Лучшая часть меня — это ты
12 октября 2022 г., 21:55
Примечания:
В главе присутствуют спойлеры к аниме! (ну и чутка матов)
Ух, вышла она довольно объемной, так что извиняюсь за долгое ожидание!! Приятного прочтения (´｡• ᵕ •｡`) ♡
Темные вечера и прохладные утра указывали на начало осени. Для Кенмы это означало то, что он будет больше сидеть дома, играя в свою приставку по одеялом после школы, и тревожность от предстоящих экзаменов. В то время как Шое станет уделять все время тренировкам для подготовки к ему первому волейбольному турниру в команде Карасуно.
Парням становилось все труднее проводить время друг с другом. Но когда им все же удавалось, Кенма мог ясно видеть восторг и предвкушение Шое, но также напряженность перед его дебютом на отборочных.
Обеденные перерывы были почти единственным моментом, когда они могли увидеть друг друга, но иногда даже это ничтожно короткое время пропадало из-за желания Кагеямы улучшить их стратегию с Шое. Они каждый день переписывались, чтобы обменяться новостями, и Кенма был удивлен тому, как он восхищался рассказам Хинаты о его успехах в тренировках. Козуме был рад уделять немного больше времени самому себе, но все равно ему не хватало присутствия другого. Он осознал, что хотел бы все время находиться рядом с Шое, даже если они будут заниматься каждый своими делами, зато вместе.
В любом случае, он был рад и горд Шое и мог пожертвовать из встречами, пока хобби заботило Хинату. Несколько недель назад он то ли старался отрицать эти чувства, то ли избегать Шое, но их разговор утихомирил его негативные чувства и заставил лучше понять точку зрения Хинаты, так и свои собственные мысли. Он доверял своему другу и теперь мог радоваться его счастью и успеху.
Оставалось уже два дня до начала отборочных, как Шое позвонил парню поздно ночью.
Кенма успел вздрогнуть от внезапного звонка, но страх был перекрыт теплым чувством в груди, когда он увидел имя контакта. Тепло магическим образом заполняло Козуме, когда тот как-то взаимодействовал с Хинатой.
— Шое, почему ты так поздно звонишь? — он спокойно ответил на звонок. Он знал, что Хината не будет принимать все так близко к сердцу. Ему нравилось быть откровенным с ним.
— Кенма! — знакомый голос донесся из телефона. — Как ты?
— Это все, что ты хотел спросить? Ну а так, все хорошо, только немного устал.
— Что ж, нет… Я просто пытаюсь быть вежливым! — Шое засмеялся, а Кенма хихикнул над его задумчивостью.
— А у тебя как дела?
— Ты же помнишь, что отборочные начнутся через два дня, да? Я постоянно об этом говорил, так что я буду немного расстроен, если ты не запомнил. — дразнил Кенму Шое.
— Я слышал об этом по десять раз каждый день.
— Да, что ж… Если честно, для меня и команды это очень серьезно, и я сильно нервничаю из-за этого, потому что я хочу играть! — Шое заскулил. — И пока это важно для меня, я бы хотел, чтобы… ты пришел посмотреть на игру?
— Это возможно? Разве она не будет во время уроков?
— Что ж, только некоторые, большинство будет после школы или на выходных. Просто… это будет много для меня значить, если ты все же придешь поддержать меня. Возможно, это даже поможет мне успокоиться! Я уже знаю, что семьи и друзья других тоже придут! Можешь даже позвать Куроо, но я просто… буду рад, если ты придешь… — Шое звучал немного беспокойно, как Кенма понял, из-за этого приглашения. Возможно, Хината думал, что тот откажется из-за большого скопления людей.
— Да я с радостью.
— Правда?! Это отлично! Я могу тебе скинуть расписание игр, так что ты сможешь прийти когда захочешь, и, конечно же, никакого давления! Просто скажи мне, на какие игры ты придешь, чтобы я мог найти тебя среди зрителей! — прежняя нервозность Хинаты благополучно испарилась.
— Д-да. — он заикался. — Думаю, я еще спрошу у Куроо об этом. Удачи тебе, Шое.
— Спасибо! — небольшое обещание заставило Хинату еще больше ждать насущной игры.
