Непримечательные обстоятельства моего бессмертия

      Попытка создания крестража обернулась неудачей. Снова.       Вот же черт! Это была семьдесят девятая попытка. Семьдесят девятая! Думаете, я сдамся? Думаете, я не получу то, что хочу? Я бы сделала попытку номер восемьдесят, но это бесполезно. Нужно искать другой способ.       Заранее в Хогвартс обычно приезжают заучки. И да, сегодня только 30 августа. И да, я направляюсь в библиотеку, но я далеко не заучка. Я учу только то, что интересует меня. Ха, видели вы бы лицо библиотекарши, когда я чуть не разнесла дверь! Вот пусть только попробует что-то сказать, я снова превращу ее в лягушку.       Вообще-то, все уже должны были привыкнуть к моему поведению. Тем более, в школе у меня не лучшая репутация. Я бы даже сказала, отвратительная. Никто не смел смотреть на меня свысока, даже эти напыщенные чистокровки из факультета Слизерин.       Я помню тот день, когда мне пришло письмо из Хогвартса. Мои родители были магглорожденными волшебниками и, следовательно, по законам магической биологии, я тоже считалась магглорожденной. — Это просто чудо, что ты родилась волшебницей — говорила мне мама, то и дело поглядывая на письмо со слезами на глазах. Да, были случаи, когда у магглорожденных родителей рождались магглы. Но эта участь никогда не случилась бы со мной, даже если мои родители были обычными магглами. Я рождена, чтобы владеть магией. Перед тем, как посадить меня в поезд, который повезет меня в «мир магии, дружбы и любви» (так утверждали родители), отец сказал мне: — Будь умница, дочка, и не дай Бог попасть тебе на Слизерин. Там учатся одни напыщенные или чистокровки, или полукровки. Хотя, по происхождению ты и магглорожденная, но все может быть. Кто знает эту Шляпу… Я надеюсь, она увидит в тебе истинного гриффиндорца! — У истинных гриффиндорцев такая же напыщенность, как и у слизеринцев, — сухо ответила я на его наставления.       Отец широко улыбнулся и потрепал меня по голове: — Ишь-ты какая! Да у тебя хорошее чувство юмора! Может, если не Гриффиндор, так Когтевран?       На его слова я лишь отвернулась и закатила глаза. Продолжать этот диалог было бессмысленно, да и вопрос был риторическим. Я знала, что родители даже не догадывались о моем характере и предпочтениях, они привыкли видеть во мне только хорошее, хотя мое увлечение книгами о темной магии должно было насторожить их… Слава Мерлину, они глупы!       В мое время темная магия была искорена вовсе. То есть, никого не получится убить Авадой или пытать Круциатусом. Теперь книги о темной магии служили если не антиквариатом, то сказкой для детей. Именно такие сказки я читала в детстве. И где-то в девять лет до меня дошло, что запрет был наложен именно на существующие заклинания. А что будет, если их немного видоизменить?       Разобрав принцип работы заклинания Авада Кедавра и придумав свое заклинания смерти, я убила петуха, гонявшегося за мной в деревне. Это была первая смерть от моей руки.       Зная этот факт, я понимала, что сто пудов я попаду на Слизерин, если не в Азкабан. Нужно было всего лишь убедить Распределяющую шляпу отправить меня на другой факультет. Я, как и отец, не любила напыщенных чистокровок и им подобных, которые были на Слизерине, и поэтому для меня было бы желательно избежать участи быть слизеринкой. — Что ж, Гриффиндором здесь не пахнет — начала бурчать Шляпа, когда ее надели мне на голову. Через несколько секунд она уже была готова выкрикнуть название факультета, и мне надо было что-то предпринять — Сли… — Когтевран, — перебила я, твердо произнеся название факультета.        Я почувствовала недоумение Шляпы, которые она выразила в вопросе: — Когтевран? — Да, я хочу поступить на Когтевран. — Но разве для такой яркой и выдающейся персоны, как ты, Когтевран будет не слишком уж… мрачным? — Но Вы же сами сказали, что Гриффиндором здесь и не пахнет.        Шляпа издала смешок. — Ха-ха, ты же понимаешь, что сейчас оскорбила всех слизеринцев? — Что-то я не помню яркой персоны среди слизеринцев. Знаете, если я не только яркая, но и выдающаяся персона, то мне надо слиться или с себе подобными, или сделать других, которые не яркие и не выдающиеся, такими же, как я. Поэтому, Когтевран. — Когтевран… — задумчиво произнесла Шляпа и начала что-то непонятное бормотать. Я старалась ни о чем не думать и лишь всем телом надеялась, что моя уловка сработает. И вот, после нескольких минут раздумий, Шляпа выкрикивает — Когтевран!       