Филатория

Джен
R
В процессе
6
Ustokos соавтор
Sachi Nagai бета
Размер:
планируется Макси, написано 36 страниц, 4 части
Описание:
Примечания:
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
6 Нравится 0 Отзывы 0 В сборник Скачать

Глава Вторая. Информация – это могущество

Настройки текста
      Полная луна отражалась в чистой глади Зеркального озера, что находится в центре горного хребта или, как называли местные, «Драконьего». Не было слышно даже шолоха листвы и шепота тысячи маленьких ярких звезд. Казалось, что весь мир просто замер, дожидаясь чего-то особенного, неповторимого. Может, это проделки Великого Хранителя Времени, или сама природа этих диких мест решила окунуться в сладкий мир Морфея?        Вдруг, еле заметно колыхнулась водная поверхность, небольшие круги расплылись по воде от центра к побережью, как по волшебству. В отражении золотого лика луны что-то зашевелилось, разбивая полнолуние на осколки, от чего озеро начинало некрасиво рябить. Где-то вдалеке завыли собаки, и чёрные тени появились у кромки воды. На миг все снова пришло в привычный сон, но это была лишь иллюзия спокойствия. Чёрные тени прошлись по воде и исчезли в её глубине. А затем, через каких-то жалких пару секунд, все Зеркальное озеро стало чернее тучи. На землю спустился темно-серый клубистый туман, поглощая всё на своём пути, укрывая от чужих глаз лучше любого покрывала.       Вдруг из воды показалась бледная когтистая рука с белесыми, бескровными венами, а затем вынырнул и сам утопленник, хватая спасительный воздух, он лишь отравлялся им и задыхался ещё сильнее. Его некогда карие глаза застелила чистая тьма настолько, что белок и радужка окрасилась в чёрный, лишив его удивительной способности для любого смертного — различать цвета. Белая мраморная кожа набухла от долгого пребывания в воде, в каштановых волосах запутались багровые водоросли, лицо исказилось гримасой боли, а внутри, там где должно было биться сердце, совершено тихо, и это никак не успокаивало, а даже наоборот, способствовало появлению паники.       Видимо, что-то щелкнуло в мозгу, и парень стал быстро плыть к берегу, ну, или очень сильно пытаться. Мир ему виделся в черно-белых тонах, и это была далеко не аллегория, от этого становилось ещё хуже в данном положении. Ухватившись за корень старого дуба, что рос у самой кромки воды, он попытался выкарабкаться на сушу. Лакированные чёрные сапоги застряли в глине, и поэтому юноше пришлось очень сильно постараться, чтобы оказаться на берегу.       На твёрдой земле незнакомец был намного увереннее в себе. Вода ручьем стекала с его ярко-красного потертого суконного фрака со скошенными полами без украшений и чрезмерной декоративностью, сшитого на заказ тогдашним модным кутюрье, вся когда-то белая рубашка была в крови и в зелёных пятнах от мелких клеток планктонов, видимо, от долгого нахождения под озерной гладью, а вот в голове совершенная пустота. Парень кинул растерянный взгляд на своё отражение и тихонько хмыкнул. Более жалкого и убого зрелища он ещё не видел. Ситуация была слишком странной и плачевной. А главное не подчинялась никаким правилам и законам здравого смысла. — Герцог Ужаса? — тихий голос заставил оторваться от созерцания природы и обратить внимание на нарушителя тишины. — Ричард Хиггинс, если не ошибаюсь?       Юноша с мышиным цветом волос в голубом плаще, что оказался перед ним, точно был моложе самого шатена на несколько лет, но вот в его взгляде небесного цвета глаз была целая Вечность, или Ричарду только это показалось. Но его точно передернуло от того, как этот парень на него посмотрел. Будто бы насквозь прожег взглядом… — С кем имею честь говорить? — вдали от странного юноши стояла карета, на открытой дверце которой расположился молодой феникс, чища свои перышке. — Фирс Район. — он слегка поклонился. — Граф северных земель Трансвилла. Прислан сюда Её Великолепие для вашего комфортного сопровождения. — Её Великолепием? — Ричард склонил голову на бок, а затем вздохнул, подумав, что это как раз таки в духе правительницы сия Империи. Пытаться навязать ему компанию. — Мне, как минимум, нужно переодеться.       