❀❀❀
Вот так Кенма оказался среди зрителей в заполненном спортивном зале. Кричалки разных школ и скрип обуви резали уши, когда первая игра Карасуно началась. Он и Куроо сидели в третьем ряду и, пока толпа наполнялась знакомыми лицами и школьной поддержкой, глаза Шое нашли Кенму первыми, и он продолжать смотреть на него на протяжении всей разминки. Когда игра началась против старшей школы Токонами, Куроо продолжал комментировать весь матч, время от времени активно жестикулируя и аплодируя. Они даже встретили некоторых знакомых и одноклассников Тетсуро, с которыми он вел целые разговоры о тактиках команд, но Кенма не особо пытался слушать. С самого начала игры Козуме не мог отвлечься или отвести глаз от своего друга на площадке. Ожидание наконец окупилось победой Карасуно. Кенме пришлось подавить радостный крик, не желая привлекать внимание. Шое продолжит играть на площадке. Спустя долгий день матчей, Козуме и Куроо наконец спустились с трибуны, чтобы встретить команду в вестибюле спортзала. Они выиграли все свои матчи и были заметно уставшими после долгих сетов. Это не помешало Шое первым делом крепко обнять Кенму, как только тот увидел его. — Ты видел это, Кенма? Мы победили! — Это потрясающе, Шое. — Козуме улыбнулся в руках Хинаты. — Ты хорошо отыграл. Шое начал краснеть и тереть свою шею. — Т-ты так думаешь? Нет. Он не играл хорошо, он был восхитителен. Кенма мог видеть весь тот потенциал Шое и знал, что он пойдет далеко. Он так гордился им. — Я всегда думал, что ты потрясающий. Я даже не знаю чем больше поражен. — он тепло улыбнулся. Хината замер и смотрел в лицо Кенмы, которое находилось в сантиметрах от его. Он осторожно изучал цвет глаз Козуме, линию, где его волосы менялись с темно-коричневого на блонд, и его тонкие губы. Он даже не заметил, как пристально наблюдал за парнем, пока не почувствовал поглаживающую ладонь Кенмы на своих волосах. — Ты сейчас выглядишь таким растрепанным. — Шое знал, что Козуме просто дразнил его, но прикосновение заставило его немного отстраниться. — Кенма! Я же весь потный. — Козуме посмеялся с него. — Извините за вторжение, голубки, но автобус уже уезжает. — голос, принадлежавший Тсукишиме, раздался позади низкого парня. — Вааа! — Шое запаниковал, но быстро попрощался и удалился в смущении, а Кенма остался недоумевать, почему это прозвище звучит не так уж и плохо.❀❀❀
Следующий матч был против Датеко, игра была ощутимо более жестокой и сложной. Кенма напряженно сидел на краю своего места все время, даже не заметив, как Куроо ушел за снеками. Когда игра наконец закончилась в пользу Карасуно, Шое показал Козуме большой палец вверх с площадки. Им предстояло выиграть еще один матч до финала. Теперь казалось, что в конце они столкнутся с Аоба Джосай. Когда Кенма играл в телефон в ожидании следующей игры, он внезапно почувствовал, как кто-то нависает над ним и смотрит на него. Он вздрогнул, когда увидел лицо наблюдателя, только обнаружив мини-Шое, улыбающуюся ему с соседнего ряда сидений. — Н-натсу? — он наконец осознал, что видел маму Шое, поднимающуюся по ступенькам. — Кенма-сан! — Натсу протянула свои маленькие ручки к плечам Козуме, чтобы немного приобнять его. — Мама, смотри! Я нашла Кенму! — Оу, Козуме-сан! Рада видеть тебя снова! — Хината-сан, вы пришли сюда на игру Шое? — он чувствовал себя неловко, надеясь, чтобы Куроо быстрее вернулся и, возможно, вел разговор за него. — Да, мы все-таки смогли найти время и прийти вместе с Натсу. Она была так взволнована! — для Кенмы это было очень очевидным. — Кенма, пойдем поздороваемся с братиком! — Натсу потянула его со своего места к лестнице. Девочка вскоре нашла своего брата, стоявшего на задней линии, и начала махать ему. Шое растерялся, когда