Дождик

      После ночных утех мальчики проспали ночь спокойно, с нежностью прижимая голые тела. Утром они проснулись в крепях объятиях друг друга.       — Мх... — первым проснулся Ома. Потянувшись, он открыл глазки. Тут же взгляду предстала темная головка возлюбленного.       Ненароком Ома загляделся на детектива. Блестящие, темно-синие волосы, густые чёрные ресницы, нежная кожа, накаченная грудь, равномерно вздымающаяся под одеялом...Тут Кокичи вспомнил все, что произошло ночью, и густо залился румянцем. Сайхара долго не просыпался, поэтому абсолютный решил разбудить его.       Он навис над ним, прямо как в день ,,Встречи и приветствия насекомых,, , эх, какие воспоминания... До сих пор в дрожь бросает. Полюбовавшись ещё немного любимым, мальчик наклонился ближе к лицу желтоглазого и прикоснулся губами к губам спящего. Тут сильные руки обхватили талию, заставляя Ома упасть на Шуичи. Тот хитро приоткрыл глаза, покусывая губу лжеца. Тот, отстранившись, воскликнул:       — Лживый Шуичи!       — Добрый Кокичи, — с иронией ответил Сайхара, прижимая к себе талию лидера. Тот фырчит, пытаясь выбраться, но в итоге оставляет эту затею и бессильно лежит на теле детектива.       — Как ты себя чувствуешь? — спрашивает темноволосый, присаживаясь поудобнее.       — Нормально, правда...Поясница болит и там... — Ома краснеет и прикрывает лицо рукой, на что слышит смешок Шуичи и чувствует его нежные руки на своих выпуклых рёбрах.       — Прости, я немного переборщил...       —Мх, да...Но мне понравилось... — признаётся Кокичи, поворачиваясь к лицу Шуичи. Он с легким румянцем на щеках улыбается и целует в острый носик малыша Ому, вызывая у того лучезарную улыбку.       — Шуичи... Мне нужно в ванную. — через некоторое время произносит мальчик, безрезультатно попытавшись встать.       — Ну, иди. Тебя никто не держит.       — Я...Хотел пойти с тобой. — засмущавшись произносит Кокичи.       Детектив слегка удивлен такому повороту, но он совсем не был против. Ему самому надо было бы принять ванную. Да ещё и Кокичи с его больным задом вряд ли дошёл бы самостоятельно. Недолго думая, Сайхара подхватил любимого на руки, заставив того держаться покрепче, и потащил в ванную. Со вчерашней ночи они так и не были одеты, поэтому снимать вещи не пришлось. Шуичи бережно, пытаясь не затрагивать больные точки на теле мальчика уложил его в ванную и включил тёплую воду. Сверху полились тонкие тёплые струйки. Ванная была среднего размера, но несмотря на это могла уместить в себе двух юнош. Следом за Омой желтоглазый влез в ванную.       Ома, слегка кряхтя из-за ограниченности движений, повернулся к Шуичи спиной, лицом принимая капельки воды. Сайхара в свою очередь взял немного шампуня и, размылив его по рукам с помощью воды коснулся мягких волос, которые успели намокнуть и припуститься. Массажирующими движениями начал детектив намывать голову Омы, а тот сидел с довольным лицом. В этот момент он был похож на щенка, которому почесали за ушком. Наконец-то волосы были намылены, и Шуичи начал выдавливать новую порцию шампуня для своих волос, как вдруг озорные рученки потянулись к баночке, а бархатистый голос требовательно выкрикнул:       — Я хочу вымыть тебе голову! Я!       Сайхара с улыбкой позволил уже обернувшемуся лицом мальчонке сделать это собственноручно. Из-за разницы в росте Шуичи пришлось наклонить голову, иначе лжец просто напросто не дотянулся до темной головы. Пальцы начали взъерошивать волосы на голове детектива, а вскоре на голове образовалась башенка из пены. По-детски счастливо рассмеялся Ома своей затее, похлопывая в ладоши. Шуичи же усмехнулся.       — Оо!.. — он попытался сохранить равновесие, ибо пена, словно Пизанская башня, накренилась в бок. — Таак, аккуратно...       — Да ладно тебе, — Ома собственноручно опрокинул пену, и та безвозвратно упала в воду.       Ома подставил голову под струю воды, прикрыв глаза от мыла. Шуичи сделал то же самое, и через пару минут остатки пены были смыты с их голов. Теперь Шуичи взял мочалку и гель, начав намыливать тело Омы.       — Это так похоже на дождик... — завороженно произнёс малыш, подставляя ладошки под капельки. Те разлетались в разные стороны ещё меньшими частичками.       — Я так хочу увидеть настоящий дождик... — внезапно расстроился лидер, опуская головку на грудь и грустно глядя на свои ноги.       Сайхара был удивлён столь внезапной переменой в настроении Омы. Ему не хотелось, чтобы его возлюбленный грустил: он отложил мочалку в сторону и обнял фиолетовоглазого за плечи, целуя его в щеку.       — Я обещаю, мы выберемся с тобой вместе и увидим настоящий дождик...       — Точно-точно?       — Точно-точно. — с мягкой улыбкой парень заглянул в очи малыша Омы. Он уже не был таким грустным: в его глазах сверкнули лучики надежды. Это несказанно радовало Сайхару.       Потом он взял мочалку и продолжил намыливать тело мальчика, а тот податливо изгибался, подставляя руки, ноги и другие части тела под мыло. Потом все это смылось водой, делая воду, в которой купались мальчики, беловатого цвета.       — Ну что, выходим?       Сайхара первый вышел из ванной и, схватив полотенце, укутал в него Ому, а затем другим себя. Вытерев непослушные кудри мальчика он понёс его в спальню, включил фен, который когда-то нашёл на складе и начал сушить волосы мальчика. Они начали разлетаться и сами собой закручиваться в причудливые завитушки, создавая необычную причёску Омы. Мальчик, словно котёнок, подставлялся под тёплый воздух и наслаждался такой заботой к нему со стороны детектива. Потом он наблюдал за тем, как Сайхара приводил себя в порядок, попутно надевая чистый комплект одежды, найденный в шкафу. Вымытый и счастливый лжец, когда Шуичи выключил фен, накинулся на высокого парня и чмокнул его в щеку.       По сердцу парней разливалось тепло от чувств друг ко другу. Раньше, насколько мы знаем, Шуичи и не думал о том, что может быть влюблён в Кокичи, но после его признания...Все изменилось. Если раньше оба страдали, и причём по разным причинам, то сейчас от этой боли почти ничего не осталось. Они словно были живительными пластырями друг для друга. Им было хорошо вместе, и никто не смог бы нарушить эту идиллию.       Тут на экране высветилось объявление монокумы.       — Упу-пу-пу! Мои хорошие ученики, пройдите в спортзал, мне нужно вам кое-что сказать! Кто не прийдет, того отдадим на растерзание экзайлам!       Изображение растворилось и пропало. Шуичи и Кокичи переглянулись.       Они оба понимали, что ничего иного, кроме нового мотива они там не получат. Но, несмотря на неохоту, идти надо было, иначе они оба бы были бы растерзаны экзайламы. Схватив друг друга за руку они, словно на повешение, отправились к монокуме в спортзал.