Смысла праздных разговоров больше не было, да, и он их и не любил. Ричард прошёл мимо навязанного ему спутника прямо к карете, дабы не тратить время на пустоту любезности. — А... Да, в карете есть все необходимое. Вам помочь? — юноша неловко потоптался на месте прежде чем пойти следом.       Краем глаза Ричард заметил, что кожа графа Района сияла неестественным светом при освещении луны и звезд, а каждая родинка загоралась ярко. Это было свойственно некоторым детям ночи, кто был ближе всех к Луне и получил благословения великого Ро. Этим можно было смело гордиться, ведь не каждый мог получить благо богов этого мира. Обычно те, кому это удавалось, уходили в храм и посвящали свою жизнь высшим силам, некоторые предпочитали брать мечи и уходить в гвардию, чтобы нести справедливость своего бога огнём и мечом. Милая Аннабель, к которой сам Ричард хранил тёплые чувства, что были далеки от дружеских, тоже была замечена Ро и одарена даром пророчества. Храм принял её с распростертыми объятиями, сделав верховной жрицей. Ричард слабо улыбнулся, вспоминая знакомые черты: изумрудный глаза, что смотрели ласково и по-доброму, прямой тонкий нос, волосы белее первого снега и кожа цвета молока. Красивая, добрая, умная и милая Аннабель в его глазах была святой ещё при первой их встречи. Она любила пьесы и романы, занималась садоводством и вышивкой, постоянно носила ему выпечку в театр, поддерживала и была способна успокоить. По своей натуре Ричард был спокоен и сдержан, но также легко загорался и выходил из себя. В этом Аннабель действовала на него, как успокоительное. Стоило ей только взять его за руку, как злость исчезала, а сердце заходило в бешенной чечетке, но... Он так и не сказал ей, что любит. Не успел... Исчез раньше с её жизни, не произнося заветные слова:       «Я люблю тебя»       Феникс окинул подошедшего взглядом, стоило герцогу приблизиться к карете прежде, чем соизволил спуститься с дверцы к месту лакея, гордо махнув тяжёлым и пышным хвостом. — Это? — Хиггинс приподнял одну бровь, наблюдая за нахохлившимся питомцем. — Вита — птица Императрицы. Она и принесла мне весть о вашем местонахождении. — Ясно. — Ричард шагнул в карету, кинув взгляд на аккуратную стопку одежды в углу.       Его спутник не спешил занимать свое место, наоборот он стоял возле транспорта, отвернувшись от герцога, и делал вид, что старательно осматривает цветы папоротника у берега. Огненные бутоны ещё не распустились, но уже разгоняли своим светом тьму вокруг. Ричард усмехнулся.       « Какой забавный мальчишка.» — мелькнуло в его голове прежде, чем он прикрыл дверь кареты и поспешил сменить одежду: «Душ бы тоже не помешал. Встретиться с Императрицей в таком виде самое настоящее кощунство.»       Мужчина вздохнул и, закончив со сменой одежды, открыл дверь, позволяя графу зайти внутрь. Сам Ричард сел у окна, разглаживая рукой складки на рубашке с жабо. Карета начала двигаться только тогда, когда его спутник сел напротив, неловко положив руки на колени. Неуверенность так и сквозила в немного сутулой фигуре юноши перед ним, выдавая его нервозность и неопытность в таких тонкостях, как элементарная светская беседа. Начинать разговор с человеком, что выше его по титулу и по должности — дурной моветон, а сам Ричард не был фанатом бесед. Он вообще не любил заводить знакомства, но сама Императрица прислала сюда за ним графа, а значит желает хотя бы небольшого знакомства.       «Наверняка, она скажет, что мой характер так и остался ужасным. Будь по её воле, мне все равно нужны новости, что скопились за время моего отсутствия.» — Итак, граф Район, как поживает Её Великолепие? — он давит из себя вежливую улыбку, вспоминая те времена, когда кружился в высшем обществе, налаживая связи для открытия своего театра. — Она выглядит здоровой. — кажется, его спутник истолковал вопрос не так, как хотелось бы герцогу. — Ха... — это действительно забавно, ведь обычно после такого рода вопроса Ричард слышал тысячу и одну сплетню, начиная со слов: «Говорят, Её Великолепие...».       Перемыть кому-то кости, смешивая правду и ложь, — это основа основ в высшем круге. И неважно кому, главное, что со вкусом и со всей аккуратностью. — Тогда, что в последнее время происходит во дворце? — но, видимо, с графом лучше говорить прямо.