увидел Кенму рядом с ней. — Натсу, не беспокой Кенму слишком сильно! — Мы просто поддерживаем тебя, братик! Да, Кенма? — Козуме все еще чувствовал себя неловко, поэтому решил просто кивнуть ей в ответ. Последняя игра прошла быстро, пока Куроо общался с Натсу и мамой Шое. Кенма хотел сконцентрироваться на игре, но слыша хихиканье и смех Натсу, он неосознанно сам начинал улыбаться. Натсу заметила, как Козуме наблюдал за игрой и, в конце концов, уместилась рядом с ним, махая и выпрыгивая, когда видела своего старшего брата в действии. Кенма сначала был не уверен, но теплая улыбка миссис Хинаты развеяла все его сомнения и, в итоге, он действительно хорошо провел время с его другом детства и маленькой болтливой девочкой. Даже Шое заметил громкое трио и покраснел, когда увидел, как его сестра уже успела привязаться к Кенме.❀❀❀
Кенма не хотел верить в это. Как только мяч коснулся поля — прозвучал финальный свисток, означавший окончание игры против старшей Аобаджосай. Он увидел, как многие из Карасуно рухнули на пол с побежденными выражениями лиц. Игра была ужасно эмоциональной, словно американские горки. Самая маленькая ошибка со стороны Карасуно теперь означала конец их пути на отборочных. Кенма слышал всхлипы с площадки, но предпочел бы закрыть уши. Куроо был невыносимо тих рядом с ним, явно тоже расстроенный таким исходом. — Хей, Кенма, мне надо идти, но убедись, что Шое в порядке, хорошо? — Козуме только кивнул, не в состоянии даже немного пошевелиться. После переживания всех стадий эмоций, он все же решил найти Хинату. Вероятно, он был разочарован ситуацией в сотню раз больше, чем Козуме. Кенма вошел в вестибюль и огляделся, но не увидел никаких следов команды. Скорее всего, у них было собрание в раздевалке, поэтому Козуме вышел на улицу, чтобы подождать. Он знал, что Шое найдет его. Спустя несколько минут, а может и десять, команда начала выходить из спортзала. Сегодня суббота, так что школьный автобус не подъехал за ними, большинство забрали родители или некоторым пришлось идти на местный транспорт. Он видел знакомые лица, некоторые не поднимали взгляд, некоторые были шокированы, а другие еле сдерживали слезы. Ямагучи помахал Кенме с грустной улыбкой, а Тсукишима и вовсе без нее. Кагеяма похлопал Козуме по плечу. Шое вышел последним, сжимая свою спортивную сумку, его глаза были красными и опухшими. Кенма не смел прерывать тишину, пока все не ушли, оставив Хинату стоять в дверях зала. — Шое, иди сюда. — эта фраза заставила Хинату поднять свой взгляд достаточно, чтобы смотреть Кенме в ноги и идти за ним. Козуме не был уверен, как успокоить его. Обычно ему было сложно находиться рядом с людьми, которые испытывали негативные эмоции, но когда это был Шое, он чувствовал себя еще более нервным и растерянным, желая прогнать грусть друга, но не зная как. — П-прости… — это был Хината. — Что? Нет причин извиняться, ты сделал все, что мог. Вы все отлично сыграли. — Кенма тоже звучал печально. — Н-но… — новые слезы снова заполнили его глаза. — Мы были недостаточно хороши. Я разочаровал тебя. — Ты бы никогда не разочаровал меня, Шое. Просто сейчас я вижу, насколько же ты все-таки сильный. — он пытался убедить плачущего парня. Шое кивнул, немного успокоенный. — Я знаю, что ты действительно расстроен… И я тоже. Я бы хотел болеть за тебя и в финале, но… — он больше ничего не сказал, потому что Шое уже безудержно рыдал перед ним. — Я-я тоже хотел… — Кенма не совсем понял, что тот имел в виду: играть в финале или видеть Козуме, болеющего за него в финале. — Хей… давай присядем. — Кенма засунул руки в карманы своего худи и начал идти по направлению к лавочке в школьном дворе возле спортзала. Шое шел за ним, все еще рыдая и всхлипывая. Кенма