Дела любовные

Возьми плед, ненормальная. Даже маленьким чудовищам нужно держаться в тепле, чтобы не заболеть. Цундэрэ.

***

      Меня зовут Табата Юки, двадцать пятого декабря исполнилось пятнадцать лет, одним щелчком пальца я могу уничтожить целую страну.       Не то, чтобы я собиралась и когда-нибудь совершу нечто настолько выматывающее, но мне показалось, что это будет единственно верным описанием для полного масштаба моих сверхъестественных способностей.       Призвать понравившуюся вещь из идущей на телевизоре рекламе, увидеть странных существ, невидимых для обычных людей, подстроить случайные события так, чтобы моя мать получила премию напополам с повышением, а пристававший к ней босс загремел в тюрьму из-за всплывших наружу доказательств о его связях с коррупцией, — малый перечень собственных возможностей.       Порой даже мне самой за себя страшно становилось.       Потому что…       По всем законам любой сенэн-манги, которых я перечитала бесчисленное множество, рано или поздно за каждым сильным героем приходит злодей, которого эта самая сила категорически не устраивает.       Конечно, было и другое развитие событий, где такой герой сам в итоге оказывался злодеем, а пришедшие по его душу злодеи — отважными героями, собиравшимися убить того ради общего блага и покой мира людского.       Но, первый вариант нравился мне куда больше.       Да и способностями я злоупотребляла редко.       (Последний раз был на финальном экзамене, в котором я заняла первое место. Ну разве я не гений?)       В связи с переездом и переводом в новую школу с идентичным названием Каракура, я была твердо намерена зажить абсолютно обычной жизнью самой что ни на есть обычной школьницы.       Любовь, свежие экзаменационные тесты и все в таком духе.       Жаль, что с тех пор, как Куросаки Ичиго (самый раздражающий парень в моем классе) стал с завидной регулярностью пропускать учебные занятия, мои надежды на серую рутину потерпели крах.       Не сводя пристального взора со стоящего в воздухе угрюмого юноши, колючие волосы которого были белы словно снег, а одежда состояла из черных косоде и хакама, поверх которых было небрежно накинуто белое безрукавное хаори с зеленым поясом через плечо, я удрученно вздохнула.       Столь старомодный фасон одежды мне был прекрасно знаком.       Кого я только в этой черной форме не видела. И Куросаки, и Рукию-чан, и всех переведенных в середине семестра учеников вместе взятых.       Кажется, они звали себя проводниками душ.       Так называемые «шинигами».       До которых лично мне до лампочки, а им… — При… — взмахнув рукой, натянуто улыбнулась я, перед тем, как рефлекторно отклонить голову налево от стремительного удара катаны. — Эй, что ты…!       …им судя по решительному настрою стремительно приближащегося альбиноса с катаной наперевес нет. — Снизойди с ледяных небес, Хёринмару! — невежливо перебил тот меня, повторно взмахнув несколько изменившемся в полумесяц на наконечнике мечом, призывая понесшегося в мою застывшую истуканом фигуру ледяного дракона.       И хоть один щелчок моего пальца может уничтожить целую страну, в тот момент я могла честно признаться, приложив руку к сердцу, что вот-вот была готова отправиться к праотцам от заполнившего все нутро страха.       Пальцы рук онемели, а ноги предательски задрожали.       Я отчаянно зажмурила глаза, представляя тысячу защитных барьеров, увиденных на обложках различных комиксов и манхв про супергероев. — Приказом Совета 46 и главнокомандующим Готея-13 аномалию под именем «Табата Юкико» нужно немедленно уничтожить, пока ее силы не переросли пределы человеческих норм, — раздался до меня хриплый, еще не сформировавшийся голос подростка сквозь образовавшийся защитный купол ярко красного цвета. — Однако, судя по моему двухнедельному наблюдению, это невозможно.       Юкико? Но даже по документам, мое имя Юки!       И вообще что значит его мрачное «уничтожить»? Да за всю свою жизнь, я убивала только тех странных монстров в масках и то не всегда, потому что те отпугивали мозоливших глаз призраков в округе.       Но что волнует больше всего… — Ты правда преследовал меня две недели? — непроизвольно поежившись, я сделала опасливый шаг назад, замечая, как постепенно рассеивается барьер. — Знаешь, это немного походит на сталкинг.       А я-то гадала откуда это странное шестое чувство.       Интересно, а тот подозрительный звук падающего предмета в ванной было его рук дело? — Ты опасна, — словно бы это объясняло все, только и сказал шинигами, перед тем как повернуться ко мне спиной, заметив столь яркий интерес к собственной персоне. — Не только для себя, но и окружающим тебя людям. — Я не планирую никого убивать, но ты судя по всему очень хочешь избавиться от меня, — а вблизи у него очень красивые глаза, впрочем ничего удивительного, бирюзовый всегда был моим фаворитом. Да и личико у моего несостоявшегося убийцы смазливое. — Что скажешь насчет свидания, чиби-чан? — Как ты меня на…! — уже взбесился он, как запнувшись, ошеломленно уставился в мои блеснувшие опасным лукавым огнем глаза. — Стоп, что? — Сегодня день Святого Валентина, завтра все мои одноклассницы будут хвастаться, как романтично провели этот праздник, а я вновь буду чувствовать себя белой вороной на их фоне, — пожав плечами, отшутилась я, приводя веский аргумент для согласия. — Если сходишь со мной на пару мест, позволю себя ударить.       Цени, шинигами, я не каждому бисенэну такую сделку предлагаю.       Хотя стоит признать такого красавца я встречаю впервые. Если все остальные шинигами обладатели такой же внешности, я буду совсем не против стать их врагом или целью.       А то все монстры, да монстры.       Бедняжки, понятия не имеют, чего хочет сердце женщины. — И при этом не будешь использовать свои грязные трюки? — подозрительно прищурились бирюзовые глаза.       Кто о чем, а шинигами будет постоянно думать о никому не нужных битвах.       Сдержав желание закатить глаза, я дружелюбно кивнула: — Не буду. Если нужно, могу даже дать клятву на мизинцах? — Лучше это останется на твоей совести.       Он ведь должен знать, что ее у меня нет, да?

