Приковывая взгляд

      Намек о происходящем есть в "Главе 18", но в целом, это просто небольшое пояснение, как Юн пришла идея использовать свое Пламя в нестандартном ключе.       На зеленой лужайке, прямо под раскидистым деревом сакуры, сидели два небольших человечка. Аркобалено Урагана и его ученица — Юн. Они не тренировались, просто отдыхали, любуясь пышным цветением и слушая тихий щебет птичек, которые играли в ветвях.       — Они тебе нравятся? — негромкий вопрос, заданный мягким голосом.       — Они кажутся свободными, — девочка отвечает спокойно, даже расслабленно, но сам ответ содержит столько мыслей и недосказанностей, что понять их может не каждый.       — Юн, пойми, нет полностью свободных людей, — чужой вздох полон беззлобной насмешки. Будто взрослый поучает ребенка, впрочем, на деле так оно и было.       — Даже вы, лаоши? — девочка не пытается замять разговор, уйти от него. Они оба понимают, что стояло за ее словами.       — Да, — теплая улыбка скользит по губам Аркобалено. — Известный русский мыслитель Бакунин говорил: «Свобода одного человека заканчивается там, где начинается свобода другого». И это действительно так, Юн. Мы сами одеваем на себя ограничения.       — Не понимаю, — девочка хмурится.       — Скажи, Юн, что ты выберешь, рисовать в саду или пойти на так нелюбимый тобой урок икебаны? — теплая улыбка, Аркобалено смотрит на ученицу мягко и даже умиротворенно. Он верил, что та поймет его слова.       — Идти на урок, — твердо раздалось в ответ.       — Почему?       — Я не могу подвести доверие, — девочка отвечает решительно, даже не стремясь увильнуть от ответа или же отрицать очевидное. — Рисовать я могу и вечером или в обед. Хотя и считаю, что эти уроки уже можно прекратить, я запомнила значения цветов и способы составления цветочных посланий.       — Это добровольное ограничение, когда ты делаешь не то, что любишь, а то, что надо, — согласный кивок и одобрительный взгляд, в котором гордость смешивается с грустью. Он ожидал такой ответ, но ребенок ее возраста не должен отвечать так. — Жизнь вообще полна этих самых ограничений, они окружают нас с рождения.       — Например? — девочка задумчиво наклоняет голову в бок, серебристые глаза смотрят внимательно, испытующе.       — Мы живем в трехмерном пространстве. Внизу ограничены полом, землей, наверху у нас небо. Мы можем двигаться только в определенных направлениях и плоскостях, — Фонг думает не слишком долго, прежде чем привести в пример самое простое и в тоже время сложное для понимания. Это ограничение, которое одинаково для всех. — Более того, мы ограничены собственным телом и не можем сделать многое, ведь это нас просто убьет.       — Я должна подумать, — серьезный взгляд на детском личике смотрится жутко. Не знай он Юн уже давно, посчитал бы такой же, как он сам. Аркобалено. Уж слишком она серьезна и понимает не в пример больше любого ребенка.       — Конечно, — он не стал ее задерживать, давая девочке уйти, чтобы обдумать сказанное, но никак не ожидал, что его позовут через трое суток в тренировочный зал.       Чисто убранный зал, радует глаз. Доски, отполированные временем и тренирующимися в нем людьми, матово поблескивают, когда на них падает луч солнца. Впрочем, больше всего в зале привлекает взгляд невысокая девочка, ребенок, и только взгляд не дает воспринимать ее легкомысленно.       — Лаоши, я долго думала над вашими словами и хочу кое-что показать, — серебристые глаза довольно сверкают, а после она выходит в середину зала и подскакивает вверх, а после отталкиваясь от воздуха еще выше и чуть в сторону. Еще один толчок и еще. Аркобалено с изумлением наблюдал за тем, как его ученица, почти дочь танцует в воздухе, сражаясь с тенью.       — Неожиданно, я рассчитывал на другую реакцию на мои слова, — Фонг быстро взял себя в руки и улыбнулся остановившейся девочке.       — Я поняла вас, лаоши, запомнила слова об ограничениях, — она довольно кивает. — Мне все равно на чужое мнение, я сама буду решать, где заканчивается моя свобода.       Фонг кивает, довольно смотря на ученицу, к которой уже подошли остальные его ученики с поздравлениями. Раскрасневшаяся от похвалы и затраченных во время демонстрации сил, Юн едва заметно улыбается и в ее глазах нет той отчужденности и холода, которые были раньше. Будто бы из-за туч вышло солнце, оживив слишком рано повзрослевшего ребенка. Он рад этим изменениям, наконец-таки она нашла свой путь, сделав первые шаги вперед.       Учитель поддержит свою ученицу, прикроет спину. Ураган позволит Облаку разраститесь, прежде чем придет его время рассеяться. Иди смело вперед и не оборачивайся, Юн.