сел и посмотрел на друга, приглашая его присесть рядом. Еще сильнее сжимая сумку, тот упал рядом и опустил голову. Поскольку Шое сейчас был истощен и очень чувствителен, Кенма надеялся хоть как-то утешить его. Козуме все еще чувствовал эмоциональное истощение, но гораздо важнее в данный момент было заставить Хинату почувствовать себя лучше. Он знал, что если ему это удастся, то это поможет и ему настроению тоже. — Шое, я знаю, что, по сути, это твой первый проигрыш, но это также и твой первый турнир. У тебя так много всего впереди, и ты узнаешь гораздо больше. — Кенма думал, что Хината слушает его, так как стал немного тише. — А волейбол это… командный спорт. Это не твоя вина, что так случилось. По-моему, это была всего лишь удача, так как обе команды были равны. — Но… я мог сделать больше… — Да, но это не главное для меня. Мне важно то, что у тебя есть команда, которая поддерживает тебя, и что каждый из вас всегда делает все возможное. Вы сможете пройти через все вместе, и это у вас определенно получится. — И у меня есть ты? Ты поддержишь меня? — Шое отвернулся еще больше от Кенмы. — Конечно. Козуме не знал, что еще сказать, поэтому они погрузились в тишину, оба глубоко в своих мыслях. Когда Кенма не знал, как еще утешить Шое, он неожиданно вспомнил ночь, когда он остался у Хинаты. Как тот просил Козуме взять его за руку, и как это успокаивает Шое. Кенма посчитал это неплохой идеей, чтобы помочь ему. Он молча потянулся к рукам Хинаты, которые ослабли, но все еще покоились на сумке. Сначала Козуме просто положил свою руку на руку Шое, тот попытался высвободиться из хватки. Когда Хината заметил, что Кенма хотел сделать, то вскоре позволил ему сплести их пальцы вместе и положить их на ногу Шое. Хината был в полном шоке, но не двигал головой, надеясь, что Козуме не заметит, как его рука стала немного дрожать и потеть. Затем Кенма сжал пальцы, чтобы убедить Шое, что все в порядке, что он держит его, и что он рядом. В то время как Хината опустил вторую руку, чтобы держать Козуме за две. Он даже не мог не погладить тыльную сторону руки Кенмы большим пальцем, уже давно мечтая так сделать. Козуме не был удивлен действием, но доволен тем, что Хината хотя бы был более отважным, чтобы сделать это. Казалось, это действительно успокоило Шое, и он нежно улыбнулся. Хината не мог не думать о том, что все это значит. Для него все знаки были понятны уже долгое время. У них была глубокая и близкая дружба, но он так отчаянно надеялся на большее. Он слишком сильно заботился о Кенме, о его чувствах и мнении, но не хотел рушить их особые отношения. Именно поэтому он и не сказал, что действительно думал о своем друге, но такие близкие моменты начали происходить все чаще и чаще, и это давало ему немного надежды. Возможно, другой заботился о нем так же сильно, как и он. Хината глубоко вздохнул и начал думать, как бы мог признаться Кенме. При самом плохом исходе, он будет обязан убедить Козуме, что он останется его другом не смотря ни на что, и, в любом случае, это было правдой. Он наконец повернул голову, чтобы взглянуть на Кенму, который уже наблюдал за Шое. Хината утонул в золотых глазах и почувствовал, как его сердце начало биться гораздо быстрее. Козуме нежно улыбнулся ему, и Шое захотелось произнести заветные слова вслух. — Хей, пидрилы! Это были не те слова, на которые он надеялся. Оба вздрогнули, увидев Кояму, Такахаши и Енду, выходящих из спортзала. Похоже, они тоже приходили посмотреть игру Карасуно сегодня. Выражение лица Кенмы незамедлительно стало паникующим и беспокойным, а руки Шое ослабли, когда Козуме оттолкнул его. "Этого не может быть". — Козуме, надеюсь ты держишь свой член в штанах среди бела дня. Никто не хочет видеть