Reunion

Всё ещё потрясённый тем, что застал своих братьев и сестру на пороге своего дома, Клаус приветствовал их в официальной гостиной. Пока они сидели на жёстких, элегантных диванах, ему потребовалось всё его самообладание, чтобы не расхаживать по комнате из угла в угол. Вместо этого он встал за стулом, крепко вцепившись в его спинку: — Вот это сюрприз. Ребекка выглядела очень напряжённо, словно в любой момент могла вскочить со своего места и кинуться на него с объятиями: — Надеюсь, приятный? Очевидно, письма, которые он отправил после того, как Майкл выгнал его, так и не дошли до них; они понятия не имели, где он и как с ним связаться. Молодой и обозлённый на мир, Клаус чувствовал себя полностью отвергнутым. Он сменил имя, переехал на столько далеко, на сколько ему позволяли его ограниченные финансы, и начал новую жизнь только для себя. Однако было бы ложью утверждать, что он не скучал по своей семье: — Неплохой, — озвучил он с расплывающейся улыбкой. — Как вы меня нашли? Элайджа лишь слегка заёрзал: — Мама умерла, — сказал он, как всегда серьёзным голосом. Странно, что за последние десять лет он почти не изменился. — Отец настоял на том, чтобы не приглашать тебя на похороны, но она сохранила для нас несколько писем. Те, которые ты писал… — он замолчал, и в комнате нарастал глубокий дискомфорт. Прочистив горло, он выдавил слабую улыбку. — Как только я узнал, что ты пытался связаться с нами, я нанял следователя. Я хотел позвонить, но… — Но Бека была намерена заявиться к тебе на порог, — перебил брата Кол, уклоняясь от удара по плечу. Лёгкая манера, с которой они молча препирались, заставляла Клауса сожалеть о том, что он упустил из-за Майкла. — А мы не могли позволить ей сказать тебе, что она была единственной, кто хотел приехать. — Потому мы здесь — сказал Элайджа, наклоняясь вперед. — Финн тоже хотел приехать, но его жена лежит на сохранении с третьим ребёнком. Он просто не может отлучиться. Он машинально кивнул, ничуть не расстроившись: — Понимаю его, я тоже беспокоюсь, что Кэро… Входная дверь открылась без предупреждения, и в комнату вошла его жена с пакетами продуктов: — Милая, я же говорил тебе не поднимать тяжести. Кэролайн ласково закатила глаза, встряхивая лёгкие сумки, которые были у неё в руках: — Только пирожные, всё остальное я оставила в машине, — пообещала она. — Но у них закончились мои любимые пончики мокко, так что, пожалуйста, найди их для меня. Уже собираясь возразить, что ей не следует употреблять кофе, Клаус вдруг вспомнил, что у них есть аудитория, когда её рот в удивлении сложился в букву 'О': — Ты всегда хотела познакомиться с моей семьёй, — усмехнулся он. — Желательно не тогда, когда я размером с дирижабль, — проворчала она, прежде чем улыбнуться своему животу. — Так что я пропустила? Майклсоны, казалось, были немного ошеломлены картиной, свидетелями которой они стали: их давно потерянный брат, лелеющий совершенно незнакомую им девушку, очевидно, беременную его ребёнком. Клаус не был уверен, что забавляло его больше; ошеломленное замешательство Элайджи или смутный дискомфорт Кола, несмотря на то, что, как правило, он получал удовольствие от неловких ситуаций. Ребекку, однако, не так уж это забавляло: — Ты женился?!