будни торчково

с тех пор прошло три дня. Аида все также выглядила как труп, тоха видел свою шизу в снах, рюрик даже не пытался искать раю но по прежнему ничего не помнил. Выглядели все также. Сначала Аида и рюрик решили выяснить, что же произошло. Но Аида нашла труп в своем доме и ничего не помнила. Рюрик тоже решил узнать об этом, но все осталось без изменений. Через три дня Аида и рюрик не выдержали , взяли свои колья и пошли в лес. Аиду стала мучить совесть за сестру . Рюрик заметил что сестра притихла и не выходит из леса. Они дошли до тех самых колодцев, из которых вода вытекала в пустоту. Аида ни разу не приблизилась к ним. Рюрик позвал ее, но Аида не ответила. В чем дело он понял только тогда когда подошел к колодцу. В колодце был труп. К горлу Рюрика подкатил комок. Нет. Нет! Только не это. Он помотал головой. Еще раз. Вот это да. Так и есть. Это был труп Раи. Ее тело висело в колодце. Она была мертва. Рюрик точно знал это, потому что в колодце не было воды. Так вот почему сестра не отвечала на зов. Она умерла. А Аида поняла что случилось. Они не переживут такого. Надо что-то делать, решил Рюрик. Как это вообще возможно, чтобы Аида не знала о смерти сестры? Он обругал себя последними словами. Сначала он вытащил тело. Ее босые ноги свисали в колодец. У Аиды на руках осталась длинная красная нить. Надо же. Сначала ей не было страшно. А теперь. Рюрику стало дурно. В это время раздались голоса. Кто-то шел по лесу. Неужели Тоха? Нет. Голоса все ближе и ближе. Надо спешить. Он опустил тело вниз. Вдруг Аида начала плакать. Неужели она догадалась? Теперь они оба обречены. Что же делать? Но Рюрик не сдавался. Если Аида так реагирует на гибель Раи, надо ее успокоить, что-то объяснить. За спиной раздался скрип. Еще один. И еще. Это Тоха. К ним идет по лесу Тоха, понял Рюрик. Ну конечно. Он попытался успокоить Аиду. А потом вдруг понял, что делает. Бросил Аиду в колодец. Пусть повисит там немного. Не так уж страшно умереть, а? А она то, дура, испугалась. Тут не надо никакой хитрости. Тоха подойдет и нажмет на рычаг. Рюрик и сам не понял, как придумал это. Он протянул руку в колодец, взял Аиду за кисть и положил ее на выступ перед лицом. Раздался щелчок, и Аида повисла вниз головой. Теперь надо было дотянуться до рычага. Но как? Рюрик ухватился за него и потянул на себя. На шее Аиды показалась голубая жилка. Рюрик потянул еще сильнее. А потом еще. Под кожей стало отчетливо ощущаться слабое биение артерии. Не сводя с нее глаз, Рюрик поднял руку к рычагу и начал медленно поднимать. Раздался хлопок, и Аида, словно испугавшись, сделала резкий вдох. Рюрик разжал пальцы. Аида чуть качнулась вниз и повисла в пустоте, глядя ему прямо в глаза. С ума сошел? — беззвучно закричала она. — Ты зачем меня бросил? Где моя сестра? Где я? Но Рюрику было не до Аиды. Он никак не мог дотянуться до рычага. И вдруг почувствовал, что пальцы его онемели. Он сильно сжал их в кулак, и это не помогло. Рюрик потянул их в обратном направлении. Опять послышался щелчок, и рука его повисла в пустоте. Он несколько раз сжал и разжал пальцы, но рука так и не двигалась. Он посмотрел вверх. Аида опять закачалась в пустоте. Взгляд Рюрика заметался по затянутому облаками небу. Кажется, у меня галлюцинации, — подумал он. — Хотя... Какая разница, в конце концов... Наверно, я все еще сплю. Потому что... Вот почему. Я и есть сон. Но это ведь бред какой-то. рюрик проснулся. Через секунду он понял, что почти не чувствует своего тела. В голове не было ни одной связной мысли. Его сознание просто вбирало в себя окружающий мир, как принимает его пробка из воды. И постепенно в образовавшейся пустоте начала вырисовываться некая картина. Вернее, даже не картина, а целый сюжет. тем временем антона мучали сомнения . Ему показалось, что он упустил что-то очень важное. Он опять попытался вспомнить, что именно, и не смог. Хотя стоило бы. -Любимый, что делаешь? - спросила Аида Антон не отвечал. — Любимый, давай с тобой спать, — тихонько позвала она. - Пойдем лучше гулять. На ночь глядя. Или ты мне опять со своими кошмарами не доверяешь? Что-то, глядя на тебя, я что-то не замечаю. Или это ты меня со своими галлюцинациями не видишь? Чего молчишь, дурень? Превозмогая слабость, он улыбнулся и кивнул. Они встали и пошли вниз по аллее, которая вела от большого дома к лесу. Антон старался идти спокойно и внимательно слушать Аиду, хотя в его мыслях не было ничего интересного. В голове билась одна единственная мысль, мешавшая сделать шаг: что-то очень важное, но он не мог понять, что именно. Аида шла рядом и шептала. Она то и дело косилась на него и пыталась удержать взгляд, и тогда Антону казалось, что в ее глазах мерцают лукавые огоньки. Наконец она заговорила. - Может быть, я скажу тебе какую-то ужасную вещь. Ты не хочешь? Слушай. Однажды мы с тобой сделаем одно очень рискованное дело. Мы вдруг начнем жить вместе в очень большом доме. Это будет очень дорого стоить. Мы будем носить очень дорогие наряды, отдыхать на очень дорогих курортах . Ты будешь любить меня безумно. Очень, очень сильно. Ты даже не можешь себе представить, насколько сильно. Антону показалось, что на него смотрят несколько пар хитрых глаз. Его лицо непроизвольно передернулось. Но он заставил себя улыбнуться и отрицательно покачать головой. - Я боюсь. - Да не бойся ты, дурачок. Зачем тебе бояться. Мы никогда не делали ничего плохого, с нами такого никогда не случится. Мы просто будем спать рядом, и ничего больше. У нас будет множество детей. Будут веселые вечеринки, мы будем ходить на концерты, на танцплощадки. Очень много развлечений. Аида все говорила и говорила , и ее слова казались Антону все более раздражающими и унылыми. Он с ужасом начал замечать, что уже час сидит перед ней, а она все говорит и говорит, и темы ее монолога все больше и больше его раздражают. Его охватила жалость к себе. Досада и сожаление медленно поднялись снизу. Наконец, чтобы как-то прервать затянувшийся монолог Аиды, Антон пробормотал: - Если ты так сильно любишь меня, то зачем вообще тогда устраиваешь это шоу? Аида прекратила говорить и уставилась на него. Несколько секунд она молчала, видимо, обдумывая, что ему ответить. А потом вдруг расхохоталась, и смех ее был похож на предсмертный хрип. Антон не удержался и тоже засмеялся. Ему не понравился смех Аиды, он чувствовал в нем что-то не то. Антон поднялся и сказал: - Ладно, пошли.