It's okay, I'll wait

🔔🔔🔔 8:03 У вас одно непрочитанное сообщение       Чонгук посмотрел на часы и застонал. — О боги! Это 💯 Чимин! Только он мог написать рано утром в субботу.       Этот так называемый family day вымотал до чертиков, поэтому Чонгук искренне надеялся отоспаться и отдохнуть на выходных. Но интерес — что же мог писать Чимин — пересиливал желание поспать подольше, поэтому он взял телефон и открыл сообщение.

Jimin 🥪🥤🍰➕🍳☕️🍩

— М-да… такого приглашения на завтрак у меня еще не было!— не улыбнуться было невозможно.       Чонгук быстро написал ответ, решив подыграть. Jungkook 🕰❓       На его вопрос мгновенно пришло еще одно сообщение.

Jimin 🕙 ➡️🤪❤️💋

      Чонгук опять улыбнулся — это было безумно мило. Чимин открывался всё больше и больше. Оказывается, в этом парне, не упускающем возможности поязвить, всё это время спал такой нереальный романтик.

***

— Привет, пап. — Здравствуй, Чимин. Ты рано. Что-то случилось? Как ты себя чувствуешь? — У меня всё хорошо, не переживай. Я тут подумал… — он замялся, подбирая слова. — Ну, не томи, я весь внимание. — Отец, я это… хотел бы вернуть свою платиновую карту, которую тогда отдал. И да, я готов работать на благо нашего семейного бизнеса, чтобы тратить исключительно свои заработанные деньги и не чувствовать себя нахлебником. — Святые небеса! Этот парень творит чудеса, — воскликнул господин Пак. — Ты о Чонгуке? — Ну а о ком же еще?! Я не могу поверить, что кто-то так позитивно на тебя влияет! — Пап… давай не будем, пожалуйста… — простонал Чимин. — Если ты рад, этого достаточно! — Да я в восторге! Я просто счастлив и уже люблю его как родного. — Смотри, я буду ревновать… Так чё?! По рукам? — звучал Чимин слегка неуверенно. — Конечно! Когда тебе нужна карта? — Прямо сейчас. Я хочу устроить ему сюрприз и провести выходные в Париже. — О боги! Ты сумасшедший! Прям как я в молодости… Тоже устраивал маме всякие сюрпризы. В будущем могу подкинуть пару нереализованных идей! — где-то вдалеке послышался голос матери, и Джин добавил: — Милая, наш сын наконец-то стал взрослым, сюрпризы готовит. Аха-ха… — Ну па-а-а-ап… Хорош стебаться!

***

      Чонгук надел шлем и запрыгнул на мотоцикл. Еще пара минут, и он, выехав на дорогу, разогнал его до максимально допустимой скорости. В голове была куча мыслей, а сердце выпрыгивало из груди в ожидании встречи. За каких-то полдня он уже соскучился по своей Золушке, хотя это прозвище пора было, наверное, сменить на какое-то другое.       Через двадцать минут он был на месте, геолокацию которого сбросил Чимин. Рядом с небольшим кафе стоял белый KAWASAKI.       Зайдя внутрь, Чонгук окинул взглядом пустующий зал. У окна за столиком одиноко сидел Чимин, как всегда, безумно красивый: красный свитер, облегающие черные джинсы и привычные атрибуты в виде кепки, очков и длинных серег. Стол перед ним был заставлен латте, капучино, тарелками с сэндвичами и блюдцами с десертами.       Подойдя ближе, Чонгук получил самую прекрасную улыбку на свете, которая заменяла любое приветствие.