***

      Уже по прибытию в замок Ричарда встретили личный дворецкий Императрицы и трое служанок, которые проводили его в одну из комнат, отведенных для гостей. Теплая молочная ванна с ароматом ромашки помогает расслабить напряжённые мышцы и удалить усталость с каждой клетки тела. Новый комплект одежды, сытный ужин и оповещение о том, что Её Великолепие будет ждать его в комнате отдыха – все потихоньку возвращается в то русло, в котором он привык крутиться. Мужчина взглянул на часы, что показывали «3:15» и встал. Заставлять девушку ждать ещё больше — самый настоящий дурной моветон.       Стоило ему только открыть дверь в приглашённое место, как прозвучал вопрос девичьим голосом: — Вас не было слишком долго, дорогой герцог… Стоило ли это того?       Ричард поклонился, войдя в небольшую гостиную на южной стороне замка. Маленькая уютная комната служила чем-то вроде помещения для уединения дворян. Когда дворцовая суета накрывает с головой, это место было спасением. Приятный пейзаж, уют и тишина — что ещё нужно тем, кто засиделся за бумагами в решении народных проблем. Мужчина огляделся: золотистый шторы не прячут прямоугольное окно в пол, за которым раскидывается звёздное небо и широкий, тёмный лес, два диванчика друг напротив друга с подушечками и тёплым пледом, один был аккуратно сложен на свободной софе. Два золотистый кофейных столика по бокам диванов, на одном из которых располагались две доски: побольше — шахматная, поменьше — для шашек. Ричард ловит себя на мысли, что здесь ещё где-то должна быть доска для нард и колода карт. Он кидает взгляд на книжные шкафы, что были забиты лёгкой литературой: юмористические рассказы, детективы, любовные и исторические романы. Условия действительно созданы для небольшого отдыха. — Ваше Великолепие, герцог Ричард Альфред Хиггинс прибыл по вашему приглашению, дабы исполнить вашу волю. К вашим услугам. — он положил ладонь к сердцу и вновь поклонился, выражая свое почтение.       Девушка указала на свободную софу лёгким движением веера и улыбнулась. — Присаживайтесь, дорогой герцог. Не составите мне компанию в шахматной партии? — С удовольствием, Ваше Великолепие.       Мужчина аккуратно обошёл диван, на котором сидела правительница, и занял место строго напротив неё. На доске стояли обычные стеклянные фигуры, с переливающейся алой жидкостью у тех, что служили здесь «белыми». — Пожалуй, я сыграю за чёрных. — Вы никогда не делает первый ход, герцог. — Императрица развернула к себе доску с «белыми» фигурами и сделала ход пешкой на две клетки вперёд. — Я привык отвечать пешкой на пешку, кровью на кровь… Смерть за смерть. — он, не думая, поставил пешку на клетку вперёд, опуская взгляд к доске. — Да… Вы не изменили себе, герцог. Перемена ваших мыслей так и не произошла. — она махнула рукой в сторону служанки, что аккуратно заглянула в комнату.       Увидев жест своей Императрицы, девушка зашла в комнату, поставив на второй столик чашку ароматного кофе и кружку имбирного чая с цедрой апельсина, а затем она спокойно удалилась. Ричард лишь мельком увидел её: бледное худощавое лицо, глаза навыкате и золотистый волосы — но не придал этому значения. Мало ли у Императрицы служанок? Фрейлин ему знать достаточно. — Хорошо ли это или плохо? — герцог проследил за следующим ходом Императрицы. Девушка высвободила офицера и поставила его на место пешки. — Стабильность — не порок. Как насчёт вернутся к должности моего советника? Она все ещё пустует. — Должность мага ведь тоже освободилась. — Ричард поравнял свою пешку с пешкой Её Великолепия. — Вы точно не захотите стать моим магом. — девушка покачала головой, усмехнувшись. — Завтра, точнее уже сегодня, я встречаюсь с Софией. Мы должны провести похоронную церемонию. — Её будет сопровождать Хакли? — Да… Ты ведь знаешь, что у неё больше никого не