это. — он видел, как они держались за руки. "Черт". — Ты ничего не знаешь, Кояма. — Кенма сжал свои кулаки. Ему было так страшно, но он не мог показать этого сейчас. Это бы только подтвердило их слова. Что он отвратительный и неправильный даже для того, чтобы утешить своего друга, которому даже не сообщал о своей ориентации. — Что это было, Козуме? — Кояма быстро подошел к ним. Кенма до этого никогда не отвечал им на издевки, поэтому Кояма был разъярен. — Ты просто слабый, отвратительный педик. Ставлю ставку, что из-за этого ты ушел из команды и не нашел себе друзей. Никто не захочет быть рядом с таким как ты. — Кояма сплюнул в ответ. Он мог сказать, что гомофобные оскорбления цепляли Кенму больше всего, поэтому они так часто целились именно на это. — ПРЕКРАТИ ЭТО! КАКОЕ ТЫ ИМЕЕШЬ ПРАВО ИЗДЕВАТЬСЯ НАД КЕМ-ТО? Я ТАК УСТАЛ ОТ ВАШИХ ОСКОРБЛЕНИЙ В СТОРОНУ КЕНМЫ, КОТОРЫЙ ДАЖЕ НИЧЕГО ВАМ НЕ СДЕЛАЛ! ВЫ НЕ СМЕЕТЕ ДЕЛАТЬ ТАК! Я БЫ ПРЕДПОЧЕЛ БЫТЬ «ПЕДИКОМ» ВСЕ ВРЕМЯ, ЧЕМ ХОТЯ БЫ ОДИН ДЕНЬ ТАКИМ ОТБРОСОМ КАК ВЫ! ПОШЛИ НАХУЙ ОТСЮДА! Шое встал со скамейки и встретился с Коямой лицом к лицу. Слова вырвались из его рта. Он так давно хотел сказать это, даже еще в средней школе, чтобы постоять за себя. Он никогда не думал, что это все-таки случится. Вот почему вся сдерживаемая ярость вспыхнула. Он хотел показать Кенме, что быть геем вполне нормально, потому что как Козуме мог принять его, если парня постоянно заваливали такой вопиющей ложью Кояма выглядел пораженным, ведь кто-то действительно пытался противостоять ему. Он уже готовился нанести ответный удар рыжеволосому, даже физический, но не успел об этом подумать, как почувствовал острую боль в левой щеке и носу и повалился на двух других, которые успели подбежать к нему. Шое стоял перед ним, искаженный злостью, все еще сжимая руки в кулаки. Он ударил парня по лицу и теперь не собирался отступать. — Должен сказать, что у нас есть целая команда, тренера и учителя на нашей стороне, и доказательства ваших издевательств над Кенмой. Если вы не остановитесь, то не могу предположить, как далеко это зайдет. Козуме все еще сидел на лавочке с самым недоверчивым выражением лица. Слова Шое звинели в ушах. Знал ли он о его ориентации? Нет, это невозможно. Тогда почему он так его защищал? Шое всегда защищал его, что тот ценил, но никогда не любил. Он ненавидел, когда в его проблемы необычайным образом впутывался и сам Хината. Он был все еще слаб, чтобы защитить себя или Шое, хотя с самого начала это была вина самого Кенмы. Даже если и так, слова Хинаты успокоили Козуме. Ему было так страшно, что Шое будет думать так же о нем, что на самом деле ожидалось, что люди будут реагировать подобным образом, если когда-нибудь узнают, что Кенма гей. Но Хината, похоже, не просто не был против этого, а также активно отстаивал его права. Когда Шое ударил Кояму в лицо, Кенма сначала ужаснулся, но затем почувствовал, что он снова мог дышать свободно. Козуме потянул Шое за рукав, и парень обернулся к нему. Он выглядел таким огорченным и расстроенным, он уже столько пережил сегодня. Последнее, что Кенма хотел сделать — поставить точку на всем этом самому. Он повернулся к парням, Кояма держался за нос, а двое других пытались убедиться, что с ним все в порядке. — Я не расскажу о том, что вы делали, если наконец оставите нас в покое. Я больше не собираюсь рисковать и причинять боль своим друзьям, и я надеюсь, что вы понимаете, насколько я серьезен. С меня хватит. Затем он повернулся к ним спиной, надеясь, что в последний раз. — Пойдем, Шое.❀❀❀
