Amore mio per sempre. Cara. La nostra storia.

Как оказалось, у нашего нового друга весьма ценный дар. От Маркуса - его дальнего предка, Марко получил способность видеть связи между людьми и бессмертными, но не только связи - он читал жизни тех, кого видит, как открытые книги. От него не может быть тайн. В этом конечно была для нас определённая сложность, но и много пользы. А учитывая то, что с первого дня своего бессмертия он стал нам с Маленой самым искренним и преданным другом, каким был в прежнее время наш незабвенный Маркус, в нашу жизнь вернулась вера в то, что клан Вольтури будет возрождён и придёт к великой славе. Кроме того, в тот же день он посоветовал нам обратить своего друга, гениального компьютерщика и ищейку, по имени Луи. Когда мы твёрдо решили, что возвращаемся в Вольтерру, mia cara отправилась на поиски этого парня и вскоре принесла его, почти бездыханного, со следами своих клыков на запястье, во дворец и уложила в одной из комнат перерождения. Пока новый член клана обращался, я сделал то, что хотел, казалось, всю вечность. Я женился на моей прекрасной возлюбленной и на века запечатлел сей факт в древней книге клана Вольтури. Видел, что Марко ревнует, хоть и сам понимает - это у него не любовь, это воздействие той, кто нашла его, сделала одним из нас и частенько называла его Маркусом. Наша первая брачная ночь была исполнена страстью и негой, наши ледяные тела горели в руках друг - друга, как два факела, но не сгорали, а вновь и вновь возрождались, исполненные трепета и пульсаций. И какое прекрасное чувство - встречать рассвет в постели, рядом со свернувшейся калачиком в твоих объятиях, любимой женщиной. Долго нежиться не пришлось. Нас уже было трое и пора было восстановить триумвират. Раньше это были я, Маркус и Кай. Маркус был судебным защитником, Кай обвинителем, а я - главой суда вампиров, я выслушивал обе стороны, выносил решение и зачастую лично исполнял приговоры. Я, благодаря моей жене, был жив, а значит, мои функции оставались на моих плечах. Поразмыслив, я выбрал для Малены должность защитника, хоть, кажется логичнее было бы посадить на это место потомка того, кто занимал его до битвы с китайским кланом. Но всё же женщине свойственно скорее защищать и миловать, чем обвинять и требовать кары, по этому место Кая досталось Марко. Он не возражал. Удивился только, когда посвятив его в обвинителя и владыку, я назвал его Вольтури, а не Брутелли, но после объяснений принял клановую фамилию, как честь. Когда завершилась трансформация Луи и он утолил первый голод, он сразу проявил недюжинный ум и такое знание современных технологий, что осталось только доверить ему оснащение дворца, а он быстро наладил все необходимые системы. Так начал налаживаться наш быт. Чтобы не зависеть от поставщиков донорской крови (Хайди больше нет и водить к нам группы не кому), Малена открыла в Вольтерре и окрестностях сеть донорских пунктов, тем более, что убийство невинных людей ей претило, и мы могли нормально питаться не охотясь и никого не убивая. Наслаждаясь возрождением жизни в клане, мы совсем забыли о Мин, думая, что уничтожив Вольтури на поле битвы, они вернулись в Китай и успокоились. Как мы ошибались... Что враг совсем близко и его аппетиты не удовольствовались только нашими погибшими друзьями, мы поняли только тогда, когда в один прекрасный вечер, возвращаясь из Тосканского донорского пункта с полным рюкзаком крови, Малена обнаружила у ворот дворца изголодавшуюся, обессиленную бессмертную из разорённого китайцами Нормандского клана, по имени Теодорада. Как она поведала, весь клан был уничтожен, в живых оставили только её и её брата - близнеца Теодора. Их держали впроголодь, не позволяя пить даже кровь крыс, в клетке и постоянно пытали. Палач Чена владел даром причинять бессмертным нестерпимую боль, направляя её в разные части тела, по своему желанию. Теодорада сумела сбежать, воспользовавшись своей способностью погружать вампиров в глубокий сон, а её брат остался там и теперь ему грозила смертельная опасность. Мы обязаны были помочь и незадолго до рассвета, приняв все меры, чтобы ничем не отличаться от людей, выдвинулись из Италии на север Франции, к замку Роллона Нормандского.