Братская привязанность

      - Аскольд, ты уверен, что успеваешь с оборудованием? Премьера через неделю, - с волнением повторил ассистент режиссера, глядя на мужчину посреди общей планерки.       Все волновались за сроки и мандраж перед очередной премьерой никто не отменял. И хотя все были целиком и полностью уверены в своём художественном руководителе, всё равно нервное напряжение не покидало их до конца, до самого выступления и главных репетиций, когда все наконец узнают свои роли и смогут их подготовить.       Аскольд, казалось, проигнорировал вопрос, что-то строча в своём блокноте и одновременно переговариваясь с хореографом. В этой гениальной голове постоянно крутились несколько мыслей одновременно и его способность переключаться с одного на другое всегда вызывало уважение у коллег. Но несмотря на годы работы, постановок, премьер, всё также каждый год, это был изнеможденный вид, осунувшееся лицо, обветренные губы, но горящий взгляд. Именно он и давал надежду многим здесь. Они были уверены, что шоу состоится.       - Аскольд? - не удержавшись, повторил сотрудник.       Младший, оторвавшись от своих занятий и мыслей, взглянул на парня и перевел непонимающий взгляд на старшего брата. И одного мгновения хватило, чтобы поймать чуть обеспокоенный, но уверенный и теплый взгляд Эдгарда, чтобы понять, что старший волнуется за младшего, как это всегда и было, но уверен в нём как в самом себе и что бы не случилось удержит, убережет, поможет. Сделает всё, только бы его младшенький был доволен и счастлив, чего бы ему это не стоило.       Эдгарду хватило всего взгляда, чтобы понять, что брат уже на финише своего детища, что все его идеи и мысли уже нашли воплощение в его голове и он уже готов вот-вот поделиться со всеми. Осталось совсем чуть-чуть. Как это бывало когда Аскольд выносил на всеобщее обозрение свою очередную находку и задумку. Эдгард видел в его глазах этот огонёк, чем-то сродний с удовольствием, которое его брат получает, проходя очередной *цатый уровень в своих стрелялках на компе.       Понимая, что брат совсем скоро разродится, Эдгард задал молчаливый вопрос Аскольду, ведь тот мог оттягивать такой важный момент, как общий сход до самого конца. Но время бежит и нужно ещё успеть как следует всё отрепетировать. Младший страдальчески закатил глаза, нетерпение старшего было главным из того, что могло довести его до ручки, но и это же нетерпение так часто вызывало в нём такую нелогичную улыбку. Прекрасно зная, что брат будет торопить с репетицией, он был готов почти сразу. День на добивку сценария и пол дня на редакцию. Значит послезавтра будет общее собрание. Самодовольно улыбнувшись, Аскольд сверкнул глазами, в которых загорелось самое настоящее пламя. Эдгарду этого было вполне достаточно, чтобы расчитать такие привычные для брата дни правки и редактуры, а потому без всякого зазрения совести он обернулся к парню, всё ещё ожидающему ответа на свой вопрос, и уверенно ответил:       - Да, он успевает, всё идет как надо, и он думает, что общее собрание можно будет провести через пару дней.       Парень в замешательстве уставился на директора, силясь понять, как он может знать, о чём думает Аскольд.       - Мы же только что обсуждали, сколько всего из оборудования и костюмов нужно успеть. Когда вы узнали про собрание? - удивленно спросил помощник режиссера.       - Мы только что решили с Аскольдом, что пары дней должно хватить, он сказал, что всё готово, - терпеливо ответил Эдгард, поглядывая на притихших собравшихся.       - Но вы оба не сказали не слова! - не унимался парень, уже сомнивающийся в собственном душевном здоровье, и обернувшийся за поддержкой к остальным.       - Всё в порядке Слава, не волнуйся, они часто так делают, со временем ты привыкнешь, - по доброму потрепала парня по плечу Татьяна Васильевна, строго глядя на сыновей. Братья смущенно притихли, не ожидав такого внимания к своему общению, к которому они так привыкли за все эти годы совместной жизни.       - Не дрейфь Славян, ты не представляешь как это нелепо и стремно, когда ты приглашаешь в ресторан своего парня, а меню тебе в тот момент подсказывает его брат, который точно знает, что его величеству захочется сегодня и что в его настроении сейчас, - нараспев протянула Лена Петрикова, вызвав всеобщий смех, переведя тем самым конфуз в шутку, подмигнув Аскольду между делом.       Младший глянул смущенно на Эдгарда и кидая мысль, что они в очередной раз лоханулись, и перевёл взгляд на мать, понимающе разглядывающую сыновей. Их взгляды были настолько одинаковые, словно им снова десять и девять, и они опять убежали купаться без спросу, и один только взглядом пытались договориться, кто будет сознаваться в проступке и брать на себя вину. Татьяна Васильевна только улыбнулась, махнув на детей рукой, оставив попытки их перевоспитать уже давно. Всё равно они были и остаются одной единой душой, разделенной в два тела.