Они уходили оттуда в тишине. Как только они дошли до конца школьной площадки, то наконец скрылись из виду, оставив хулиганов далеко позади. Кенма рухнул из-за адреналина, страха и тревоги, которые охватили его последние десять минут. Он положил руки на колени, тяжело дыша. — Кенма! Ты в порядке? — Шое тут же начал колебаться возле него. — Да, все хорошо. Это... было страшно... но так круто. — он немного улыбнулся, позволяя вырваться облегченному смешку. Шое все еще волновался из-за него и не мог ответить на улыбку. Он чувствовал себя плохо из-за всей этой ситуации. Он также сделал что-то, что не должен был, потому что чуть не подверг Кенму возможной опасности. — Хей, я могу остаться сегодня у тебя? Я не хочу быть один... — Кенма выпрямился и снова улыбнулся. — Да... Я тоже. — Шое ответил с неуверенной улыбкой. Они направлялись к дому Хинаты. Парни поприветствовали семью Шое, поужинали вместе с ними и по очереди приняли душ. Весь вечер казался напряженным. Они оба знали, что им придется поговорить о произошедшем сегодня. Небо уже начало розоветь и сменяться темнотой позднего вечера. Шое предложил Кенме всю ту же Мяужаму, которую тот надевал в прошлый раз, и это не могло не вызвать улыбку Хинаты. Козуме сидел за письменным столом Шое, поджав ноги под себя, он расчесывал все еще влажные кончики своих волос, когда Хината зашел, уже закончив свои водные процедуры. Это зрелище заставило сердце Шое сжаться, и он решил начать их разговор. Он чувствовал, что должен был это сделать, не желая, чтобы эта тема осталась проигнорирована. Он проследовал к кровати и сел на край. — К-кенма... насчет сегодняшнего... — его дрожащий голос заполнил тишину. Козуме резко повернулся к нему, слегка нахмурив брови. — Прости. — начальная фраза Шое заставила Кенму еще больше сжать брови. — Я перешел черту и подверг опасности нас обоих. Мне не стоило кричать на них и уж точно не прибегать к насилию. Это делает меня таким же плохим, как они. Я не думал, что способен на что-то такое, я просто был таким... злым. — Почему? Я не понимаю. — Эм... Думаю, когда я слышу что-то настолько гомофобное, моя кровь просто закипает. Я много слышал этого в средней школе и это просто... ненормально! Ненавижу тот факт, что тебе приходилось это терпеть. Черты лица Кенмы смягчились. — И я очень ценю это. Но я надеюсь, что тебе не придется это делать только для меня. — он перевел взгляд на свои руки, лежащие на коленях. — Это было... не только для тебя. — Что ты имеешь в виду? — Я гей. Кенма таращился на друга, не доверяя собственному слуху, правильно ли он расслышал? — Я пойму, если ты посчитаешь это странным или не захочешь больше со мной общаться. Знаю, это неожиданная новость, прости, что не рассказал тебе. Но мне было страшно, понимаешь? Ты мой самый близкий друг, и я больше всего забочусь о том, что ты думаешь обо мне. — Шое тер свою шею. Он готовился к худшему. Он уже давно решил, что хочет быть честным о своей ориентации с Кенмой. Но когда начал замечать свое странное поведение с Козуме и наконец осознал, что тот ему начинал нравиться не как друг, решение отодвигалось все дальше и дальше. — Ты серьезно? — "Ты не просто смеешься надо мной?" — Ну, да! Это не что-то, что я рассказываю всем, но мои друзья уже знают об этом. Прости, Кенма, но... — Шое, просто прекрати извиняться. — перебил он. — Все в порядке. Я в порядке, и мы оба в порядке... И я тоже гей. — Кенма развернулся на стуле от Хинаты. — Что? Ты шутишь? — Козуме услышал скрип кровати, поняв, что Шое поднялся. — Конечно же нет! — Кенма надулся и начал краснеть. Вскоре две руки обхватили спинку стула, и он был вынужден повернуться обратно к Хинате. Он увидел Шое, нависшего над ним, его руки на стуле. — Я... я не могу поверить! — Улыбка Хинаты расползлась по его лицу. Кенма встретился с ним взглядом и почувствовал собственный блеск в глазах, когда снова увидел искреннюю улыбку Шое