Космическое сокровище

Тим де Вард знал, что Наталья Арловская никогда не работала одна. У неё были сообщники и на этот раз, он был уверен. Как минимум один человек, с которым она всегда совершала преступления, всё ещё был на свободе — её сестра. Когда Тим со своими коллегами привёл Наталью в следственный изолятор на полицейском корабле, он приступил к «лёгкой» форме допроса. Ему не особо, конечно, нравилось, что Альфред и Иван ходили за ним повсюду, но они, очевидно, хотели разобраться во всей происходившей чертовщине не меньше него. — Сестрица твоя где? — спросил будто незаинтересованно Тим. — Так я и сказала, — по-детски передразнила Наталья. «Сестрица?» — тут же подумал Иван. «Быть может, что это была та девушка, которая представилась моей возлюбленной». — Тим! — воскликнул Альфред, тоже поняв, о ком шла речь. — Мне кажется, что у неё была сообщница — Анастасия Егорова. Тим де Вард вдруг засмеялся. — Никакой оригинальности! — воскликнул он, смотря на злобно настроенную Наталью. «Они всё равно не найдут её», — подумала Наталья, едва сдерживая ухмылку. — Ребята! — закричал Тим своим помощникам. — Срочно займитесь поисками Анастасии Егоровой и проверкой досье правительственных людей! — Я видел эту Анастасию, — неуверенно проговорил Иван. — Отлично, сейчас будем составлять фоторобот.

***

К сожалению, несмотря на все приложенные космической полицией усилия, Анастасию Егорову действительно не удалось найти. Как, впрочем, и заместительницу главы Комитета Планетной Безопасности, которая по удивительному стечению обстоятельств исчезла, не оставив никаких зацепок и подсказок, указывающих на то, где она может быть. Однако полицейские не переставали предпринимать что-то, чтобы довести дело до конца и поймать обеих преступниц. В попытках понять, куда «улизнула» сестра Натальи, Тим де Вард решил устроить на этот раз уже самый настоящий допрос. Однако снова «под ногами стали путаться» Альфред с Иваном, которые не оставляли расследование исключительно на полицию. — Нет, Тим, ты меня, конечно, извини, но я хочу быть свидетелем её признания после всего, что мы пережили! — уверенно и громко сказал Альфред. Тим де Вард закатил глаза, но ответил: — Ладно, раз уж вы и раскрыли эту схему, то сможете присутствовать на допросе. Но только за стеклом, где вас не будет видно. — Как угодно, лишь бы слышать, что она будет говорить! И после этого Тим завёл Ивана и Альфреда в специальную комнату, где они могли бы наблюдать за процессом допроса, а саму Наталью привели вскоре к де Варду. Женщина выглядела злобно настроенной, как, впрочем, и ожидалось, но, судя по всему, в ней ещё горел дух воинственности, потому что она понимала: сестра-то на свободе. Тим де Вард решил начать издалека: — Когда ты добралась до Рокшеля? Наталья, усмехнувшись, почему-то ответила честно: — До революции, но когда уже было ясно, что она неизбежна. Женщина сидела со скрещенными руками на груди. — Тогда откуда про Брагинских узнала? — настойчиво спрашивал Тим, смотря в документы. — Связи, — бросила Наталья небрежно. — Да и революции, вообще-то, громкое дело. — Тогда каков твой, скажем так, вклад в эту революцию? Он наверняка есть, иначе бы ты не оказалась в правительстве. — Когда я прилетела, — начала Наталья, но Тим тут же её перебил: — Не ври, ты с сестрой была. Наталья состроила недовольное лицо и всё-таки продолжила признание: — Тут быстро стало понятно, что население разделилось на две воинствующие группы. — И вы, скорее всего, разделились тоже, чтобы воевать на обеих сторонах одновременно, — снова перебил Тим, ухмыляясь. Наталья скривила губы и почти процедила сквозь зубы: — Да, мы решили так сделать, чтобы быть в курсе дел и той, и другой групп. Я участвовала в революции за сторонников нового правительства, за Брагинскую, в общем. А сестра — за прошлое правительство. — Пыталась приблизиться? — К Анне? Пыталась. Но у неё уже был круг доверенных лиц. Я, впрочем, делала всё возможное, чтобы не оставаться в тени. — Сражалась за благое дело и всё равно устроила такой хаос потом? — Вы обвиняете меня в том, что я развязала революцию на Рокшеле, когда это была Брагинская? — почти театрально удивилась Наталья. — А разве ты не именовала себя этой фамилией? — усмехнулся Тим. — Я не называла себя так, пока Анна и Александр были живы. — Кстати о них. Что тебе известно про их убийство? — Их убил Иван. — Неправда! — вскричал Альфред, забыв, что ни Тим, ни Наталья не могли его услышать. Иван осадил парня, потянув за рукав рубашки. — Неужто? Он помнит, что его мать умерла на больничной койке. — Он же сумасшедший и был напичкан амнезиаком. Как он может что-то помнить? — Вот как раз таки благодаря амнезиаку он сейчас в здравом уме. Что тебе известно об убийстве Брагинских, повторяю? — Я тоже повторяю: их убил Иван Брагинский. — Тогда почему этому нет никаких официальных подтверждений, кроме бумаг, которые были переписаны во время революции на Рокшеле? Ни в одном независимом архиве не найти информации об этом преступлении. — Пиратские архивы — неофициальные источники информации. — Однако вы с сестрицей потрудились подделать документы о себе даже там. В полицейских архивах тоже ничего нет, так что я вынужден спросить ещё раз, потому что ты молчишь как рыба: почему нет никаких официальных подтверждений тому, что именно Иван убил своих родителей? Наталья недовольно цокнула. — Можно хотя бы немного уважительнее? Ни я, ни моя сестра никого не убили, чтобы вы так разговаривали. — Ты обвиняешься в одном из крупнейших политических преступлений этой части Галактики! — закричал вдруг Тим, встав из-за стола. Увидев, что Наталья немного поморщилась от его грубого тона, впрочем, это значило, что подобное на неё подействовало, успокоился и снова сел за стол. — Сколько раз мне спросить: где доказательства, что Иван — убийца? — Все бумаги на Рокшеле говорят об этом. — Тогда задам вопрос по-другому: есть ли доказательства того, что Иван — невиновен? — А вы так уверены, что Иван — невиновен, чтобы просить от меня эти доказательства? — Да, уверен. Так они есть? — Есть.

