массажа гораздо больше удовольствия, чем Иван мог представить. — О, Вселенная, Иван, почему ты не делал мне массаж раньше? — на выдохе спросил Альфред. — Не знаю. Сегодня, наверное, просто особый случай, — Иван игриво засмеялся, шепча это, а затем поцеловал Альфреда в край щеки. Мягкие ладони Ивана медленно переместились с плеч на шею, а с шеи — к ушам. Альфред ахнул, когда пальцы мужчины осторожно коснулись ушных раковин, а затем кончиками прошлись по хрящикам, как бы слегка проникая внутрь. Парню очень хотелось стонать, но он сдерживался по какой-то причине. И тогда Иван решил применить «проверенный метод». Он провёл указательным пальцем по всей длине позвоночника Альфреда, заставив парня невольно выгнуться в спине и застонать. После массажа Альфред, расслабленный и довольный, но всё ещё жаждущий, встал, садясь, и заговорил: — О, Иван, твои руки просто чудо! — сказал он полушёпотом. — Но мои руки тоже кое-что умеют, — продолжил Альфред с ухмылкой, легко снимая с плеч Ивана его халат. — Тогда надеюсь снова увидеть это, — в тон Альфреду ответил Иван. Глубокий и уверенный поцелуй с языком пробудил в Иване сильную страсть. Она как бы разлилась по его внутренностям приятным и стойким ощущением, делая тело мягким и податливым. Да, он действительно хотел бы видеть в этот раз Альфреда доминирующим. И тем не менее это совсем не значило, что вся инициатива исходила бы исключительно от Альфреда. Альфред несильно удерживал Ивана за скулы, пока мужчина схватился за чужие волосы своей ладонью. И это казалось таким правильным — учитывать желания друг друга, не забывая о собственном удовольствии и доверяя чужим действиям. По сравнению с их первым разом этот был страстнее и увереннее. После Иван разделся и лёг на спину, подогнув ноги в коленях. Он подвёл руку к своим ягодицам и, поджав губы, открыл Альфреду вид на кольцо анальных мышц. Плавные очертания его фигуры, в частности бёдер и ягодиц, притуплённый из-за желания взгляд и слегка покрасневшие щёки: Иван нравился Альфреду любым, но таким — точно больше. — Я знаю, что надо подготовиться. И я хочу, чтобы ты облегчил проникновение. Альфред болезненно возбуждённым, воспалённым, почти пьяным взглядом впился в Ивана, когда увидел, как кончик его указательного пальца коснулся напряжённых мышц. — Пожалуйста, — прошептал Иван, чувствуя трепет от желания. Альфред, доведённый до «точки кипения», едва вспомнил про смазку, которую Иван тоже услужливо подготовил. И затем Иван почувствовал слабое и слегка холодное из-за смазки давление внутри, когда Альфред ввёл в него палец на одну фалангу. И похоть стала ощущаться столь сильно, что напоминала своей прочностью титан. Тяга к соединению не только душами, но и телами осела где-то глубоко внутри, тем самым подготавливая Ивана к желаемому. Пальцы на ступнях мужчины сжались, когда чужая ладонь стала мягко совершать первые поступательные движения. Внутри оказался уже целиком указательный палец. Иван поймал пристальный взгляд на себе и почувствовал, как Альфред подвёл второй палец. Мужчина тихо постанывал, мышцы его лица немного дрожали от напряжения, и Альфред это видел, поэтому не решался на новые активные действия, пока Иван не привык. Он понял, что стоит продолжить, когда Иван невольно раздвинул ноги шире и немного подался вперёд, навстречу руке Альфреда, намекая на продолжение. Альфред стал вводить второй палец. — Иван, — выдохнул Альфред на губы мужчины, чувствуя его горячее дыхание на своём лице, потому что наклонился близко к нему. Ощущение двух пальцев внутри себя и ладони на груди, аккуратно и несильно сжимавшей её, заставили Ивана почти захлебнуться воздухом и своими стонами. Ловкие пальцы Альфреда не только двигались глубоко внутри, но и умело расширяли мышцы, потому что парень периодически раздвигал их, подготавливая тело к