***

      Первым делом я утащила его в кинотеатр.       Выбрала самый ванильный и драматичный фильм о любви (других попросту не было), специально подобрала места на последнем ряду (хотя о поцелуях дело пока не шло) и заказала специальный бонус для парочек с огромным ведром попкорна и стаканчиком колы с двойной трубочкой.       Отмечая все больше брошенных в свою сторону жалостливых взоров, я с подозрением посмотрела на представившегося капитаном десятого отряда Тоширо, гадая, что же тут не так: — Почему они тебя не видят? — Напрямую взаимодействовать с реальным миром я могу только, если надену гигаи, — на недоуменно изогнутую бровь, любезно дополнил. — Гигаи — это искусственно созданное тело, используемое шинигами в мире живых. — Ты поэтому есть не можешь? — кидая в рот горсть сырного попкорна, с утверждающей интонацией сказала я.       Вместо ответа Тоширо коротко кивнул. — Думаю, это хорошо. — довольно улыбнулась я. — Мне тогда больше достанется.       Видимо хотевший испортить тем самым весь вечер шинигами недовольно вздохнул, терпя поражение.       «Один-ноль, капитан», — не без злорадства подумала я, громко всасывая глоток газировки через трубочку.       Несомненно мне нравилось его холодное лицо, но больше оно привлекало, когда было злым.       Оставшийся сеанс фильма шинигами, не скрываясь, зевал и клювал носом, шипя рассерженным котом каждый раз, как я грубо будила его, то встряхивая за шиворот, то громко дыша в самое ухо.       Данное занятия меня так забавляло, что я даже на экран не смотрела, просто поджидала удобный момент пристать к тому вредной пиявкой.       Напоследок фантазия так разыгралась, что я даже укусила притягивающую взор мочку уха, которая стремительно покраснела, вынудив ее обладателя резко подскочить с места со смущенный выражением лица. — Ты… — пробормотал он с прижатой к ухо ладонью, силясь подобрать нужные слова и указывая на меня дрожащим от переизбытка эмоций пальцем. — Ты…! — вот, а теперь разозлился, даже пар из рта вышел. — Какого черта, ты здесь делаешь?       Вместо ответа клацнула зубами воздух неподалеку от его пальца, вынудив того комично дернуться в сторону: — Осторожно с пальчиком, Тоши-чан. Кто знает, где он может оказаться…       Казалось, что краснеть больше человек не может, но Тоширо ведь шинигами, они любят разрывать шаблон.       Не сказав ни слова, парень буквально вылетел из кинозала наружу.       Вдогонку я крикнула ему веселое «подождать у входа», не в первый раз награждаясь удивленными взглядами окружающих людей.       Эх, и все-таки жизнь прекрасна.

