Непримечательные обстоятельства моего бессмертия

      В гостиной Слизерина было тихо, лишь изредка были слышны слабые потрескивания дров из камина, который никак не давал тепло. — Я люблю тебя, Лина.       Слова будто эхом проносились у меня в голове. Я стояла перед Реддлом, округлив глаза от удивления. Он же смотрел на меня серьезно, прямо, показывая всем своим видом, что ждет от меня ответа. Я постаралась засмеяться, но это вышло у меня наигранно и нелепо, и сказала: — Какая смешная шутка, Том.       Я, все также смеясь, повернулась к двери из комнаты, но Реддл схватил меня за руку и крикнул: — Это не шутка! Я правда люблю тебя!       Меня снова охватил шок и я замерла на месте. Через какой-то промежуток времени мне удалось повернуться к нему лицом. И передо мной снова тот же взгляд. Так он не шутит… Но как такое возможно? — Почему? — наверное, это единственный вопрос, который я могу озвучить. В голове абсолютная пустота.       Пару мгновений Том молчит. Он перевел взгляд на горящие остатки дров в камине, а затем, с появившейся ухмылкой на лице, вернул взгляд мне. — Ну да, ты меня раскусила, Дарк. Это была шутка.       Твою ж мать, опять эта его биполярка!       Он всунул руки в карманы штанов и самодовольно улыбнулся. Это придало ему небрежный вид, делая его раздражающе привлекательным.       Внутри все похолодело. Казалось, источником холода была небольшая льдинка, вонзившаяся где-то в груди после его слов. Она сразу же начала таять, превращаться в воду. Вода наполняла легкие, а затем снова становилась льдом, когда комом подходила к горлу. Хотелось расплакаться и ударить парня с такой силой, чтобы остался хоть какой-то след на всю жизнь. Но я старалась побороть эти эмоции и постаралась придать лицу безразличное выражение, хотя знала, что глаза меня выдавали. — О, Мерлин, ты расстроена? — спросил Реддл, не пытаясь сдержать злорадствующую улыбку. — Вовсе нет, — ответила я, опустив глаза, стараясь скрыть досаду. Но затем я снова подняла взгляд, и с упрямством посмотрела на него, — Я даже счастлива.       Последние слова звучали довольно твердо, это было заметно по дернувшимся уголкам губ Реддла. И хоть он все также самодовольно улыбался, но его гордость была задета. — Мне никогда не нравились ублюдки с комплексом неполноценности, которые так и ждут свою жертву, чтобы повышать самооценку за их счет.       Выражение лица Реддла сменилось моментально. Он был в ярости. Я этого и ждала. — По-твоему, я — «ублюдкам с комплексом неполноценности»? — Том попытался схватить меня за руку, но я вовремя одернула ее. — Спокойной ночи, Том.       Я рванула к себе в комнату и быстро захлопнула дверь. Мне казалось, что если я ее вот так закрою, то буду в безопасности, она его остановит, помешает зайти сюда, если он этого захочет. Если захочет… Плотно прижавшись к ней, я прикрыла глаза. Мне хотелось покинуть реальность, покинуть это чертово время и вернуться в свое настоящее. Плевать на крестраж, плевать на все, хочу вернуться…       От рассуждений меня отвлекли откашливания сзади. Придя в себя, я быстро отпрянула от двери и повернулась. Друэлла стояла недалеко от меня и смотрела на меня глазами, полными удивления. — И… что это сейчас было? — спросила она, заикаясь. Для нее мое появление было полной неожиданностью. Хотя… это же и моя комната тоже. Чему она так удивлена? Или обескуражена? — Ты слышала? — я пристально посмотрела на нее. Розье смущенно отвела взгляд, что я приняла за положительный ответ. Я лишь пожала плечами и, сказав что-то наподобие «Подслушивать — не есть хорошо», направилась к своей кровати.       На следующий день Реддл со мной не разговаривал. Да и все последующие тоже. Он вообще ко мне не подходил, не приближался. Если честно, никогда бы не подумала, что его игнорирование выбьет меня из колеи. Может, я и желала этого раньше, но не сейчас, когда за все это время, проведённое рядом с ним, я успела привыкнуть, он будто стал частью меня… И сейчас он пытается это разрушить к чертям собачьим.       После ещё одного учебного дня-обреченного-на-одиночества, я решила заговорить с ним, но он быстро схватил свои учебники и вышел из класса. Я пыталась найти его в библиотеке, но безуспешно — его там не было. В гостиной мы не пересекались. Даже после ужина мне не удалось его поймать.       Чертов Реддл!       