***

— Чимин, я ничего не понимаю, куда мы так спешим? Ты меня так торопил, что я чуть не подавился завтраком. А теперь заставляешь, оставив свой мотоцикл на парковке, бежать стометровку до стоянки такси. Чё происходит?! — Просто доверься мне и садись в машину! — открывая желтую дверь и толкая на заднее сиденье, сказал Чимин.       Он закинул в багажник какую-то сумку, плюхнулся рядом с Чонгуком. — В аэропорт, пожалуйста, — скомандовал и повернулся, чтобы тут же впиться в его губы поцелуем. Чонгук издал протяжный стон и размяк под таким напором...       Всю дорогу до аэропорта Чимин отвлекал своего малыша поцелуями, чтобы тот не задавал лишних вопросов. — Господа, мы приехали! — громко объявил таксист, скорее всего, пребывающий в шоке от происходящего на заднем сиденье. Запоминающаяся поездочка. — О! Пойдем, Гук-и! Мы опаздываем на самолет, пошевеливайся, — воскликнул Чимин и, хватая одной рукой спортивную сумку, а другой недоумевающего Чонгука за рукав, потянул его к терминалу D.       Только уже сидя в самолете, Чонгук прослушал официальное объявление о том, что у них запланирован уикенд в Париже. — Но я ничего с собой не брал, никого не предупредил! — скулил он. — Я всё купил и обо всём позаботился, расслабься, Гук-и, и наслаждайся моментом. Ты же сам меня этому учил, помнишь?! — на этих словах Чимин опять увлек его в нежный поцелуй, прогоняя тревогу и легкий ахуй.

***

      За окном такси мелькал шумный город. Чонгук давно хотел здесь побывать, но и мечтать не мог, что посетит его со своим любимым человеком.       Они подъехали к отелю Hôtel Pont Royal Paris и уже не спеша вошли в просторный холл. — Monsieur Park et monsieur Chon. J'ai réservé une suite.       «Боже, его французский великолепен!» — подумал про себя Чонгук, глядя на Чимина изумленно. — Я не знал, что ты говоришь на французском. — Думаю, ты многого обо мне еще не знаешь, и нам пора познакомиться поближе, — продолжая держать за руку, ответил Чимин. Получив ключ-карту, добавил: — Пойдем, у нас много планов на эти выходные. А сейчас нужно немного отдохнуть после перелета.