осталось, а Хакли всегда был для неё, как брат. — Императрица сделала шаг пешкой, освобождая дорогу для второго офицера. — Ричард, скажи мне… Ты… Кхм, вы, герцог… — Простите, Ваше Великолепие… —Ричард низко склонил голову, искренне извиняясь за то, что перебил девушку. — Позвольте мне самому решить эту небольшую проблему, связанную с моим внезапным исчезновением, но я буду искренне рад, если Вы расскажите мне, что произошло за эти восемь лет моего небытия под водой. Я слышал много интересного по дороге сюда от графа Района, но целостной картины у меня нет. — Тогда… Нам потребуется больше чая, дорогой герцог. — девушка улыбнулась и, дождавшись его хода, пошла конём. — Как вам компания графа Района? Он совершенно недавно унаследовал титул от своего отца, и это его первый выход в свет. — Ха... Теперь я понимаю, почему он показался мне таким наивным. Ему действительно не хватает опыта в светских беседах. — Ричард проследил за служанкой, что подлила ещё чая, и вновь удалилась за дверь. — Так, значит мистер Браун скончался от сердечной недостаточности?       Императрица откинулась на спинку дивана, взяв фарфоровую чашу с розовыми бутонами на ней, и сделала глоток, чуть нахмурившись. «Она не изменилась» — с мягкой улыбкой подумал герцог. И правда : те же черты лица, те же улыбка и взгляды, жесты — казалось, не было никаких восьми лет разлуки, будто они только вчера решали вопрос о постройке новых путей в Вармиос и обдумывали способ пополнить казну. Кружевные перчатки покоились рядом с девушкой на диване, не пряча короткие тонкие пальцы, где проглядывались мозоли от каждодневной писанины: указы, приказы, отчёты, договоры, письма и личные приглашения — всё, что можно было написать и описать. Одна только бумажная рутина сводила с ума кого угодно, не считая каждодневные встречи со знатью и представителями простого народа, небольшие мероприятия, которые девушка была просто обязана посещать, общение, улыбки, новые договоры. Ричард не был удивлён встречи в столь позднее время. Он, как никто иной, понимает, что ночь — это действительно то время суток, когда Императрица свободна, хоть и на половину. Даже сейчас они обсуждают дела государственной важности, вместо погоды или другой пустой темы для разговора.       Стук чашки оторвал Ричарда от мыслительного процесса, и он снова сделал свой ход, забрав с доски белую пешку. — Лекарь сказал, что сердце верховного мага просто лопнуло внутри. А лёгкие покрылись льдом и раскрошились. — спокойным и ровным голосом произнесла девушка без тени улыбки. — Простите? — Ричард так и застыл с рукой, что тянулась к его чашке с ароматным напитком.        Полученная информация никак не хотела укладываться в голове. Неужели, действительно убийство? Кому могло понадобиться убивать старого мага, которому итак оставалось недолго, а главное зачем? Старик Браун жил в своей башне, часть зарплатных денег отсылал дочке, другую часть тратил на травы и книги. Обучал магии императорскую семью и некоторых детей аристократов, даже имел учеников, которые стремились продолжать его дело, вроде, он даже выбрал среди них приемника и наследника. На Софию, свою дочь, он не рассчитывал. Они имели натянутые отношения, часто ругались, да и сама девушка рано покинула дом, ударяясь в егерство. От титула она также отказалась, но из-за отца её все равно причисляли к аристократии, хоть это было и нелепо. — Есть ли подозреваемые? — осторожно интересуется Ричард, все же делая глоток горького кофейного напитка. — Нету даже следов чужого присутствия... А единственный свидетель, птица мистера Брауна, сгорел одновременно с его смертью. Никто даже не видел ничего подозрительного. — девушка снова сделала ход, откидываясь устало на спинку дивана. — Поэтому сейчас мне как никогда понадобиться помощь. — Я понимаю, Ваше Великолепие....

