Восхищение.

Ямагучи всегда считал это восхищением. То, как он смотрит на Цукки, что чувствует глубоко внутри, как ловит каждое его слово, как вздрагивает при звуке его голоса и вечно ищет глазами. В какой момент Тадаши стал понимать, что это для него значит слишком много? В какой миг всё оказалось настолько серьёзным? Цукки будто бы затмил собой весь остальной мир. — Сегодня была тяжёлая тренировка, — Ямагучи еле волочит ноги. — Но ты очень хорошо поработал, Цукки! — Ага, — Кей выглядит очень вымотанным. Всё, о чём он думает, это добраться до дома, поесть, принять душ и завалиться спать. Ямагучи посматривает на него краем глаза. Сейчас они вдвоём, нет никакого лишнего шума, и никто не отвлекает Цукишиму, никто не забирает его… Тадаши краснеет на этих мыслях и отчаянно качает головой. Тадаши кусает нервно губы. Он хочет заговорить о чём-нибудь, выразить свою предельную степень обожания, но не знал, как лучше это сделать. — Ты хорошо поработал, — неожиданно говорит Кей, и дыхание Ямагучи сбивается, а в груди взрываются фейерверки. Цукки похвалил его! Такое происходило крайне редко, но Кей никогда не оставлял без внимания его усердие. Значит, Тадаши сегодня и вправду выложился по полной. И слова Цукишимы придавали ему больше энергии и сил. — Звезда упала, — Ямагучи проследил за быстрым падением тусклой звезды. — Стоит ли загадывать желание? — Не думаю, — Кей тоже посмотрел на небо, — не думаю, что выполнение желаний стоит доверять каким-то звёздам. Это глупо. Разве мы сами не должны воплощать то, чего хотим, вместо того, чтобы надеется на какое-то чудо? — Прости, Цукки, — Ямагучи виновато поджал губы. Потому что он загадал желание, потому что захотел хотя бы так понадеяться хоть на что-то… В какой момент Цукишима стал целым миром? Почему его хотелось познавать и изучать всё больше и больше? Почему с ним хотелось поделиться тем осыпающимся звездопадом внутри, что начинал причинять боль? Мечты… такие пустые. Цукишима всегда останется в зоне недосягаемости, простым восхищением, щенячьим обожанием, яркой непознанной вселенной. Ямагучи был готов полностью погаснуть рядом с ним, лишь бы иметь возможно быть немного ближе, чем другие. — Ты сегодня тихий, — Кей перевёл на него задумчивый взгляд. — Хотя я и не понял, за что ты извинился. «за то, что смею мечтать о большем» — Ничего такого, — Ямагучи стал краснеть под внимательным взглядом. Цукишима устало выдохнул, Тадаши прятал в себе свои чувства и страхи, не желая беспокоить тем, что он считал глупым и не важным. Но разве Ямагучи когда-нибудь сможет быть нужным? — Если хочешь загадывать желание, то загадывай, — Цукишима крепко сжал его руку, — а я могу постараться выполнить его для тебя вместо какой-то дурацкой звезды. Сердце встрепенулась, Ямагучи открыл рот, но так и не смог проронить ни единого слова. Он ни за что на свете не хотел портить то, что имел. Поэтому пусть внутри осыпаются звёзды, пусть его небосклон темнеет, оставаясь одиноким. — В таком случае, если ты не хочешь загадать желание, я озвучу тебе своё, — Кей решительно посмотрел в глаза. — Давай встречаться. Ты мне нравишься. Тадаши просто вытаращился на Цукишиму. Нет, быть не может, ему послышалось. Или же он так сильно этого хотел, что ему теперь мерещится всякое? — Так что ты скажешь? — Кей смотрел прямо в глаза, и голос его впервые был таким мягким и обволакивающим. — Поцелуй… — нервно выдохнул Ямагучи. — Моим желанием будет поцелуй. И будь, что будет! Можно потом попытаться оправдаться и спихнуть всё на неуместную шутку, но с другой стороны… Вдруг его вечное восхищение Цукишимой на самом деле и вовсе не восхищение, а что-то более глубокое и серьёзное? Кей хмыкнул, как обычно по-хитрому, явно уже что-то придумав. — Поцелуй для Тадаши, — Цукишима подошёл вплотную и невесомо коснулся его лба своими сухими губами, отстраняясь тут же. — Я не могу раздаривать свои поцелуи посторонним. Мои поцелуи только для моего парня, не хочу, чтобы он подумал, что я неверен ему. Ямагучи тихо засмеялся и кивнул. — Значит, я твой парень? — Тебе некуда деваться, отказ я не приму.