***

      Номер был прекрасен. Широкие окна, много света, современный дизайн, громадный балкон с прекрасным видом на Эйфелеву башню и огромная кровать в спальне. Возле нее, на маленьком столике, виднелась бутылка дорогого шампанского в железном ведерке со льдом и пара высоких бокалов.       Вся эта обстановка вызывала у Чонгука волнение. Сердце колотилось, как у бешеной белки, а в целом он себя чувствовал девственницей, у которой впереди брачная ночь. Осталось выпить противозачаточные, чтобы не залететь, и всё в ажуре. — В этом номере две ванные комнаты. Выбирай любую! — игриво произнес Чимин, доставая из сумки джоггеры и футболку, которые купил для Чонгука. — А белья нет, — то ли огорчился, то ли обрадовался он, — забыл. И судя по довольному выражению лица — скорее второе. William singe (Love you like me)       Через двадцать минут Чонгук вышел из душа и направился в гостиную, где его уже ждал Чимин. Тот повернулся и сделал шаг на встречу. — Привет… Я Чимин, рад знакомству.       Чонгук впервые подумал, что они реально друг о друге знают слишком мало, поэтому не стал пасовать. — Привет… Я Чонгук, но тебе можно называть меня Гук-и, Джей Кей или просто малыш.       Он подошел ближе и, обхватив лицо Чима ладонями, прикоснулся губами к губам. Точно так же, как целовал там, в загородном комплексе, пока тот спал. Чимин задрожал, понимая вдруг, что не сон это был тогда, притянул за талию, отвечая на поцелуй, робко, словно в первый раз.       И впервые никто никуда не спешил, никто не боролся за первенство и не проявлял грубость. Всё было очень нежно и трепетно. Они не торопясь переместились на кровать. — Чего ты хочешь, Гук-и? — Хочу тебя. Целиком! Хочу, как никого не хотел.       Чимин глубоко вздохнул. Слова Чонгука проникали под кожу, плавили душу и горячили кровь. Они звучали слишком… слишком невыносимо, слишком сексуально, слишком желанно.       Он зацепил край футболки Чонгука, медленно стянул ее с еще влажного после душа тела и отбросил в сторону. Избавился от своей одежды и, подцепив резинку джоггеров Чона, замер, вопросительно приподняв бровь. Тот одобряюще махнул головой и чуть не задохнулся, когда Чимин, оголив его живот, повел губами по накачанному прессу. Тяжело дышал, срываясь в стоны, и вздрагивал от каждого прикосновения. Чимин так мечтал об этом уже несколько месяцев... Поцелуи были настолько сладкими, что у него кружилась голова и перед глазами всё плыло. Он просто наслаждался этой отзывчивчивостью, еле сдерживая такое нереальное желание. Тело ныло, то и дело покрываясь мурашками. Но Чимин не торопился, и такой темп развития событий возбуждал обоих еще больше. — Я уже не могу, я сейчас кончу, Чими… — стонал Чонгук. — Хочешь помогу? — почти не дыша, шептал он. — Да, очень хочу, аххх... Пожалуйста…       Чимин посмотрел вниз, на налившуюся, почти багровую головку, что показалась из-под резинки джоггеров Чонгука. Судорожно втянул воздух и дернул штаны вниз, освобождая член своего парня. Потом, немного наклонившись, легонько подул, чем вызвал сдавленный стон. — О боже… аххх... — не мог выдержать накатывающих ощущений Чонгук. — Хочешь почувствовать меня внутри? — Да, сделай уже это! — чуть ли не с истерикой в голосе.       Чимин, осмелев, стянул дико мешающую ему одежду окончательно. Потом взял тюбик со смазкой, набрал целую ладонь, не сводя глаз с изнывающего Чонгука. Тот издал очередной тяжелый стон, как только в него вошел первый палец.       Еще ни разу процесс растяжки не был таким желанным. С каждым добавленным пальцем хотелось большего, Чонгук стонал всё громче и громче, насаживаясь уже самостоятельно. У него просто не было сил сдерживаться. — Чим, пожалуйста… Я готов, — пытаясь не задохнуться от нахлынувших чувств, как в бреду шептал он. — Пожалуйста, прошу тебя… Хочу… Хочу тебя безумно…       Чимин, сам сгорая от желания, придвинулся ближе, медленно толкаясь в припухшее колечко мышц. Потом сделал паузу и толкнулся еще и еще. Когда Чонгук полностью расслабился, он вошел резко, на всю длину, не сдерживаясь, сразу попадая в заветную точку. — Чими-и-ин, о господи! — выкрикнул Чонгук, не контролируя себя больше совершенно. Ощущения были сумасшедшие, намного круче, чем в их первый раз. Чувства, которые никто больше не прятал, не отрицал и не пытался игнорировать, делали секс нереальным. Казалось — еще немного, и он взорвется, нахрен теряя себя и растворяясь в чувствах к Чимину.       Что, собственно, и произошло. Еще пара толчков, и Чонгук, содрогаясь всем телом, выкрикивая любимое имя, излился себе на живот, теряясь и почти умирая в наслаждении. Чимин, догоняя любимого, взорвался следом.        Чимин никогда и ни с кем не был настолько нежен и заботлив. Он видел, он знал, что за внешностью брутального мачо скрывается хрупкий и ранимый парень. И, как оказалось, любил он этого парня до потери пульса. Хотелось отдать ему всего себя и принять взаимные чувства.       Пытаясь восстановить дыхание, Чимин наклонился к уху Чонгука и прошептал: — Малыш, мой малыш… Я люблю тебя…       Чонгук открыл глаза, которые в мгновенье наполнились влагой. Он так долго ждал этих слов... А Чимин, продолжая целовать мочку уха, добавил: — Теперь я навсегда запомню этот город… Мой Париж — это ты!