***

      Обижался на мою самовольную выходку капитан долго и со вкусом.       В разговор вступать не спешил, а если и вступал, то весьма неохотно, всем видом показывая, какое большое делает одолжение одним своим присутствием. На шутки не реагировал, но на безобидные подначивания едва не рычал, выпуская все свое реацу и замораживая ближе стоящие предметы. Когда на улице завязалась дремучая метель, до меня наконец дошло, что в флирте я все-таки не сильна, а прочитанная седзе-манга врет.       Ну что поделать, опыт в любовных делах у меня нулевой.       На свиданий если и ходила, то только с 2D персонажами, к которым есть сотня полезных прохождений.       А в предыдущей школе за спиной была прозвана «Юки-онной» из-за некой ауры опасности и «высокомерия» в вечно бездушном взгляде. Даже улыбка моя никому не нравилась, так как расценивалась не иначе, как насмешка. Что уж говорить о смехе, которых был прозван злодейским…       Несмотря на то, что по внешним показателям я могла назвать себя более чем симпатичной. Фигура только вырисовывается, но отнюдь не угловатая, скорее ладная. Волосы шелковые (шампуни я подбираю по модным журналам), длинные цвета вороньего крыла. Только глаза подвели, слишком насыщенного оттенка красного.       Из-за этого походят на кровь, что и пугает слабонервных.       По сравнению со мной, Тоширо был полной противоположностью.       Волосы белее снега, глаза чище синевы бескрайнего океана, а постоянно сопровождающая взгляд печаль делала его похожим на самого что ни на есть настоящего ангела.       Довольно пикантно.       Тогда я буду демоном-искусителем, а он неопытным милым ангелочком. — Решено! — возбужденно отозвалась я вслух, вскинув вверх сжатый кулак.       Сидящие в кафе клиентом вместе с меланхолично наблюдающим за кружащими снежинками на улице Тоширо синхронно обернулись в мою сторону. И если в глазах первых застыла интрига, у второго обреченность напополам с разворачивающимся раздражением. — Ну и что ты решила, маленькое чудовище? — Если я расскажу будет не интересно, — подмигнув и оставив за столом деньги за выпитый молочный коктейль с розовыми данго, я взяв его за запястье, требовательно потянула в направлении выхода. — Пойдем-пойдем, покажу кое-что очень интересное. — Именно поэтому мне и нужно узнать, чтобы остановить это, — вздохнул он, грозно сведя брови к переносице. — И не тряси ты так! Я могу идти и без твоей помощи. — Глупый Тоши-чан, — показав язык, неодобрительно цокаю языком. — Все тебе объяснять нужно. А говорил, что окончил эту вашу академию искусств за один год. — Академия духовных искусств, — поправил он меня. — И для тебя, я капитан Хицугая. — Какая разница? — отмахнулась я, возвращаясь к изначальной теме. — Изюминка в дне Всех Влюбленных это то, что можно не скрываясь, пройтись с возлюбленным под ручку, оправдываясь холодной погодой. — Ты не моя возлюбленная!       Стойко проигнорировав чужое возмущение, невозмутимо продолжаю: — Ведь таким образом вы делитесь друг с другом теплом, согревая ваши тела и сердца совместными усилиями.       Тут Хицугая не преминул съязвить, надеясь охладить мой пыл: — Тогда вынужден тебя разочаровать, мои руки всегда холодные. — Ничего! — оглянувшись через плечо и не переставая идти вперед, широко улыбнулась я, прикладывая все усилия, чтобы сделать ее как можно более искренней и добродушной. — Я буду греть нас обоих.       Он снова очаровательно покраснел, неловко захлопнув рот.       Хихикнув, я поздравила себя с очередной победой.       Два-ноль, снежок.