***

Тим смог убедить Наталью раскрыть правду о том, что же на самом деле случилось с Брагинскими, но потребовал обнародовать эту информацию лично как минимум перед членами Совета Планеты. Естественно, что сам Тим, его коллеги, Иван и Альфред тоже должны были присутствовать при этом. Созвав экстренное собрание Совета Планеты, Наталья повела Тима, Альфреда и Ивана туда, куда не могли пробраться даже именитые хакеры. — Это Архив Совета Планеты. Вся важная информация о планете и, соответственно, революции хранится здесь под десятиуровневой защитой. В этот Архив могут зайти только члены Совета Планеты, даже помощники не имеют права. Гордитесь тем, что такие отбросы, вроде вас, зайдут сюда, — язвила Наталья. — Не в твоём положении кидаться такими выражениями, Арловская. Тим снова курил в помещении, плевав на правила приличия и то, что это был «сверхсекретный планетный объект». Альфред, заходя внутрь, чувствовал себя так, словно его посвящали в какое-то таинство. Огромное по размерам пространство Архива поразило его, уже успевшего привыкнуть к достаточно обыденному ритму жизни в простой квартире. Иван же сгорал от любопытства, понимая, что на этот раз он, наконец, точно узнает правду о смерти своих родителей. Наталья, дойдя до массивного сейфа с крупным замком и большой клавиатурой, стала набирать что-то, открывая дверцу. — Всё, что доподлинно известно об Иване Брагинском и его семье — здесь, на этих листах и этой флешке. Наталья держала в одной руке папку с личным делом Ивана и ту самую флешку, о которой говорила. Иван, повинуясь лишь какому-то внутреннему чувству, отстранил руку Тима, когда тот захотел взять дело, и забрал документы о себе сам. Однако открыть папку с личным делом он не решился. Просто прижал к себе, собираясь услышать от Натальи, которая так много и долго врала, наконец, правду. Вскоре после этого Наталья повела Тима и всех остальных в зал собраний Совета Планеты. Там уже сидели прибывшие по срочному зову участники этого Совета, дожидаясь главу и её объяснений по поводу экстренности. По удивлённым взглядам и сильно приглушённому шёпоту Иван понял, что члены Совета удивились не столько срочному собранию, сколько тому, что в зале оказались люди, которых до этого не было — то есть, он сам, Альфред и Тим с другими полицейскими. — Сегодня крайне необычный день, — начала Наталья, откашлявшись. — Я попросила бы пару минут вашего внимания, потому что информация, которую я оглашу сейчас, действительно может поразить вас в какой-то мере. Вам надо подготовиться к этому. Речь пойдёт о революции и, собственно, тех, кто эту революцию затеял. Пока Наталья подключала экран, чтобы продемонстрировать доказательства своим словам, члены Совета стали вслух обсуждать уже сказанное, как они ещё считали, Брагинской. Иван занервничал, но Альфред тонко почувствовал это и положил на его руку свою ладонь, прошептав: «Всё худшее позади, нам нечего бояться». — Как вы все знаете, всё началось с Анны и Александра Брагинских, которые основали поначалу тайную оппозиционную группу, превратившуюся в итоге в крупную политическую партию. Однако подобные настроения, естественно, не нравились прошлому правительству. Это всё известно. Как и то, что Иван Брагинский не был революционером сам, однако его родители, как следует из сказанного выше, были влиятельными оппозиционными фигурами. Вся та напряжённая политическая обстановка, которая сложилась усилиями Брагинских, привела