Reunion

Слово ''дискомфорт'' не могло описать чувство, когда по её спине пробежали непонятные мурашки, после того как она оглядела комнату, любовно расписанную и подготовленную для следующего Майклсона, о котором она узнала чуть больше получаса назад. Ребекка сглотнула, её пальцы мягко скользнули по креслу-качалке, на котором располагалась небольшая, вырезанная из дерева фигурка: — Какой у тебя срок? — Мне осталось ещё месяца три, — ответила Кэролайн, направляясь к корзине с бельём, уже набитой множеством детской одежды. Половина была сложена, и она принялась складывать другую, пока Ребекка изучала комнату. — Я чувствую, что всё происходит так быстро, но также никак не могу дождаться, когда он появится на свет, хотя бы для того, чтобы дать Клаусу кого-то другого для проявления любви. Он самый лучший, — мечтательно улыбнулась она. — Но я уже очень скучаю по самостоятельным действиям, понимаешь? Отвлекшись, Ребекка погладила плюшевого волка, напомнившего ей того, которого Ник одалживал ей во время грозы: — Он будет прекрасным отцом. — Да, — вздохнула Кэролайн, и в её голосе послышалась улыбка. — Так и будет. Но когда они вернулись на кухню, чтобы приступить к приготовлению обещанного ужина, Ник быстро прогнал их: — Кол накрывает на стол, а Элайджа принимает доставку еды на вынос, — сказал он, целуя Кэролайн в лоб и складывая салфетки вокруг столового серебра. — Тебе надо отдохнуть. Закатив глаза, она посмотрела на Ребекку, многозначительно подняв брови: — Видишь, что я имею в виду? У них завязался небольшой спор, что показалось знакомым, но и достаточно новым. Ребекка не сомневалась, что Ник будет замечательным отцом, но ей никогда не приходило в голову, что он будет таким же замечательным мужем. Эта роль подходила ему — обе роли, — смотря на них в её сердце начинали трепыхаться бабочки. Учитывая, каким было их детство из-за Майкла. Ребекка была рада, что он смог построить счастливую семью для своего ребёнка. Единственное о чём ей было искренне жаль это то, что она пропустила так много. Неожиданно на её плечо легла чья-то рука. Она подняла глаза и увидела, что Кол тоже наблюдает за происходящим: — Теперь мы здесь. — тихо напомнил он ей, и она поняла, что он чувствовал ту же печальную тоску, что и она. — Чур я буду любимым дядей. — Я не та у кого ты должен вывоёвывать это звание, — заметила она, но её рука накрыла его и сжала. Больше они ничего не пропустят.