***

      Маленькую гостиную Ричарду удалось покинуть только к половине седьмого утра. За несколько жалких часов он получил слишком много информации, узнав, что, помимо мистера Брауна, Империя пережила ещё одну страшную смерть: его младшая сестра, Ванесса Хиггинс, была убита. Неизвестные повесили труп девушки на площади и скрылись. Убийц найти удалось. Это были люди из гильдии наёмников Совьеша, вот только на заказчика выйти не получилось. Официально расследование остановлено. Неофициально оно продолжается подпольно. Трусливая аристократия ищет крысу среди своих, так как не желает в будущем оказаться на месте Ванессы, получая поддержку и благосклонность Императрицы. Ричард также узнал, что девушка собрала небольшой совет из самых приближенных, дабы перекрыть возможности новых войн и недовольство народа. Никому не хотелось повторения разборок тридцатилетней давности, когда дети ночи воевали со светлыми существами. Тогда искоренили много рас, и потери были просто огромными. Последствия этой войны заняли почти десять лет, но все же Империи удалось удержать власть и вернуть все на свои места. Виновники были наказаны и высланы, а права тёмных восстановлены.       Великий Демо, кажется, его ждёт очень много работы, но пока он воспользуется небольшим дарованным ему отпуском на пять дней. Ему нужно было решить ещё свои дела, помимо государственных: навестить могилу сестры, связаться напрямую с братьями, посетить храм Ро и встретиться с милой Аннабель, а также взглянуть на то, что осталось от его театра.       Ричард потёр виски, направляясь к выходу, как вдруг заметил мужчину, что шёл к нему на встречу. Белый фрак и такого же цвета туфли и цилиндр, чёрная трость с золотым наконечником виде кролика, серебристый блонд волос, что были убраны в небольшой хвост — не узнать казначея Её Великолепие было невозможно. Эйс О'Грейди — герцог земель северо-востока и предводитель аристократии. У него довольно сильная позиция в высших кругах, и многие лелеют его, желая добиться покровительства. Его жена, Алкеста О' Грейди, была одной из фрейлин Императрицы и тоже довольно свободно вертелась в свете.       Ричард решил, что для встречи с такой сволочью, он слишком устал. И лучше всего будет проигнорировать это бельмо на глазах, но, кажется, вселенной было плевать на его желание. А может просто у кого-то длинный язык. —Прежде, чем встать на путь мести, вырой две могилы. — выдохнул Эйс, проходя мимо герцога Ужаса, а затем как бы невзначай кинул, стоило им поравняться. — Кажется, что твой младший брат всё-таки сошёл с ума…       Ричард остановился, и острие шпаги тут же уперлось в заднюю часть шеи нежданного собеседника. В голове шатена сплыл неясный образ: чёрное пятно с раздражающей улыбкой на обескровленных губах. Да, точно. Кроме любимой сестры у него были ещё братья. Один старший, но сейчас он не может и приблизительно воссоздать в своём сознание его очертания, а также младший. Слабый, мягкохарактерный нытик.       Нет.       Хитроумный, продуманный, помешанный ублюдок. Сошёл с ума? Нет, скорее он сведёт с ума кого-то. Слетел с катушек? Вполне возможно. Он нормальным никогда и не был. Единственный в семье, кто родился пустым, обычным, посредственным. Без дара и таланта. Без цели в жизни, надежд и мечтаний. Он казался Ричарду бескрайней, всепоглощающей бездной, что вытягивала душу с тел недостойных. Младший брат был слабым, но при этом опасным. Герцег Ужаса не мог сказать, что мог сделать этот плакса, но он все равно казался не тем, с кем можно бодаться, кому можно угрожать, и на кого можно нападать.       