***

      За весь день проведенный друг с другом день я поняла, что веселье в основном получала только моя персона. Сладости в различных ларьках и кафе поедала я, оторвалась как следует на игровых автоматах тоже я, а чужие нервы порядочно извести смогла бы только я.       Как итог: во мне наконец проснулась совесть, что начала отыгрываться за все годы тотального игнорирования.       Недолго поразмыслив и взвесив все за и против, я таки решила отвести хмурого капитана, обладающего ледяным занпакто, в недавно найденное место, которое являлось моим тайным укрытием от всего мира.       Говоря откровенным языком, делиться им мне совсем не хотелось, но обиженная совесть — мощный двигатель прогресса.       Пришлось скрепя сердцем подняться на расположившийся на высокой горе храм Мусаши, где в глубинке леса находилось небольшое заледеневшее озеро. Коньки для нас я могу создать и сама, поэтому о таких мелочах беспокоилась несильно, главное не довести бедного Тоши-чана до белого каления раньше времени.       Пообещать-то себе легко, а вот язык движется быстрее мозга.       Под конец я просто призвала металлические наручники и сковав наши руки, со свободно вздохнувшей грудью, безбоязненно развязала себе язык. Глаз у моего пленника задергался особенно сильно, но деваться ему было некуда, так что со своей участью тот нехотя смирился.       Когда мы дошли до пункта назначения и я наконец сняла наручники, вздох сорвался у нас обоих: у меня от восхищения из-за представившейся перед глазами картиной, у него от облегчения из-за возможности отойти от меня подальше. — Ну и зачем ты привела меня сюда? — Тебе нравится снег, мое имя означает снег, — составила я, как мне тогда казалось, логическую цепочку с ехидной улыбкой на устах. — Значит, нам обоим нравится одно и то же. — Во-первых, тебе бы больше подошло имя Юко, — скрестив руки на груди, с медленно закипающим тоном произнес он. — Во-вторых, с чего мне должен нравиться снег? — Ну, — прищурившись, обвела его фигуру внимательным взглядом. — У тебя волосы белые. И занпакто ледяного типа.       Привычным жестом тот порывисто взмахнул вытащенной из ножен катаной, таким же привычным образом напоровшись на мой безупречный барьер, а после спокойно вздохнув, убрал ее назад.       Прямо как настоящий цундэрэ.       В прошлой жизни я наверняка спасла целую страну, раз в моем распоряжении оказалась мечта любой отаку. — Тебе нужно научиться ловить момент, Тоши-чан. Разве этот каток не самое прекрасное, что ты видел в своей скучной унылой жизни?       По крайней мере, благодаря своим силам я побывала чуть ли не на каждом уголке земной планеты, поэтому опыт у меня был определенно больше, чем у такого милого и несмышлёного коротышки. — Сколько раз повторять обращаться по званию, я капитан десятого отряда, — с дергающейся бровью вымолвил он, пригвождая к месту разительно поменявшемся в градусе собственной серьезности стальным взглядом. — Да и старше тебя в несколько раз. — Сколько? — насмешливо спросила я в ответ. — Примерно сто пятьдесят, я перестал считать, когда мне исполнилось восемьдесят, — с завидным самоконтролем сказал шинигами, взъерошивая свои волосы, тем самым стряхивая копну собравшегося в них снега.       Не спорю, в жизни всякие чудеса случаются, но к таким не была готова даже я. — Не верю, — пожевав губу в задумчивости, таки подвела черту, твердо качнув головой. — Посмотри на себя! Ты же ниже меня, а мне между прочим только два месяца назад исполнилось пятнадцать, — в доказательство провела ладонью линию от его макушки до своего носа. — Всего на два сантиметра! — уязвленно возразил капитан Хицугая.       Тут я просто не могла не засмеяться: — Ты, что, еще и считаешь сколько? — Заткнись, Юко!       Увы, все хорошее рано или поздно кончается, поэтому даже мой смех через несколько десяток минут все-таки прекратился, уступив нервным смешкам, которые непроизвольно вынуждали меня спотыкаться на катке.       В общем не падала я одним чудом.       Правда после всего случившегося, Тоширо вновь закрылся от моей персоны на все десять замков, отвечая на любое доброе слово неизменным фырканьем.       Через некоторое время мне надоело кататься одной, поэтому я прибегла к шантажу, наплетя что-то о том, что пошлю десятки метеоритов на Южную Америку, если он не ступит на каток.       И как бы оскорбленно капитан себя не чувствовал, а ответственность за жизни невинных нести был готов всегда.       Поэтому послушно надел одолженные мной коньки и проехавшись по краю озера, остановился у самого уголка, отрешенно уставившись за горизонт, тем самым давя на жалость из-за образовавшегося вокруг него плотного купола одиночества.       Такое стерпеть я не могла, поэтому метко бросила в его голову наскоро слепленный снежок.       Надежда на то, что тот погонится за мной была малая, поэтому поймал он меня быстро.       Я и успела-то разве что прокатиться до середины катка, как оказалась прижатой к тяжело дышащему мужскому телу.       