После отбоя я решила пробраться в совятню навестить Амаранту. Слегка приоткрыв дверь, я услышала хлопот крыльев — это она. Она всегда узнает меня, где бы я ни была, как далеко не находилась. Она почувствует.       Стоило только сделать шаг в помещение, как Амаранта уже вовсю кружила рядом. Закрыв дверь, я раскинула руки для объятий, как бы говоря «иди ко мне». Амаранта тут же кинулась к груди и я крепко ее обняла. Какой же она была мягкой, будто вместо перьев у неё шерсть!       Остальные птицы послушно сидели на своих местах. Но в комнате был ещё один человек…       В темноте кто-то хмыкнул. Невольно вздрогнув, я выпустила птицу из рук. Она вспорхнула и направилась на источник звука, а потом весело начала кружить вокруг него. Это был Том. Он протянул сове жёлудь и та с радостью его взяла. — Что ты тут делаешь? — спросила я. Не знаю почему, но мой голос показался мне самой же таким жалким, таким писклявым, — Я весь день пытаюсь с тобой поговорить… — Я знаю, — кратко ответил он и обвёл меня взглядом. В этой темной комнате, в которой не было ни одного окна, его лицо казалось очень бледным, а взгляд более выразительным.        Амаранта снова подлетела ко мне, требуя угощения. Я потянулась к сумке и достала фундук. Она тут же его схватила и случайно клюнула в палец. — Ах ты ж! — вскрикнула я, прижимая поцарапанный палец ко рту.       Реддл рассмеялся. — Знаю, мы похожи, — говорю я, как бы вместо него.       Он молчал.       Наконец, когда мы здесь были вдвоем, когда наконец-то столкнулись лицом к лицу, я подумала, что это шанс заговорить с ним. Но он, бросив прощальный взгляд на сову, собрался уходить. — Постой, — крикнула я. Он остановился и повернул ко мне голову, бросив раздражённый взгляд, — Давай поговорим. — О чем? — его голос подчеркивал равнодушие. — О нас… например. Почему ты меня игнорируешь уже пятый день? — А о чем мне разговаривать с такой, как ты? — А, то есть тебя раньше я не смущала своим происхождением? — меня начала накрывать волна злобы, хотелось кинуть что-нибудь наподобие «Авады», лишь бы он полёг замертво.       Том снова молча смотрел на меня. Он видел мое возмущение, он мог что-то сказать или кинуть в меня какое-либо заклинание, это же было в его стиле! Но он лишь молча смотрел на меня с равнодушием. — Почему… Почему ты молчишь? — в своих же словах я слышу мольбу, будто прошу его хоть что-то сказать.       Глаза Реддла вдруг округлились. — Ты… плачешь? — Что?       Я машинально поднесла руки к лицу. По щекам действительно бежали слёзы. Но… — Почему, — произношу вслух.       Не успела я заметить, как руки Реддла уже крепко прижимали меня к груди. Макушкой я ощущала его размеренное тёплое дыхание. — Ты нужен мне… Нужен мне, Реддл!       Эти слова я твердила ему как в бреду. А он лишь молча и крепко обнимал…       На следующий день я не выспалась. Я не могла заснуть от необъяснимого счастья, накрывающего меня тёплой волной, такой же тёплой, как его дыхание… Черт, Лина, успокойся! Когда ты успела стать настолько зависимой от кого-то? Хоть я и считаю, что привязаться к кому-то — заранее подвергнуть свои идеи на поражение, но Реддл… Он ведь мой крестраж. Тем более, разве не в плюс будет то, что крестраж будет мне значимой и дорогой… грубо говоря, вещью?       Зайдя в Большой зал, я сразу же столкнулась со взглядами обоих — Реддла и Мэри. Усевшись рядом с последней, я снова посмотрела на Реддла. Поймав мой взгляд, он улыбнулся. По-настоящему улыбнулся. — Оу, произошло что-то хорошее? — протянула Мэри, наливая в стакан сок и задорно улыбаясь. — Ну типа, — кратко ответила я, принимаясь за овсянку.       Звонкий стук по стакану спас меня от следующего вопроса, и все ученики обернулись к учительскому столу. — Дорогие ученики, — начал профессор Диппет, — А особенно гриффиндорцы. Спешу вам сообщить, что в нашу школу пришёл новый ученик, шляпа определила его на факультет Гриффиндор. Давайте же поприветствуем! Кристофер Кроус!       Из-за гриффиндорского стола встал парень. Его каштановые непослушные волосы, натянутые очки, да и гриффиндорская форма напомнили мне Флимонта Поттера. Разглядывая окружение, его взгляд остановился на мне.       Сначала я подумала, что мне показалось. Но когда я начала вглядываться в его лицо, то все больше и больше узнавала Флимонта. Появившаяся на его лице улыбка только подтвердила мое предположение — это и был он.       Ложка выпала у меня из рук. Интуиция подсказывала — надо бежать.