после тяжелого дня. — Почему? — Потому что... потому что я так счастлив! Я действительно перепугался, Кенма! — Что ж, не пугайся больше. После этого напряжение между ними сменилось нежностью и теплотой. Кенма наконец мог быть собой рядом с Шое. Он никогда не чувствовал себя так с кем-то. Он действительно никогда не думал, что сможет почувствовать так себя с кем-то, или сможет признаться в таком человеку, которого знал меньше двух месяцев. С этого момента он хотел делиться с парнем всем. Они продолжали делать свою ночную рутину, свободно разговаривая и смеясь. Шое уже хотел вытащить матрас для Кенмы, как его прервали. — Ааа... ты не против, если я тоже буду спать на кровати? — Козуме застенчиво смотрел на кровать перед окном, все еще укрытую одеялом. Шое вспыхнул красным. — Конечно же не возражаю! — он сумел улыбнуться, но хотел понять, что это все действительно значит. Хината уже выключил свет и забрался на постель. Кенма стоял посередине комнаты, крепко сжимая в руках подушку. Он ждал, пока Шое устроится поудобнее, прежде чем поместил свою подушку рядом с другой. Когда он это сделал, то присел на край кровати и вздохнул. Ему было немного тревожно, но он так хотел быть близок с Хинатой. Его мысли были прерваны, когда лунный свет начал сиять через окно, падая на середину кровати. Он вдруг почувствовал сильное любопытство посмотреть на это. — О, смотри. — он передвинулся к окну, встав на колени на кровати перед подоконником. — Полная луна. — Кенма не мог оторвать глаз от лунного диска на небе, даже когда Шое вылез из-под одеяла и сел рядом с ним. — Вау. Я еще не видел ее такой яркой. — прошептал Хината. Их лица были освещены бледным светом. Любопытство Кенмы сменилось волнением, которое он не мог игнорировать. Он чувствовал, что обязан сказать что-то, чтобы насладиться этим моментом. — Шое... — он пытался подобрать верные слова. — Я так рад, что мы друзья. Когда он повернул свою голову, другой парень грустно смотрел ему в глаза. — Я тоже. — Шое немного улыбнулся, но Кенма увидел, что улыбка не коснулась его глаз. Они оставались в тишине минуту или даже больше, глядя один на одного, словно они старались найти что-то в выражении друг друга. — Нам стоит идти спать. — вскоре произнес Козуме. Он нежно улыбнулся Хинате, глаза которого все еще смотрели в глаза Кенмы. Шое на мгновение выглядел так, словно очнулся от транса, и кивнул. Прежде чем Хината успел отойти от окна, Кенма неожиданно прильнул к нему, закрыл глаза и прижался своими губами к губам Шое. Кенма поцеловал его. Это было легкое прикосновение, такое ласковое и нежное, но это действительно был настоящий поцелуй. Это не случайность или ошибка, Кенма действительно поцеловал его. Луна освещала красивые глаза Козуме и делала его еще более неземным. Губы Шое сначала слегка покалывало от сладкого контакта, а голова взрывалась, думая обо всем, что связано с Кенмой. Хината даже усомнился, действительно ли то что было произошло, поскольку это было похоже на его идеальный сон. Прежде чем он успел среагировать, Козуме быстро заполз обратно под одеяла и уронил "Спокойной ночи". Шое все еще сидел на постели, когда к нему пришло осознание. Он закрыл горящее лицо руками и хотел закричать, но это бы разбудило всех. Он хотел заставить Кенму подняться и объяснить, что это было. Он также хотел схватить его и еще раз поцеловать. Взвесив все варианты, ни один из них не казался подходящим для этого момента, он решил подражать Кенме и опустился на подушку, стараясь не дотрагиваться и не смотреть на другого. Он не хотел беспокоить парня, который уже, казалось, провалился в сон. Он не мог игнорировать случившееся, но просто стоило подождать до утра. И тогда Шое узнает, что все это значило.