Не отрывая задорного взгляда от блестящих бирюзовых глаз, я уже хотела опустить какой-нибудь каламбур насчет двойственности ситуации, как почувствовав очередной жаркий вдох и выдох на своих губах, начала стремительно краснеть.       Повторюсь, мне пятнадцать лет и в последний раз я заводила знакомство с противоположным полом в детском саде «Ромашка».       Поэтому здесь нет ничего занимательного.       В моем желании почувствовать эти сухие, холодные губы на своих нет ничего противоестественного.       И в какой-то момент мне даже показалось, что это взаимно, ведь Тоширо явно намеревался наклониться вперед, только одновременно с этим он отпустил свои руки на моей талии, из-за чего я больно стукнулась головой об твердую поверхность катка под его веселый смех. — Что за несправедливая жестокость! — запоздало возмутилась я, поджимая губу и спешно смаргивая неуместные слезы.       (Понятия не имею, как они появились.) — Тебя я наказал, поэтому покинуть этот надоедливый каток могу, — скорее себе, чем мне, сообщил он после того, как наконец перестал отсмеиваться.       Т-так быстро?       Растерянно наблюдая за белоснежным капитанским хаори и четко ощущая постепенно расползающуюся боль в грудной клетке, я со всей силы стукнула сжатым кулаком по замерзшей поверхности озера, досадуя на собственную глупость.       Опасный треск я услышала поздно.       Просто в одно мгновение я беспомощно взирала в расширившиеся зрачки побледневшего Тоширо, а в следующее глотала ртом удушающую горло воду, бесполезно барахтаясь руками и постепенно загоняя себя в глубину из-за тяжелой одежды зимней школьной униформы.       Холодно.       Если Тоширо имел в виду это чувство, когда говорил, что живет в постоянном холоде, то я сомневаюсь в том, что смогу согреть его. Потому что смертельно мерзну от одного такого мгновения.       Сознание погрузилось во тьму до того, как мою руку схватила знакомая по низкой температуре ладонь, вырвавшая на поверхность безопасного берега.       Пришла в себя я из-за облегчающего давления на своей груди.       После второго толчка от массажа сердца изо рта вырвалось сдерживаемая струйка воды, но признаков жизни я подавать все равно не спешила, нетерпеливо ожидая главной помощи.       Наконец оставив в покое мою грудь, Хицугая осторожно зажал пальцами мой нос, а второй рукой аккуратно приоткрыл рот, после чего приблизившись, позволил почувствовать долгожданный вкус собственных губ.       «Пахнет мятой», — отдаленно подумала я и не позволяя своему спасителю отстраниться, крепко обхватила руками его мокрую шею, несильно покусывая чужие губы и периодически их облизывая. — «На вкус мокрые и ледяные. Любопытно, почему же мне тогда так жарко?».       Закрывать глаза я эгоистично отказалась, возжелав лично запечатлеть весь спектр эмоций этих волшебных глаз цвета морской волны, в которых казалось поселился вечный холод.       Изначальное беспокойство смешанное со страхом заменилось облегчением, облегчение гневом, а гнев… Гнев незнакомой для меня эмоцией, которая буквально туманила мне разум.       Даже когда капитан попытался отстраниться из-за беспардонно проникшего в его рот языка, я не отпускала его. Силы были не равны, учитывая, что тех странных монстров в масках я убивала голыми руками. Поэтому через некоторое время он просто смирился, в какой-то момент даже перехватив инициативу.       Сам переплел свой язык с моим, сам несильно укусил кончик моего, за что я недовольно дернула один из локонов его влажных волос, и сам сжав мое запястье, плавно поднес его ко рту, запечатлев на внутренней стороне нежный поцелуй.       Тяжело дыша, я тем не менее ярко улыбнулась на ясно читавшееся на чужом лице неодобрение: — Может продолжим у меня дома? — Тебе пятнадцать, идиотка. А я не собираюсь садиться в тюрьму за совращение несовершеннолетних. — А тебе сто пятьдесят с хвостиками, но выглядишь ты младше меня, — показав язык, игриво отметила в ответ. — Доиграешься ведь. — Если ты отшлепаешь меня, — с ярко горящими глазами доверительным шепотом поведала я ему. — То я буду только рада.       На это моменте он забавно поперхнулся воздухом, округлив глаза, затем задумался, а под конец сравнявшись по цвету со спелым помидором, что особенно выделялось из-за его белых волос, из-за моего совсем не сдерживаемого смеха, резко выхватил из-за пояса катану и взлетев в воздух, с горящими от злости глазами крикнул решительное: —  Дайгурен Хёринмару, банкай! — Пф-ха-ха, т-ты ведь несерьезно? — обхохатываясь до слез, с трудом выдавила я из себя, следя за тем лед занпакто переносился на хозяина, создавая на плечах ледяные крылья, прорастающих из спины, и длинного драконьего хвоста. — Потому что я серьезна. — Ты обещала, что позволишь мне нанести один удар, чертова Юко! — мрачно изрек он, взмахивая мечом. — Так, позволь сделать это сейчас!       «Даже если этот удар отрубит мне руку», — счастливо пронеслось в мыслях, пока я раскидывая в разные стороны руки, невольно зажмуривала глаза. — «Этот поцелуй того стоит!».       Руку он мне, к слову, не отрубил, но во льде для профилактики все-таки заморозил.