другому проникновению. Ивану так нравилось то, что он чувствовал. Он хотел ещё. И Альфред точно был готов это предоставить. Однако кое-чего Альфред немного не ожидал: Иван вдруг пожелал встать после того, как парень вывел из него пальцы. — Не тебе же одному что-то делать, — прошептал Иван, оттягивая резинку нижнего белья Альфреда. Альфред, поняв намёк, разделся, а затем Иван ловко сел на его бёдра. — Ты резко стал таким неуверенным, — тихо посмеивался Иван, ощущая совсем уж лёгкую хватку на своей талии. — Будь немного смелее. Альфред, может быть, и рад бы, но то, как Иван в каком-то смысле перехватил инициативу, удивило его, он немного поразился активности мужчины. Впрочем, очень скоро он увидел в этом плюсы. Иван, например, теперь сам мог определить свою готовность к чему бы то ни было. — Раз ты позволяешь, — усмехнулся Альфред, подталкивая своими действиями к проникновению. Иван закрыл глаза не то от стыда, не то от желания обострить чувства. Инородная заполненность как бы «поглотила» все ощущения Ивана, концентрируя внимание его мозга только на ней. С первым движением бёдер Иван прерывисто застонал. Его дыхание сбилось, он схватил рукой простынь, сминая её в ладони. Альфред, заметив трепет партнёра и его попытки облизать губы, приник к ним, страстно целуя. — О, Вселенная, — почти простонал Альфред, видя и чувствуя размеренные, плавные движения бёдер Ивана. Тугие мышцы постепенно расширялись по мере того, как Иван расслаблялся. Он и сам удивился своим желаниям, но понимал, что ему было странно приятно ощущать что-то подобное. Иван обратил внимание на то, что на уголках глаз Альфреда появились слёзы, накопленные, видимо, совсем не из-за боли, а из-за переполнявшего страстного желания. Он и за собой заметил пару скатившихся слезинок, когда быстро двигался, ощущая Альфреда глубоко внутри и стоная от этого. Ладонями Альфред всё ещё гладил бёдра Ивана, прижимая его к себе сильнее. Иван никогда бы не подумал, что ему будут нравиться подобные ласки. — Ты… так горишь, — прошептал Иван, чувствуя жар тела Альфреда кожей. Альфред ничего не ответил, целуя Ивана в ключичную ямку, пока его руки стали поглаживать талию мужчины, проходя вниз по бокам. Едва справляясь с желанием дотронуться до члена Ивана, Альфред в итоге не выдержал и резко обхватил его одной ладонью, вынуждая мужчину ахнуть, а второй поднялся вверх по торсу к затвердевшим соскам. Кадык Ивана дрогнул, сам он нервно сглотнул, чувствуя нараставшую скорость движений руки Альфреда. Иван слегка трепетал, закинув голову назад и закрыв глаза, и иногда стонал, чувствуя не только Альфреда внутри, но и то, как парень мастурбировал ему. И парень, ловко предугадав возможное скорое завершение, ускорился. Падая в бездну чувств, Иван потерял контроль над собой и протяжно замычал, поджав слегка пересохшие губы. И через пару мгновений оргазм, затмив все мысли, заставил Ивана содрогнуться. Некоторое время Альфред не предпринимал никаких действий, переводя дыхание сам и давая возможность отдышаться Ивану, который почему-то находился в лёгком напряжении. Но затем Иван, в очередной раз перехватив инициативу, вновь стал двигаться, желая доставить удовольствие и Альфреду. Но Альфред не позволил бы себе проявить неуважение к Ивану и кончить внутрь него, поэтому, когда понял, что на грани, предупредил Ивана. Иван, кажется, о таком не задумывался перед началом акта, а вот Альфред, уже успевший пофантазировать на эту тему, сразу для себя постановил, что слишком высоко оценивал их с Иваном отношения, чтобы позволять себе такие вольности. В конце концов, парню было достаточно уже того, что ему дали право и возможность быть доминирующим, да и нужно ли было больше человеку, научившемуся держать свои желания под контролем, но по-прежнему любившему иногда проявлять свои черты властности?