Всем известно, что на факультете Когтевран учатся умные и веселые студенты. Я была умной, но веселой меня не назовешь. Одноклассники считали меня слишком саркастичной стервой и все время удивлялись, почему я попала к ним на факультет, а не на Слизерин, ведь он мне ближе. И чуть ли не каждый день спрашивали об этом, пока я не наложила на них заклинание молчания. Развеялось оно через неделю. С тех пор одноклассники дарили мне вместо своих вопросов косые взгляды. Ну и что, что у нашего факультета списали баллы? Мне на это все равно, ведь я — лучшая ученица из первокурсников Когтеврана, спасибо вам, мои надоедливые одноклассники.       Спустя год меня ненавидела вся школа, зато любили профессора. Все-таки глупо было бы практиковать авторские заклинания темной магии, не одурачив профессоров этой же магией. Забавно было смотреть на лица учеников, которые пытались доложить на меня профессорам, а у них снимали баллы за клевету «хорошей ученицы». И, поняв, что что-то не так с профессорами и в этом причастна я, да и вообще, многие обвиняли меня во всех своих бедах, даже которых я не причиняла, официально меня признали злодейкой.        На четвертом курсе по Истории магии нам задали написать доклад о любом темном маге, особенное внимание просили уделить тому, как он закончил свою жизнь. Мерлин, да всем известно, что они руки на себя наложили, хоть и косвенно. Умей они пользоваться хоть частью своего мозга, может, смогли избежать бы этой низкой участи.       Листая справочник с именами темных магов, мой взгляд останавливается на имени «Том Марволо Реддл». Мысленно усмехаюсь, как так-то, он столько лет придумывал себе псевдоним, чтобы избежать этого «ничтожного маггловского» имени, а его все равно именуют Томом. Или же написать «Волан-де-Морт» так уж страшно? Порывшись в своей памяти, я попыталась вспомнить, что нам рассказывали о нем профессора. Если его внесли в «топ 10 самых опасных волшебников магического измерения», то осмелюсь предположить, что он много кого убил. И сто процентов ради власти и…       Бессмертие.       Точно. Я вспомнила, что нам рассказывал о нем профессор Слизнорт. Ради бессмертия… Похоже, я выбрала объект своего доклада.       Изучая биографию Волан-де-Морта, я тренировалась создавать крестражи. Так, для изготовления надо убить мага? Пожалуйста. Думаю, никчемный пуффендуец пойдет. Мне казалось, что изготовить крестраж — легче простого. Надо лишь заключить душу в какой-то объект… Но легко было лишь теоретически. Магия для создания крестража не работает.       И так было 79 попыток. И все семьдесят девять были неудачными. Вот же чертово Министерство магии! Для создания крестража нужна определенная магия, неизмененная, а это сборище скотов ее ограничило. Нужно искать выход, и я его найду!       Перерыв чуть ли не всю библиотеку, я начала терять надежду. Должен быть выход! Неужели, вообще нельзя использовать неизмененную темную магию? Я не верю в это! Должна где-то быть лазейка.       Теряя терпение, а вместе с ней и сдержанность, я начинаю проклинать мать за то, что не родила меня раньше, когда темная магия еще существовала издревле. Ну и что, что самой моей матери не было тогда на свете? Вот если бы я могла попасть в прошлое, я бы… Точно! Попасть в прошлое! Где-то я видела книгу…       Считается, что единственный способ попасть в прошлое — маховик времени. И то, его хранят как зеницу ока в Министерстве, так что этот вариант отпадает. Да и вряд ли он вернул бы меня в прошлое на столько, на сколько мне нужно. Нужно искать другие варианты…       Наконец-то, я нашла эту книгу. «Темные искусства — редкие, но бесполезные заклинания». Эта книга написана последним темным магом. Изначально, она называлась «Резонанс темных заклинаний», но так как мир был вычищен от основной темной магии, то книгу можно считать бесполезной, за это автор ее так и обозвал. Для кого-то она и бесполезная, а для меня — на вес золота.       Согласно книге, для того, чтобы вернуться в прошлое, нужно провести ритуал. Для ритуала необходимо использовать кровь исполняющего, работающие часы и, естественно, темную магию. Кровью начертить круг, встать в него и также кровью написать несколько заклинаний. Перед этим заклинания надо было немного изменить, так как, опять же, основной темной магии нет, а эти заклинания официально не существуют. То есть, частично пришлось заново придумывать велосипед. Написав заклинания, нужно привести круг в действие. Взмахнув волшебной палочкой, произношу: — Ferre me est, quantum ego tibi me virtus mea! — после этого разбиваю часы.       В это же мгновенье комнату озаряет яркий свет. Неужели сработало? Получилось! Я не верю своим глазам, у меня получилось!       Я чувствую сначала тепло, которое поглощает меня, но длится это недолго, и я утопаю в темноте…