Гори

      Россия делает робкий шаг вперёд и прижимает руки к груди, не смея поднять глаз на Франциска. Но тот не осуждает. Смотрит лишь ласково и улыбается нежно, ловя каждый вздох, каждый взмах его ресниц.       И от этого так тяжело. И так хорошо одновременно.       Франция не торопит: то ли спугнуть боится, то ли действительно наслаждается.       На самом же деле — и то и другое.       Но в любом случае, Франциск знает, если Иван приехал в Париж, то на это есть причины.       И, судя по взгляду, отнюдь не рабочего характера.       Между ними всего пара метров, но в этой паре метров лежат горы недопонимания, реки лжи и пепел сгоревшей Москвы.       Россия наконец смотрит ему в глаза и неуверенно улыбается: скорее с какой-то болью — такой трепетной и от того яркой.       Франциск прекрасно понимает, что он чувствует. Иван это так же прекрасно знает. А потому они молчат.       Слова лишние. Их всегда слишком много. Многие выбирают слова тогда, когда следовало бы действовать.       Хорошо, что ни один из них не любит болтать.       Франция тянется к карману и под настороженно-пугливым взглядом России достаёт маленький, слегка помутневший и обгоревший медальон, после чего нежно оглаживает большим пальцем и протягивает ему.       Иван же медлит.       Не тянет руки, не делает шаг.       Лишь смотрит на медальон как на чудо света и губы дрожащие поджимает, после чего переводит взгляд на Франциска, который слабо улыбается, ожидая.       Россию можно было бы сравнить с пугливой и очаровательной ланью, если бы Франция не знал, насколько опасным и жестоким тот бывает, сам того не осознавая.       Иван наконец делает ещё один шаг и одними лишь кончиками пальцев прикасается к медальону.       А после резко дёргается вперёд и обнимает Франциска за шею, прижимаясь всем телом и пряча лицо.       Франция продолжает держать руку протянутой, но спустя пару секунд обнимает его, продолжая сжимать опаленное украшение в руке.       Даже если между ними горы непонимания, реки лжи и пепел сгоревшей Москвы Франциск готов ждать пока Россия сумеет переступить через них.       Ждать и хранить то, что однажды Иван старался убить, но так и не смог.