к тому, что людьми прошлого правительства было решено предпринять кровожадный шаг. Анну и Александра Брагинских требовалось убрать в разгар революции, чтобы толпа осталась без предводителей. «Как я и предполагал!» — вспыхнуло в голове Ивана. «И они, чёрт возьми, решили почти в прямом смысле убить двух зайцев с помощью меня!». — Их решили успешно убрать с политической арены запланированным убийством. Анна Брагинская, раненная противниками революции, умерла сама на койке одной из городских больниц, а вот Александра убило тайное лицо от прошлого правительства. Так было на самом деле. Всем жителям Рокшеля было сказано, что их убил Иван, в то время как его подставили, накачав сильнодействующими наркотиками и подстроив всё так, чтобы сцена убийства выглядела, словно это действительно был он. Тела изувечили, перенесли в квартиру, поработали над состоянием Ивана. Всё было продумано надёжно и крепко и должно было работать, как часы, ведь разработкой подобного дела занимался не один человек. Над этим работала целая команда из прошлого правительства. — Кто? — послышался вопрос Тима, который сидел в первом ряду недалеко от Ивана и Альфреда. Наталья улыбнулась едко и противно, смотря на поражённые лица некоторых членов Совета Планеты. Иван без всякого стеснения подошёл к экрану, чтобы сравнить противопоставляемые настоящее медицинское дело и сфабрикованное Тино и Бервальдом. Он действительно стал невменяемым, но только после того, как на нём использовали наркотики и он увидел расчленённые тела своих родителей. — Едва ли многие из них пережили революцию. — Значит одним из этих людей была ты. — Неправда! — почти вскричала Наталья. — Я не имею никакого отношения к этому убийству, кроме того, что я умело воспользовалась ситуацией и заняла высокую должность в Совете Планеты. — Называй список всех, кто был замешан в убийстве Анны и Александра Брагинских, — властно и громко потребовал Тим, сверля взглядом Наталью. — Я не состояла в прошлом правительстве планеты, как я могу знать? — Но в вашем суперсекретном Архиве Совета Планеты уж точно должно быть что-то такое, — язвил де Вард. Наталья, состроив недовольное лицо, извинилась перед, если так можно было выразиться, «публикой» и направилась в другой отсек Архива. Через пару минут она вернулась в зал с парой сенсорных листов, которые тут же подключились к экрану, выводя на него изображение. Листы представляли из себя тонкие, но прочные экраны, отливавшие сине-зелёным светом, а буквы на них были чёрного цвета. Фотографии высвечивались цветными, и их даже можно было увеличить. Альфред, Иван, а также другие члены Совета кто с удивлением, кто с недоверием смотрели на Наталью, показывавшую и рассказывавшую настоящую историю Ивана Брагинского. Тим де Вард же, внимательно слушая, записывал всё в рапорт, пока Иван сверял слова Натальи с тем, что было написано в его личном деле из Архива. Видимо, что в этот раз, «прижатая к стене» Наталья Арловская не врала и не утаивала подробностей. — С этими голубчиками мы тоже разберёмся, — проговорил себе под нос Тим, записывая имена выживших людей, причастных к убийству Брагинских. — А теперь я и Иван ждём официального признания. Наталья снова едко улыбнулась и, тяжело вздохнув, громко и чётко произнесла, чтобы её ясно услышали все: — Я не дочь Анны и Александра Брагинских. Не Наталья Брагинская. Моя настоящая фамилия — Арловская, и всё это время я врала о своём родстве с этими людьми.

