будни торчково

чпокесса и Анатолий разгуливали по цветочной тропе Тропа вела к берегу озера и пропадала за деревом Они сели на траву, на зеленую траву, на такую зеленую, что Анатолий вспомнил о других зеленых лужайках и деревьях, и сел на траву рядом. Деревья вокруг были старые и толстые, гладкие и лысые, и ни одна из веток на них не была похожа на другую. Анатолий никогда не знал, что листья одного дерева могут быть похожими на листья другого, и теперь они были похожи, но на что именно, не знал тоже. -слушай....​завела разговор Лиза -м?  - сказал Анатолий, косясь на ее бок, в котором слабо пульсировало неясное воспоминание. - а вот эти листья, понимаешь, на что они похожи? - спросила Лиза. - На сны, да? - А? - сказал Анатолий. - Понял. На сны. Да. Это ведь не совсем листья. Это сны. Они похожи на сны. Вот, например, это дерево. чпокесса положила голову на плечо Анатолию и уснула. Анатолий растерялся,  но решил, что в этом есть и своя привлекательность - мысли в голове пришли в полное согласие с окружающим, и он долго глядел на проплывающее по небу стадо белых облаков. Аида и Антон продолжали разгуливать по тёмной тропе . Аида с усилием припоминала строки из какой то песни - той самой, в которой когда то упоминался Антон, и которая потом куда то исчезла. И вот, наконец, название пришло в голову - песня была о том , как Антон прочитал на могиле какой-то бабы непонятные слова: « Тятенька мой, ком ами, покойся с миром...». Нет, Аида не могла вспомнить слово. Зато она вспомнила Антона. « Тятенька мой, ком ами...» Что это такое - ком ами, Тятенька? Ох, сколько же вопросов! Ох, устала. Когда же эта тропа кончится? Скоро? Сейчас? А? Интересно, где на ней живые люди?     Вокруг не было ни души. Антон приблизился к Аиде и пристально поглядел ей в глаза. — Ты чего? — спросила Аида. — Ты на меня так смотришь, словно что-то знаешь. — Хочу спросить, — сказал Антон, — помнишь, мы два раза на эту тропу сворачивали? Помнишь? У скалы. Там, где скамейка. — Помню, — ответила Аида. — Помню. И что? — И вот что. Ты ведь помнишь, о чём я тебе тогда говорил? Я тогда про тебя много чего думал. Ты тогда мне кажешься лучше. Гораздо лучше. Ты очень чуткая, добрая, честная. И смешная. Я, если бы мог, тебя бы очень любил. Даже если бы ты захотела мне всё рассказать.  Но я тебе этого, конечно, не скажу. — Почему? — спросила Аида. — Если я тебе нравлюсь, то это не значит, что я буду рассказывать кому-то всё, что ты только захочешь. И даже больше. Я думаю, ты не будешь против, если я тебе скажу, что ты мне нравишься? Ну, хочешь? Ведь ты сам понимаешь, что я тоже люблю тебя. И всегда любила. Это ведь любовь. Капченка и Сашка реперша переглянулись. Им до того понравилась эта сцена, что они совсем забыли, что пора уже перейти к делу. Надо было начинать стирку. Саша сообразила, что до сих пор не включила стиральную машину. Может быть, сделать это прямо сейчас? Не стоит. Лучше уж дать посмотреть. Рюрик смотрел на них и пытался понять о чем они говорят . Он ещё не понимал, но ему очень хотелось понять. Всё в этой сцене было таким трогательным и умильным. Жалко, что рядом нет Раи. Наверно, она сейчас где-нибудь в лесу, гниёт. Она никогда ничего не рассказывает про себя, а Рюрик всегда любопытен. Но что-то тревожило его. Может быть, его беспокоило именно это трогательное выражение мордочки Капченки и Сашки? Они как будто старались показать ему что-то, но не говорили вслух. А может, дело было не в этом? Может быть, он сам теперь этого не понимал? Все было бы просто, если бы они в самом деле хотели сказать ему что-нибудь. -Так вы говорите что не видели раю нигде, даже в лесу...? - начал диалог рюрик.  Даже при самом лучшем раскладе такое можно было предположить. Они знали все его грязные тайны. Действительно ли они говорили про рай? Скорее всего, не совсем. -После того случая на древе когда она резко пропала ее никто не видел - ответила Саша ту вв диалог вмешалась Капченка -слушай чел, может никакой раи и не существовало? может это просто ты тупой задрот выдумал себе телку и ищешь её? по твоему описанию есть похожая девка но это Аида баба антона, так что делай выводы чел сходи к психиатру.  рюрик промолчал. а вдруг действительно её не существует? нет, быть такого не может - подумал он - ну надо же... Какой идиот, ну какой дебил... Или я просто во всем ищу какую-то реальную причину? Так ведь не может быть. Кто это за него решает? рюри ввыбежал из квартиру девок и отправился быстрее домой чтобы успокоиться - не может быть не может быть не может быть я же ее прекрасно помню! она точно была я помню... так почему я ее не вижу? я схожу с ума?  так ведь не бывает - твердил он про себя - я же ее помню, я же ее помню.  Рюрик быстро вюежал в квартиру и сел в угол стены -не может быть не может быть не может быть не может - -ты чего ноешь? знакомый голос. -р-рая??? или это уже мои галлюцинации?? -какие галлюцинации але я перед тобой стою. рюрик поднял голову, действительно, жива и невредима. -так ты...​жива? -схуяли мне умирать то, правда ты спал почти неделю ну я тебя не трогала. чето орал во сне перегрелся может рюрик пытался понять что происходит , а она думала как его успокоить. Они стояли посередине коридора и смотрели друг на друга. Никто ни чего не говорил. На душе у Рюрика было тепло и уютно. И когда она отвела глаза, он почувствовал, что начал расслабляться, и что-то темное куда-то исчезло, стало ясно что ничего страшного не произошло, надо просто поговорить. неожиданно для себя рюрик обнял раю за плечи и притянул к себе, та смутилась и отошла на шаг. Но когда она подняла на него глаза, то заметила что он улыбается. Она тоже улыбнулась и обняла его. Аиду не покидали мысли о будущем с Антоном, какое оно будет? какую песню она будет исполнять? Чего можно ждать от него? Зачем тогда он просил с ним лечь? Нет, лучше не думать об этом. -эй, капч хочешь заценить мой новый хит?  - капченка молча кивнула головой и принялась слушать - НОУ ХОМО СПЕРМА НА ВКУС КАК ЯИЧНЫЙ БЕЛОК - -сшк)  да, но знаешь, там одна песенка такая – она опять улыбнулася, на этот раз делая вид что абсолютно не замечает испуганных и непонимающих глаз. - Я правда сейчас не очень соображаю. Она засмеялась и поцеловала ее. Боже, какая она сладкая, такая теплая, словно в тело вошла вся доброта мира. Неужели все это было так недавно? че дальше писать