И такой человек сошёл с ума? Нет-нет, не может быть. — Что ты знаешь? — не вопрос, а приказ ядовитым шипением.       Эйс ухмыляется, но стоит спокойно, позволяя острию золотой шпаги касаться мягкой кожи. — Деревня Бесконечности между империей и святыми землями.       Ричард нахмурился, но не спешил убирать оружие.       Деревня Бесконечности было гиблым местом. Все, кто попадал туда, не возвращались назад. Никто не знал, что с ними происходило, но ходила легенда, что это место усыпальня страдания. Души, что пережили боль и агонию, слонялись по деревни в поисках жертвы, а когда находили её в заплутавшем путнике, то уничтожали её без следа, поглощая все, что только можно. Деревня построенная на костях. Проклятое место. Неужели, этот ублюдок собрался туда? Тогда, где носит старшего братца? —Ричард, — Эйс медленно повернулся к нему, подняв руки вверх, показывая, что затевать дуэль он не намерен. — Его уже не вернуть. Можешь считать его первым, кто вернулся с деревни Бесконечности.       Шпага одним резким движением вернулась в ножны, и шатен быстрым шагом направился к выходу из замка.       Нет, это глупец не мог так поступить. Не в его характере идти на такие крайние меры. Он бы лучше закатил истерику. Он бы…

***

      Сквозь толпу посетителей к проходу между барной стойкой, за которой стоял парень лет двадцати с эльфийскими ушами и голубым цветом волос, и резной стеной некто целеустремленно направлялся туда. Он молча положил бархатный мешочек золотых монет на барную стойку и, поправив капюшон черной мантии, вошёл в этот проход, оказываясь в узком коридорчике со множеством дверей. Существо в чёрном дошло до самого последнего столика и села. — К чему вся это скрытность, Кэрролайн? — вместо приветствия услышал он, дрогнув. — Не в первый раз мы здесь встречаемся, а ты все прячешься… Неужели в детей ночи до сих пор кидают камни?       На стуле, закинув в ноги на стол, с бокалом вина расположилась девушка-лиса, главнокомандующая стражей Её Великолепия. Двенадцать хвостов Аканэ легли на пол, немного дергаясь в стороны, а верный клинок стоял рядом, как верный друг. Привычных доспехов на ней не было, лишь кольчуга из обсидиана.       Она с легкой насмешкой посмотрела на подошедшего и отсалютировала бокалом. — Ты невыносима. — вздохнул женский голос из-под капюшона, и некто снял его. — И я уже лет четыреста, как не Кэрролайн. Замужество заставляет менять фамилию, но рыцарю этого никогда не понять.       На хрупкие плечи сразу упала копна черных волос, что доходили до лопаток, яркие зелёные глаза впились в собеседницу, а тонкие бледные губы сжались в тонкую линию. — Твой муж тоже рыцарь, Аманда. Проклятый, но рыцарь. И ты тоже из проклятого рода… Вы идеальная пара! — кицунэ сделала глоток вина и фыркнула. — Нынче одни проклятия и только виноделы процветают… Надо было в таверну поддаться, а я, дура, драк и воин хотела.       Аманда, в девичье Кэрролайн, представительница самого древнего и темнейшего рода, жена Тёмного Рыцаря долины моря Отчаяния и мать его пятерых детей, лишь хмыкнула на это и взяла стул с угла, пересев на него, чтобы оказаться как можно ближе к Аканэ, чинно сложив руки на коленях. — Именно о проклятиях я и хотела с тобой поговорить. Видишь ли, моя милая подруга, Белая Жрица как-то предсказала крах целой Империи из-за проклятого ребёнка. Целой! — повторила Аманда так, как будто этот крах уже наступил. — Я могу встретить жрицу? Аннабель Милтон-Свон? — А не слишком ли жирно ты замахнулась? На саму верховную жрицу... Она здесь словно святая дева. Встреча с ней слишком дорого обходится.       