***

Пожалуй, что если не все члены Совета, то многие были, мягко говоря, в шокированном состоянии от услышанного. Что пока делать с этой информацией, им было не совсем ясно, но кто-то особо предприимчивый уже увидел в этом выгоду: всегда можно было устроить интервью с журналистами. Тим де Вард по пути к полицейскому кораблю продолжил допрос Натальи, но уже в более непринуждённой форме. Так как Иван и Альфред упрямо следовали за ними, то слышали это, пусть и находились на расстоянии. — И почему ты со своим умом — преступница? — спросил Тим как будто опечаленно, закурив. — А отчего вы — полицейский? Тим задумался, но потом отрешённо ответил: — Чтобы ловить таких, как ты. — Тогда я преступница для того, чтобы таким как вы, было кого ловить, — Наталья мило улыбнулась. Ивану казалось, что Тим был каким-то странным образом совсем не рад раскрыть замыслы Натальи. Быть может, потому что это на самом деле сделал не он лично, а Иван и Альфред. Впрочем, те без помощи де Варда вряд ли бы тоже вышли из «передряги». — Я бы и не поймал, не вернись Иван на Рокшель, — невесело усмехнулся Тим. Тим де Вард был так спокоен, потому что знал: к Наталье подключён чип, и её можно будет выследить в случае чего. Были и другие планы «по поимке» преступницы, но их привели бы в исполнение только в случае крайней необходимости. — И не поймал бы, если бы Иван вернулся один, — Наталья попробовала придать своему голосу беззаботности, словно её не волновало уже то, как глупо и нелепо на самом деле она попалась в «руки» правосудия. Тим ничего не ответил, немного удивлённо посмотрев на женщину. Та любезно пояснила: — Весь план пошёл к чёртовой матери, потому что я готовилась к возвращению только одного Ивана в случае чего, но никак не к тому, что он вернётся с каким-то оборванцем, путающимся под ногами. Альфред скривил губы, услышав, что его назвали «оборванцем». — И тем не менее этот «оборванец» привёл вас к краху, — усмехнулся Тим. — Почему ты вообще думала, что Иван вернётся? Он же должен был быть на «исправлении». — Но предполагала, что всё равно существует вероятность побега оттуда. Однако, как я поняла, он на него так и не попал. — Космические пираты, — как бы выдохнул Тим вместе с табачным дымом. Наталья вдруг весело засмеялась. — Так вот почему они искали информацию обо мне в пиратских архивах! — Меня больше интересует, как ты вместе со своей сестрицей смогла подделать документы о вас двоих даже в этих самых архивах. — Всё делается при должных знакомствах и умениях, — расплывчато ответила Наталья. — Надо просто хотеть. — Хотеть творить беззакония? — с неким оттенком религиозности спросил Тим, почти выдыхая табаком на Наталью. Та поморщилась и стала махать рукой перед собой, чтобы развеять дым. — Хотеть постоянно делать вид, что вы лучше просто потому, что вы на стороне правосудия? Альфред давно перестал особо глубоко вникать в диалоги Натальи и Тима. Они удивительным образом были как бы на одной волне, что казалось почти нереальным. Впрочем, добро невозможно без зла. Иван тоже не встревал в разговор и не начинал с Альфредом своего. Он был погружён в собственные мысли, и Вселенная весть, что мужчина думал. Но, пожалуй, главное, что и Иван, и Альфред поняли, так это то, что само существование таких, как Наталья и Анастасия, почти неподвластно их пониманию. Сёстры Арловские были не только ходячими загадками, но и катастрофами.