***

Бонус.

— Тоширо-ку-у-ун! — провожая до врат сенкаймона, с долей смертельной тоски кричала я, махая рукой. — Когда вернешься, передай своему начальству, чтобы в следующий раз отправлял молодых шинигами, на вид от пятнадцати до двадцати пяти лет. Желательно, чтобы они выглядели ничуть не хуже тебя! А, и рост должен быть не меньше шестидесяти сун! — Не дождешься, — такими темпами бедный капитан десятого отряда себе нервный тик заработает. — И как бы я вообще осмелился сказать такое главнокомандующему? — Ну, намекни там, что у меня слабость к красавчикам, — подмигнула я, непроизвольно ежась от давления чужой реацу.       Болезненно сжав мое правое плечо, Хицугая убедительно пригрозил с непривычной для таких холодных губ улыбкой: — Если ты поцелуешь кого-нибудь так еще раз, я убью тебя.       Жаль, мне так понравилось целоваться, что я планировала сделать это как минимум раз сто. — Поняла, Юки? — видно поняв по моему унылому лицу, как мне не понравился его наказ, Тоширо усилил напор духовной энергии, из-за чего окружающая нас полянка покрылась инеем. — Тогда ты должен поскорее вернуться, — на безмолвный вопрос, любезно наклонилась вперед, чмокнув поджатые в недовольстве уста с тихим хихиканьем. — Чтобы целоваться, глупый Тоши-чан.       В очередной раз покраснев, парень что-то пробормотал себе под нос, поспешив скрыться во вратах сенкаймона.       .       .       .       Через три дня, он вернулся с деловым предложением принять участие в войне против неких арранкаров и испытательным сроком на пять лет, в течении которых весь Готей будет ждать моей смерти, дабы пополнить свои ряды.       К их сожалению, пока умирать я не планирую.       Но ради Тоши-чана, так уж и быть, подумаю.

***

Примечание.

Сёнэн — аниме, манга и ранобэ, рассчитанные на особую целевую аудиторию — мальчиков и юношей в возрасте от 12 до 18 лет. Манга этого типа публикуется в специализированных журналах, занимающих 38,4% рынка. Хакама — традиционные японские длинные широкие штаны в складку, похожие на юбку, шаровары или подрясник, первоначально носимые мужчинами. Изначально под словом «хакама» подразумевался кусок материи, обёртываемый вокруг бёдер. Хакама у мужчин крепятся на бёдрах, у женщин — на талии. Косode (小袖, букв., «маленькие рукава») был термином для всей одежды с короткими рукавами в стиле кимоно, которую традиционно носили в Японии до последних лет периода Эдо. Манхва — корейские комиксы. Термин означает и анимационные мультфильмы, карикатуру, а за пределами Кореи обычно употребляется для обозначения исключительно корейских комиксов. Бисёнэн — японское слово, обозначающее женственного, эстетически красивого юношу. За пределами Японии обычно используется отаку для обозначения стереотипного шаблона мужских персонажей манги и аниме, который применяется в основном в жанрах сёдзё, сёнэн-ай, или яое. Юки-онна (яп. 雪女 юки-онна, «снежная женщина») — сверхъестественный персонаж японской мифологии, ёкай, юрэй, которая обитает в горных районах самого большого острова Японии Хонсю. Данго или оданго — японские клёцки или колобки из клейких сортов риса. Обычно их надевают на палочку и покрывают пастой анко, мукой кинако, либо жарят. Похожи на моти. Под Новый год принято вешать дома 12 данго, символизирующие 12 месяцев, на сухие ветки в качестве пожелания благополучия. Юко — с яп. имя означает «Хитрая лиса». Сун — с яп. дюйм. Цундере (Tsundere) — персонажи, которые при встрече со своей любовью говорят, что испытывают отвращение и неприязнь к нему, но на самом деле это не так.