Аластор отложил столовые приборы, облокотившись на спинку стула. Разговор за соседним столом становился все интереснее и интереснее. Так как ему нужна была информация, если он хотел обосноваться в Вармиосе, то пришлось уговаривать себя есть в общественном зале, а не в своей комнате. Зато он неплохо уже выучил фамилии высокопоставленных лиц, узнал, где можно найти по дешёвке артефакты и получил информацию о ближайших открытых мероприятиях. Чтобы где-то крепко обосноваться, нужно завести знакомства и связи — это основа основ жизни в столице. — Я уверена, ты сможешь мне помочь...       Аластор прислушался. Он слышал о верховной жрице этой страны, что была под защитой Его Сиятельства, второго Императора Филатории, что заведовал внешней политикой и предпочитал затворничество в своём замке. Моряки на его корабле называли Аннабель Милтон-Свон «Белой Розой» и чуть ли не слагали в честь неё гимны. Капитан же рассказывал о том, что верховной жрицей молодая девушка стала из-за своего дара видеть будущее. — Говорят, она прибыла сюда вместе с Его Сиятельством на похороны мистера Брауна. — О... Ты же когда-то была ученицей этого старого маразматика... — лисица почесала ушко и фыркнула. — Ты хочешь, чтобы я помогла организовать тайный вечерок тет-а-тет? — Просто найди место и обеспечь нам безопасность. Я щедро заплачу. — женщина поднялась из-за стола и снова накинула капюшон. — Выпивка за мой счёт, Аканэ. — Проваливай уже, проклятая кровь... — рыцарь вздохнула и залпом осушила свой бокал вина.       «Белая Роза» прибыла в столицу, чтобы проводить старого мага в последний путь. Как интересно... Слухи о ней шли по всему миру: девушка, чьи волосы цвета первого снега, а глаза точно изумруды, сверкающие в ночи. Молочная кожа, словно шёлк, розовые пухлые губы и молодой возраст. Пророк - легенда. Наверняка, из-за неё соберётся почти вся знать Вармиоса, если ещё с соседних городов не понаедут. Хотя, возможно, прибудет ещё кто-нибудь со стран-колоний. Какой ажиотаж вокруг этих похорон. — Да, мастер... — ухмыльнулся маг и снова вернулся к трапезе. — Вы действительно прожили достойную жизнь.       Благородный мистер Браун, величайший маг и личность полная доброты. Неудивительно, что его похороны настолько грандиозные, раз собирают всю знать и не только.       Аластор, закончив с завтраком, отодвинул тарелку и постучал пальцем по столу. Отчего-то все складывается довольно неплохо. Он правда думал, что в столице первое время ему будет тяжело, но... Все знают, что у мистера Брауна были ученики, так почему бы Аластору все же не пойти и не проводить в последний путь старого мага? В конце концов именно этот старик и открыл ему глаза на некоторые тонкости в магии. Конечно, первоначально он не планировал посещать это мрачное мероприятие, обдумывая свой отъезд и будущее. Но сейчас... — Всё действительно может изменится. — Аластор стал, взяв свой плащ со спинки стула, и поспешил подняться наверх.       Уже в небольшой комнатушке он достал пергамент и перо, принявшись писать небольшое послание. — Маг, я не стану твоим почтовым голубем. — тут же раздался каркающий голос с насеста, но Аластор лишь отмахнулся.       Найти почтовую птицу не составит труда, хоть за ускоренную доставку и придётся заплатить. Однако, это небольшое письмо очень важное, чтобы экономить на нем.       Поставив точку, Аластор откинулся на спинку стула. Дело осталось за малым. Нанять почтовую птицу. Ну и немного подзаработать денег. С его мастерством заработок точно не проблема. По крайней мере одна лавка уже оценила достаточно прилично его зелья и теперь готова делать заказ.
Отношение автора к критике:
Приветствую критику только в мягкой форме, вы можете указывать на недостатки, но повежливее.