BTS-реакции: Точка кипения

S.T.A.L.K.E.R. Зов Припяти — Юпитер ночью

1560 год, Лондон. Мрачный город, который все больше набирает силу среди других городов: близость реки Темзы, морей, удобное географическое положение, способствовавшее торговле, наличие резиденций людей из высшего общества — все это благоприятствовало росту поселения, в котором ты родилась. Несмотря на быстрое разрастание, по сравнению с более ранними периодами своей истории, он не менялся: грязь, зловоние повсюду, в том числе от реки, полной мусора; сточные воды, фекалии прямо по узким улицам, крысы, дым от пожарищ, сырость и голод — вот к чему привыкла за свою недолгую жизнь. Порой смотришь на господ, проезжающих по брусчатке: разодетые, с вычурными сооружениями на головах, рукавами платьев такими длинными, что доставали до грязного пола; накрашенные так, что плакать хочется от смеха и ужаса одновременно — тебе их было точно уж не понять. Основная задача на каждый день была добыть еду и убежать из дома поскорее, пока мать и отец не начинали кошмарно ругаться, избивая, попадавших под руку, многочисленных детей. Несмотря на существенные недостатки Лондона, как места жительства на необъятной, хмурой планете, ты любила его. Изучала в своих ежедневных шатаниях каждый закоулок, каждую выемку, каждую подворотню, лазейку — всюду хотелось залезть, все интересно было разнюхать. Куда только не пробиралась по собственноручно открытым катакомбам, кого только не видела. Без преувеличения можно было сказать, что знаешь этот город как свои пять пальцев. Сегодня туман, внезапно накрывший Лондон, оказался особенно плотным и густым — дальше метра ничего невозможно было увидеть. Люди сталкивались друг с другом, налетали на столбы и деревья, поскальзывались на помоях и падали в них же; кого-то успела затоптать насмерть лошадь, закрыли рынки. Туман словно заполнил собой все пустые уголки, пробрался к сердцу каждого, притупляя чувства, эмоции, мысли, обволакивая своим бесплотным, но в то же время тяжелым телом каждую частичку Лондона. Народ в такую погоду старался не высовываться из жилищ, выползая только по совсем неотложным делам. Ты бы тоже осталась в лачуге, являющейся тебе домом, но, как назло, именно сегодня отец пришел вдатый, и сразу полез с кулаками на мать, выбив с порога ей очередной зуб. Не в силах смотреть на это бесконечно продолжающееся кровавое побоище, бесшумно утекаешь на улицу и погружаешься в съедающий все звуки туман. Город как будто впал в кому — гробовая, гнетущая тишина, никакого движения, только редкие люди прошмыгивали мимо словно призраки; ощущение, словно попала в Чистилище, только без боли. Ты шагала по пустой улице, удивленно оглядываясь, ибо такого Лондона еще не видела никогда. Предполагаешь, что сегодня должно случиться нечто особенное — не зря же город погрузился в такой мистический наполнитель. Направляешься к окраине своего района, туда, где через Темзу на лесистый берег переброшен твой излюбленный мост: каменный, с верхом, тяжелый, но в то же время очень уютный. Любишь стоять возле его перил, наблюдать за жизнью реки и думать о жизни своей, иногда заходя на другую сторону, прогуляться по лесу. Наконец, лишь интуитивно доходишь, не узнавая место, куда пришла — настолько туман исказил зрелище — и ступаешь на брусчатку, доходя до середины, облокачиваясь на перила. Глухую тишину нарушает лишь слабое журчание воды да редкий клёкот птиц. Ощущение у тебя такое, будто попала в параллельный мир без единой живой души. Немного похолодало, стало зябко; передергиваешь плечами от какого-то неприятного чувства. Что-то до боли знакомое… Что-то такое едкое, жгучее, стыдное. Что-то… Точно. Это чувство испытываешь тогда, когда кто-то в упор на тебя смотрит. Настороженно оглядываешься по сторонам: метр-полтора — плотная стена тумана. Даже если в нем кто-то есть, вряд ли тебя видит. Но почему тогда кожей ощущаешь этот пристальный взгляд? Замираешь, прислушиваясь. Ничего. Все те же звуки: едва слышный шум реки, клекот птиц, шорох листвы… Листвы? Чувствуешь, как холодеет в затылке. Едва слышимый шорох доносится со стороны леса, будто кто-то что-то тащит по траве. Что-то тяжелое. Медленно, стараясь не издавать лишнего шума, пятишься назад, проклиная свою беспечность. Мало ли кто и с какими намерениями бродит по окраине туманного Лондона, а ты блаженно гуляешь в нулевой видимости. Да и слышимость вокруг тоже ненамного лучше. Внезапно шорох прекратился. Сама также застыла, задерживая дыхание, опасаясь выдать свое местоположение злодею, а в том, что это злодей, теперь даже не сомневаешься — женская интуиция. Сколько прошло времени, точно не знаешь: туман стирает всякое ощущение пространства и времени, и в какой-то момент уже начала думать, что незваный гость удалился, как вдруг раздался звук, который заставил тебя прирасти к месту, на котором стоишь: мерный стук кованых каблуков. Стук — пауза, стук — пауза, как метроном, а за ними подволакивается что-то массивное, увесистое и… металлическое. Стук — пауза — скрежет металла о каменный мост. Стук — пауза — скрежет металла о каменный мост, тихий смешок. Звук все ближе, ближе, и ближе… Внезапно отпустили все эмоции, которые заполнили твое тело собой и не давали двигаться, а мозг пронзила четкая, бесстрастная мысль: если сейчас останешься на месте, то тебя убьют. С силой мотаешь головой, скидывая адреналиновое оцепенение, заставляешь тело отмерзнуть — ноги снова наливаются силой — разворачиваешься на пятках и что есть силы бежишь. Казалось, неслась целую вечность, натыкаясь на ветки, бордюры, столбы, деревья, опасаясь погони. Пару раз врезалась в людей, вздрагивала и продолжала бежать дальше, пока, наконец, не достигла главной и самой шумной улицы города, и не забилась в подворотный уголок. Вытираешь рукавом льющийся градом пот, устало приваливаешься к торцу какого-то дома и долго кашляешь от быстрого бега, успокаивая бешено колотящееся сердце. Вечерело. А наутро нашли зверски изуродованный труп неподалеку от того самого моста.